Главная » Книги

Роборовский Всеволод Иванович - Путешествие в восточный Тянь-Шань и в Нань-Шань, Страница 33

Роборовский Всеволод Иванович - Путешествие в восточный Тянь-Шань и в Нань-Шань



ирни Матеня. Название урочища Шазга произошло от обилия здесь сорок. Кроме них мы видели фазанов, ворон, воробьев, ремезов, фруктоедов и др. Видели очень много зайцев; говорят, что здесь много волков, лисиц, дзеренов, попадаются малуны и в лесу возле реки козы. Мы поймали на бивуаке маленькую кутору (Sorex sp.).
   В Шазга мы только переночевали и на другой же день перешли в урочище Убдун-таряне, лежащее выше по реке на семнадцать верст. Здесь решили передневать, чтобы сделать астрономическое наблюдение, если позволит погода. Мы разбили бивуак в очень красивом месте на берегу реки Кобука в ивовом лесу. Тут же попадались тополя, джигда, колючка, саксаул, тамариск, дырисун и другие злаки, солянки, кендырь, солодка, чернобыльник, Brassica sp., хармыки, сугак, ревень, бударгана, Atraphaxis вр, ломонос (Clematis Orientalis и Glematis sp.), камыши, Reaumuria sp., Cynanchum sp., белолозник, василек розовый и еще другие сложноцветные.
   Оба дня, проведенные здесь, простояли облачные, и наблюдений сделать не пришлось. Тут мы добыли последних фазанов, водящихся по пашням. Это урочище расположено на абс. высоте 1 700 футов.
   После проведенной здесь дневки мы продолжали двигаться вверх по Кобуку, на берегах которого, кроме бедняков монголов, встретили две фанзы китайцев, высасывающих остатки жалкого достояния несчастных обитателей Кобука. Пройдя эти фанзы, мы вскоре оставили реку вправо, где она врывается в ущелье гор Семис-тау, отмывая от восточного конца их небольшую группу Аргалты, и вступили в холмы южного склона Семис-тау, которые представляли темную, почти лишенную растительности, щебневую поверхность, лишь изредка поросшую кипцом (Stipa sp.); влево стояла небольшая скалистая масса Сырхэ. Мы прошли 36 верст и ночевали с запасными водой и дровами.
   На другой день, покинув ночевку, мы перешли горы Семис-тау пологим валом на северный их склон, коим по мягкому лугу спустились в долину р. Кобук. На севере за ним стоял покрытый снегом хребет Саур, круто опускающийся в долину Кобука своими южными склонами, темнеющими по ущельям хвойными лесами. Долина Кобука довольно просторна с хорошими пастбищами, местами у реки болотиста; мы видели на ней немного кочующих монголов. По мере нашего движения вверх по реке нам стал попадаться сдутый ветром в небольшие бугры снег. Днем тепло доходило до °Ц. Мы оставили Кобук, приходящий слева, и на 36 версте остановились на левом притоке его, идущем с Саура, в шести верстах ниже стоящей на нем кумирни Матеня. В кумирне этой теперь никто не живет, она совершенно заброшена, даже нет сторожа.
   Здесь мы встретили пастуха, указавшего нам стойбище из нескольких монгольских юрт, в которых мы нашли проводника через перевал Цаган-обо к Чиликтинскому пикету, расположенному уже в пределах России; доведшего же сюда из Кобук-сара монгола отпустили обратно. Эта проведенная близ кумирни Матеня ночь была последняя на чужбине; она памятна нам своей неистовой бурей, заставившей нас среди ночи привязывать юрту к тяжелым вьюкам, чтобы не унесло ее ветром. Под утро буря притихла внизу, где мы стояли; но состояние погоды, повидимому, ничего хорошего не предвещало: в горах, через которые лежал наш путь, свирепствовал снежный буран, совершенно скрывавший их от нас взметаемым бурею снегом. Нетерпение скорее ступить на родную землю понудило нас пренебречь всеми этими неблагоприятными в дороге обстоятельствами, и, напившись чаю, мы тронулись в путь.
   Нам почти с места пришлось итти в гору по снеговым скатам. Часа через два пути небо стало прояснивать, и туман стал сползать с гор в долину р. Кобук и заполнять ее. Горы скоро очистились совершенно и осветились уже взошедшим солнцем, озарившим сверху облака, расстилавшиеся по долине Кобука под нашими ногами.
   Через пять часов хода без большого труда мы достигли кучи сложенных камней Цаган-обо, обозначающей границу нашей великой России с Китаем.
   Отсюда мы увидели расстилавшуюся к северу чиликтинскую долину и за ней хребет Манрак, заслоняющий собой Зайсанский пост, ныне город Зайсанск, первый населенный русскими людьми пункт на нашш пути возвращения на родину, о котором уже более месяца говорили между собой люди отряда с каким-то вожделением, с нетерпением стремившиеся скорее ступить на родную землю.
   Высота этого перевала достигает 6 500 футов выше уровня моря. Окружающие горные породы состоят из мелкозернистых розовых, роговообманковых гранитов, сильно спрессованных глинистых зелено-серых сланцев и биотитовых гранито-порфиров.
   Мы выстроились на перевале, и тремя залпами из берданок послали свой первый привет дорогой отчизне, в пределы которой с волнением вступали после 30-месячного отсутствия.
   Затем, обратясь в сторону покидаемого Китая, послали и ему три прощальных залпа. Мы прощались с жизнью, полной всяких треволненй и опасностей, но близкой к природе, вольной и свободной, чего никогда в заменит искусственная жизнь стесненных и загрязненных городов, с их условными удобствами, которые не для всех удобны и доступны, а если и доступны, то добываются потом и слезами других людей. Да, прожитое время в странствовании, вероятно, будет всю жизнь вспоминаться многими из нас как самое счастливое время в пройденном жизненном пути. Мы все, осенив себя крестным знамением, обнимаясь, поздравляли друг друга с прибытием на родину, радуясь радостями, неизвестными многим, не покидавшим надолго своего отечества. В отряде господствовало необычайное веселье и разговорчивость, а то в последние дни люди был как-то особенно сосредоточенны и молчаливы - всех преследовало нетерпение скорее попасть в Россию.
   Вниз с перевала дорога пошла уже по родной земле, по ущелью р. Цаган-обо-гол. Нам попадались монголы, шедшие из города Дурбульджина.
   Выйдя из гор на долину чиликтинскую, мы встретили посыльного с двумя джигитами киргизами от зайсанского уездного начальника, Н. П. Кирьянова. Они нас привели к пикету, возле которого были выставлены для нас юрты. Здесь нас встретили с хлебом-солью киргизский волостной старшина Чиликтинской волости Зайсанского уезда и другие киргизские власти. Зайсанский уездный начальник, многоуважаемый Н. П. Кирьянов, любезно выслав нам навстречу людей, прислал с ними свою хлеб-соль в виде вина, хлеба и разных сластей. Начальник зайсанской таможни Давыдов тоже весьма предупредительно командировал для встречи нескольких таможенных стражников, чтобы в случае необходимости оказать нужную помощь. Несмотря на большой 40-верстный и довольно трудный, вследствие глубокого снега, переход, от кумирни Матеня до Чиликтинского пикета, люди отряда еще долго за полночь не засыпали; разговорам с приехавшими из Зайсана людьми и киргизами не было конца. Тревожно-радостно прошла эта первая, после 30 месяцев, ночь в пределах отчизны.
   Утром еще до четырех часов, в полной темноте, мы покинули пикет с его гостеприимными юртами и, сопровождаемые встретившими нас, пересекли чиликтинскую долину в северо-восточном направлении и вошли в горы Манрак, где остановились на последний экспедиционный ночлег в ущелье р. Уй-дон, убегающей из гор в долину зайсанскую. Здесь для нас среди прекрасного леса у самого берега реки были выставлены юрты для ночлега. Мы прошли в течение дня 45 верст. Дни короткие, и мы шли от темна до темна. Последняя ночь, проводимая в степи, прошла тревожно: масса разнообразных мыслей об ожидающем нас свидании с дорогими соотечественниками в Зайсане, о Петербурге, родных, знакомых теснилась в голове и отгоняла сон. Еще при совершенной темноте все уже встали и сидели у костра, с нетерпением ожидая проблеска утренней зари, чтобы двинуться в путь и скорее вступить в Зайсанск, о котором последний месяц путешествия было столько вожделенных разговоров. Отсюда дорога шла все горами, невысокими и довольно мягкими до самого Зайсанска, к которому они подходят вплотную, падая на окраину города своими северными склонами.
   Еще не доходя до города, в горах мы с восхищением услышали неслыханный в течение трех лет колокольный звон зайсанской церкви; там шла служба по случаю праздника введения во храм пресвятой богородицы (21 ноября). По мере нашего приближения, звон становился яснее и громче. Вскоре мы с радостью увидали П. К. Козлова с Власенко и А. С. Хохловым, моим старым знакомым зайсанцем, и других выехавших за город нас встретить.
   П. К. Козлове урядником Шестаковым приехал в Зайсанск ранее нас, 7 ноября, пройдя из Люкчюнана Гучен, реку Урунгу, мимо оз. Улюнгура, обойдя с севера горы Саур, через сел. Киндырлык. На окраине города, при спуске с гор, нас радушно встретили уездный начальник Н. П. Кирьянов и служащие в различных учреждениях Зайсанска. Многих я встречал уже не в первый раз. Командир казачьего сибирского No 3 полка, он же и командующий войсками в городе, полковник Вологодский, крайне предупредительно приказал приготовить для экспедиции помещение в доме командира батареи, ушедшей на Дальний Восток, в Уссурийский край. Здесь мы имели полную возможность поместиться сами с людьми и разместить все наши коллекции.
   Сейчас же по приходе в Зайсанск были отправлены телеграммы в Главный штаб, в Русское Географическое общество и близким родным, с извещением о благополучном и радостном вступлении экспедиции в пределы дорогого отечества.
   В ответ была получена на мое имя телеграмма военного министра.
   Телеграмма вице-председателя Русского Географического общества П. П. Семенова несла нам привет и лестные поздравления. Затем следовали радостные телеграммы от родственников.
   Зайсанское местное военное и городское общество весьма радушно нас чествовало, устраивая нам обеды и вечера.
   Наша команда-семья была расформирована: мы с грустью провожали своих товарищей - солдат и казаков - к их служебным частям и, может быть, чтобы не встретиться со многими никогда более! Не легко было следить за уносившимися тройками, увозившими от нас людей, с которыми в течение почти трех лет мы делили все труды, лишения и все радости нашей счастливой страннической жизни, направляемой всеми единодушно для одной общей задачи - выполнения целей экспедиции!
   Отдыхать в Зайсане не пришлось: мы перекладывали коллекции для перевозки на лошадях и далее по железной дороге. Хлопоты по отправке и сдаче в транспортную контору для доставления коллекций в Петербург принял на себя зайсанский городской голова А. С. Хохлов.
   7 декабря, напутствуемые всевозможными добрыми пожеланиями радушных зайсанцев, мы, т. е. я с П. К. Козловым, фельдфебелем Гавриилом Ивановым и С. У. Смирновым оставили Зайсанск, так тепло встретивший нас при вступлении экспедиции на родину.
   В Семипалатинске, Петропавловске и Омске нас тоже ожидали радушные приемы. Из Омска по новой Сибирской железной дороге через Москву мы прибыли 2 января 1896 г. в Петербург, который перед тем оставили
   1 апреля 1893 года.
   Так закончилась экспедиция Русского Географического общества в Центральную Азию 1893-1895 гг.
  

ПРИМЕЧАНИЯ И КОММЕНТАРИИ РЕДАКТОРА

  
   1 Гавриил Иванов начал полевую работу в последней экспедиции Н. М. Пржевальского, тогда и познакомился с ним В. И. Роборовский. После поездки с Роборовским Г. Иванов принимал участие в двух экспедициях П. К. Козлова. Знанием дела, исключительной добросовестностью и преданностью целям экспедиции Иванов заслужил любовь и уважение всех своих начальников и товарищей.
   2 Ступни ног верблюда имеют толстую мягкую мозолистую подошву, приспособленную для ходьбы по пескам, но быстро протирающуюся на каменном грунте. При ранениях к этой мозолевидной подошве пришивают кусок сыромятной лошадиной, верблюжьей или бычьей кожи, что позволяет верблюду безболезненно ходить и избегать новых повреждений, и, таким образом, ускоряется заживление.
   3 Узун-ада, некогда важный торговый порт на п-ве Дарджия на восточном побережье Каспийского моря. Одно время был конечным пунктом Закаспийской железной дороги. Свое значение утерял после того, как провели линию от ст. Кара-Молла к Красноводску, который стал и главным портом этого побережья, благодаря удобной стоянке для судов, и крайним пунктом железной дороги. В настоящее время город почти засыпан песками.
   4 Термин "сарт", начиная со средневековья, неоднократно менял свое содержание.
   Некоторые ученые предполагали, что сарты произошли от смешения древнего иранского населения Туркестана с позднейшими завоевателями и поселенцами турецко-монгольских племен; некоторые же считали, что термин "сарт" распространяется только на оседлое население Туркестана - в этом смысле он сейчас применяется в Китайском Туркестане
   Вследствие своей неопределенности термин "сарт" в среднеазиатских советских республиках не применяется.
   5 Город Пржевальск основан в 1869 г. Это был форт, называвшийся Аксуйским укреплением, затем он получил права города и был назван Караколом. Расположен город в 12 км от озера Иссык-куля у устья реки Каракол. В Каракол в 1885 году вернулся из четвертого путешествия по Центральной Азии Н. М. Пржевальский; из него же он собирался выступить и в пятое путешествие, но смерть остановила неутомимого путешественника. Его похоронили близ Каракола, и этот город был переименован в Пржевальск.
   6 Дунгане - мусульманское население Западного Китая, провинций: Ганьсу, Цинхай, Синьцзян. О происхождении дунган раньше существовало два предположения: одни считали их китайцами, другие - потомками уйгуров, подвергшимися китайскому влиянию (уйгуры - тюркский народ, кочевавший на севере Центральной Азии. В середине VIII века на территории нынешней Монгольской Народной Республики они образовали сильное государство, которое существовало до разгрома его в 840 году киргизами, пришедшими из бассейна верхнего Енисея).
   В настоящее время советские этнографы на основании изучения дунган, живущих в небольшом количестве в советском Казахстане и Киргизской ССР, выяснили, что дунгане представляют северокитайский расовый тип, осложненный различными европеовидными и южноазиатской (малайской) примесями.
   7 "Баранта" в буквальном переводе "баранье стадо". Но под барантой понимается и угон скота с целью похищения. Барантачи - участники баранты. обычно самые отчаянные люди рода, пользующиеся большим уважением за свою отвагу.
   Баранта была до советской власти распространена и в Средней Азии.
   8 Сакья-Муни (Шакья-Муни) - одно из имен будды. Тараната (1573-1635) - проповедник буддизма в Индии и Тибете.
   9 В прошлом веке дикокаменными киргизами и каракиргизами называли киргизов. Название это встречается у П. П. Семенова-Тян-Шанского в его книге "Путешествие в Тянь-шань", у Н. А. Северцова в книге "Путешествия по Туркестанскому краю".
   10 Чтобы было понятно, что подразумевается под словами "отдача Кульджи", следует напомнить предшествующую этому событию историю.
   Кульджа с давнего времени считалась наиболее удобным торговым пунктом между Россией и Китаем. Это привело в 1851 г. к подписанию, Кульджинского торгового договора, по которому русские купцы получили право приезжать в Китай ежегодно в период с 25 марта по 10 декабря. Кроме того Россия получила право открыть свои консульства в Кульдже и Чугучаке.
   В 1862 году в Западном Китае вспыхнуло дунганское (магометанское) восстание, и в 1867 г. в Синьцзяне образовались три государства: Джеты-шаар (см. ком. 15), Дунганское и Таранчинское княжества со столицей в Кульдже. Россия свои привилегии в Кульдже утеряла. Царское правительство объявило войну Таранчинскому княжеству и оккупировало Илийский край и Кульджу.
   Однако из-за крупных англо-русских противоречий, своей слабости и неблагоприятно сложившейся политической обстановки царское самодержавие в 1881 г. было вынуждено вернуть Кульджу Китаю.
   11 Аппарель - наклонная, пологая, земляная насыпь, служащая для ввоза или спуска орудий, зарядных ящиков и пр. на возвышение крепости или полевого укрепления, откуда ведется стрельба.
   12 Биик - по-тюркски вершина, высота. Название гор "Биик" произошло вероятно по недоразумению; проводник, у которого спросили о названии этих гор, не зная такового, ограничился ни к чему не обязывающим словом "биик", в смысле "вершина", что было понято спрашивающим как собственное название гор и нанесено им на карту.
   13 Морены - скопление обломков горных пород, мелкозема, илов, образующихся в результате разрушающей деятельности ледника, или попадающих к движущемуся леднику попутно. Морены образуются на поверхности ледника, внутри его, по краям или подо льдом - в зависимости от этого они называются: внутренними, нижними, боковыми и т. д.
   14 Торгоуты - одно из западномонгольских племен. В начале XVII в. большая их часть по невыясненным еще пока причинам откочевала из Западного Китая на Нижнюю Волгу. В 1771 г. часть Т. ушла обратно в Китай. Риборовский в своей книге торгоутов называет калмыками.
   Номад - по-гречески кочевник; широко распространенное в литературе слово.
   15 В 1862 г. в западных провинциях Китая Шэньси и Ганьсу началось восстание дунган, перекинувшееся вскоре в Джунгарию и Кашгарию. Восстание было поднято против притеснений и эксплоатации китайских феодалов, купцов, маньчжурских гарнизонов и чиновников. Китайское правительство, ослабленное борьбой с тайпингами, не смогло сразу бросить против дунган большие силы, и восстание последних все разрасталось.
   Господствующие слои дунганского населения вначале в восстании участвовали не целиком, часть даже помогала в его подавлении китайскому правительству. Но по мере роста и успехов освободительного движения беки и купцы к нему присоединились и стали играть в нем руководящую роль.
   Вскоре между различными руководящими группировками возникли разногласия, выделился ряд непрочных государств; наиболее сильным из них было образовавшееся в 1867 г государство Джеты-шаар (Семиградье), во главе которого встал Магомет Якуб-бек Бадуалет.
   Якуб-бек стремился к объединению и независимости Восточного Туркестана, к хозяйственному и культурному развитию государства мусульман, он провел рад мероприятий по управлению и благоустройству управляемой им страны.
   Умер Якуб-бек в 1877 г. (по некоторым источникам был отравлен), а через год его государство было разгромлено китайскими войсками, сумевшими к этому времени собраться с силами.
   У М. В. Певцова в его "Трудах Тибетской экспедиции" отмечается, что, по словам жителей Восточного Туркестана, народ с сожалением вспоминает Якуб-бека, который, хотя и был жесток и ревнив в охранении мусульманских традиций, но был снисходителен и справедлив к бедным. При нем баи платили большие налоги, бедные же не обременялись налогами и поэтому большинство населения при Якуб-беке жило привольнее
   16 Курень (хурэ, хурень) - обозначает собрание зданий, расположенных кругом, а в частности - окружающих монастырь.
   17 Согласно буддийскому учению, будда и великие ламы - проповедники буддизма, бессмертны, каждый из них постоянно воплощен в образе человека, по смерти которого будда или лама вновь возрождается в младенце, как бы обновляя форму своего земного существования.
   18 См. комментарий 14.
   19 Слово "хырма" по-монгольски значит крепость, крепостная или городская стена. Правильная форма "хэрым".
   По мнению известного советского монголоведа Э. М. Мурзаева, от этого монгольского слова произошло наше географическое название "Крым".
   20 СВ1-2 - условное обозначение направления ветра с указанием его силы по пятибальной системе.
   21 Амур-сана - популярный герой множества легенд, батырь, спасшийся будто бы от китайцев во время разгрома ими Джунгарии и удалившийся в Россию. Согласно легендам, Амур-сана в самом ближайшем времени должен был вернуться на родину, объединить ойратов (западные монгольские племена) и уничтожить ненавистных китайских чиновников, купцов и солдат.
   22 Красные халаты в Монголии и Тибете носят служители старой буддийской веры; желтые - ламаисты, представители нового реформированного буддизма, возникшего в середине XIV в. Важнейшим отличием новой, созданной Цзонхавой, религии от старой, помимо некоторых философских вопросов, является большая строгость устава, запрещающего ламам брачную жизнь - что отрицательно влияло на рост населения и порождало разврат в среде лам.
   23 Вероятно имеется в виду время существования государства монголов, которые в XVII в. основали на территории Джунгарии Джунгарское царство, разгромленное в 1757 г. китайцами. Китайцы вырезали часть джунгарского населения и заменили его переселенцами из Восточного Туркестана - дунганами и таранчами (таранчи - тюркский народ, проживающий в Кульджинском крае, язык их уйгурский. Ныне их от уйгуров как "таранчей" не отделяют).
   24 Люкчюнская котловина была открыта экспедицией братьев Грумм-Гржимайло осенью 1889 г. и через год М. В. Певцовым, не знавшим об ее открытии Грумм-Гржимайло.
   По измерениям В. И. Роборовского оказалось, что самая низшая ее точка - озеро Боджанте - ниже уровня океана на 130 м.
   В настоящее время принята отметка -154 м, полученная советскими учеными. Данные Роборовского, опирающиеся на материал, собранный в течение двух лет, и близкая к этой величине отметка в -154 м советских географов показывают, что отметка в -298 м, полученная английской экспедицией А. Стейна, не заслуживает большого доверия.
   25 Название отложений "ханхайские" связано с прежним неверным представлением о Гоби как бывшем морском дне. Это заблуждение было рассеяно В. А. Обручевым, который обнаружил в Гоби сухопутные отложения и доказал, что так называемого Ханхайского моря на месте Гоби не было. В своей книге "От Кяхты до Кульджи" (Издательство Академии наук СССР, Москва - Ленинград, 1940, стр. 27-28) академик Обручев пишет: "В южной части Гоби, на обрыве одного из упомянутых плоскогорий, сложенных из самых молодых отложений, я нашел осколки костей какого-то животного. Это было очень интересное открытие, так как впервые в этих отложениях попались остатки, позволявшие определить точнее их возраст... Потом оказалось, что эти остатки были осколками коренного зуба носорога третичного возраста и доказали, что молодые отложения Гоби представляют не морские осадки, как думали раньше, а континентальные, т. е. что Гоби уже в то время являлась сушей, а не дном моря".
   26 "Карашар" значит "черный город" (кара - черный, шар - город).
   Название города "Кашгар" и страны "Кашгария" происходит от слова "каш" - тюркского названия нефрита, которым в древности Восточный Туркестан вел торговлю со многими странами.
   27 На современных картах гора Богдо-ула, расположенная в хребте Мерцбахера, имеет отметку не 6 740 м, как у Роборовского, а 5 445 м (на карте м-ба 1 : 5 000 000) и 5 600 м (на карте м-ба 1 : 2 500 000).
   28 Почти до последнего времени в Китае наряду с монетами ходили серебряные слитки "ямбы" весом от 5 до 50 лан (лан равен 35-37 граммам). При мелких расчетах от ямбов отрезались кусочки серебра.
   29 Упоминая о знакомых лобнорцах, Роборовский имеет в виду жителей Лоб-нора, с которыми он встречался весной 1885 г., будучи участником четвертого центральноазиатского путешествия Н. М. Пржевальского.
   38 О песках Кум-таг В. А. Обручев, проходивший там несколько раньше В. И. Роборовского, говорит, что они представляют продукт бурь, дующих в "Долине бесов", расположенной к востоку от Кум-тага. В этой долине господствует развевание мягких глин и песчаников частыми бурями, которые выносят песок на запад и юго-запад, где он и накопился, заняв огромную площадь.
   Продолжая мысль В. А. Обручева, можно предполагать, что так как энергия ветров в основном теряется в восточной части песков Кум-тага, то в западной ветры уже становятся слабыми и пески остаются благодаря этому почти неподвижными, что отмечается, как очень интересный факт, и Г. Е. Грумм-Гржимайло, и В. А. Обручевым, и В. И. Роборовским.
   31 Чоль-таг был пересечен экспедицией Грумм-Гржимайло. По его описаниям это - пустынное нагорье (он включает в это нагорье и хребет Курук-таг), в котором более высокие горы скалисты, а невысокие пологи. По его маршруту падение продольных долин было западное, из чего и делается заключение о поднятии нагорья к востоку. Хребет Тюге-тау служит водоразделом, от него к югу и северу тянутся ряды кряжей, имеющих западно-северо-западное простирание, разделяющих нагорье на параллельные между собою долины, террасовидно спускающиеся к Люкчюнской впадине и к Лоб-нору.
   Нередко долины пересекаются горными перемычками, от которых к востоку образовались впадины, служившие некогда дном озер, а ныне представляющие солончаки.
   32 Упоминаемая Роборовским история поисков русскими староверами мифической страны "Беловодья" для нас интересна потому, что староверы первыми проходили по таким местам, где до них из европейцев никто не был.
   Из рассказов самих участников, записанных некоторыми путешественниками, известно, что, начиная с 40-х годов XIX ст., часты были случаи ухода алтайских староверов на поиски "Беловодья". Об одном из таких походов рассказывает П. К. Козлов в своей книге "Монголия и Кам". Так в 1859 г. крестьянин села Корбихи Бобров с двумя семьями родственников пошел в Восточный Туркестан на поиски "Беловодья". Он дошел до Лоб-нора и, найдя земли там удобными для поселения, вернулся за односельчанами. За ним "в тихие места из-за притеснений веры", - как говорили они китайским начальникам, - последовало до 50 семей. В 1860 г. староверы достигли Лоб-нора и некоторые из них поселились в селении Чархалык, а некоторые в других местах близ озера. Но вскоре поселенцы разочаровались в прелестях новых мест и часть из них вернулась обратно на Алтай, а большая часть пошла далее к югу за хребет Алтын-таг и основалась в Цайдаме, в урочище Гас. Но и здесь переселенцы не удержались, вернулись на Алтай, за исключением двух семей, которые пошли на Са-чжоу, затем в Хами, Гучен и, пересекши Джунгарию, все-таки вернулись на Алтай.
   Примерно так же, только короче, описывается история этого похода староверов Н. М. Пржевальским в его отчете о втором центральноазиатском путешествии ("От Кульджи за Тянь-шань и на Лоб-нор". Но в отчете о четвертом путешествии ("От Кяхты на истоки Желтой реки") Пржевальский на основании сведений, полученных от лобнорцев, говорит, что вскоре по прибытии староверов на Лоб-нор туда пришел с войском турфанский губернатор, разорил поселения староверов, а самих поселенцев увел в Турфан, и что было с ними в дальнейшем - никто не знает. Семьи же, ушедшие в Са-чжоу, также не спаслись: мужчины были казнены, а о судьбе женщин неизвестно.
   Можно полагать, что сведения П. К. Козлова более правильны, чем приводимые Пржевальским в отчете "От Кяхты на истоки Желтой реки", так как Козлов записал их со слов участника похода староверов Рахманова. Кроме того, у Г. Е. Грумм-Гржимайло, который также приводит в своей книге "Описание путешествия в Западный Китай" рассказ участника этого похода в "Беловодье" А. Е. Зырянова, ничего не говорится о трагической судьбе русских переселенцев. Староверы назывались китайским чиновникам "кэмчуками" - народом, будто бы, родственным киргизам, живущим в Китае, к которым они, как заявляли переселенцы, шли. Китайские чиновники сначала им даже помогали в устройстве на новых землях; но когда узнали, что пришедшие из России люди - русские, потребовали, чтобы староверы ушли обратно в Россию, в чем, однако, также оказывали им помощь.
   33 Поющие пески - замечательное явление, отмечавшееся уже несколько тысяч лет назад. Поющие пески наблюдались в Восточном Туркестане, А. Гумбольдт изучал их на перувианском побережье в дюнах, их музыку слышали на побережье Дорсета в Англии, на атлантическом побережье США, в пустынях внутренней Аравии, в Египте, Ливии, Калахари и др. местах. Эти звуки часто напоминали то орган, то духовые инструменты, то слабые громовые раскаты.
   Несмотря на производившиеся опыты и изучение этого явления в пустынях и в лабораториях, сущность его еще не выяснена.
   34 Как известно, шкура первого дикого верблюда в музей была привезена из второй центральноазиатской экспедиции Н. М. Пржевальским. Верблюд был убит в песках Кум-тага близ Лоб-нора.
   По поводу этого приобретения Н. М. Пржевальский записал: "Нечего и говорить, насколько я был рад приобрести, наконец, шкуры того животного, о котором сообщал еще Марко Поло, но которого до сих пор не видал ни один европеец" ("От Кульджи за Тянь-шань и на Лоб-нор". Географгиз, 1947, стр. 67).
   35 В этот разъезд П. К. Козлов прошел от Люкчюна, по меридиану Турфана, на юг, пересек пустынные горы Чоль-таг и Куруг-таг и прошел к Лоб-нору. Оттуда он направился в Са-чжоу, по трудной пустынной дороге, идущей на расстоянии 200 верст по солончаку вдоль старого берега Лоб-нора.
   Поездка П. К. Козлова была очень интересной в географическом отношении. В дальнейшем результатами этого обследования (а также знакомства с Лоб-нором по предыдущему путешествию с Н. М. Пржевальским) П. К. Козлов воспользовался, когда в научных кругах возникла полемика по поводу правильности географического положения Лоб-нора, указанного его первооткрывателем Н. М. Пржевальским. Известный немецкий ученый Фердинанд Рихтгофен на основании изучения древних китайских источников предположил, что настоящий, т. е. исторический, известный по литературе, Лоб-нор должен находиться севернее. Позже к этому предположению присоединились другие, и в частности шведский путешественник Свен Гедин (известный, кстати говоря, своим враждебным отношением к России во время первой мировой войны, и еще более во время второй мировой войны, когда он выступил на стороне германских фашистов и шведских реакционеров против Советского Союза), открывший следы озёра севернее Лоб-нора Пржевальского.
   П. К. Козлов показал, что открытые Свеном Гедином озера обязаны своим происхождением не Тариму или Лоб-нору, а странствующей реке Конче-дарье, вытекающей из Баграш-куля.
   Свои соображения об истинном положении Лоб-нора, подтверждающие правильность данных Н. М. Пржевальским координат, П. К. Козлов изложил в III и IV главах отчета "Труды экспедиции Русского Географического общества по Центральной Азии под начальством В. И. Роборовского", ч. 2-я, СПб., 1899, и в специальной статье "Лоб-нор" (Изв. Русского Географического общества, т. 34, вып. 1, СПб., 1898, стр. 60-116).
   36 Солончаки - характерное явление пустынь, хотя большое распространение имеют в степной и пустынно-степной зонах. Образуются они в понижениях рельефа при условии сухости климата и наличии близких к поверхности земли подпочвенных вод, приносящих легкорастворимые соли.
   В безотрадной картине пустыни солончаки выделяются как самые безжизненные места, несравнимые ни с песчаными, ни даже с каменистыми и глинистыми пространствами.
   37 Пещеры Цянь-фо-дун (Чэн-фу-дун) были впервые посещены Н. М. Пржевальским во время его третьего центральноазиатского путешествия в 1874-1880 гг.; в своем отчете об этом путешествии ("Из Зайсана через Хами в Тибет и на верховья Желтой реки") Николай Михайлович описал их, там же приложен рисунок идола Да-фу-ян, выполненный В. И. Роборовским, который в этой экспедиции сопутствовал Пржевальскому.
   38 Китайская династия Хань правила с 202 года до н. э. по 220 год н. э., династия Тан - с 618 по 907 год.
   39 Помимо описанных Роборобским пещер Цянь-фо-дун несколькими годами позже были открыты еще знаменитые дунхуанские пещеры (пещеры тысячи будд), расположенные в 14 км от города Дун-хуана. Стены их украшены буддийскими фресками, статуями, алтарями, которые, судя по надписям, относятся ко времени между 450 и 1100 гг. н. э. В пещерах также были найдены китайские гравюры и предметы книгопечатания IX-X вв.
   Исторические памятники дунхуанских пещер, расположенных на древних торговых путях Китая с Центральной Азией и Индией, очень важны для изучения ранней китайской живописи - западного и восточного стилей и вместе с находками П. К. Козлова в Хара-хото дают материал, открывающий картину истории китайского книгопечатания и гравюры с IX по XIII век.
   40 До В. И. Роборовского Нань-шань посетили Н. М. Пржевальский, Ю. А. Сосновский, Г. Н. Потанин, Г. Е. Грумм-Гржимайло, В. А. Обручев и др.
   Н. М. Пржевальский был в Нань-шане в свое первое центральноазиатское путешествие, когда он обследовал его восточную часть; затем в третье путешествие он обследовал Западный Нань-шань и вторично Восточный; и, наконец, еще раз обследовал Восточный Нань-шань в четвертое центральноазиатское путешествие. В последних двух путешествиях в Нань-шане был и В. И. Роборовский.
   41 Горы Анембар-ула соединяют Западный Нань-шань с Алтын-тагом - грвмадным хребтом (также открытым в Лобнорское путешествие Н. М. Пржевальским), предоставляющим северное ответвление Куэнь-луня.
   42 Хребты Гумбольдта и Риттера получили свои названия от первооткрывателя их Н. М. Пржевальского во время его путешествия в 1879-1880 гг.
   43 Н. М. Пржевальский, первым посетивший долину Сыртын, ее восточную часть, описывает ее так: "Строго говоря, равнина эта, носящая в своей восточной части название Куку-сай, принадлежит Нань-шаню и составляет переход от него к Цайцаму. В западной ее части, т. е. собственно в Сыртыне, лежат два больших соляных озера Бага-Сыртын-нор (Малое Сыртынское озеро) и Ихэ-Сыртын-нор (Большое Сыртынское озеро).
   Последнее, как самое название показывает, больше первого, но посетить его нам не удалось. Мы были только на оз. Бага-Сыртын-норе, которое расположено на западной окраине большого ключевого болота, образуемого подземной водой, сбегающей, вероятно, со снеговой группы Анембар-ула, с хребтов Гумбольдта и Риттера. В самом низком месте равнины, раскинувшейся между вышеназванными горами, вода, доставляемая почве ручьями и речками, бегущими от снегов, снова выходят на поверхность в виде многочисленных пресных ключей. В промежутках между ними залегают, обыкновенно в небольших ямках, отложения соли, слоями от 2 до 4 дюймов толщины. Соль эта часто белая и отличного вкуса. На оз. Бага-Сыртын-нор, по крайней мере в восточной его части, соляных отложений нет; здесь даже вода почти пресная, так как она постоянно обновляется ключевыми ручейками. На противоположном же западном берегу видны голые солончаки; там, быть может, на дне самого озера, залегают отложения соли.
   В восточной части сыртынского болота соляных отложений мало, поэтому и травянистая растительность гораздо лучше" ("Ив Зайсана через Хами в Тибет и на верховья Желтой реки". Географгиз. 1948, стр. 131).
   44 Замечательная приспособляемость растений к перенесению морозов, отмеченная В. И. Роборовским в горах хребта Риттера, очень интересна и показывает, что растения высокогорных зон приспособились к этому так же, как и растения тундры.
   О растениях тундры в замечательной работе Л. С. Берга "Географические зоны Советского Союза" (Географгиз, 1947, стр. 46) написано: "Растения тундры удивительно приспособлены к перенесению морозов: на Чукотской земле ложечная трава к наступлению зимы 1878/79 г. была, по наблюдениям Чильмана, в полном цвету застигнута морозами; тем не менее на следующий год она продолжала вполне благополучно расти, перенеся морозы до 46°".
   Там же в сноске приводится пример из жизни растений севера лесной зоны, так же приспосабливающихся к неблагоприятным условиям климата, к очень короткому летнему периоду: "Некоторые растения севера лесной зоны перезимовывают в стадии цветения. Так, у однолетних фиалок (Viola arvensis и V. tricolor) в Петергофе [Петродворец] можно наблюдать открытые цветы в течение всей зимы... то же бывает у некоторых многолетников: одуванчика, маргаритки и других".
   45 Здесь следует подчеркнуть из наблюдений Роборовскогото, что обследованные им хребты Гумбольдта и Риттера производят впечатление пустынных гор, бедных растительностью даже по речным долинам. Совсем не отмечены древесные формы, редки кустарники, беден и животный мир. Эти наблюдения полностью подтверждают подобные выводы Н. М. Пржевальского. Как далее будет видно, появление леса будет отмечено Роборовским только немного не доходя 98 меридиана, и то этот лес представлен сухолюбивым древовидным можжевельником. Лишь далее на востоке по склонам гор раскинулись хвойные и смешанные леса.
   46 Пыльный туман, описываемый В. И. Роборовским, - явление, не раз отмечавшееся в Центральной Азии путешественниками. Н. М. Пржевальский наблюдал пыльный туман в пустынях Лоб-нора и Тибета, М. В. Певцов - в пустынях Кашгарии. Всеволод Иванович был свидетелем этого явления в горах Нань-шаня, что придает его наблюдениям особый интерес, так как они доказывают, что насыщенные в пустынях пылью массы воздуха далеко передвигаются от мест своего образования и переваливают через высокие горные хребты.
   47 Н. М. Пржевальский, открывший хребты Гумбольдта и Риттера, считал, что на востоке они подходят почти перпендикулярно один к другому и соединяются. В. А. Обручев установил ошибочность этого предюложения; он говорит: "ошибка Пржевальского объясняется тем, что он пересек долину р. Халтын-гол значительно западнее, чем я. В этой долине, вблизи моего пути, от хр. Риттера отделяется скалистый отрог, доходящий до самой реки, и издали, с запада, этот отрог мог показаться частью хр. Риттера, которая доходит до хр. Гумбольдта и соединяется с последним. С моего пути видно было ясно, что оба хребта разделены широкой долиной и являются совершенно отдельными цепями Нань-шаня. Это подтвердили Роборовский и Козлов, посетившие Нань-шань годом позже, а также англичанин Литтльдэль, прошедший вверх по р. Халтын-гол" (Академик В. А. Обручев. От Кяхты до Кульджи. Изд. Академии наук СССР, М.-Л., 1940). Из подробного описания Роборовского все же видно, что огромные снеговые хребты Гумбольдта и Риттера, идущие под небольшим углом один к другому, соединены невысоким кряжем Янкэ-дабан, с которого стекает Халтын-гол.
   48 Это непосредственное высказывание В. И. Роборовского о "всеразрушающей руке человека" примечательно. Оно свидетельствует о том, что в капиталистическом обществе человек привык видеть часто картины хищнического использования природных богатств, которое было раньше и происходит и сейчас во всех капиталистических странах.
   Совершенно противоположная картина наблюдается в нашей стране, где с первых дней советской власти изданы декреты, оберегающие природу. На протяжении тридцати лет ведутся систематические работы по восстановлению лесов, водных систем, по борьбе с развитием овражно-балочной сети в южных областях страны, где овраги и балки до революции катастрофически развивались в результате хищнического землепользования.
   Особенно величественно выглядит созидающая роль социалистического человека в природе сейчас, когда партией и правительством разработано и принято постановление о грандиозном плане полезащитных лесонасаждений в степных, лесостепных районах европейской части СССР.
   49 На высокогорном озере Куку-норе В. И. Роборовский пробыл, как видно из описания, очень недолго, чтобы произвести только измерение его абсолютной высоты. До этого Роборовский Куку-нор посетил дважды, будучи участником последних двух центральноазиатских экспедиций Н. М. Пржевальского.
   Пржевальский, между прочим, был на Куку-норе и в первое свое путешествие по Ц. Азии, в отчете о котором ("Монголия и страна тангутов") он подробно описал это наредкость красивое горное озеро. Подробно оно описано и у П. К. Козлова в книге "Монголия и Амдо и мертвый город Хара-Хото".
   Первым из европейцев на Куку-норе побывал в 1713-1716 гг. русский капитан Трутников.
   50 Проследив истоки Бухайн-гола, П. К. Козлов установил, что этот крупнейший приток Куку-нора стекает с горного узла Шаголин-намдзил, отходящего к юго-западу от середины хребта Да-сюэ-шань. Таким образом было опровергнуто мнение Н. М. Пржевальского о том, что Бухайн-гол стекает с предполагавшегося им горного узла, соединяющего будто бы хребты Риттера и Гумбольдта.
   51 В Данкыре Роборовский первый раз был вместе с Н. М. Пржевальским в феврале 1880 г. и второй раз, также в феврале, в 1884 г, когда он участвовал в последней, четвертой центральноазиатской экспедиции Пржевальского.
   52 Под индийскими монетами с портретом императрицы Индии вероятно подразумеваются рупии с портретом английской королевы Виктории, которая была провозглашена императрицей Индии в 1877 году. Этому акту предшествовала длительная борьба англичан за свое господство в этой огромной и богатейшей стране с другими европейскими капиталистами-захватчиками, сначала португальцами и голландцами, которых они вытеснили оттуда ко второй половине ХVIII в., а затем с французами.
   В подчинении Индии британскому господству и в борьбе английских капиталистов с французскими огромную роль сыграла Ост-Индская компания, организованная в 1599-1601 гг.
   53 "Нойон" - по-монгольски княвь, господин. Здесь интересно сопоставить это широко распространенное в Азии слово с мало отличающимся по написанию словом "тайон", имеющим хождение на Аляске и Алеутских островах и заключающем, примерно, такой же смысл. Возможно, что здесь имеется пример далеких исторических связей народов различных континентов, в результате чего некоторые слова перешли от одних к другим и сохранились у них в очень мало измененной форме.
   54 Баньчен-рембучи - второй, после далай-ламы, иерарх буддийского мира. Постоянное место жительства имеет в Шигатзэ.
   55 К этому не лишне вспомнить вообще о "конфликтах" между англичанами и тибетцами. Начиная с середины XIX в., англичане предпринимали неоднократные попытки проникнуть в Тибет и подчинить его своему влиянию. Но свободолюбивые тибетцы препятствовали проникновению к ним нежелательных чужестранцев. После ряда неудач англичане стали секретно засылать туда ученых индусов, пандитов, которые проводили там военно-разведывательную работу и одновременно, попутно, занимались научной.
   Сами англичане прошли в Тибет только тогда, когда крупная военная экспедиция полковника Иенхесбенда в 1903-1904 гг., не считаясь с законами страны, силой приникла на запретные для них земли и дошла до столицы Тибета Лхасы.
   56 У различных путешественников встречаются написания и Лхаса и Хласса, что повидимому объясняется недостаточно ясным для европейского слуха произношением этого слова тибетцами.
   57 Недостаток средств, о котором говорит Роборовский, не случайное явление в истории русских географических экспедиций. На это не раз сетовал Н. М. Пржевальский и другие путешественники. Скудность экспедиционной казны говорит о том, как мало отпускалось средств царским правительством на научные экспедиции. Эти малые средства были далеко не достаточны, и приходилось дополнять их пожертвованиями частных лиц. На экспедиции Г. Н. Потанина и В. И. Роборовского Министерство финансов отпустило только 30 000 рублей. Если бы не 15 000 рублей, пожертвованные частными лицами, то вряд ли экспедиции смогли бы приступить к выполнению своих задач.
   Известно также, например, что замечательная экспедиция В. Л. Комарова на Камчатку была финансирована целиком частным лицом.
   58 Громадные вечноснеговые горы Амнэ-мачин, у которых пришлось остановиться из-за болезни В. И. Роборовскому, представляют восточную часть окрайней системы гор, окаймляющих с севера Тибет. На западе он

Категория: Книги | Добавил: Armush (26.11.2012)
Просмотров: 203 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа