Главная » Книги

Теккерей Уильям Мейкпис - Путевые заметки от Корнгиля до Каира, через Лиссабон, Афины, Констан..., Страница 5

Теккерей Уильям Мейкпис - Путевые заметки от Корнгиля до Каира, через Лиссабон, Афины, Константинополь и Иерусалим


1 2 3 4 5 6 7 8

зать ему? Дѣло извѣстное: одна ложь ведетъ за собой другую, а потому первый обманъ я долженъ былъ поддержать теперь новой выдумкою. Придавъ лицу своему какъ можно болѣе серьозный видъ: "Ког³а Гассанъ, сказалъ я, мнѣ удивительно, какъ не знаете вы коренныхъ обычаевъ британскаго двора? Неужели неизвѣстно вамъ, что его высочество торжественно запретилъ своимъ чиновникамъ принимать бакшишъ, какого бы то ни было рода?"
   И такъ, князь Ког³а Гассанъ принужденъ былъ оставить у себя ящикъ съ конфектами; во все-таки отъ куклы, которая стоила не болѣе двухъ пенсовъ, не было средствъ отдѣлаться.
  

X.

Прибыт³е въ Яфу. - Яфа. - Кади. - Диванъ Кади.- Ночная сцена въ Яфѣ. - Моя первая ночь въ Сир³и.

  
   Пробывши въ моръ цѣлыя пять недѣль съ напраснымъ ожидан³емъ, что вотъ чрезъ нѣсколько дней морская болѣзнь оставитъ насъ въ покоѣ, и чувствуя, что вѣтеръ и качка продолжаютъ производить на васъ тоже дѣйств³е, какое производили они при самомъ началѣ путешеств³я,- вы начинаете предполагать, что съ вами поступаютъ несправедливо. Я намѣревался даже подать жалобу Компан³и этого невывосимаго истязан³я человѣческой природы на правила, изложенныя ею въ объявлен³и; но, къ счаст³ю, мы то и дѣло заходили въ разныя гавани, и эти остановки возобновляли наши жизненныя силы.
   3-го октября якорный канатъ нашего парохода шумно потонулъ въ синемъ морѣ передъ Яфою, мили за полторы отъ города, который ясно рисовался въ чистомъ воздухъ. На свѣтломъ небѣ вѣяли блестящ³е флаги консуловъ, какъ символъ гостепр³имства и отраднаго отдыха; самый городъ походилъ на большую груду обожженныхъ на солнцъ кирпича, изъ которой подымались минареты и маленьк³е бѣлые куполы. Кое-гдѣ вершины финиковыхъ пальмъ торчали вѣеромъ надъ кровлями этихъ некрасивыхъ здан³й; городъ обхватывала песчаная степь, въ глубинѣ которой краснѣли невысок³я горы. Можно было разсмотрѣть вереницы верблюдовъ, тянувш³яся посреди этихъ желтоватыхъ равнинъ; а тѣ изъ насъ, кому предстояло выдти на берегъ, могли полюбоваться на морской прибой, заливающ³й песокъ берега и прыгающ³й поверхъ подводныхъ камней, которые чернѣли на пути къ городу. Прибой этотъ очень силенъ, проливъ между скалъ узокъ, и опасность немаловажна. Когда пересѣли мы съ парохода на большой туземный баркасъ и поплыли къ Яфѣ, проводникъ вздумалъ потѣшить нашихъ дамъ пр³ятнымъ разсказомъ о томъ, какъ лейтенантъ и восемь матросовъ съ корабля ея величества утонули здѣсь, наткнувшись на эти скалы. Онъ не принималъ въ соображен³е, что насъ везутъ только два взрослыхъ гребца и два полунагихъ мальчика, которые, стоя, правятъ рулемъ и двумя маленькими веслами.
   По минован³и одной опасности отъ скалъ и прибоя, наступила другая: отвратительные чернокож³е дикари, въ прекоротенькихъ рубашонкахъ, бросились по мелкой водѣ навстрѣчу къ намъ и, размахивая руками, начали кричать по-арабски, приглашая васъ сѣсть на плеча къ нимъ. Вѣроятно, эти молодчики напугали дамъ вашихъ больше скалъ и прибоя; но что же дѣлать? бѣдняжки должны были покориться своей участи. Кое-какъ усѣлись они на коричневыя спины этихъ негодниковъ, которые донесли ихъ почти до самыхъ воротъ города, гдѣ шумно тѣснилась густая толпа Арабовъ. Мужчины между тѣмъ разсчитывались съ гребцами. До сихъ поръ припоминаю я съ особеннымъ удовольств³емъ крикъ и проклят³я худенькаго и чрезвычайно голосистаго парня, которому, вмѣсто шести, дали по ошибкѣ пять п³астровъ. Но какъ различить эти монеты, не умѣя прочесть, что на нихъ написано? И та, и другая вылиты изъ того же негоднаго свинца или олова; я думалъ, что меньшая изъ нихъ имѣетъ болѣе цѣнности; но задорный Арабъ, знавш³й, какъ ходятъ эти деньги, изъявилъ очевидное расположен³е перерѣзать горло тому человѣку, который не умѣетъ различить ихъ. Незадолго до этого, здѣсь рѣзали людей и не за так³я серьозныя вещи.
   По выходѣ на берегъ, мы прежде всего позаботились отыскать взорами нашихъ леди. Обнаженные дикаря все еще таскали ихъ на плечахъ, расхаживая по берегу. Пройдя сквозь темные ворота, мы очутились въ улицѣ, запруженной навьюченными лошаками, верблюдами и ихъ погоньщиками. Сквозь эту-то разнохарактерную толпу должны были пройдти mesdames et mesdemoiselles, пр³ѣхавш³я сюда верхомъ на жителяхъ каменистой Арав³и. Мы поспѣшили войдти въ первую отворенную калитку, пробрались между лошадей, стоявшихъ подъ навѣсомъ крытаго двора, и поднялись по каменной лѣстницъ въ домъ русскаго консула. Прислуга его встрѣтила насъ очень вѣжливо. Дамы, сопровождаемыя ящиками и чемоданами (предметомъ нашихъ особенныхъ заботъ), пройдя нисколько террасъ и лѣстницъ, были введены въ небольшую, очень комфортабельную комнату, въ которой сидѣлъ представитель Росс³и. На англ³йскихъ просто, но со вкусомъ одѣтыхъ дамъ съ удивлен³емъ смотрѣли смуглолицыя женщины, въ чалмахъ, съ отрепанными хвостами, безъ корсетовъ, съ золотыми монетами и голубыми бусами на шеѣ; на террасахъ черные повара, раздувая огонь, возились съ какими-то престранными горшками и кастрюлями; дѣти, въ длинныхъ, пестрыхъ блузахъ, покинувъ игры и занят³я, пришли также смотрѣть на насъ. При входѣ нашемъ въ прохладную комнату, въ которой былъ сводъ, рѣшатчатыя окна, выходивш³я на море, портретъ русскаго Императора и образа св. Георг³я и Бож³ей Матери, консулъ принялъ насъ очень любезно и угостилъ гранатами, сахаромъ и трубками съ какими-то благовонными чубуками, аршина въ три длиною.
   Увѣренные въ любезности русскаго консула, мы оставили у него дамъ и пошли знакомиться съ нашимъ собственнымъ представителемъ. Улицы этого городка также непр³ятны для копытъ лошади, какъ и для ногъ путешественника. Мног³я изъ нихъ изрыты ступеньками, ведущими прямо въ домы обывателей; чрезвычайно неопрятные конюшни и чуланы занимаютъ нижн³е этажи этихъ здан³й; вы идете безчисленными коридорами, подымаетесь съ террасы на террасу и видите, гдѣ ни попало, маленьк³я комнаты: семейства живутъ столько же въ нихъ, сколько и на террасахъ.
   Англ³йскаго консула нашли мы въ такой же комнаткѣ со сводомъ; на стѣнѣ висѣла старинная картина, изображающая гербъ Англ³и. Здѣсь-то принимаетъ подданныхъ королевы Виктор³и этотъ почтенный старикъ, въ красномъ халатѣ, вооруженный истертой палкою съ оловяннымъ набалдашникомъ, которая служитъ атрибутомъ его зван³я. Онъ предложилъ къ нашимъ услугамъ трубки, кофе, и отдалъ для спанья всѣ постели, а самъ улегся на террасѣ. Мы хотѣли отблагодарить его за это гостепр³имство; но онъ отказался отъ всякаго вознагражден³я, говоря, что принимая насъ, онъ исполнилъ только долгъ свой. Я думалъ, что этотъ достойный человѣкъ получаетъ очень хорошее жалованье отъ нашего правительства, но оказалось, что оно ни одному изъ нашихъ консуловъ въ Левантѣ не даетъ ни единаго фартинга. Имѣемъ ли мы право жаловаться послѣ, что у насъ нѣтъ хорошихъ агентовъ? Если эти достойные люди и сплутуютъ подъ-часъ, можно ли намъ обвинить ихъ по справедливости? Гордые и надутые своей важностью Англичане, путешествуя по этимъ странамъ и видя, что правительства другихъ нац³й поддерживаютъ здѣсь своихъ представителей весьма прилично,- не могутъ не чувствовать стыда и унижен³я, прибѣгая къ безсильному покровительству консульскаго флага Великобритан³и.
   Дѣятельная молодежь вышла на берегъ прежде васъ и захватила всѣхъ лошадей, которыхъ можно было нанять для дальнѣйшаго путешеств³я; но мы надѣялись на письмо Галиля-паши, въ которомъ предписывалось всѣмъ пашамъ и губернаторамъ оказывать намъ всевозможную помощь. Кади и вице-губернаторъ Яфы, узнавъ, что мы владѣемъ такимъ документомъ, поспѣшилъ явиться на поклонъ къ предводителю нашей парт³и. Онъ брался сдѣлать для насъ все на свѣтъ, и хотя не было дѣйствительно лошадей, но онъ обѣщалъ прислать ихъ черезъ три часа. Послѣ этого мы простились съ нимъ съ улыбкой, поклонами и привѣтств³ями, которыя передавались съ одной стороны на другую покорнымъ переводчикомъ. Но часы проходили, а топота конскихъ копытъ не было слышно. Мы поѣли яицъ съ хлѣбомъ, и небо зажглось вечерней зарею; мы принялись за трубки и кофе, и настала ночь. Не бросилъ ли этотъ человѣкъ въ насъ грязью? Не насмѣялся ли онъ надъ нашими бородами и не обезчестилъ ли своимъ обманомъ мирныхъ могилъ нашихъ матушекъ? подумали мы и рѣшились отыскать этого безчестнаго исполнителя правосуд³я въ его собственномъ логовищѣ. Теперь трудно было надуть насъ комплиментами; мы хотѣли прибѣгнуть къ суровому языку оскорбленнаго достоинства и познакомить этого негодяя съ ревомъ британскаго льва, приведеннаго въ негодован³е: грозно воздвиглись мы, облеченные гнѣвомъ и яростью. Бѣдный консулъ несъ передъ нами фонарь, въ которомъ горѣла маленькая восковая свѣчка, а впереди выступали два проводника, вооруженные саблями. Шумя и бряцая оруж³емъ, гордо шли мы по улицамъ Яфы, намѣреваясь сдѣлать нападен³е на кади въ его собственномъ диванѣ. Сохраняя величавый и негодующ³й видъ, я былъ однакоже очень радъ, что намъ не привели лошадей: это обстоятельство давало мнѣ случай познакомиться съ восточной жизнью.
   Благочест³е не позволяетъ Туркамъ ѣсть днемъ въ продолжен³е Рамазана: они спятъ до самаго вечера; но лишь только наступитъ ночь,- фонари зажигаются; кальяны начинаютъ бурчать и дымиться; продавцы кислаго молока и шербета громко выхваляютъ товаръ свой; въ маленькихъ, грязныхъ харчевняхъ трещитъ на сковородахъ масло, и паръ несется изъ горшковъ сквозь окна и двери. Мимо этой-то грязной, нищенской, оборванной, шумной и пестрой сцены проходили мы по улицѣ Поклона къ жилищу кади. Сквозь узк³е ворота, сведенные аркою, вошли мы въ его канцеляр³ю, миновали маленькую комнату, наполненную запахомъ мускуса, проникли за рѣшетку, подлѣ которой стоялъ простой народъ, поднялись на возвышен³е, гдѣ возсѣдалъ самъ кади, окруженный пр³ятелями, и важно, молча, опустились на диваны. Блюститель правосуд³я поспѣшилъ предложить намъ кофе; лицо его выражало большое смущен³е. Черный невольникъ, варивш³й кофе въ сосѣдней комнатѣ, приготовилъ для каждаго изъ насъ по чайной ложкѣ этого напитка; писецъ или секретарь кади, высок³й Турокъ, съ благородной наружностью, подалъ намъ чашки,- и вотъ, проглотивъ эту маленькую порц³ю, британск³й левъ приступилъ къ выражен³ю своего негодован³я.
   "Всѣ друг³е путешественники (сказалъ онъ весьма основательно) достали лошадей и уѣхали. У Русскихъ есть лошади, у Испанцевъ есть лошади, у Англичанъ есть лошади; но мы, визири въ своей странѣ, мы, пр³ѣхавш³е съ письмами Галиля-паши, подверглись посмѣян³ю; надъ нами издѣваются! Развѣ письма Галиля-паши грязь, недостойная вашего вниман³я? Развѣ британск³е львы собаки, съ которыми можно обходиться такимъ образомъ?" и т. д. Эта рѣчь, со всѣми ея дополнен³ями, продолжалась не менѣе четверти часа и кончилась клятвою, что мы съ разсвѣтомъ дня будемъ писать Галилю-пашѣ и англ³йскому посланнику, если лошади не будутъ доставлены. Послушали бы вы турецк³й хоръ, загудѣвш³й въ отвѣтъ намъ. Дюжина голосовъ захрипѣла, завопила съ дивана. Робк³й переводчикъ не смѣлъ переводить этихъ энергическихъ возгласовъ; но не трудно было угадать, что они заключали въ себѣ мало лестнаго для насъ и для Англ³и. Наконецъ, гамъ этотъ заключился клятвою кади, что лошади будутъ доставлены къ тремъ часамъ утра, и что если не исполнитъ онъ своего обѣщан³я, тогда можемъ мы жаловаться на него Галилю-пашѣ.
   Мы встали и раскланялись съ чрезвычайной важностью. Очень хотѣлось бы знать мнѣ, показались ли мы дѣйствительно похожими на львовъ этимъ поклонникамъ Магомета, и особенно желалъ бы я видѣть въ переводъ на англ³йск³й языкъ спичъ, сказанный въ отвѣтъ намъ однимъ невѣрнымъ, въ чалмъ и широкихъ шараварахъ. Онъ и глядѣлъ, и говорилъ съ такимъ бѣшенствомъ, что, казалось, готовъ былъ утопить всѣхъ насъ въ морѣ, которое шумѣло подъ окнами, сливая неясный говоръ свой съ громкимъ концертомъ внутри комнаты.
   Отсюда пошли мы черезъ базары, биткомъ набитые народомъ. Въ одномъ необитаемомъ, полуразрушенномъ домѣ играли и пѣли дѣти; ихъ собралось сюда нѣсколько сотенъ; нѣкоторые, сидя по уголкамъ, курили кальяны; одинъ изъ нихъ напѣвалъ очень миленькую пѣсенку, друг³е играли въ казино, и этихъ задорныхъ игроковъ обступила толпа зрителей, слѣдившая за ходомъ игры съ самымъ горячимъ участ³емъ. На одномъ базаръ наткнулись мы на сказочника. Онъ говорилъ очень быстро и размахивалъ руками; Турки слушали его съ большимъ вниман³емъ. На другомъ рынкѣ, попивая кофе, глядѣли они съ любопытствомъ на продѣлки фокусника, который очень озлился на насъ, когда открыли мы, куда онъ прячетъ горошины, и хотѣли разсказать объ этомъ публикѣ. Все это чрезвычайно интересовало меня. Здѣсь играютъ въ казино и занимаются фокусами; сказка объ Антарѣ та же самая, которую слышали здѣсь сорокъ лѣтъ назадъ тому; но Турокъ и теперь занимаетъ она попрежнему. Неужели восточные народы незнакомы со скукою? Или этому злу не дозволено проникать сюда?
   Съ базаровъ отправились мы взглянуть на Мустафу, который слыветъ здѣсь великимъ человѣкомъ. Но мы не видали его: онъ убѣжалъ въ Египетъ. Султанъ потребовалъ съ него шестнадцать тысячь кошельковъ, то-есть 80,000 фунтовъ стерлинговъ. Велик³й человѣкъ обратился въ бѣгство, а падишахъ велѣлъ конфисковать его домъ, лошадей, муловъ и все движимое имѣн³е. Гаремъ Мустафы опустѣлъ. Мистеръ Мильнесъ могъ бы написать полдюжину прекрасныхъ поэмъ, еслибъ онъ побывалъ съ нами въ стѣнахъ этого необитаемаго теперь святилища. Мы переходили изъ залы въ залу, съ террасы на террасу, и никто не спросилъ насъ: зачѣмъ мы пришли сюда? Дремавш³е на голомъ полу оборвыши едва удостоивали насъ взглядомъ. Мы вошли въ собственный диванъ Мустафы; и здѣсь, какъ въ домѣ кади, было возвышен³е, но на немъ не сидѣло брадатыхъ друзей хозяина въ эту ночь рамазана. Была тутъ маленькая жаровня, но куда же дѣвались невольникъ, кофе и горяч³е уголья для трубокъ? Любимыя Мустафою изрѣчен³я корана все еще оставались на стѣнахъ этой комнаты, но только некому было читать ихъ. Мы перешагнули черезъ спящаго Негра и отворили окна, выходивш³я въ садъ. Тамъ, между деревьевъ, стояли мулы, лошаки, верблюды и лошади; но гдѣ же Мустафа? Не попалъ ли онъ со сковороды султана, на вертѣлъ Магомета-али? A что лучше: жариться на сковородъ или на вертелѣ? Для полнаго уразумѣн³я всей красоты арабскихъ ночей не мѣшаетъ совершить это маленькое путешеств³е и взглянуть на дѣйствующ³я лица и на самое мѣсто дѣйств³я.
   Пройдя подъ темнымъ сводомъ воротъ, мы очутись въ полѣ, за городомъ, и тутъ открылась передъ нами другая чудная сцена изъ Тысячи Одной Ночи. Небо было усѣяно мир³адами блестящихъ звѣздъ; даль пряталась въ туманѣ; бойницы и зубчатыя стѣны города рѣзко рисовались въ воздухи; кое-гдѣ подымались старыя экзотическ³я деревья; горбы спящихъ верблюдовъ торчали изъ-за рѣдкой травы; собаки лаяли; высок³е городск³е ворота были обставлены фонарями; намъ подали кальяны и шербета, и мы удивлялись при мысли, что въ три недѣли можно перенестись сюда изъ Лондона.
   Ночь провели мы въ домъ англ³йскаго консула. Добрый старикъ отдалъ намъ всѣ свои тюфяки; мы улеглись на полу, а леди прикорнули вокругъ насъ на диванахъ. Что касается до меня, я надѣялся видѣть золотые сны, въ родѣ Альнаскаровыкъ; но, чу! маленьк³й комаръ загудѣлъ на своей волторнѣ; вспрыгнула дѣятельная блоха, съ злобнымъ намѣрен³емъ: попробовать христ³анской крови (восточныя блохи кусаются несравненно больнѣе нашихъ), и клопъ... ажъ, проклятый! Неужели назначен³е его заключается въ томъ только, чтобы кусать человѣка? Одинъ Больверъ, своимъ патетическимъ слогомъ, могъ бы описать приключен³я этой несчастной ночи, ознаменованной шумомъ, стономъ, проклят³ями и позорнымъ унижен³емъ человѣчества! Я слышалъ пѣн³е пѣтуховъ, крикъ дѣтей, которыхъ убаюкивали матери, и ржан³е бѣдныхъ лошаковъ при нужномъ свѣтѣ; наконецъ услыхалъ я стукъ копытъ и оклики вожатыхъ. Было три часа: лошади дѣйствительно пр³ѣхали. Ослы, мулы, вьючныя сѣдла и погоньщики - все это перемѣшалось при лунномъ свѣтѣ, посреди живописной улицы. Такъ-то провелъ я первую ночь въ Сир³и.
  

XI.

Кавалькада.- Устройство поѣзда.- Турниръ.- Рамле. - Путевые эскизы. - Встрѣчи. - Абу-Гошъ.- Ночь передъ ²ерусалимомъ.

  
   Болѣе часа времени потребовалось на приведен³е въ порядокъ нашего каравана. Для удобства всадниковъ, надобно было пересѣдлать лошадей; дамы усѣлись на носилкахъ, впереди и сзади которыхъ были запряжены два черныхъ мула, при каждомъ изъ нихъ находился грумъ, и съ боку шелъ высок³й, чрезвычайно добрый на взглядъ, смуглолицый парень, который не давалъ паланкину раскачиваться и предлагалъ свою спину вмѣсто подножки, когда садились въ экипажъ или намѣревались изъ него выдти. Эти три молодца, выдержанные постомъ, прошли около сорока миль, въ продолжен³е четырнадцати часовъ, по дурной дорогѣ, легко и быстро, не теряя ни на минуту веселаго расположен³я духа. Во время пути раза два напились они воды, и только этимъ преступили правило, предписанное закономъ; но отъ хлѣба и отъ всего, что мы предлагали имъ по съѣдобной части, они отказались рѣшительно, и шли такъ бодро, что верблюды могли бы имъ позавидовать. Какой урокъ терпѣн³я для поль-мольскихъ Сарданапаловъ, которымъ рыхлые диваны клуба кажутся все еще недовольно мягкими!
   Еслибъ вздумалось мни писать на досугѣ сонеты, я постарался бы выразить въ четырнадцати строкахъ тѣ чувства, которыя волновали меня, когда сидѣлъ я на высокомъ турецкомъ сѣдлѣ, съ плетеною изъ бумажныхъ шнурковъ уздою, парою стремянъ, въ родъ двухъ лопатъ, и съ безчисленными бусами, бляхами и кисточками на сбруи, готовясь на лихомъ скакунѣ въѣхать въ таинственную сферу сир³йской жизни. Каковы должны были казаться мы при лунномъ свѣтѣ? Ручаюсь, что такую лошадь и такого сѣдока не часто видите вы въ Лейстерширѣ. Стремена чрезвычайно коротки; грубые ремни рѣжутъ ноги, и вы сидите на конѣ, словно на башнѣ, упасть съ которой очень нетрудно. Неопытному ѣздоку не мѣшаетъ, для безопасности, класть палку или зонтикъ поперегъ осгроконечнаго сѣдла, чтобъ не пролетѣть по-крайней-мѣрѣ черезъ шею лошади. Я нашелъ это средство весьма удобнымъ при спускѣ съ горъ и рекомендовалъ его добросовѣстно смиреннымъ пилигримамъ, которыхъ встрѣтилъ въ городѣ.
   Мы, мирные люди, не подражали другимъ, болѣе воинственнымъ путешественникамъ, и не обвѣсили поясовъ своихъ ятаганами и пистолетами. Происшеств³е, разсказанное намъ въ ²ерусалимѣ, можетъ служить урокомъ для пилигримовъ, которые любятъ украшаться оруж³емъ. Почтенный Гогэнъ Эрмеръ, недавно совершивш³й путешеств³е по Востоку, носилъ на поясѣ двѣ пары пистолетовъ такой превосходной отдѣлки, что одинъ шейхъ изъ окрестностей ²ерихона, прельстясь ими, ограбилъ его начисто. Не знаю, разсказалъ ли Эрмеръ эту истор³ю друзьямъ своимъ, по возвратѣ на родину.
   Въ дополнен³е къ этому, можно упомянуть о другомъ случаѣ. Знаменитый ирландск³й перъ, лордъ Ольджентъ, отличивш³йся во время службы своей въ Бокингэмширскихъ Драгунахъ, хотѣлъ заплатить что-то въ родѣ подати ³ерихонскому шейху, какъ вдругъ явился другой шейхъ и началъ доказывать, что онъ-то и есть настоящ³й губернаторъ ²ерихона. Оба эти близнеца долго спорили объ особѣ лорда Ольджента, какъ двѣ женщины о невинномъ ребенкѣ передъ царемъ Соломономъ. Пришлось путешественнику заплатить обоимъ; но такихъ истор³й здѣсь не оберешься.
   Парт³я наша двинулась въ путь часа въ четыре: леди на носилкахъ; Француженка, горничная, на сѣрой лошади; кавалеры также, какъ и вашъ покорнѣйш³й слуга, на высокихъ сѣдлахъ, а слуги, проводники и грумы на разныхъ вьючныхъ животныхъ - всего было четырнадцать человѣкъ. Прибавьте къ этому двухъ препочтенной наружности Арабовъ, съ сѣдыми бородами, въ бѣлыхъ чалмахъ и бѣлой одеждѣ; при бедрахъ ихъ изгибались сабли, а за спиной висѣли длинныя винтовки. Никогда не видывалъ я болѣе почтенныхъ воиновъ. Сдерживая горячихъ коней своихъ, тихо ѣхали они по сторонамъ носилокъ. Когда выбралась мы изъ крутыхъ улицъ города въ открытыя поля, освѣщенныя луной и звѣздами, эти воины двинулись впередъ поѣзда и повели караванъ нашъ по дорогѣ, обсаженной какими-то дьявольски странными, щетинистыми грушами. Казалось, деревья жги выросли въ тартарѣ. Вотъ появлялась заря, сперва пепельная, потомъ зеленая и наконецъ пурпуровая. Воинственныя фигуры нашихъ предводителей живописно рисовались на горизонтѣ, ярко освѣщенномъ ею. Видъ этой маленькой кавалькады и природы, окружавшей ее, навсегда останется въ моей памяти, какъ одно изъ самыхъ свѣжихъ и наиболѣе пр³ятныхъ впечатлѣн³й, которыя удалось извѣдать мнѣ съ того дня, когда въ первый разъ увидалъ я плотину Кале. Мы напоили лошадей своихъ водою изъ прекраснаго восточнаго фонтана и при полномъ свѣтѣ дня въѣхали въ шаронскую долину, знаменитую нѣкогда своими розами; но теперь очень скудно обработанную, хотя и все еще прекрасную.
   Здѣсь увидали мы вдали другую кавалькаду. Наши бѣлые воины поскакали впередъ опросить ее. Мы тоже пустили скакуновъ своихъ рысцою, и держа зонтики, какъ держалъ копье свое Ричардъ, стремясь навстрѣчу Саладина, неустрашимо ѣхали къ незнакомому каравану. Оказалось, что это были благочестивые польск³е жиды, плывш³е съ нами изъ Константинополя. Мы привѣтствовали ихъ радостнымъ крикомъ; оба каравана, соединясь вмѣстѣ, двинулись гуськомъ, проходя въ часъ по четыре мили. Предводителемъ еврейской парт³и былъ Арабъ, съ перешибеннымъ носомъ, съ пистолетами, саблею и ружьемъ; желтая, дамасская ткань обвивала его голову, а носъ былъ залѣпленъ пластыремъ. Онъ ѣхалъ на сѣрой лошади, покрытой блестящей сбруею; чудный, арабск³й конь его ржалъ, прыгалъ и становился на дыбы, приводя всѣхъ насъ въ удивлен³е.
   Только лишь наѣздникъ этотъ кончилъ свои эволюц³и, какъ поднялось другое облако пыли, въ которомъ мелькнули вооруженные всадники. Во главѣ этой парт³и ѣхалъ Арабъ и за нимъ два янычара съ серебряными булавами, блиставшими на солнцѣ. Они провожали новаго генеральнаго консула Соединенныхъ Штатовъ, который спѣшилъ занять постъ свой въ ²ерусалимѣ.
   Перешибенный носъ немедленно подъѣхалъ къ американскому Арабу, вынулъ свою трубку и подалъ ее противнику, въ знакъ вызова на джигитство. Вслѣдъ за этимъ понесся онъ по степи, описывая круги, обращаясь назадъ и принимая всевозможныя направлен³я. Американецъ подражалъ ему. Потомъ оба воина вступили въ бой. Замѣтьте, мы любовались этимъ турниромъ въ шаронской долинѣ, передъ Яфою. Бѣдный пластырь, видя, что онъ не можетъ одолѣть своего противника, вызвалъ его на скалу и полетѣлъ впередъ, сломя голову; Американецъ пустился вслѣдъ за нимъ. Перешибенный носъ былъ побѣжденъ въ другой разъ; Янки стали презрительно ѣздить вокругъ него, и этимъ отклонили попытку къ дальнѣйшему состязан³ю двухъ соперниковъ.
   Чего можно еще требовать отъ человѣка? Рыцари и паладины не могли бы сдѣлать ничего болѣе. Ни въ одномъ романѣ Вальтера-Скотта не читалъ я такой прекрасной и блестящей сцены. Степенные воины нашего поѣзда не принимали участ³я въ скачкѣ молодыхъ людей. Важно ѣхали они въ своихъ бѣлыхъ чалмахъ подлѣ носилокъ леди; длинныя дула винтовокъ высоко подымались надъ ихъ спиною.
   Не было недостатка во встрѣчахъ въ продолжен³е этой дороги: то попадались намъ вереницы лошаковъ, или верблюды, по два и по три вмѣстѣ; то погоньщикъ мула, напѣвающ³й очень странную мелод³ю; то женщина, подъ бѣлымъ вуалемъ, въ черной маскѣ и желтыхъ папушахъ, ѣдущая на ослѣ, въ сопровожден³я своего мужа. Путники часто привѣтствовали насъ поклонами. Наконецъ, подъ пологомъ дыма, увидали мы передъ собою Рамле, съ высокою башнею, которая одиноко возвышалась съ правой стороны его. Пробираясь между бѣлыхъ куполовъ и каменныхъ домовъ маленькаго городка, мы въѣхали на кладбище. Двѣ женщины сидѣли на могилѣ; одна изъ нихъ, склонивши голову къ надгробному камню, раскачивалась изъ стороны въ сторону и причитывала очень жалобно. Генеральный консулъ Соединенныхъ Штатовъ пригласилъ насъ завтракать въ домъ гостепр³имнаго Армянина, второстепеннаго представителя американской республики въ Яфѣ. Мы вошли на террасу, украшенную звѣздами и лентами, оставя лошадей своихъ на попечен³е крикливыхъ и оборванныхъ Арабовъ. Хорошо ли они кормили ихъ это была уже не наша забота; при въѣздѣ въ ²ерусалимъ, я отдалъ поводья первому человѣку, который стоялъ подлѣ меня, и послѣ не слыхалъ ни слова о своей лошади. За завтракомъ подали вамъ сперва супъ, приправленный корицею и другими пряностями, потомъ жареную и душеную баранину, за которою слѣдовала курица, плавающая въ маслѣ, далѣе темное рагу съ лукомъ и наконецъ пилавъ. Кушанья эти были приготовлены изъ превосходной провиз³и и отличались хорошимъ запахомъ. Когда мы вышли изъ-за стола, за него усѣлся простой народъ. Однако мы торопились въ путь, а потому и заставляли этихъ усердныхъ ѣдоковъ поскорѣй облизывать свои пальчики.
   По выѣздѣ нашемъ изъ Рамле, мѣстность потеряла мягк³й и мирный характеръ, отличавш³й прекрасную долину, оставшуюся позади насъ. Солнце поднялось высоко и разсѣяло весь этотъ изящный, свѣж³й колоритъ, въ который облекается м³ръ Бож³й въ часы ранняго утра и которымъ суждено любоваться такъ рѣдко городскимъ жителямъ. Теперь ѣхали мы по желтой, мрачной долинѣ, почти совсѣмъ необработанной. По сторонамъ дороги росъ, по большей части, дик³й пастернакъ, и кое-гдѣ торчали клочья зелени. Мы видѣли много стадъ; поджарыя, низеньк³я коровенки отличались хорошей породою; черныя козы паслись подъ надзоромъ Негра, одѣтаго въ рубище и вооруженнаго длинной винтовкою, которая вѣсила у него за спиною. Всматриваясь въ вашу маленькую кавалькаду, онъ прикрывалъ глаза рукою. Полуобнаженные поселяне служили дополнен³емъ этой грустной картины восточное жизни; торжественно выступавш³е парни, въ полинявшихъ фескахъ и синихъ или бѣлыхъ замасленныхъ рубахахъ, не заключали въ себѣ ничего похожаго на солдатъ. Много и здѣсь попадалось намъ лошаковъ и верблюдовъ, навьюченныхъ между двухъ горбовъ дешевыми товарами. Около полудня остановились мы въ близкомъ разстоян³и отъ арабской деревни и съ удовольств³емъ напились свѣжей воды. Бобры и муравьи строятъ себѣ жилища, не совсѣмъ непохож³я на эти негодныя избенки, которыя скомканы здѣсь безобразными грудами. Мы одной отдѣльной хижины не встрѣтили мы на всемъ протяжен³и дороги. Бѣдные и склонные къ воровству фелахи жмутся всѣ вмѣстѣ, для собственной защиты отъ другихъ воровъ, своихъ сосѣдей. Правительство, которое мы возстановили у нихъ, только что обкрадываетъ этихъ бѣдняковъ. Женщины, въ длинныхъ синихъ рубашкахъ, закрытыя изорванными покрывалами, сновали взадъ и впередъ мимо насъ, съ кувшинами на головахъ. Мальчишки, выпуча глаза, обступили вашу парт³ю и вмѣстѣ съ отцами старались выклянчить бакшишъ. Деревенск³я собаки лаяли, бѣгая вокругъ стадъ, которыя шли на водопой или на пастбище.
   Впереди темнѣли горы; проводникъ, указывая на самую высокую изъ нихъ, сказалъ, что съ нея виденъ ²ерусалимъ. Слова его одушевили насъ, и мы пустились на рысяхъ къ этой гористой стороны, которая была повидимому недалеко.
   Но одушевлен³е, понудившее проскакать насъ около четверти мили въ три минуты, было внезапно уничтожено невыносимо дурной дорогою. Къ горному хребту вели отдѣльные холмы, по которымъ извивалась вверхъ и внизъ каменистая тропинка. Потомъ дорога потянулась русломъ древней пересохшей рѣки, бурныя волны которой исчезли вмѣстѣ съ мятежнымъ народомъ, обитавшимъ посреди этихъ дикихъ горъ. Каменистыя возвышен³я, поднимающ³яся по сторонамъ русла, изрѣзаны до самаго верха горизонтальными бороздами; на этихъ параллельныхъ уступахъ до-сихъ-поръ лежитъ еще тонк³й слой почвы, и растетъ скудная зеленъ; но когда по руслу этому катилась рѣка, и на крутыхъ берегахъ ея, согласно съ ветхозавѣтной истор³ею, тѣснился необыкновенный народъ, горные уступы вѣроятно были покрыты садами и виноградниками, какъ въ новѣйшее время живописные берега Рейна. Теперь страна эта совершенно безлюдна, и вы идете какъ будто посреди какихъ-то окаменѣвшихъ водопадовъ. За исключен³емъ дюжины маленькихъ птицъ, мы не замѣтили на горныхъ уступахъ ни одного живаго существа въ продолжен³е всей дороги. Даже воробьи убрались отсюда подъ кровли небольшихъ домовъ ²ерусалима, гдѣ ихъ пискъ и чилканье пр³ятнѣе всѣхъ другихъ мѣстныхъ звуковъ.
   Американцы, Поляки и Оксфордцы ѣхали слишкомъ быстро для нашего каравана, который медленно подвигался впередъ на равнѣ съ носилками, и потому мы пробирались посреди горъ въ очень небольшомъ количествѣ. Ни у одного изъ васъ не было оруж³я страшнѣе зонтика, и как³е-нибудь двое Арабовъ, побуждаемыхъ злобнымъ намѣрен³емъ, могли бы остановить насъ и присвоить себѣ всѣ наши ковровые мѣшки и чемоданы. Нельзя сказать, чтобъ мы ѣхали, не чувствуя маленькаго страха. Когда проходили мимо васъ смуглые молодцы, обвѣшанные пистолетами и ятаганами, не трогая своихъ винтовокъ, или тащились, не произнося проклят³й, нахмуренные погонщики верблюдовъ съ необычайно длинными копьями, изукрашенными пучками разноцвѣтныхъ лоскутковъ и красныхъ перьевъ,- намъ очень нравилось, что они идутъ своею дорогою, не останавливаясь и не заводя съ нами разговоровъ. По всему видно, что британск³й левъ и съ зонтикомъ не безопасный звѣрь для Араба, вооруженнаго дьявольски длинною винтовкою. Что же чувствовали наши робк³я спутницы? Надобно полагать, что онѣ пришли бы въ совершенное отчаян³е, еслибь мы вздумали опередить ихъ.
   Посреди этой горной страны находится деревня съ водой и зеленью; путешественники обыкновенно останавливаются въ ней для непродолжительнаго отдыха. За минуту до нашего прибыт³я, выѣхалъ отсюда караванъ, освѣженный водой и прохладою. Остановиться ли намъ? Взоръ, брошенный на женщинъ, о которыхъ болѣе всего на свѣти заботились мы во время дороги, заставилъ сказать насъ: нѣтъ! И мы двинулись далѣе. Какое удивительное самоотвержен³е, какая рыцарская покорность! И такъ, бѣднымъ лошадямъ и муламъ не удалось отдохнуть и напиться, измученнымъ проводникамъ носилокъ не дано перевести духа: съ отчаян³емъ пустились мы догонять Поляковъ и Американцевъ, которые въ виду у васъ подымались на гору съ своими ружьями, прислугою и янычарами. Поѣздъ ихъ состоялъ человѣкъ изъ шестидесяти, и всѣ они ѣхали медленно, какъ торжественная процесс³я въ Синей Бородѣ.
   Но, увы! они съ каждой минутою все больше и больше удалялись отъ насъ, и наконецъ, когда стали мы подыматься на гору, они совсѣмъ пропали изъ виду. Можетъ быть, въ это время многимъ изъ насъ приходила въ голову мысль о Флитъ-стритѣ и сильно захотѣлось увидѣть нѣсколькихъ полисменовъ. Казалось, мѣстность эта была населена порядочными негодяями: страшные хари выглядывали на насъ изъ хижины и глубокихъ впадинъ, темнѣвшихъ по скату горъ. Мулы съ трудомъ передвигали ноги, погоньщики требовали воды, и вотъ мы достигли до хорошенькой деревушки, построенной на горѣ, подъ деревьями. Ребятишки стряхивали съ деревьевъ винныя ягоды, женщины суетились вокругъ нихъ; тутъ стояла мечеть, и домики, подымавш³еся направо отъ насъ, походили на собран³е маленькихъ фортовъ; передъ ними тянулись сады и широк³я поля, по которымъ шли въ деревню верблюды, обремененные ношею. Здѣсь можно было остановиться. Паоло, начальникъ нашихъ проводниковъ, зналъ шейха этого селен³я, который далъ ему напиться и поужинать; вода была очень хороша, и мы не шутя стали подумывать: не переночевать ли намъ здѣсь, и не отложить ли въѣзда въ ²ерусалимъ до слѣдующаго дня?
   Тутъ подскакалъ къ намъ всадникъ на прекрасной лошади, сурово заглянулъ въ носилки, на нашихъ леди, и поѣхалъ далѣе. Вслѣдъ за нимъ явились еще два всадника; одинъ изъ нихъ былъ очень хорош³й мужчина, весь въ красномъ. Этотъ уже безъ церемон³и подъѣхалъ къ дамамъ, сталъ играть съ маленькой собачкою, которая лежала въ паланкинъ, и спросилъ, не Инглисы ли мы, на что я отвѣчалъ ему утвердительно. Паоло принесъ воды: сладостнѣе этихъ помой, казалось, ничего нельзя было найдти въ м³рѣ. Мы пили, а бѣдные погоньщики муловъ завидовали намъ. Француженка, неустрашимая Виктуаръ, милѣе и доблестнѣе которой, конечно, не было дѣвушки во Франц³и со временъ ²оанны д'Аркъ, отказалась отъ воды. Вдругъ одинъ изъ проводниковъ подбѣгаетъ къ своему хозяину и говоритъ: "Абу Гошъ приказываетъ барышнямъ выдти изъ носилокъ и показаться женщинамъ этой деревни."
   И такъ это былъ самъ Абу Гошъ, страшный разбойникъ, котораго въ насмѣшку прозвали мы волкомъ. Какъ же всѣ перетрусилисъ! Маршъ! закричали мы въ ту же минуту. Поглядѣли бы вы, какъ измѣнилось личико отважной Виктуаръ, когда узнала она, кто былъ этотъ Арабъ и уразумѣла смыслъ его послан³я. "Un verre d'eau pour l'amour de Dieu!" простонала она, готовая безъ чувствъ упасть съ лошади: такъ страшно было ей попасться въ когти Гоша. "Ne buvez plus, Victoire!" воскликнулъ маленьк³й джентльменъ изъ нашей парт³и. "Впередъ, вошелъ впередъ!" кричали всѣ въ одинъ голосъ. "Что это значитъ?" спрашивали насъ леди, чувствуя, что носилки стали снова потряхиваться. Но мы позаботились скрыть отъ нихъ намѣрен³я ужаснаго Абу Гоша. Караванъ двинулся въ путь, mademoiselle Victoire была спасена, и ея мистриссы узнали объ угрожавшей имъ опасности, когда мы были уже далеко отъ деревни.
   Доброе или злое намѣрен³е склонило на этотъ поступокъ воинственнаго Араба? Дѣйствительно ли mademoiselle Victoire избѣжала незавидной участи превратиться въ madame Abou Goche, или предводитель горцевъ хотѣлъ просто оказать намъ гостепр³имство? Послѣднее кажется мнѣ вѣроятнѣе. Еслибы въ головѣ у него былъ злой умыселъ, тогда полдюжина винтовокъ покончила бы съ нами дѣло въ одну минуту, и вся наша парт³я находилась бы въ полной власти разбойника. Но теперь простота развязки сдѣлала это происшеств³е скорѣе забавнымъ, нежели романическимъ, особенно для путешественника, который находился въ такомъ счастливомъ расположен³и духа, что былъ въ состоян³и напѣвать пѣсни передъ лицомъ разбойниковъ, какъ, напримѣръ, человѣкъ, пишущ³й эти строчки.
   Отъѣхавъ недалеко отъ земли Гошень, мы очутились посреди садовъ и виноградниковъ; лучи заходящаго солнца освѣщали безчисленные золотые грозды удивительно вкуснаго винограда. Мы остановились и попробовали его. Никогда не случалось намъ ѣсть ничего лучше этихъ ягодъ, никогда вода свѣжѣе той, которую принесъ вамъ Арабъ, не лилась въ пересохшее горло человѣка. ѣзда, солнце и болѣе всего Абу Гошъ сдѣлали ее такой вкусною: за эту услугу обязанъ я ему особенной благодарностью. Наконецъ, посреди самой ужасной рытвины, по которой, скользя, спускались наши лошади, услыхали мы пушечный выстрѣлъ; звукъ его долетѣлъ до насъ изъ ²ерусалима. Сумерки здѣсь очень кратки; въ нѣсколько минутъ на природу, окружавшую насъ, легла густая тѣнь, и небо блеснуло тысячами звѣздъ.
   Подъ этимъ-то великолѣпнымъ пологомъ проѣхали мы еще два часа. Вокругъ васъ тѣснились мрачныя горы; пейзажъ этотъ, нисколько не интересный днемъ, принималъ такой торжественный характеръ ночью, какого я нигдѣ, никогда не видывалъ. Робко, почти съ ужасомъ, приближались мы къ грозному мѣсту, средоточ³ю былой и будущей истор³и человѣчества. Воспоминан³е объ этихъ чувствахъ не покинетъ человѣка до той поры, пока не притупѣетъ въ немъ память, и, можетъ быть, онъ такъ же часто и много будетъ думать, какъ рѣдко и мало говорить о нихъ.
  

XII.

Квартиры въ ²ерусалимѣ. - Еврейск³е пилигримы.- ²ерусалимск³е Жиды. - Англ³йская церковь. - Церковь Гроба Господня. - Виѳлеемъ.- Латинск³й монастырь.- Американск³й консулъ. - Предметы для эскизовъ. - Отъѣздъ. - Рамле.

  
   По пр³ѣздѣ въ ²ерусалимъ, леди нашей парт³и скоро нашли для себя прекрасную квартиру въ греческомъ монастырѣ, гдѣ чистый воздухъ комнатъ и богатый кушаньями, виномъ и десертомъ столъ нимало способствовали къ возстановлен³ю ихъ силъ, ослабѣвшихъ отъ утомительнаго путешеств³я. Не знаю, пользуются ли сами почтенные отцы монастыря хорошими снадобьями, которыми подчуютъ они гостей своихъ; но судя по ихъ наружности, надобно полагать, что они не прочь отъ этого. Монахи, которыхъ мы видѣли здѣсь, носятъ на лицахъ своихъ ясный отпечатокъ совершенно покойной совѣсти и привольнаго житья-бытья. Двое толстыхъ, краснощекихъ и неопрятно-одѣтыхъ служекъ безпечно сидѣли на солнышкѣ, поглядывая съ монастырской террасы на улицу: глаза ихъ выражали чувства, нисколько не сходныя съ понят³емъ объ аскетизмѣ.
   Для путешественниковъ, не принадлежащихъ къ духовному зван³ю, построенъ особый страннопр³имный домъ. Снаружи и внутри, въ главной залѣ этого здан³я выставленъ двухглавый орелъ: монастырь находится подъ покровительствомъ русскаго Императора, который ежегодно высылаетъ сюда значительную сумму денегъ на поддержан³е внѣшняго благолѣп³я ³ерусалимской святыни, потому-то большая часовня въ храмъ Гроба Господня далеко превосходитъ богатствомъ украшен³я всѣ друг³е его придѣлы.
   Съ нами пр³ѣхало сюда нисколько Поляковъ; они остановились въ латинскомъ монастырь, и мы нѣсколько разъ видѣли ихъ въ католической церкви колѣнопреклоненныхъ передъ иконами, или торжественно идущихъ съ зажженными свѣчами въ процес³яхъ, или благоговѣйно лобызающихъ мѣста, освященныя по предан³ю страдан³емъ Спасителя.
   Хотя латинск³й монастырь и гостинница для путешественниковъ обширны и весьма удобны для житья, но все же они далеко отстали по чистотѣ и отдѣлкѣ отъ обители и страннопр³имнаго дома греческихъ монаховъ. И тамъ, и здѣсь, судя по словамъ, не берутъ денегъ; однако же путешественникамъ приходятся поплатиться въ обоихъ. Католики торгуютъ четками, крестиками и перламутромъ, на которомъ вырѣзаны образа. Эти вещи покупаютъ они у ремесленниковъ и перепродаютъ ихъ съ небольшой выгодою. Англичане останавливались до-сихъ-поръ въ негодныхъ гостинницахъ, и только въ прошломъ году два или три человѣка изъ жителей Мальты догадались нанять нѣсколько домовъ для пр³ема туристовъ, гдѣ Англичане могутъ теперь найдти для себя приличное помѣщен³е за цѣну, которая для людей съ порядочнымъ состоян³емъ не покажется очень выосокою.
   У двери одного изъ этихъ домовъ, я съ большимъ удовольств³емъ спрыгнулъ съ сѣдла и бросилъ поводья. Привычная лошадь пошла безъ проводника къ хорошо знакомому ей стойлу по темному, перепутанному лабиринту здѣшнихъ аллей и закоулковъ, которыми проѣхали мы, своротивъ съ большой улицы, идущей отъ яфской заставы. Здѣсь только замѣтили мы нѣкоторые признаки жизни. Мужчины толпились въ дверяхъ домовъ или курили трубки передъ негодными кофейнями, гдѣ происходило пѣн³е и разсказывались сказки; но въ другихъ улицахъ царствовала глубокая тишина, и даже не мелькнуло ни одной свѣчки въ окнахъ низенькихъ домовъ, мимо которыхъ пробирались мы.
   Войдя на террасу, мы нашли нѣсколько небольшихъ комнатъ или павильоновъ со сводами, откуда увидали утромъ большую часть города: бѣлые куполы и террасы громоздились другъ надъ другомъ; кое-гдѣ, изъ среды бѣлыхъ возвышен³й подымался минаретъ или чахлая финиковая пальма; но большая часть ближайшей къ намъ растительности состояла изъ отвратительныхъ грушевыхъ деревьевъ. Больш³е зеленые желваки пузырились на нихъ безобразной грудою наростовъ, усѣянныхъ колючками, какъ на алое; ни тени, ни красоты, ничего тутъ не было. Справа подымалась мечеть Омара, заслонивъ собою восходящее солнце. Прямо передъ нами лежала крутая, извилистая улица, обставленная съ обѣихъ сторонъ разрушенными стѣнами и прозванная съ незапамятныхъ временъ: Via Dolorosa. Здѣсь, по словамъ предан³я, отдыхалъ Спаситель, неся крестъ свой на Голгоѳу. О горѣ, по желтоватому скату которой росло нисколько сирыхъ масличныхъ деревьевъ, нечего было спрашивать: это Масличная Гора. За нею лежитъ Виѳан³я. Самыя святыя очи, как³я когда либо взирали на м³ръ Бож³й, устремляли взоры свои на эти возвышенности: тамъ ходилъ Христосъ и поучалъ своихъ слушателей. Со стыдомъ и смирен³емъ смотритъ человѣкъ на это мѣсто, гдѣ обитали неизрѣченная Любовь и Милосерд³е, гдѣ глубоко сочувствующее сердце Спасителя молило Отца за весь родъ человѣческ³й, и откуда лицемѣры и изверги увлекли Его на распят³е!
   Евреи, которые ѣхали съ нами изъ Константинополя, проклиная всякую остановку въ дорогѣ не по нетерпѣн³ю увидѣть скорѣе Святой Городъ, но отъ скупости, отъ нежелан³я платить дорого за провиз³ю во время морскаго пути, закупили все необходимое для себя въ Яфѣ и отправились въ ²осафатову Долину. Мы замѣтили высокую фигуру стараго начальника ихъ, изощреннаго въ обманѣ, когда медленно выступалъ онъ посреди зловонныхъ лачугъ жидовскаго квартала. Этотъ старый хитрецъ, нехотѣвш³й нанять для дѣтей своихъ каюты, во время морской бури, раскланивался съ нами на базарахъ. Друг³е равины, помоложе его, одѣты нѣсколько опрятнѣе. Мы встрѣтили ихъ въ воскресенье, во время прогулки, близь воротъ Виѣлеема; съ ними шло нѣсколько рыжебородыхъ Жидовъ, въ дрянномъ восточномъ костюмѣ; говорили они языкомъ берлинскихъ Евреевъ; когда мы поровнялись съ ними, у нихъ шла рѣчь о нѣсколькихъ стахъ талеровъ. Идите по пятамъ какого угодно Жида, и вы непремѣнно услышите разговоръ о золотомъ тельцѣ, которому они покланяются.
   Англ³йская мисс³я дѣйствовала совершенно безуспѣшно въ отношен³и къ этимъ религ³онистамъ. Едва ли обращены ею въ хр³ст³анскую вѣру человѣкъ двѣнадцать Евреевъ, и тѣ изъ нихъ, которые отступили отъ закона Моисеева, подверглись въ ²ерусалимъ страшнымъ преслѣдован³ямъ отъ своей брат³и. Мнѣ разсказывали, что жена одного Жида, перемѣнившаго вѣру, осталась вѣрна ему и не захотѣла покинуть своего мужа. Евреи озлобились, похитили ее изъ дома, умѣли скрыть въ городѣ отъ всѣхъ поисковъ мисс³и, консула, епископа, пасторовъ и причета; потомъ перевезли ее изъ ²ерусалима въ Бейрутъ, откуда отправили въ Константинополь и наконецъ въ Росс³ю, гдѣ она до-сихъ-поръ горюетъ о своемъ мужъ. Нашелъ ли этотъ новообращенный утѣшен³е въ разлукѣ съ нею? Когда одинъ изъ членовъ мисс³и, превосходный джентльменъ, передавалъ мнѣ эту истор³ю, я невольно подумалъ, что Англичане въ подобномъ случаѣ поступили бы не лучше Евреевъ. Жена неофита была дочерью ученѣйшаго равина. Представьте; что дочь эксетерскаго или кёнтербёр³йскаго равина вышла замужъ за человѣка, принявшаго жидовскую вѣру. Развѣ сталъ бы кто изъ насъ обвинять отца ея, если бы освободилъ онъ дочь свою изъ-подъ власти мужа, способнаго погубить душу этой женщины? Да и самъ бѣдный неофитъ былъ бы конечно изгнанъ изъ Англ³и тѣмъ же путемъ преслѣдован³я. Съ сожалѣн³емъ смотрѣли мы на этихъ людей, когда сидѣли они особнякомъ на скамьяхъ въ нашей церкви, мы думали о томъ времени и обидахъ, которымъ подвергаются они, проходя въ европейскомъ платьѣ и съ выбритыми подбородками посреди своихъ злыхъ, нахмуренныхъ и длиннополыхъ соотечественниковъ.
   По пятницамъ вы можете слышать здѣсь плачъ и сѣтован³я жидовъ объ утраченной славѣ ихъ города. Кажется, я ничего не видалъ страшнѣе ²осафатовой долины. Со всѣхъ сторонъ стекаются сюда Евреи хоронить своихъ мертвыхъ. Сѣдой скряга, ѣхавш³й на кораблѣ съ нами, тоже хотѣлъ сложить кости свои въ этой долинѣ, когда пробьетъ часъ его. Копить деньги и быть погребену здѣсь - вотъ двѣ главныя цѣли этой странной и долгой жизни.
   Съ нами пр³ѣхалъ сюда одинъ изъ членовъ мисс³и, крещеный Еврей, и такъ какъ я вообще отзывался о Евреяхъ безъ уважен³я, то да позволено будетъ оговориться мни, что съ этимъ достойнымъ джентльменомъ я имѣлъ счаст³е войдти въ дружеск³я отношен³я. Никогда не встрѣчалъ я человѣка, котораго внѣшнее поведен³е было бы трогательнѣе, искренность очевиднѣе и религ³озныя чувства глубже и основательнѣе.
   Англиканская церковь въ ²ерусалимѣ строится посреди открытаго, живописнаго мѣста, противъ Виѳлеемскихъ воротъ. Близехонько отъ нея домовая церковь нашего епископа, и тутъ же находится домъ, въ который собираются для молитвы христ³ане англиканскаго вѣроисповѣдан³я.

Другие авторы
  • Каменский Андрей Васильевич
  • Ю.В.Манн
  • Штакеншнейдер Елена Андреевна
  • Берг Федор Николаевич
  • Петрарка Франческо
  • Дмитриев Дмитрий Савватиевич
  • Ульянов Павел
  • Волынский Аким Львович
  • Менделеева Анна Ивановна
  • Гашек Ярослав
  • Другие произведения
  • Жемчужников Алексей Михайлович - А. М. Жемчужников: об авторе.
  • Маяковский Владимир Владимирович - Пьеска про попов, кои не понимают, праздник что такое
  • Гиппиус Зинаида Николаевна - Яблонька
  • Богданов Модест Николаевич - М. Н. Богданов: биографическая справка
  • Лонгинов Михаил Николаевич - Последние дни жизни и кончина А. С. Пушкина
  • Салтыков-Щедрин Михаил Евграфович - Для детей
  • Крылов Виктор Александрович - Под гнетом утраты
  • Волошин Максимилиан Александрович - Марина Цветаева. Живое о живом (Волошин).
  • Зелинский Фаддей Францевич - Вступительный этюд к трагедии "Орлеанская дева" Шиллера
  • Романов Пантелеймон Сергеевич - Человеческая душа
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (26.11.2012)
    Просмотров: 91 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа