Главная » Книги

Роборовский Всеволод Иванович - Путешествие в восточный Тянь-Шань и в Нань-Шань

Роборовский Всеволод Иванович - Путешествие в восточный Тянь-Шань и в Нань-Шань



  

В. И. Роборовский

  

Путешествие в восточный Тянь-Шань и в Нань-Шань

Труды экспедиции Русского географического общества по Центральной Азии в 1893-1895 гг.

  
   Под редакцией, со вступительной статьей и комментариями Б. В. ЮСОВА
   М., ОГИЗ, 1949
  

СОДЕРЖАНИЕ

  
   В. И. Роборовский - исследователь Центральной Азии.
   Б. Юсов. Предисловие. В. Роборовский
  
   Глава первая. Петербург.- Пржевальск.- В Тянь-шане. Вступление.- Снаряжение: серебро; инструменты для сбора коллекций. Выезд из С.-Петербурга.- В Москве.- От Москвы до Пржевальска.- Приезд в Пржевальск.- Окончательное снаряжение в путь.- Начало коллекций.- Учебные занятия.- Приглашение В. Ф. Ладыгина.- Состав сформированной экспедиции.- На могиле Н. М. Пржевальского.- Выступление.- Первый переход до сел. Аксу.- Сел. Аксу.- Наши первые экскурсии в горы.- Ключи Арашан.- К сел. Джергес.- Под перевалом Санташ.- Пропажа лошади.- Перевал Санташ и р. Тюб.- Урочище Ташбулак.- Урочище Kap-кара и ярмарка.- Горы Сары-Джас.- Р. Капкак.- Р. Баин-гол.- Поселок Охотничий
   Глава вторая. В Тянь-шане (р. Текес и долина Большого Юлдуса). Ур. Цаган-Чулуту.- Река Музарт и переправа через нее.- Цаган-усунын-ширик.- Пикет Гилян и переправа через р. Текес.- Ур. Хонохой.- Р. Атан-гол.- Ур. Кетмен-туб; перевоз на правый берег р. Текеса.- Чиновники-калмыки.- Встреча с людьми Матэ.- Река Кок-су.- Река Капсалан-су.- Киргизский начальник Дадай.- Ур. Кен-сай, нижняя граница леса.- Встреча с женою Дадая.- Ур. Кара-Джюн.- Река в ущелье Курдай.- Флора перед перевалом Мукурдай.- Перевал Мукурдай и спуск в долину реки Джаргалана; дневка на нем.- Охота на оленя.- Подъем на перевал Сары-тюр.- Ледники у перевала.- Первая Сары-тюр.- Спуск.- Дальнейший путь.- Каменная группа Карагай-тас.- Болезнь верблюдов от постоянных дождей.- Горы Коксунын-таг.- Перевал Карагай-тас.- Спуск в Большой Юлдус незаметен.- Река Ихэ-Юлдус-гол.- Ее течение.- Дожди.- Растительность западного Большого Юлдуса.- Встреча людей.- Бегство проводника.- Замкнутость торгоутов.- Нерасположение их к китайцам.- Тарабаганы и охота на них.- Река Чулу-тын-гол и походная кумирня.- Кое-что узнаем о дороге.- Р. Бага-Юлдус-гол.- Первые посетители.- Чейбсенский кутухта.- Хлопоты о проводниках.- Воспоминания кутухты о Н. М. Пржевальском.- Отъезд П. К. Козлова в экскурсию.- Вор.- Подарки гыгена и хана.- Р. Загасутай-гол.- Дунгане-купцы.- Ур. Алтын-гасны.- Погода на Юлдусе за наше пребывание там
   Глава третья. В Тянь-шане (страна Далын-Дабан, Нижний Хайдык-гол и по р. Алго до Люкчюпской котловины). Идем в страну Далын-дабан.- Дорога ущельем реки.- Река Сейхен-тохой.- Перевал Сейхен-тохой и плато Далын-дабан. Перевал Карагайтын-дабан и ущелье Карагай-тын-гол.- Перевал Харгутын-ула. Перевал ГГун-Хапчелык-дабан.- Река Улясутай-гол.- Флора беднеет к востоку.- Перевал Уластын-дабан. Заметное понижение к востоку Далын-дабана.- Ключ Сор-гын-булак.- Река Цаган-усу.- Древнее укрепление.- Котловина Чубо-горин-нор.- Перекочевка в Хара-мото.- Пашни и враги их.- Одежда торгоутов.- Жилище их.- Р. Хахрын-гол.- Приезд П. К. Козлова.- Двигаемся дальше.- Ур. Гун-хара.- Чаза.- Новый проводник.- Погода на нижнем Хайдык-голе.- Опять в горы.- Р. Саарылтын-гол.- Перевал Дзурмын-Тахилга-дабан.- Мертвый монгол.- Р. Ихэ-Киргут-гол.- Перевал Гымыке.- Долина озера Нарин-Киргут-нора.- Отъезд П. К. Козлова на верховье р. Алго.- Наш путь до ур. Таша-гайн на р. Алго.- Ур. Бакшин-амы.- Ур. Зурмунте.- Множество старых укреплений по р. Алго.- Р. Шагрын-гол.- Ур. Текен-амы.- Ур. Алтын-амы.- Пустынный переход до с. Илянлыка
   Глава четвертая. Люкчюнская котловина и "Долина бесов". Селение Илян-лык.- Прибытие в селение Токсун и работы в нем.- Новый телеграф.- Новая крепость и войска.- Жители.- Тремя партиями выступаем из Токсуяа.- Мое предварительное знакомство с котловиной.- Жители ее.- Наш караван.- Знакомство с ваном.- Устройство, метеорологической станции.- Поездка в Турфан и водворение Шестакова на двухлетнее жительство на станции.- Нивелировка котловины.- Прощальный визит вану.- Отъезд П. К. Козлова на оз. Лоб-нор.- Оставляем Люкчюн.- Ур. Таган-сак.- Последняя ночь в котловине.- Границы котловины: пески Кум-таг, высоты Тус-тау, горы Чоль-таг, пустыня нижней Алго и на сев.-зап. отроги Даванчина.- Ур. Кован.- Селение Шуга.- Город Пичан.- Ур. Гун.- У порога "Долины бесов".- деление Шота.- Случайное приобретение новой собаки для каравана.- Вороны и волки-спутники каравана.- Немного заблудились.- Кл. Сарык-каш.- Повеление богдохана.- Кл. Отра-кема.- Кл. Опур. Кл. Тёс.- Близ колодца Джигдыян.- Селение Чокагу.- Селение Кара-тюбе.- Мазар Еллик.- Приход в Бугас
   Глава пятая. Бугас, северная окраина Хамийской пустыни.- Хамнйская пустыня до оазиса Са-чжоу.- Посылаю В. Ф. Ладыгина в г. Хами.- Возвращение его и получение проводников.- Перекочевка каравана.- Экскурсия к озеру Шона-нору.- Долина реки.- Урочище Ганыпу.- Колодец Китай-кудук и звуки пустыни.- Оз. Таг-куль.- Оз. Шона-нор.- Обратный путь.- Покидаем Бугас.- Ур. Тузлык.- Кл. Астан-булак.- Кл. Кош-булак.- Рождество Христово в Хамийской пустыне.- Потеря дороги.- Развалины в пустыне.- Дикие верблюды.- Поворот к востоку.- Оазис камышей и ночлег возле него.- Дорога Н. М. Пржевальского 1879 г.- Кол. Хунлиу-чюаньцзы.- Кол. Джюань-чюаньцзы.- Сохранение хронометров.- Кол. Шугуза.- Новый год в Хамийской пустыне.- Миражи в пустыне зимой.- Перевал через горы Курук-таг и спуск к оазису Са-чжоу
   Глава шестая. Оазис Са-чжоу. Ур. Лобей-ту.- Разделение дорог.- Дер. Ши-нау-эр и обилие фазанов.- Придирки китайцев.- Фермы.- Пришли к г. Дун-хуану.- Ур. Сань-цуй-кур и усиленная рубка леса китайцами.- Знакомство с видным купцом.- Визиты китайским властям.- Средства, побуждающие китайских солдат к храбрости.- Китайский новый год.- Приезд П. К. Козлова с Лоб-нора.- Моя поездка на Хала-чи и в глубь пустыни за горы Курук-тага.- Река Сулей-хэ.- Оз. Хала-чи.- Береговые обрывы озера.- Безводное солончаковое русло.- Перевал в Курук-таге и обзор пустыни.- Обратный путь.- Возвращение на бивуак и результаты поездки.- Посылка урядника Баинова в горы к монголам.- Дорогая оценка китайцами своих услуг.- Медленное движение весны в оазисе.- Приезд урядника Баинова из гор
   Глава седьмая. Оазис Са-чжоу. Поездка в горы Анембар-ула и к Алтын-тагу и через долину Сыртын в Са-чжоу.- Снаряжение и выступление.- Предание монголов о происхождении сачжоуских песков.- Нахалы проезжие.- Жилой лянгер у разделения дорог.- Хоир-субургой.- Селение Нань-ху.- Сближение диких зверей с домашними.- Пески Кум-таг.- Река Тумырту-гол.- Проводник, найденный в пустыне.- Ущелье реки Халчик-гол.- Гашун-булак.- Ур. Ирдыпгу.- Аргали.- Река Анембар-гол.- Перевал Налив.- Речка Куши-ху.- Кл. Кулан-булак.- Перевал Шины-хутул.- Ур. Ангыр-тологой.- Озеро Хунтэй.- Распространение урочища на запад; ширина его.- Бури.- Обилие диких верблюдов.- Отчаяние проводника.- Озеро Хыйтун-нор и опять бури.- Оз. Сухай-нор.- Река Холин-гол.- Кумирня Шадын-Данджи-лин.- Ночевка у оз. Булунин-нора.- Пер. Тангын-хутул и спуск ущельем Чон-цайн-ихэ.- Подгорная степь.- Пески.- Находка.- Ур. Сацзау-юаньцзы на р. Дан-хэ.- Высоты Цоган-обо.- Возвращение на бивуак. Посещение его Splingaerdt.- Поездка П. К. Козлова.- Печальный случай.- Весенние воды в р. Дан-хэ.- Визит Сянь-гуаню.- Возвращение П. К. Козлова и результаты его поездки.- Разведка урядника Баинова о движении весны в горах.- Сдача вещей на хранение в ямынь.- Снаряжение каравана в горы.- Наши работы в Сачжоу.- Тихое движение сачжоуской весны
   Глава восьмая. Са-чжоу. Площадь оазиса, орошение и состав почвы.- Жители.- Земледелие.- Ремесла и промыслы.- Добыча дров.- Цыновки.- Золото.- Заводы.- Сельское хозяйство.- Удобрение.- Севооборот.- Урожаи.- Скотоводство.- Домашняя птица.- Город Дун-хуан. - Число жителей. - Администрация: - Войска. - Жалованье.- Сословия и состав жителей.- Ремесла и производства.- Базар и торговля.- Дань-пу.- Гостиницы и харчевни.- Школы.- Кумирни.- Театры. - Кладбища. - Увеселения. - Возобновление города. - Санитарное его состояние.- Следы дунганского восстания.- Древности в окрестностях Дун-хуана.- Юэ-ян-пюань.- Пещеры Цянь-фо-дун.- О браках между монголами и китайцами.- О маральих рогах
   Глава девятая.- В Нань-шань. Состояние нашего каравана перед оставлением оазиса Са-чжоу.- Как предполагалось обследовать горы Нань-шаня.- Покидаем Са-чжоу.- Пещеры Чэн-фо-дун.- Кл. Да-чуань.- Кл. Гашун в предгорьях Нань-шаня.- Развалины г. Дан-чэна.- Растительность в горах.- Невольная ванна.- Речка Куку-усу, кл. Благодатный.- Отправка в Дун-хуан верблюдов за продовольствием.- Разъезд для обследования хребтов Гумбольдта и Риттера.- Ур. Хабтагай-ширик.- Перевал Куку-усунын-хутул.- Река Ихэ-Халтын-гол, ур. Толи.- Ур. Мандалта.- Ур. Октул.- Еще проводник.- Хр. Риттера, горы Дархын-дабан.- Ур. Нукын-хада.- Ур. Куку-сай.- Кл. Хо-булак.- Пер. Кепту-дабан.- Кл. Мо-булак.- Ур. Цала-тохой.- Ур. Кара-Кун-дык.- Ур. Олун-нор.- Река Ямату-гол.- Проводники боятся оронгын.- Верховья реки Какты.- Пер. Ихе-дабан.- Ур. Лама-тологой.- Река Ихэ-Халтын-гол.- Льды хр. Риттера, Гучин-гурбу-гпахалгын.- Ур. Сан-до-чю.- Обилие куланов.- Пер. Улан-дабан.- Кл. Улан-булак.- Удачная охота Баинова.- Ночь на реке Шарагольджине и посещение волками нашего бивуака.- Долиною Шарагольджина.- Наше прибытие на бивуак.- Поездки П. К. Козлова.- Результаты моей поездки.- Поездка в соседние альпы.- Сборы в дальнейший путь
   Глава десятая. По Нань-шаню. Вверх по реке Шарагольджину.- Урочище Пэгэ.- Ур. Яяху.- Ур. Буглу-тологой.- Кл. Бага-булак.- Кл. Улан-булак.- Разъезд в хр. Риттера.- За перевалом.- Р. Цаган-обо.- Р. Бага-Халтын-гол.- Перевал Тургын-хутул.- Р. Бомын-гол.- Пер. Тунту-гыр-мунку-хутул.- Р. Хара-Худусу.- Гучин-гурбу-шахалгын.- Р. Ихе-Халтын.- Под перевалом Кара-дабан.- Перевал.- Долина р. Шарагольджина.- Аргалин-ула.- Масса золотых приисков.- На склад обратно.- Результаты поездки.- Из дневника.- Опять по Шарагольджину к новому складу.- Ур. Сунгынур.- Ур. Улан-Иодун.- Ур. Пай-дза.- Ур. Хыйтун.- Ур. Яматын-умру.- Р. Дзурге-гол.- Опять ур. Яматын-умру
   Глава одиннадцатая. По Нань-шаню. На бивуаке в ур. Яматын-умру.- Экскурсия в сторону Курлыка, по Бухайну и Сулей-хе мимо оз. Хара-нор.- Горы Баин-Дзургын-ула.- Р. Дзурге-гол.- Пер. Кептул-дабан.- Долина р. Ихэ-Халтын-гол.- Ее истоки.- Кактынская долина.- Сев. склон гор Южно-Кукунорских (Курлык-ула).- Пер. Го-дабан.- Р. Балгын-гол.- На перевал Улан-хутул.- Долина р. Баин-гол.- Слияние р. Баин-гол с Ара-голом.- На перевал Куку-Богучи.- Р. Ара-гол.- Ара-голын-бель-чир.- К перевалу Нойон-хутул.- Перевал Нойон-хутул.- Первые тан-гуты.- До р. Бухайн-гол,-Р. Бухайн-гол.- Вверх по р. Бухайн.- Приток ее Шина-гол.- Оз. Янке-нур.- Пер. Цзаирмыген-дабан.- Р. Сулей-хэ.- Непрерывные дожди.- Р. Цзаирмык-гол.- Перевал "Щзаирмык-дабан.- Ночлег за перевалом.- Идем на волю божию.- Озеро Хара-нор.- Озеро Ногот-нор.- Возвращение в ур. Яматын-умру.- Поездка П. К. Козлова и ее результаты.- Результаты моей экскурсии.- После возвращения.- Страничка, другая из метеорологического дневника
   Глава двенадцатая. По Нань-шаню. Покидаем урочище Яматын-умру.- Озеро Ногот-нор.- Перевал Заха-дабан.- Юго-западными увалами Бухын-дабана.- Истоки реки Ангыр-гол.- Ур. Гурбу-Ангыр-гол.- Посылка в Курлык за проводником для П. К. Козлова.- Отбытие разъездов.- Я отправляюсь на р. Бухайн до оз. Куку-нор, мимо озер Дулан- и Сырхэ-нор, р. Ара-гол обратно в ур. Гурбу-Ангыр-гол.- Река Байшинтын-гол.- Перевал, ведущий в бассейн р. Бухайна.- Долина р. Бухайна вниз по ней.- Слияние р. Нойон-хутул-гола с р. Бухайном.- Р. Цайза-гол, западный берег оз. Куку-нор.- По долине р. Цайза-гол.- Тибетский караван.- Пер. Урун-хайши и оз. Цаган-нор.- Кумирня Дулан-кйт.- Речкой Дулан-гол к озеру Дулан-нор.- Оз. Дулан-нор.- Оз. Сырхэ-нор и хырма Куку-бэйле.- Ур. Цаган-тологой.- Сношения с тангутами.- В гостях у тангута.- Кража тангутских лошадей.- По долине к западу.- Оз. Баин-нор.- Ур. Дунду-урбынгун-иргэ.- Слияние рр. Баин-гола и Ара-гола.- Р. Ара-гол.- Вверх по р. Ара-гол.- Возвращение в ур. Гурбу-Анагыр-гол и результаты поездок моей и П. К. Козлова.- Метеорологические наблюдения за 32 дня
   Глава тринадцатая. В Курлыке. Караван идет в Курлык.- Пер. Тупчун-дабан.- Пер. Дзухын-хутул.- Пожар на бивуаке.- Неудачная охота П. К. Козлова на медведя и счастливая на уларов.- Первая остановка в Курлыке.- Переход на р. Баин-гол.- Посещение нас князем.- Снаряжение каравана в г. Данкыр и наши намерения на будущее. - Камышовый пожар на Курлык-норе.- Лама-врач.- В, Ф. Ладыгин в Данкыре.- Кое-что о Данкыре.- Наше пребывание в курлыке.- О хайныке.- Трудность снаряжения в дальнейший путь.- Девятый дьявол. Посыльные из г. Си-нина.- Неудавшееся их поручение и отъезд в Синин обратно.- Устройство склада в Курлыке.- Прощание с князем.- Сведения по метеорологии за два месяца и медленное движение весны
   Глава четырнадцатая. От Курлыка до Шан-рди. Движение к Сычуани.- Покидаем Курлык.- Посыльный от князя.- По берегу оз. Тосо-нор.- Неудобство движения на яках.- Абдоринте-ула.- Ур. Мушикшин.- Пустыня Куку-бейле.- Солончак Гельчик.- Ур. Шара-гуй.- Ур. Ханан-цаган.- Вверх по р. Баин-гол.- Ур. Кара-усу.- Обилие фазанов.- Старый знакомый князь Барун-засак..- Тибетские монеты.- В гостях у Барун-засака.- Ур. Цзуха-мунцук.- Ур. Гайдзер-удзур.- Пашни.- Хырма Шан-рди.- Зрители.- Происхождение хошуна Шан-рди. -Хлеб-соль шанрдийского ламы.- Старый знакомый.- Гости.- У ламы.- В кумарине.- Разбой в хырме.- Нойон у нас.- Болезнь яков (хаса).- Тан-гуты.- Монголы-охотники.- Монголы князя Куку-бейле.- Попытка к воровству.- Рождество Христово.- Новый проводник.- Метеорология за 12 дней
   Глава пятнадцатая. Шан-рди-хребет Амнэ-мачин. Оставляем хырму Шан-рди.- Ур. Обо.- Ур. Кушегын-амы.- Неспокойная ночь.- Встреча нового года под ружьем.- Перевал Куку-хутул.- Долина Цумныгын-боро-куде.- Ур. Балгатын-тарсыхай.- Перевал Балгатын-хутул.- Р. Кактын-гол.- Ур. Манитын-кунде.- Ур. Тулайту-иорол.- Ур. Цаган-оботу.- Пер. Цаган-оботу-дабан.- Р. Джюрме.- Оз. Тосо-нор.- Ур. Джамкыр.- Долина Рначю-Наргын.- Оз. Кара-нор.- Ур. Джунла.- Пер. Джапсет-ла-черу.- Р. Чурмын.- Горы Амнэ-мачин.- Пер. Мджугди-лига.- Перевал Мджугди-ла.- Ур. Халун.- Ущ. Мзушу-Ргымчон.- Ур. Юнги-чунак.- Нголыки.- Моя болезнь.- Конечный пункт экспедиции.- Разъезды тангутов.- Решаем повернуть обратно
   Глава шестнадцатая. Хребет Амнэ-мачин-Шан-рди. В обратный путь.- Ур. Юнги-чунак.- Р. Тейб-чу.- Ночевка против ущелья Чунак-лунду.- Ур. Халун.- Ночная тревога.- Лошади нашлись.- Ночь близ перевала Мджугди-ла.- Перевал и тангуты.- Бивуак на р. Нак-чу и нападение тангутов.- Отбитие нападения.- Р. Чурмын-чу.- Нголыкский лама Ркуб-сюк-лянцзя-сен.- Еще встреча с ним.- Буран.- Жители.- Водораздел.- Р. Чурмын-чу и оз. Тосо-нор.- Долина озера.- Ур. Джамкыр.- Берегом озера.- Ур. Сут-халун.- По р. Ёграй-гол.- Ур. Цаган-оботу.- Ур. Цаган-Чсичин.- Ур. Ихэ-Мельчир__Ур. Куртэ.- Приход в хырму Шан-рди
   Глава семнадцатая. Тангуты.- Бурхан-будда.- Курпыв. Тангуты левого берега Желтой реки.- Монголы, живущие на правом берегу Желтой реки, по притоку ее Боа.- Хр. Бурхан-будда.- Пер. Арцытын-дабан.- Ур.Оймын-амы (стойбище князя Барун-засака).- Погода.- Наши соседи.- Кровожадные сороки.- Четвероногие воры.- Ур. Куку-тологой.- Хырма Барун-засака и последнее свидание с ним.- Отец Барун-засака.- Хара-усуне-кубе. -Переправа Ганджир-гаталга.- Ур. Ханан-цаган.- Путь пустыней.- Сончжи-гаталга.- Прибытие к хырмам курлыкского князя
   Глава восемнадцатая. В Курлыке. Хырмы.- Поездка к верблюдам в ур. Таряне-быль.- Пашни.- У князя.- Справляем пасху.- В ур. Таряне-быль.- Покойник.- Портрет Чингис-хана.- Хлопоты но снаряжению П. К. Козлова в поездку.- Фейерверк.- Весна.- Перекочевка князя и его распоряжение.- Поездка В. Ф. Ладыгина в горы.- Наша перекочевка к кумирне в ур. Худо-буре.- Слухи о дунганах.- Княжеский суд.- Шкуры кабарги и фальшивый мускус.- Возвращение П. К. Козлова из поездки.- Запруда реки.- Княжеское угощение.- Власть князя и курлыкские монголы.- Наш прощальный визит к князю.- Хурул.- Сборы в дальнейший путь.- Из метеорологического дневника за два месяца.- Движение весны в апреле.- Движение весны в мае.- Замеченные в Курлыке флора и фауна
   Глава девятнадцатая. От Курлыка до р. Ичегын-гол. Северным Цайдамом.- Покидаем Курлык.- Северный берег Курлыкского озера.- Ур. Индырту.- Ур. Хойту-таряне.- Р. Балгын-гол.- Кл. Хабирга.- Перевал Серин-дабан.- Кл. Гашун-булак.- Кл, Мильтыдын-гашун-булак.- Р. Сонджин-гол.- Оз. Бага-Цайдамин-нор.- Р. Тоталын (Кактын)-гол.- Ур. Такял-ган.- Оз. Ихе-Цайдамин-нор.- Ур. Асхота.- Р. Ичегын (Бомын)-гол.- Соседи монголы
   Глава двадцатая. Махай.- Сыртын и до Са-чжоу. Поездка в Махай.- Ур. Дзун-Махай.- Ур. Барун-Махай.- Кл. Гашун-булак.- Ур. Иче.- Прибытие на бивуак на р. Ичегын-гол.- Возвращение В. Ф. Ладыгина с почтой из - г. Дун-хуана.- Оз. Иче-нор.- Р. Орогын-гол.- Перевал Орогын (Хара-тологой-хутул)-дабан.- Ур. Цаган-чулу.- Ур. Уту-пшрик.- Сазы.- Ур. Дыристё.- Невероятные рассказы мон голов и вообще азиатов.- Пастьба верблюдов.- Долина Сыртын.- Ур. Куку-сай.- Жители.- Годовой хурул в кумирне Шадын-Данджилин.- Слухи о дунганах.- Оставляем ур. Дыристе.- Ур. Ихен-ширик.- Перевал Тангын-дабан.- Ущелье Чан-сай.- Ур. Могып-дыбсын.- Ночлег в песках.- Ур. Сацзау-юаньцзы.- На краю оазиса.- Движение по оазису.- Старый бивуак
   Глава двадцать первая. От Са-чжоу до Люкчюна. Опять в Са-чжоу на старом пепелище.- Слухи о восстании дунган.- Внимание к нам властей.- Кумирня Юэ-ян-цюань.- Покидаем Са-чжоу.- Река Сулей-хэ.- Колодец Шибендун.- Характер гор Курук-тага.- Горные породы Курук-тага.- Колодец Малянь-чуань.- Колодец Шугуза.- Горы Чоль-тага.- Станция Куфи.- Станция Ян-дун.- Станция Чан-лю-фи.- Китаец-христианин.- Оставляем большую дорогу.- Селение Каратал.- Буря.- Встреча нас в Бугасе.- Урочище Ак-яр.- Отъезд П. К. Козлова.- Наше пребывание в Бугасе.- В гостях у аксакала.- Жители Хамийского оазиса.- Нашествие мышей.- Первые известия о Шестакове.- Возвращение П. К. Козлова.- Погода в Бугасе.- Приближение осени.- Оставляем Бугас.- Мазар Еллик.- Селение Кара-тюбе.- План дальнейшего следования "Долиною бесов".- Ключ Сарык-камыш.- Приезд П. К. Козлова.- Иду пустыней на селение Дыгай.- Характер этой пустыни.- Древняя дорога.- Встреча с Шестаковым.- Селение Дыгай.- Приезд на станцию в Люкчюн.- Прибытие каравана.- Поездка в Турфан.- Город Турфан (магометанский).- Город Гуань-ань-чэн (Турфан китайский).- Из Турфана обратно в Люкчюн.- Нивелировка котловины.- Укушение скорпионом.- Развалины Идыгот-шари.- Легенда о Юнусе.- Селение Туёк и Туёк-Мазар.- Рассказ чиракчи о мазаре.- На станции в Люкчюне.- Жеребенок дикой лошади.- Прощальный визит вану.- Предание об основании Люкчюна.- Киргизы в горах
   Глава двадцать вторая. От Люкчюна домой. Город Люкчюн.- Селение Богар.- Кыры.- Якка.- Арыки.- Карызы.- Местная администрация: тайджи, дога, уда-беги, топ-баши, подшабы, секретарь, переводчики, мирабы и аксакалы.- Ходжи и крепостные.- Судопроизводство.- Наказания и пытки.- Духовная администрация: алим-ахун, муллы, дивана-буве.- Паломники.- Постройки.- Домашняя утварь.- Гости.- Подати.- Полевая работа.- Севооборот.- Удобрение пашен.- Саранча.- Скотоводство.- Охота.- Промышленность.- Дрова.- Торговля
   Глава двадцать третья. Чанту. Слово Чанту.- Наружность мужчин.- Мужская одежда.- Нравственные качества.- Проституция.- Наружность женщин.- Женская одежда.- Женщина в замужестве.- Домашние работы.- Воспитание детей.- Свадьба.- Первые роды у женщины.- Кормление ребенка.- Кормилицы.- Обрезание.- Игры. - Болезни. - Похороны и поминки.- Дни замечательные.- Суеверия и приметы
   Глава двадцать четвертая. От Люкчюна домой. Наши маршруты на родину.- Прощание с люкчюнцами.- Выступление в путь до Турфана.- Город Тур-фан и остановка в ур. Яр.- Оставляем Турфан.- Развалины Су-ван-шари.- Ур. Киндык.- Ур. Кабирга.- Лянгер Бэ-ян-хо.- Перевал Даванчин.- Селение Даванчин (Уйтал).- Озеро Айдын-куль.- Лянгер Дзи-дзи-цао-дзи.- Город Урумчи (Ди-хуа-жоу).- У консула.- Пребывание в Урумчи.- Дунгане и слухи о них.- Солдаты.- Сплингердт.- Оставляем Урумчи.- Селение Санджу.- Селение Хутубей.- Селение Тухулу.- Город Манас.- За Манасом.- Оазис Сацзан-цза.- Сел. Ян-син-фа.- Маленькая поправка карты.- Запас воды на 4 безводных перехода.- Перевал Дзосо-бо и пески Дзосотын-элисте.- Оз. Дабасун-нор.- Ур. Кобук-сар.- Ур. Шазга.- Монголы (торгоуты).- Ур. Убдун-таряне.- Через г. Семис-тау и долиной реки верхнего Кобука.- Перевал Цаган-обо.- Родная граница.- Встреча посланных к нам навстречу из Зайсанска на пикете Чиликты.- Через Чиликтинскую долину и последняя ночь в горах Манрак.- Первый колокол.- Встреча с П. К. Козловым.- Вступаем в Зайсанск.- Помещение экспедиции.- Телеграммы.- Расформирование экспедиции
   Примечания и комментарии редактора
   Список работ, опубликованных В. И. Роборовским
   Список латинских и русских названий растений
   Примечания к списку названий растений
   Список названий животных
   Примечания к списку названий животных
  

 []

В. И. РОБОРОВСКИЙ - ИССЛЕДОВАТЕЛЬ ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ

  

I

  
   Произведения выдающихся русских географов XVIII и XIX столетий замечательны как яркие образцы классических географических трудов, представляющих большую научную ценность и поныне. Они являются свидетельством высокого уровня географической мысли и широкой исследовательской деятельности ученых-географов в России.
   Эти произведения воскрешают перед нами образы самоотверженных тружеников науки, передовых ученых и патриотов, для которых достижения и слава отечественной науки и отечества превыше всего.
   Государственное издательство географической литературы в 1946-1948 гг. издало труды П. П. Семенова-Тян-Шанского, Г. И. Невельского, Ю. Ф. Лисянского, Н. А. Северцова, Г. Н. Потанина, Ф. П. Литке; вышли 5 томов сочинений Н. М. Пржевальского, два основных труда его ученика П. К. Козлова и другие произведения.
   Настоящее издание - "Труды экспедиции Русского Географического общества по Центральной Азии, совершенной в 1893-1895 гг." представляют собой отчет начальника этой экспедиции, известного русского путешественника Всеволода Ивановича Роборовского.
   В "Трудах" дано описание работы экспедиции и ее результатов, которые являются большим и важным звеном в цепи исследований, проложенной русскими путешественниками в Центральной Азии в конце XIX века.
   В этой вступительной статье ко второму, сокращенному, изданию "Трудов" мы считаем необходимым познакомить читателя с личностью и исследовательской деятельностью их автора. Но предварительно, чтобы читателю были ясны роль и значение русских в исследовании Центральной Азии и, следовательно, в расширении географических знаний и развитии естественных наук вообще, попытаемся коротко рассказать об основных моментах из истории ее изучения, включая эпоху выдающихся по своему значению экспедиций Н. М. Пржевальского.
   Благодаря трудам Пржевальского и его последователей - Г. Н. Потанина, М. В. Певцова, В. А. Обручева, В. И. Роборовского, П. К. Козлова и других, исследовавших обширную и разнообразную по природным условиям территорию Центральной Азии, ученые получили богатейший материал, который существенно облегчает понимание общих связей и законов развития природы земного шара. Эти труды, далеко вперед двинувшие мировую науку, представляют наше великое национальное достояние.
  

* * *

  
   Древние китайские документы, которыми располагают историки, позволяют судить о том, что сведения о Центральной Азии проникали в передовые страны Европы очень давно. Известно, например, что через Восточный Туркестан проходили караванные пути из Китая в Рим более двух тысяч лет назад. Еще во втором веке до нашей эры при династии китайских императоров Хань проходил великий "шелковый" путь из Китая в Рим. В Хотане, Яркенде, Ташкургане, Кашгаре сходились караваны из Китая, Индии; Малой Азии, Черноморья. Своей торговлей Китай охватил многие страны к западу от своих границ, в том числе Грецию, Рим. Позже, в VII и VIII вв. нашей эры, с перенесением торговых путей к северу вдоль Тянь-шаня, в сферу торговли Китая с Западом (Рим, Греция, причерноморские страны) были вовлечены новые центральноазиатские районы - притяньшанские. Известно также, что между Китаем и Римом существовали давние дипломатические отношения и уже в 166 г. н. э. у китайского Императора был римский посол, который, конечно, не мог не знать о странах, расположенных в Центральной Азии.
   Историки свидетельствуют, что элементы греческой (эллинской) культуры стали проникать в Центральную Азию со времен походов Александра Македонского (IV век до н. э.); в большой степени этому способствовала торговля с греками. В 1924 г. замечательный русский путешественник П. К. Козлов открыл в Монголии, в 130 км от Улан-Батора в горах Ноин-Ула, курганы, представляющие собой могилы знати восточных гуннов. При раскопках курганов были обнаружены ценнейшие исторические памятники, раскрывающие нам картину взаимодействия культур Запада и Центральной Азии. По китайской чашке, со стоящей на ней датой ее изготовления, было установлено, что могилы относятся к I в. до н. э.
   Среди многих предметов, извлеченных из могил, оказались шерстяные ткани с изображением трех всадников на конях и человеческой фигурой, вырастающей из цветка. Изображение это является рисунком греческого стиля. Советский ученый К. В. Тревер считает, что элементы греческой культуры проникали в Центральную Азию через Бактрию - государство, существовавшее в 250-135 гг. до н. э. на месте владений Александра Македонского между Аму-дарьей и Индией.
   Несмотря, однако, на доказательства столь древних культурных и торговых связей Китая с Западом, оказывавших влияние и на народы Центральной Азии, мы не располагаем пока документами, подтверждающими проникновение европейцев в ее пределы ранее середины XIII века. Только к 1246 г. относятся первые указания о посещении этой загадочной территории европейцем. В этом году в Татарию (так называлась тогда неведомая Центральная Азия вместе с Сибирью) из Рима выехал Плано Карпини. Он направился в качестве политического разведчика к монгольскому хану Угэдэю, продолжавшему после Чингис-хана завоевательные войны и уже захватившему в Европе Венгрию. Плано Карпини был первым европейцем, оставившим записи о Центральной Азии.
   Немного позже, в 1253 г., из Франции в Центральную Азию отправился Вильгельм Рубруквис. Его путь лежал в столицу татарского Мункег хана Каракорум (находившийся на р. Орхоне в Северной Монголии) для установления политических связей с монгольским ханом, а при возможности и обращения его в христианство. Рубруквис дал более полное, чем Карпини, описание народов, населявших огромную империю монгольского хана, их обычаев и культуры. Он описал и столицу великого хана.
   Через 18 лет после Рубруквиса из Венеции в Китай направился Марко Поло. Марко Поло пересек Переднюю и Центральную Азию и много лет провел в Китае. Марко Поло оставил интереснейшие и наиболее ценные из всех древних документов, - материалы наблюдений и устных сведений, собранных им за долгие годы странствований.
   Его содержательные и правдивые записи в течение многих веков оставались главным географическим документом о Центральной Азии.
   После Марко Поло отдельные части Центральной Азии в разное время и различными путями посетили европейские путешественники: Одорик из Порденона (XIV в.), Бенедикт Гоэс (начало XVII в.), Антоний Д'Андрад (XVII в.), Гит и Габе (XIX в.), путешественники братья Шлагинтвейты (XIX в.), индус Наин Синг (XIX в.) и многие другие, в числе которых были монахи, купцы, натуралисты.
   Первые достоверные сведения о посещении Монголии и Китая русскими относятся к 1616 г., когда в Китай совершил путешествие посланец тобольского воеводы Василий Тюменец. За ним через два года последовали сибирский казак Иван Петлин и Андрей Мундов. Далее на протяжении XVII столетия русские посольства в Китай следуют одно за другим. Так, в 1664-1656 гг. из Зайсана в Пекин по степям и пустыням Монголии прошел посол Федор Байков; спустя три года по этому же пути проследовали Перфильев и Сеиткул Аблин. Позже через Маньчжурию и Восточную Монголию прошло посольство Николая Спафария и другие.
   С 1707 года начинается деятельность русской духовной миссии в Китае, члены которой неоднократно проходили по Монголии и записывали свои наблюдения и сведения, собранные в пути и в Китае как о самой "Небесной империи", так и о прилежащих к ней странах. К этому же времени (1713-1716 гг.) относится интересное для истории трехлетнее путешествие тобольского дворянина Трутникова, охватившее маршрутами большую часть Центральной Азии. Через Восточный Туркестан Трутников прошел в Северный Тибет, оттуда в Калган, из Калгана в Тобольск. В это путешествие русские первыми из европейцев побывали на берегах озера Куку-нора и верховьях Желтой реки - Алтан-голе,
   В 1728 году между Россией и Китаем был заключен Кяхтинский торговый договор. Русские торговые караваны часто стали проходить по территории Джунгарии и Монголии, что имело большое значение для изучения западной и северной частей Центральной Азии.
   В первой половине XIX в. сведения о Центральной Азии, главным образом о ее восточной части, между Ургой и Калганом, собирались членами русских духовных миссий и сопровождавшими их офицерами. Наиболее интересными документами, свидетельствующими о серьезном изучении ими Центральной Азии, являются написанные монахом Иакинфом Бичурнным по личным наблюдениям во время путешествий в Китай и по китайским источникам прекрасные труды: "Записки о Монголии" и "Описание Чжунгарии", представляющие большую ценность и в настоящее время.
   Из краткого обзора истории изучения Центральной Азии русскими и иностранными путешественниками, охватывающего период с древних времен до середины XIX века, видно, что эта обширная и интересная территория была посещена многими путешественниками, неоднократно пересекавшими ее в различных частях. Ими был собран некоторый географический материал. Но все же научные данные о природе и населении Центральной Азии оставались скудными, бессистемными, иногда вызывающими недоверие своей неправдоподобностью. Почти весь фактический материал был собран людьми без научной географической подготовки, не способными к критической оценке, чаще всего случайно, попутно. Кроме того, маршруты не захватывали наиболее труднодоступных районов Азиатского материка. Центральная Азия оставалась на карте белым пятном, т. к. съемки никем почти не производились; ее природа и люди оставались неизученными.
   Первым крупным вкладом в познания о Центральной Азии были результаты выдающегося по своему научному и историческому значению путешествия в Тянь-шагь П. П. Семенова в 1856-1857 гг. Хотя маршрут его путешествия охватил очень небольшую часть Центральной Азии и только ее самую западную окраину, все же выводы, последовавшие после изучения и обобщения собранного материала, оказались исключительно важны и велики для всей ее территории. Они коренным образом изменили имевшее место до Семенова неверное представление о Центральной Азии и выдвинули перед географами задачу ее всестороннего глубокого изучения.
   На основе своих наблюдений Семенов опроверг мнение крупнейшего по тому времени авторитета по географии Центральной Азии А. Гумбольдта о вулканическом происхождении гор "Высокой Азии" и, следовательно, - основанную на этом представлении гумбольдтовскую "клеточную" орографическую схему ее четырех меридиональных и четырех широтных хребтов. Семенов дал первую правильную орографическую схему горной системы Тянь-шаяя; доказал наличие грандиозного оледенения в Тянь-шане и установил в нем высоту снежной линии. Им были выделены в Тянь-шане ландшафтные зоны, замечательно наглядно и правильно характеризующие природу обследованной им страны со всеми ее закономерностями и взаимосвязями. Это была одна из первых очень удачных попыток выделения ландшафтных зон вообще.
   За свое исключительно плодотворное и важное для науки путешествие П. П. Семенов получил почетное право именоваться Семеновым-Тян-Шанским.
   Петр Петрович готовился к организации новой, более крупной, экспедиции в Центральную Азию, но обязанности в государственных учреждениях и руководящая деятельность в Географическом обществе не позволили ему лично осуществить этот план.
   Но будучи фактическим руководителем Географического общества, Семенов стал организатором и вдохновителем грандиозных экспедиций в Центральную Азию Пржевальского и его последователей.
   Путешествием в Тянь-шань Семенова заканчивается предистория географических открытий и исследований в Центральной Азии. В 1870 г. своей первой экспедицией Н. М. Пржевальский положил начало ее широкому, всестороннему и систематическому исследованию. Началась история географического изучения Центральной Азии.
   В 1870 г. при горячем участии П. П. Семенова, благодаря его научной и организационной помощи снаряжается первая центральноазиатская экспедиция Н. М. Пржевальского, продолжавшаяся три года. После этой плодотворной, богатой научными результатами экспедиции, Русское Географическое общество снаряжало Пржевальского в Центральную Азию еще несколько раз. Вторая, третья и четвертая центральноазиатские экспедиции путешественника были также богаты интереснейшими открытиями и замечательными исследованиями, как и первая. В начале своего пятого путешествия в Центральную Азию Н. М. Пржевальский умер.
   18 лет посвятил великий путешественник исследованию неведомой до него ученому миру Внутренней Азии, но за это короткое время он сделал больше для ее исследования, чем все его предшественники вместе.
   Заслуги Пржевальского перед наукой исключительно велики. Он открыл миру природу Центральной Азии. За свои четыре центрально-азиатских путешествия Пржевальский прошел более тридцати тысяч километров и почти на всем протяжении произвел съемку, благодаря чему огромные районы впервые были положены на карту.
   Пржевальскому первому принадлежат описания многих племен и народов Центральной Азии. Он дал столь любопытные характеристики центральноазиатских народов с их бытом и культурой, что эти сведения оказались для европейцев не менее интересными, чем сведения о племенах внутренней Африки.
   Н. М. Пржевальский возглавил движение русских ученых по изучению Центральной Азии. Именно он начал, а Потанин, Певцов, Обручев и ученики Пржевальского Роборовский и Козлов и другие русские путешественники продолжили широкое ее исследование. Способы исследований Пржевальского оказали влияние на крупнейших путешественников-современников.
   Пржевальский первым применил методику полевых исследований П. П. Семенова, расширил и углубил принципы его комплексных географических наблюдений, гербаризации, сбора коллекций. Он применял его методы сравнительного анализа и замечательных географических обобщений.
   Пржевальский воспринял новые передовые идеи П. П. Семеноваг Тян-Шанского, который во многом близко подходил к современному нам пониманию географии.
   Кроме того, Николай Михайлович создал особый законченный стиль географических отчетов, которые писал по окончании каждого путешествия. Отчеты Пржевальского сочетают научную строгость и художественную форму изложения. Они написаны языком, понятным широким народным массам, что делает их особенно ценными.
   Появление именно в России такого великого путешественника и исследователя, как Пржевальский, равного которому не знает история, было естественно и закономерно. Помимо того, что Пржевальский воспитывался на передовых идеях русских географов, он впитал еще и богатейшее наследие своих предшественников-исследователей, изучивших не только огромную территорию своего отечества, равную 1/6 части земной суши, и окружающих морей и океанов, но и проводивших исследования в Европе, в Африке, в Америке, на просторах мирового океана и в Антарктиде, Путешественник непрестанно читал и изучал их труды.
  

II

  

...В русском народном творчестве сказочный русский богатырь желает быть похороненным на перепутье, как бы указывая своей могилой на дальнейшие путя тем русским богатырям, который пойдут вслед за нам.

П. П. Семенов-Тян-Шанский.

Памяти П. М. Пржевальского.

  
   После неудачи в выборе помощников во второе центральноазиатское путешествие Пржевальский при подборе отряда для новой экспедиции был особенно строг. Из многих кандидатов и лиц, желавших с ним ехать, его выбор пал на 22-летнего офицера, прапорщика Всеволода Ивановича Роборовского.
   "Человек весьма толковый, порядочно рисует и знает съемку, характера хорошего, здоровья отличного", - такую скупую, но не бедную характеристику дал он своему новому помощнику в письме к И. Л. Фатееву.
   Новый товарищ Пржевальского по экспедиции, В. И. Роборовский, родился 26 апреля (ст. ст.) 1856 г. в Петербурге, в небогатой дворянской семье.
   Как и большинство городских жителей, имевших поместья, Роборовские выезжали на лето в свое имение Тараки в Вышневолоцком уезде Тверской губернии. Там и состоялось первое знакомство Всеволода с природой, прелесть и безграничность которой пробудили в ребенке большую к ней любовь, не угасавшую всю жизнь. Эта любовь к природе навсегда осталась руководящим началом у Роборовского и в учебе, и в отдыхе, и в работе. Еще будучи гимназистом, любознательный мальчик целые дни бродил по праздникам в окрестностях Петербурга, а в каникулы в Тараках, наблюдал жизнь насекомых, ящериц, рыб, растений, собирал их и приносил домой для коллекций.
   Склонность Роборовского к познанию природы сказывалась и на успехах в гимназии. Он превосходно успевал по истории и географии и самостоятельно занимался естествознанием. В 1892 г. в своих воспоминаниях о Н. М. Пржевальском {Николай Михайлович Пржевальский в 1878-1888 гг. Воспоминания. Русская старина, 1892.}, Роборовский писал: "Надобно заметить, что география была с малых лет моим любимым предметом и что я имел в гимназии у нашего учителя географии Пьянкова всегда круглую пятерку".
   Но увлечение географией, историей и естествознанием, по видимому, неблагоприятно сказывалось на успеваемости по математике и латыни, которые он осиливал с трудом.
   По окончании гимназии Всеволода Ивановича определили в Гельсингфорское юнкерское училище. Строевые занятия и беспросветная серость казарменной жизни царской армии были молодому человеку не по душе, а беззаботный образ жизни, который вели оканчивающие училище офицеры, не мог заинтересовать одаренного и жаждущего деятельности юношу. Его влекла к себе природа, интересовали живые описания путешествий, радость познания тайн жизни растений и животных.
   И когда после окончания в 1878 г. юнкерского училища Всеволод Иванович встретил товарища по гимназии Ф. Л. Эклона, уже совершившего с Пржевальским Лобнорское (второе центральноазиатское) путешествие, он был захвачен рассказами очевидца об экспедиционной жизни, о богатстве впечатлений, полученных там, о близости к матери-природе. "Увлекательные рассказы моего товарища о путешествии в Средней Азии [Центральной Азии. - Б. Ю.] так заинтересовали меня, что во мне загорелось сильное желание испытать самому все то, о чем я слушал с таким любопытством, и я просил Эклона познакомить меня с Николаем Михайловичем" {Там же.}.
   Эклон представил Роборовского Пржевальскому, в течение нескольких месяцев Пржевальский присматривался к новому кандидату в спутники, изучал его, испытывал его характер, стращая и запугивая трудностями. И только убедившись в непоколебимом желании молодого человека ехать в экспедицию, дал свое согласие.
   Вместо 145 Новочеркасского полка, куда Роборовского хотели направить по окончании юнкерского училища, он попал в экспедиционный отряд прославившегося на весь мир путешественника. Жизненный путь Всеволоду Ивановичу стал ясен.
   21 марта 1879 г. третья центральноазиатская экспедиция Пржевальского вышла из Зайсана. В качестве второго помощника начальника при ней находился Роборовский.
   Экспедиция двигалась через Булун-Тохой вверх по реке Урунгу, прошла г. Хами, откуда сделала переход в 347 верст сыпучими и безводными песками до Са-чжоу. От Са-чжоу экспедиция обследовала близлежащие горы Нань-шань, затем двинулась в солончаки Цайдама, к хребту Бурхан-будда и далее к верховьям Голубвй реки - реке Мур-усу, перевалила на высоте более 5 тыс. метров хребет Тангла и оказалась в расстоянии 300 верст от Лхасы. Далее путешественников не пустили тибетцы. От горы Бумза экспедиция повернула обратно, прошла к альпийскому озеру Куку-нор, поднялась немного вверх по Желтой реке, обследовала горы Джакар и бассейн Куку-нора и через кумирню Чейбсен и область Ала-шаня направилась в Ургу.
   Новый, неведомый мир раскрывался перед глазами Роборовского, когда экспедиция двигалась то пылающими зноем пустынями, то живописными горными долинами, то суровыми каменистыми плоскогорьями Тибета. Эта новизна поражала и увлекала его. Все хотелось увидеть, узнать и понять.
   Пржевальский всемерно облегчал молодому путешественнику сложный и трудный путь познания природы: объяснял, показывал, давал задания. Видя увлечение Роборовского ботаникой, он обучал его разработанному в экспедициях способу коллектирования растений. Николай Михайлович не ошибся в выборе помощника. Увлекающаяся натура юноши целиком отдалась интересующему его делу. В отчете о своем третьем центральноазиатском путешествии Пржевальский отмечает: "...В. И. Роборовский, страстный коллектор по части ботанической, лазил целые дни по россыпям и скалам..." {"Из Зайсана через Хами в Тибет и на верховья Желтой реки". Географгиз. 1948, стр. 113.}.
   Ученик успешно освоял коллектирование растений и вскоре обязанность сбора гербария целиком выполнялась им. "...Как-то само собой случилось, что ботанические экскурсии сделались мне особенно симпатичны и были вменены мне в исключительную обязанность; увлечение ботаникой доходило у меня до того, что зачастую я с опасностью для жизни взбирался на горы и доставал цветочек, до которого добраться казалось почти невозможным; но если я его раньше не видал или мне думалось, что это новый вид растения, то я напрягал все усилия: камни валились у меня из-под ног, казалось вот-вот свалюсь в пропасть, но все-таки я доставал интересовавший меня цветок" {"Николай Михайлович Пржевальский в 1878-1888 гг." Воспоминания. Русская старина, 1892.}.
   Всеволод Иванович выполнял и другие различные обязанности в экспедиции, в том числе рисовальщика. В отчете о третьем Путешествии в Центральную Азию Н. М. Пржевальский писал {"Из Зайсана через Хами в Тибет и на верховья Желтой реки". Географгиз, 1948, стр. 217.}: "Типы приходивших к нам, как мужчин, так и женщин втихомолку срисовывал В. И. Роборовский, всегда искусно умевший пользоваться для этого удобными минутами". Роборовский делал зарисовки пейзажей, животных, растений, в чем нередко проявлял большое умение. Особенно ему удавались зарисовки животных. Отображение же пейзажей отличалось некоторой наивностью, упрощением, что снижало их художественные достоинства.
   Большую трудность из-за незнания языков составлял для экспедиции сбор этнографического материала. Но здесь часто выручало большое терпение исследователя, каким отличался Всеволод Иванович, и его любознательность. Он часами просиживал с местными жителями и при помощи переводчика расспрашивал их об обычаях, образе жизни и нравах.
   С самой лучшей стороны проявил в экспедиции Роборовский и свои физические качества: ловкость, выносливость, смелость и присутствие духа в ответственную минуту. Когда экспедиция

Другие авторы
  • Азов Владимир Александрович
  • Гамсун Кнут
  • Гольц-Миллер Иван Иванович
  • Языков Николай Михайлович
  • Морозов Михаил Михайлович
  • Богословский Михаил Михаилович
  • Москвин П.
  • Бласко-Ибаньес Висенте
  • Уэллс Герберт Джордж
  • Рыскин Сергей Федорович
  • Другие произведения
  • Буссе Николай Васильевич - Русские и японцы на Сахалине
  • Каченовский Михаил Трофимович - Об источниках для Русской Истории
  • Дорошевич Влас Михайлович - За кулисами
  • Волкова Анна Алексеевна - Размышление о превратности и непостоянстве счастья
  • Белинский Виссарион Григорьевич - Очерки жизни и избранные сочинения Александра Петровича Сумарокова... изданные Сергеем Глинкою... Часть I...
  • Надсон Семен Яковлевич - Полное собрание стихотворений
  • Тан-Богораз Владимир Германович - В. Огрызко. Под надзором царских жандармов и советских чекистов
  • Федоров Александр Митрофанович - Стихотворения
  • Юрковский Федор Николаевич - Е. Колосов. Роман Ф. Н. Юрковского в жизни и в литературе
  • Подолинский Андрей Иванович - Подолинский А. И.: Биобиблиографическая справка
  • Категория: Книги | Добавил: Ash (12.11.2012)
    Просмотров: 540 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа