Главная » Книги

Глаголев Андрей Гаврилович - Записки русского путешественника с 1823 по 1827 год. Часть 1, Страница 2

Глаголев Андрей Гаврилович - Записки русского путешественника с 1823 по 1827 год. Часть 1


1 2 3 4 5 6

з церкви весь поезд отправляется в том же порядке, как и прежде, в дом жениха. Тут встречают новобрачных с хлебом-солью ив вывороченных наизнанку овечьих тулупах; а иногда осыпают их овсом, предзнаменующим богатство и изобилие в будущем домашнем быту.
  

КРАСИВАЯ МЕЧЬ

Курганы. Городища. Сторожевая линия против Татар. Предания о набегах татарских. Кудеяр разбойник. Басни о заколдованных кладах; - о хороводе, превращённом ударом грома в группу камней. Остатки языческих обрядов. Частные источники Русской Археологии. Царский колодезь.

   Красивая Мечь в истории нашего отечества известна тем, что герой Донской преследовал до берегов её Монголов, разбитых на Куликовом поле.
   Два или три кургана, встречающиеся в окрестностях села Маслова, можно почитать памятниками сего их вторжения; или других подобных. Надобно думать, что в направлении от юга к северу прежде было много курганов, но что все они срыты землепашцами, сеющими на них хлеб.
   Многие называют курганы Татарскими могилами. Но какого же времени? После Куликовской битвы Монголы, преследуемые победителями, едва ли имели довольно времени для отдания последнего долга своим товарищам; а о других битвах на берегах Мечи, кажется, не упоминается в наших летописях ни слова.
   Простой народ просто приписывает эти насыпи каким-то богатырям. Не были ли они почетным местом для Ханских шатров или для их знамён и сигналов, и не назывались ли прежде по-Русски шоломена? Хотя почтенный наш Историограф переводит шоломя высотою, однако из летописей видно, что это были не просто высокие места, а как бы нарочно устроенные и укреплённые: "Царь же Мамай с тремя с темными князи взыде на место высоко, на шоломя, и ту сташе, хотя видети кровопролитие". Ещё один вопрос: не служили ли курганы Монголам или Нагайским Татарам указателями пути во всех здешних местах, не имевших прежде никакого населения? По крайней мере, достойно замечания, что как упомянутые курганы, один подле деревни Ведмины, а другой в селе Козьем, так и третий Богородицкого уезда в селе Никитском подле речки Непрядвы, находятся на местах самых возвышенных, как бы нарочно избранных для обозрения окрестностей или для указания дороги, в роде маяков. Старожилы уверяют, что они, распахивая курганы, находили в них иногда военные орудия. Удивительно, что наши Археологи (не смотря на значительные пособия, полученные некоторыми из них от Правительства для подобных исследований), до сих пор ещё не проникли в их внутренность и даже не объяснили собственного значения этого слова на языке Татарском*.
   В селе Маслове, на левом берегу Красивой Мечи, достопримечательна ещё одна гора, называемая городищем, упоминаемая под сим же именем и в некоторых старинных актах. С северной стороны, как приметно, городище защищаемо было валом и лесом, а с южной - отлогим утёсом, состоящим из глины и камней и омываемым рекою. Подобное ему есть ещё Епифанского уезда в селе Себине над Доном. Нельзя согласиться с предположением Г. Ходаковского, чтобы все такого рода городища относились к глубокой древности и служили во времена язычества местом жертвоприношений. По крайней мере, этого нельзя сказать о Себинскоми Масловском: потому что места сии находились в степях и едва ли в древние времена были обитаемы.
   Нельзя почитать их и остатками городов, опустошённых здесь Татарами. Хотя один духовный Сановник, путешествовавший в Грецию с Митрополитом Пименом в 1389 году, в записках своих и упоминает, что около Дона он видел следы сих городов (Кир Михайлов и другие), присовокупляя, что они были прежде красны и нарочиты зело видением**; но как согласить их развалины с площадками городищ, имеющими в окружности только несколько сажен и похожими более на временные становища?
   Мне кажется, Россия, простираясь мало-помалу на юг, имела некогда на Красивой Мечи свою границу и сторожевую линию. Течение её от запада к востоку, крутые берега и на берегах пригорки, покрытые лесом, много к тому способствовали. Соседственные села и деревни по большой части носят название воинское, как то: стрельцы, сторожи, солдатское. Масловское городище и город Ефремов, находящиеся на северном берегу сей реки, - может быть, составляли укрепления этой линии. При том же большая часть жителей здешних селений в ландратских книгах 1710 и 1717 годов названы рейтарами, а самые округи станами***.
   Если верить рассказам здешних старожилов, то деды и даже отцы их в своём детстве были ещё свидетелями набегов Татарских. По их словам, при появлении варваров обыкновенно скрывались на дубах или прятались с своим имуществом в пещерах, вырытых в лесе. От смутных этих времен сохранилось здесь множество трогательных преданий, и между прочим так рассказывают об одном Священнике: "В летний праздничный день, во время самой обедни, вдруг послышался топот коней и раздались нестройные вопли. Народ бросился из церкви, чтобы скрыться в оврагах. Между тем Священник, вероятно, боявшийся одного только Бога, продолжал приносить жертву о спасении своей паствы. Варвары вторглись в олтарь, схватили его и отвели в отдаленные свои улусы. Несколько лет томился он в плену, лил слёзы на реках чуждых о своём Сионе, - и пастырь словесных овец стерег табуны лошадей. Однажды, посыпав седины пеплом, пел он дрожащим голосом следующий стих: "аще забуду тебя, Иерусалиме, забвенна буди десница моя". Кто-то из Русских вельмож, проезжая мимо с своею дружиною, вслушался в знакомые ему звуки и расспросив страдальца об его участи, возвратил его на родное пепелище".
   Соображаясь с подробностями рассказа, должно отнести это происшествие к началу осьмнадцатого века. Весьма вероятно, что Крымские Татары продолжали набеги свои до царствованияПетра Великого, и что ужасный Кудеяр, известный доселе в Тульской, Тамбовской, Рязянской и даже в Смоленской губерниях, был начальником табора Татарского. Простой народ приписывает ему и самое устройство Масловского и Себинского городищ и думает, что в них, равно как и в окрестностях, должны храниться заколдованные клады.
   Сказания о кладах, по происхождению своему восточные, распространены в целой Европе. На запад они принесены, вероятно, Маврами, а в Россию перешли, может быть, от Татар или от других Азиатских народов, живших с нею в соседстве.
   В числе народных басен есть много и таких, которые заключают в себе смесь языческих поверий с Христианскою религиею. Например, об одной группе камней, на берегу Красивой Мечи, в упомянутом выше селе Козьем, сохраняется в народе сказка, совершенно сходная с Греческим мифом о превращении Ниобы и детей её; и именно, будто бы когда-то в Троицын день целый хоровод во время пляски превращен был ударом грома в камни. Главный камень этой группы, теперь уже испорченный временем, имел некоторое сходство с всадником на коне, чтР, вероятно, и было поводом к басне.
   Уверяют, что в некоторых местах Тульской Губернии, в лесах при камнях, совершаются народом доселе обряды, похожие на языческое жертвоприношение. Желательно, чтобы они описаны были теми лицами, которые имеют случай собрать об них подробные сведения. Не нужно напоминать, сколько могут быть важны сии сведения в археологическом отношении.
   Тульская губерния вообще, кажется, не богата древними письменными памятниками, и в особенности южные уездные города её, как вновь населенные и доселе ещё называемые степными. Но Археологам нашим предлежат богатые и ещё непочатые сокровищницы: жалованные грамоты и выписи в руках частных владельцев и при древних сельских церквах, владеющих так называемою писцовою землёю.
   Из урочищ в окрестностях Красивой Мечи достоин особенного замечания Царский колодезь, находящийся верстах в 13 от Ефремова на прекрасном, окружённом борами месте, в селе Бороломах, по большой Богородицкой дороге.
   Он назван так потому, что Великий Петр, во время путешествий своих в Воронеж, имел обыкновение при нём останавливаться. Желательно, чтобы этот колодезь украшен был приличным ему памятником, или, по крайней мере, предохранён был от порчи построением над ним павильона или часовни.
    
   * Слово Курган происходит от Персидского существительного [далее одно слово по-персидски, весьма нечётко набрано - А.Б.] Гур-х?не, сложнаго из гур (могила) и хане (дом). Замечание Ф.Ф. Шармуа.
   ** Истор. Госуд. Росс. Том V, примеч. 130.
   *** В одной грамоте 1686 года упоминается и о Себимском стане в Епифанском уезде; станы были также и в других уездах здешнего края.
  

РУССКИЕ СТЕПИ

Разные картины степей в разные времена года. Птицеловы. Гуртовщики. Цыганской табор. Ночное. Быстрое заселение степей.

   Перейти из столицы в степь значит перенестись из круга настоящей образованности ко временам первобытного состояния человека и природы. Целые веки усилий ума изобретательного, целые периоды переворотов политических и, так сказать, целые поколения рода человеческого, в последовательном и продолжительном их порядке, отделяют первое место от последнего, как два противоположные полюса. Какое обширное поле наблюдений философам, политикам, историкам!
   Картина Русских степей изменяется по временам года, и бывает иногда величественною, иногда приятною в самой своей дикости. Ничто не может быть суровее здешней зимы, когда все цветы сольются в один белый и все звуки - в один гул ветра, воздымающего вьюги и мятели. Привычка делает нас равнодушными к самым разительным зрелищам; но что почувствовал бы житель знойной Африки, когда бы, вдруг перенесенный в Русские степи, он увидел тучи снега, падающего с неба и, подобно Эпикуровым атомам, стремящегося к образованию нового вида земли и к превращению в хаос всей прежней природы? Или когда бы встретил эти белые, сверкающие алмазами и мертвящие холодом пески вместо жёлтых и палящих песков его отчизны? Что подумал бы он, смотря на великолепное солнце, обведенное большим радужным обручем и пересекаемое крестообразно двумя огненными поперешнинами с четырьмя на концах их полусонцами? То же ли оно самое, которое, как раскалённый щит, разливает пламенные лучи свои в Сахаре?
   С наступлением весны из растопленных снегов образуются в полях озёра; и вся природа принимает вид обновления, как в первые дни после всемирного потопа, когда над землею стояла заветная радуга. Первые гости тёплых стран, - игривые жаворонки, трепеща крылышками и журча безумолкно гармоническим горлышком, то поднимаются вверх по прямой линии и теряются в небесной лазури; то вдруг падают стрелою с неба на землю. - За ними появляются станицы журавлей. Одни из них, рисуя под облаками треугольники и полукружия и наполняя воздух пронзительными криками, тянутся далее на север; другие останавливаются на здешних озерах вместе с чайками, дикими утками и гусями. - Леса и рощи также населены лучшими породами певчих птиц и преимущественно соловьев, к образованию которых способствуют здесь благорастворение воздуха и сумраки развесистых дерев. Эти пернатые певцы не имеют себе соперников ни в одном краю Европы; но их очаровательные песни раздаются и умирают в пустынях. Так истинные таланты художников и учёных нередко остаются навсегда погребенными в неизвестности, если беспристрастное потомство не воззовет их творений из мрака могил.
   ДорРги в степях, в продолжении лета, зарастают густым трилиственником или просвирником. По сторонам, на равнине, зеленеют пажити или волнуется белый, пушистый, шёлковый ковыль. Воздух наполнен ароматами; дыхание путешественника свободно; душа его светла, как чистое небо. Но теснота горизонта, сжимаемого со всех сторон плоскими возвышенностями, - расположение сих возвышенностей, стремящихся в виде волн от севера к югу, - пустота обнажённых мест и отсутствие всего живущего часто утомляют своим однообразием и слух, и зрение. Один только заблудившийся рой пчел пронесётся через обнаженное поле; или раздастся лай собаки, гремящей цепию и охраняющей пасеку в овраге; или покажется дым над дубровою, напоминающий путешественнику, что и в этих диких местах есть существа живые. При закате солнца услышишь иногда под расставленною на ниве сетию коварный свисток птицелова, подражающего отрывистому крику перепела; или увидишь крадущегося по меже следом за своею собакою охотника, с недремлющим на руке его ястребом. Охота ястребиная и соколиная замечательна, как остаток наших Патриархальных времён; известно, что Сочинитель слова о полку Игореве упоминает даже и о песнях, петых Бояном в честь тех Князей, которых соколы быстротою своею одерживали победы.
   В особенности люблю я летние вечера и ночи Русских степей, когда робкое воображение пугает себя собственным своими призраками; когда один внезапный крик журавлей, испуганных стуком колёс и топотом лошадей, разливает холодный пот по телу; когда одно колебание полынного стебля или ветвистого куста, при отблеске вечерней зари, представляет борьбу великанов или движение крадущихся к дороге разбойников с огромными на плечах булавами. В эти медленные часы, когда густой и непроницаемый мрак скрывает все предметы от взора, - как приятно увидеть на краю небосклона восходящую звездочку! - Не можешь насмотреться на неё, как на любовь; не хочешь глаз свести с неё, как с надежды; но эта небесная звездочка вдруг превращается в простой огонёк, курящийся в нескольких шагах от дороги. Вокруг его сидят с трубками задумчивые Малороссы; по сторонам расставлены ряды длинных фур и пасутся гурты волов. Иногда подобный огонёк освещает табор Цыганский. Смуглое тело полуобнаженных детей, багровые лица и растрепанные волосы вакханок и дерзкие голоса мущин, - всё поселяет в душе путешественника недоверчивость. Иногда вокруг горящего костра резвятся и скачут молодые крестьяне, а подле них пасутся табуны. Обыкновение выгонять лошадей в так называемое ночное сохраняется также в некоторых местах северной России; и вероятно есть остаток кочевой, пастырской и независимой жизни наших предков.
   Степи Русские отличаются от Азиатских и Африканских своими тучными пажитями. Они остаются ныне на берегах нижнего Дона и в южном краю России; частию встречаются около Курска и Орла; а около половины прошедшего столетия занимали почти весь южный край Тульской губернии; отчего и теперь уезды Ефремовский, Новосильский и Чернский называются в Туле степными. Старожилы расказывают, как они застали места сии ещё неудобренными; как рвали на них ковыль и собирали землянику, или как в последствии, с наступлением каждой весны, выходили всем миром делить поля, как общину, пока не обратили их в частную недвижимую собственность. Слушая этих старцев, кажется, слушаешь патриархов древнего мира; и не веришь собственным глазам своим, сравнивая их рассказы с настоящим положением мест, сделавшихся тесными для жилья и недостаточными для продовольствия жителей. Столь быстрое распространение народонаселения, землепашества и промышленности есть почти необыкновенное явление в мире политическом; и не иному чему может быть приписано, как одним отеческим попечениям мудрого Правительства, решившегося основать благосостояние своего народа на его нравственном и гражданском образовании.
  

КУРСКИЕ ОВРАГИ

Геологические вопросы о различном образовании земной поверхности. Расположение оврагов, служивших в древности местом засад против набегов варваров. Южная цепь курганов, протягающаяся через Малороссию и западные губернии в Галицию.

   После степей, внимание путешественника невольно остановится на Курских оврагах. Естествоиспытатели большую оказали услугу наукам объяснением общих форм земного шара; но их полезные предначинания и подвиги тогда только увенчаются полным успехом, когда они откроют все начала и законы частных или местных образований земной поверхности. Напр., отчего южная половина Европы состоит большею частию из гор, а северная из равнин? Отчего хребты Скандинавский, Уральский, Камчатский и другие, прилегающие к полюсу, имеют направление меридиальное или, так сказать, магнитное; между тем как горы Пиренейские, Прованские, Альпийские, Карпатские, Крымские, Кавказские и все хребты южной Сибири тянутся по линиям более или менее параллельным экватору? Что значит эта плоская возвышенность, этот огромный земной купол, на котором красуется златоглавая столица севера, Москва? Огонь ли изнутри или вода извне образовали эту длинную полосу отлогих холмов, стремящихся в виде волн через Тульскую губернию от севера к югу и тянущихся грядами от запада к востоку? Из сравнения всех этих очертаний земли не трудно, кажется, будет дойти до заключения и о внутренних движущих её силах, так как по чертам лица познаются привычки и склонности душевные.
   Овраги Курские, без сомнения, изрытые в продолжение многих веков водою, то примыкают с обеих сторон к большой Харьковской дороге, давая ей вид искусственной плотины; то извиваясь между отлогими возвышенностями и впадая одни в другие, составляют род лабиринта, устроенного самою природою. - Взгляд на сии дикие дебри невольно переносит воображение к тем богатырским временам, когда жители Курского Княжества, составляя сторожевую линию и единственный оплот России против восточных варваров, с самых юных лет питали сердце мужеством, ум искушали в военных хитростях, а память изощряли изучением местоположений, способных к нападениям и засадам. Прекрасно изображает их Князь Роман в слове о полку Игоря на Половцев: "а мои Куряне искусны в цель стрелять, под трубами повиты, под шлемами взлелеяны, концем копья вскормлены, пути им известны; яруги (овраги) им знаемы, луки у них натянуты, колчаны отворены, сабли изострены; сами скачут, как серые волки в поле, ища себе чести, а Князю славы".
   Несколько далее к югу, в пределах Харьковской губернии начинается та непрерывная цепькурганов, которая, протягаясь через Малороссию и Волынь, теряется в средине Галиции. Их можно разделить вообще на два разряда: одни рассеяны на высотах поодиночке, и, может быть, не что иное, как могилы или сторожевые ставки какого-нибудь воинственного народа, протекшего с ужасом и погибшего с шумом; другие расположены группами, состоящими из пяти, семи и даже десяти насыпей, из коих почти каждая имеет в средине яму с спуском или входом со стороны полуденной. Сии последние, вероятно, накрываемы были войлоками или кожами и служили вместо юрт какому-нибудь народу, занимавшемуся скотоводством. Русским Археологам предлежит труд показать различие этих памятников и определить эпохи, к которым они относятся.
  

ПОЛТАВА, Апреля...

Вид города. Значение имени: Полтава. Домик, в котором Петр ²-й отдыхал после победы. Александровская площадь. Колонна в память победы. Шведская могила. Крестовоздвиженский монастырь. Медная доска в соборной Церкви, изображающая Полтавскую битву, - с надписью Рубана. Городской сад. Институт Благородных девиц.

   Полтава стоит на холмах, образующих правый берег реки Ворсклы, и вместе с монастырём Крестовоздвиженским составляет прекрасную картину, открывающуюся за несколько ещё станций с луговой Харьковской дороги. Сколько великих мыслей пробуждает одно имя этого города, который на языке отечественном означает славу Петра Великого, величие возрождающейся России и ужас завистливым её врагам. - Сказывают, что Наполеон, во время бегства своего из Москвы, рассматривая однажды карту западных Русских губерний и ища себе пути по течению Березины и Днепра, напал нечянно на Полтаву и, отдернув вдруг руку, сказал с беспокойством: "это дорога Карла XII..."*
   Первый предмет, на котором останавливается внимание путешественника при въезде, со стороны Харькова, есть простое каменное здание с следующею надписью: "здесь Петр I отдыхал после победы Июня 27 дня 1709 года". Скромный сей памятник построен недавно на месте деревянного домика, пришедшего в ветхость и сломанного здешнею полициею для встречи Е.С. Князя Н.Г. Репнина, когда он назначен был Малороссийским Военным Губернатором.
   Князь не мог скрыть своего неудовольствия, узнавши о таком неблагоразумном распоряжении полицейских чиновников; но они его не поняли: "Его Сиятельство думает, сказал один из них, что этот дом был, как обыкновенный дом, а в нём ничего не было и похожего". Истина неоспоримая, хотя и не нарочно сказанная!
   Самая лучшая часть здешнего города есть обширная Александровская площадь, окружённая семью каменными домами, из которых один назначен для Военного Губернатора, а в прочих помещаются Присутственные места, Дворянское Собрание и Гимназия. Посреди площади стоит красивая из зеленой меди колонна, воздвигнутая в память Полтавской победы. Она опоясана несколькими обручами и в каждом из них по нескольку бердышей, увенчанных лавровыми венками; а подножие украшено барельефами, представляющими воинские доспехи и трофеи. Колонна поставлена на каменной площадке, поднимающейся на несколько ступеней и обнесённой копиеобразною железною решёткою; из-под решётки выходят с каждой стороны по две медных пушки, которые держат как бы на себе всю колонну и дают ей какую-то воздушную лёгкость. На колонне сидит орёл с распростертыми крыльями, готовый лететь в боковую сторону; с любопытством смотришь вперёд, куда устремлён взор его, и чрез боковую улицу видишь вдали так называемую Шведскую могилу, скрывающую в себе прах и победителей, и побежденных. Мысль художника новая и превосходная! - Несмотря на огромность колонны, она казалась бы все ещё малою в сравнении с обширным пространством площади, её окружающей; но Государь Император, во время первого Высочайшего посещения Полтавы, заметив несоразмерность памятника с местом, приказал окружить его садами в Английском вкусе; чтР; и составило род Лондонского сквера, пересекаемого двумя перекрестными дорогами.
   Шведская могила возвышается в виде кургана, на расстоянии пяти вёрст от города, - на том самом месте, где решена участь Полтавской битвы, или, как сказал бы Гомер, где отец богов взвесил жребии двух царств - и жребий России поднялся к звездному небу. На могиле находился прежде старый деревянный крест; предание сохранилось, что он поставлен был ещё Петром Великим, но по ветхости ныне заменён другим ему подобным.
   Недалеко отсюда, над рекою Ворсклою, стоит Крестовоздвиженский монастырь. Архимандрит его имеет мантию с скрыжалями, на которых вышиты изображения Св. Великомученика Георгия и Св. Самсона Странноприимца, в память того, что победа одержана в день сего Святого.
   В здешней соборной церкви хранится медная доска, представляющая Полтавское сражение; кем же и по какому случаю она выгравирована, видно из следующей надписи, сочиненной известным Рубаном:
  
   Полтавской брани вид являет сей металл,
   Как в день Самсонов Карл сражен Петром ниспал,
   Сим сделал Бог с небес начало Русской славы.
   Руденко гражданин усерднейший Полтавы,
   Которого отец в сей самой битве был
   И вольность чрез Петра из плена получил,
   В благодарение Всевышнему Сиону,
   Устроил каменный священный храм Самсону,
   В хвалу ж Петровых дел, грядущих в память дней,
   Средь стен отечества поставил образ сей.
  
   "В 69 лето от победы под Полтавою, от создания мира 7286 года, от Рождества Христова 1778 года, в благополучное царствование Екатерины Алексеевны вторыя Импер. Всерос."
   "Сражение Июня 27 дня 1709 года на день Преподобного Самсона Странноприимца, коего образ изображён молящийся Иисусу Христу о ниспослании с небес победы, чтР и последовало к счастию всей России".
   Выгравирована под смот. Импер. Акад. Наук Патрикием Балавиным. Надпись сочинил Г. Рубан Надворный Советник в С. Петербурге.
   На месте вала и стены, служивших укреплением Полтавы, ныне устроен бульвар, который, начинаясь от крутобережья Ворсклы, идёт дугою к летнему саду и к Институту благородных девиц. Сад состоит из высокого леса и из тенистых аллей. С площадки, украшенной цветником, открывается излучистое течение реки, имеющей с одной стороны ряд зеленых холмов, с другой пересекаемую рощами песчаную равнину. Покрытый кустарником скат горы отделяет сад от виноградника, где около 30 мальчиков, обучающихся садоводству, разводят на грядах, вместе с виноградными лозами, и другие плодоносные деревья южного климата.
   Дом Института благородных девиц стоит на том возвышении, с которого Екатерина II любовалась видами окрестностей Полтавы. Сей Институт пользуется высоким покровительством Государыни Императрицы Елисаветы Алексеевны (ныне Её Императорского Величества Государыни Императрицы Александры Феодоровны) и состоит под непосредственным смотрением Княгини Варвары Алексеевны Репниной, которой он обязан своим основанием.
   Чтобы судить о пользе и важности этого заведения, надобно иметь понятие о скудных средствах частного воспитания женского пола в Малороссии. В здешнем крае, как и в Великой России, оно обыкновенно поручается Француженкам и Французам, с тою разностию, что сюда выписываются иногда, вместе с обветшалыми модами, такие Французы и Француженки, которым нет сбыту в столицах, по причине их необразованности или сомнительной нравственности. Из рук таких менторов, как золото из рук Жидов, по необходимости должны выходить благородные девицы с уменьшением существенной ценности своих талантов, с пустыми блёстками ума и с ветренною лёгкостию сердца. Притом и всякий просвещенный иностранец нашёл бы здесь, при воспитании детей, большие затруднения к удовлетворению своим филанптропическим чувствам, - и особенно в тех домах, где всё просвещение ума ставится в приобретении одного навыка щеголять Французскими каламбурами, и всё образование сердца в изучении Французских приёмов, употребляемых в обществе, и в прыгании экосеса, вальса и мазурки, nec plus ultra!
   Много потребно усилий, чтоб победить сии предрассудки; но рано или поздно просвещение над ними восторжествует. Воздвигнутые отеческими попечениями мудрого Правительства Университет в Харькове для юношей (а ныне, благодарение Богу, и другой Университет Св. Владимира в Киеве) и Институты в Полтаве, в Харькове и Одессе для благородных девиц служат залогом великих надежд.
   Я имел случай видеть Полтавский Институт, и не могу без удовольствия вспомнить об его устройстве, об успехах девиц в науках, искусствах и рукодельях, и в особенности о способах нравственного их образования, которое должно утешать всякого благонамеренного гражданина. Княгиня В.А. Репнина, движимая одною любовию к отечеству, без всяких личных видов и с совершенным самоотвержением, заботится о цвете прекраснаго пола, как Виргилиев вертоградарь о своих летораслях, не для настоящего времени, а для будущего. Пламенная признательность девиц, изъявляемая откровенною их преданностию к своей благодетельнице и детским вниманием к назидательным её урокам, - признательность, которую они понесут в свои семейства с искренними благословениями, сама по себе уже есть чистейшее и полное возмездие для души благородной.
    
   * Об этом упоминает Граф Сегюр, в своей истории похода 1812 года.
  

ПИРЯТИН

Положение Малороссии. Сосредоточенная населённость. Влияние местной природы на характер жителей.

   Малороссия лежит большею частию на ровных местах, теряющихся в обширном и однообразном горизонте. Обнажённый и пустынный вид здешних полей происходит не от скудости в народонаселении, но от редкости сёл и местечек, в которых теснятся Малороссияне. Обыкновение сосредоточивать таким образом жилища, вероятно, осталось ещё от патриархальных времен, когда семейства имели нужду во взаимной помощи для защищения себя от враждебных соседей, от лютых зверей, от суровости стихий; и оно до сих пор сохранилось преимущественно на гладких поверхностях Европы, открытых вьюгам и вихрям.
   В Малороссии причиною стесненной населенности можно считать и потребность воды; это доказывает самое расположение здешних посадов и местечек. Почти все они лежат вокруг озёр, которыми с избытком вознаграждается здесь недостаток источников и рек. Всех посадов считается в Черниговской губернии 14, в Полтавской 1; местечек в первой 34, в последней 74. Многие из них имеют от 5 до 10 т. жителей; в Решетиловке 11.522, в Новых Сенжарах 13.722, а в Беликах 14.062 души.
   Давно замечено, что местная природа имеет сильное влияние на образование народного характера. В этом легко удостовериться из сравнения народов, живущих в разных климатах, имеющих разные промыслы и даже окружённых различными видами или местоположениями. Горные жители, восходя на вершины гор и спускаясь в глубину долин, всегда имеют перед собою цель, и для достижения этой цели принуждены употреблять беспрерывные усилия, которые в теле производят быстрое обращение крови, в душе пробуждают живость чувств и деятельность умственных способностей. Напротив того, житель равнин, теряясь и зрением и мыслию в неизвестности пространства, невольно переходит в состояние бездействия и усыпления. Горный Черкес и Донской Казак, упражняясь с малолетства в укрощении диких коней, привыкают к проворству, ловкости и хитрости, а пешеходец Малоросс идет ровными шагами рядом с волом, которым он управляет.
   Простота Малороссийскаго крестьянина часто похожа бывает на легкоумие, о котором в самой Малороссии рассказывают множество забавных анекдотов. Всё редкое кажется ему новым, и всё новое необыкновенным. Удивление свое о встретившемся ему постороннем лице выражает он своему товарищу пантомимами с полною детскою уверенностию, что вы, не слыша его слов, не можете понять и его движений. От того, кто показался Малороссиянину почему-либо страшным, он бежит, как заяц, за плетень или за дерево, и спрятавши одно лицо, думает, что он и весь невидим.
   Гостеприимство есть добродетель, родная всем племенам Славянским. В древние времена оно значило то же, что странноприимство; полагают, что у Славян был и особый божок для покровительства странникам. Странноприимство, в собственном смысле принятое, остаётся ещё доселе в России, где можно его встретить по крайней мере в хижине богобоязливого крестьянина; а в Малороссии, не имеющей гостнниц ни в селениях, ни в городах, даже и за деньги трудно найти пристанище.
   Упрямство в этом Малороссиянина доходит иногда до жестокосердия, не смягчаемого ни просьбами, ни жалостию к путешественнику, оставляемому под открытым небом в ненастное время.
  

ЯГОТИН

Расположение дома и сада, по образцу неподвижной сцены древних театров. Картинная галлерея. Библиотека.

   Местечко Яготин, принадлежащее Князю Н.Г. Репнину, стоит при большом озере, имеющем около 5 вёрст длины и от 2 до 3 ширины. Прекрасное местоположение Яготина открывается с Полтавской стороны уже по прибытии в самую слободу и производит такое же действие на приезжающаго, как и великолепная декорация в театре по открытии занавеса. Самое расположение Княжеского дома с флигелями и садом есть игра прихотливой фантазии архитектора. Дом отделяется от озера цветником и стоит против острова, покрытого густым лесом; флигели, состоящие из отдельных домиков, выдаются уступами на зеленую площадь двора; от них проведены через сад аллеи, направленные к тому же острову, как центру и основанию всей перспективы.
   План этот, кажется, есть подражание неподвижной сцене древних театров, которая обыкновенно представляла городские улицы и строилась по расходящимся линиям, имевшим точку зрения в оркестре.
   Правая сторона сада состоит из аллей, вьющихся в разных направлениях; левая покрыта дикою рощею. В доме есть довольно хорошая библиотека и богатое собрание картин, оставшихся после Графа Алексея Кирилловича Разумовского. Из произведений Италиянской школы лучшее есть Тицианова Даная; обнаженные прелести её груди, полнота членов и роскошное положение тела обворожают зрение. К ней сходит Юпитер в виде золотого дождя, а перед нею в тени испугавшийся купидон. Эта Даная достойна примечания потому, что она служила образцом многим другим картинам как древних, так и новых художников. - Мать, кормящая детей, произведение Лазарини (1665); две картины Гвизольфа (1623), представляющие Христа, проповедующего в храме; Пантеон и своды церкви Св. Петра, Антиоли (1713); Велизарий с мальчиком неизвестного художника; две новые картины: слепец с мальчиком и Св. Магдалина, и травля кабанов Снейдерса (1579) также составляют украшение галлереи.
   В библиотеке хранятся в нарочно устроенном ковчеге письмо, в котором удрученный болезнями старец Фельдмаршал Князь Репнин приносил верноподданническое поздравление, по случаю восшествия на престол Государя Императора Александра I, и Высочайший рескрипт Монарха, изъявляющего внимание к заслугам мужа, прославившегося на поле бранном и на поприще дипломатическом. Из рукописей достопримечательна записка путешествия Графа Бориса Петровича Шереметева в Италию с 1697 по 1700 год.
  

КИЕВ, Великая Суббота

Вид Киева. Богомольцы. Переправа через Днепр. Киево-печерский монастырь. Собор Успения Пресвятыя Богородицы. Огромная колокольня. Особый род зодчества Собора. Внутренние его украшения и мощи Св. угодников. Крытые переходы. История основания дальних и ближних пещер. Монастыри Выдубицкий и Пустыно-Николаевский. Крещатик. Собор Св. Софии в Старом Киеве: остатки мозаика; драгоценные утвари; Софийская библиотека, древнейшая в России. Михайловский монастырь: великолепный местный образ; гробница Св. Великомученицы Варвары. Церковь трех Святителей; Десятинная Рождества Пресвятыя Богородицы и Св. Андрея Первозванного. Подол: Духовная Академия. Следы обширного населения древнего Киева.

   Утро было тихое и ясное, когда мы выехали из селения Бровар. Через сосновый зеленеющий бор, на западной части небосклона, над серою грядою тумана, открылся Киев. Священный город стоял как бы на воздухе или на небе, и лучи восходящего солнца, горя на златоверхих его храмах, представляли зрлище величественное и на земле новое!
   Дорога лежала через лес по глубокому песку; по сторонам шли молельщики и молельщицы, погруженные в размышления. Благочестие и набожность, которыми Русский народ велик и могуществен, принадлежат к отличительным чертам его. Прошло тысячелетие, и несмотря на пленение Батыево и Польское, он не забыл своего Иерусалима, от которого воссиял свет откровения для России. Многие из Русских женщин ещё в средних летах дают обет ходить ежегодно на поклонение святым мощам, обретающимся в Киеве, и в точности исполняют его до конца своей жизни. Во время дальнего, нередко по нескольку месяцев продолжающегося, путешествия, сии пилигримы именем веры везде находят себе готовую трапезу и отверстое пристанище. Странноприимные крестьяне, следуя учению Евангельскому: "странен бех и введосте мене", - за всё это не требуют от них другого возмездия, кроме молитвы перед Святыми угодниками.
   Через два часа снова показался Киев. На горах, образующих правый берег Днепра, возвышались монастыри Киевопечерский и Михайловский, Собор Святой Софии и церковь Андрея Первозванного; несколько выше, по течению реки, простиралась луговая часть города, известная под именем Подола. Широкий Днепр с яростию катил бурные волны; длинные и узкие суда боролись с грозною стихиею.
   Когда мы отвалили от берега, - робкие женщины, вздрагивая от сильного колыхания, беспрестанно крестились и в простых молитвах своих призывали на помощь Святых угодников. Между молельщиками сидел преклонных лет старец. Обнажив седую голову и устремив потухающий взор к святым пещерам, он прочитал дрожащим голосом стих Св. Дамаскина: "Житейское море воздвизаемое зря напастей бурею, к тихому пристанищу твоему притек, вопию: отшли, Боже, возведи мя". Неожиданное применение этого стиха к настоящему плаванию, в устах путешественника, достигающего цели путешествия, и старца, оканчивающего число дней своих, - было трогательно и разительно.
   Киевопечерский монастырь стоит на горе, которая со стороны Днепра при подошве своей обсечена, а с прочих сторон защищается рвами, бастионами и полисадами. Эта крепость заложена в 1716 году Императором Петром I. Монастырские ворота расписаны ликами Святых угодников; внутри обители тянутся ряды низких келий с присадниками и цветниками. Широкий и гладкий из дикого камня тротуар ведёт в Собор Успения Пресвятыя Богородицы, стоящий на монастырской площади. Собор основан ходатайством Преподобных Антония и Феодосия и иждивением Варяга Симона, который прежде принадлежал к Латинской вере. Четыре Цареградских зодчих, строившие эту церковь, названную ещё Нестором подобною небеси, положили в основание её семь принесенных ими из Константинополя мощей Святых угодников (Артемия, Полиевкта, Леонтия, Акакия, Арефы, Иакова и Феодора), как бы во знамение семи столпов, на которых Божественная премудрость создала себе дом. Они же принесли и местную икону Божией Матери.
   В 20 саженях к юго-западу возвышается великолепная и огромная колокольня, состоящая из четырёх этажей; из них второй украшен 32 колоннами Дорического ордена, третий 16 большими и 16 малыми столбами Ионического, а четвёртый - 8 тройными Коринфскими. Колокольня эта построена в 1734 году Италиянским художником Шейденом; высота её с куполом 43 сажени с 2 аршинами и 2 вершками: следовательно, она превышает и Троицкосергиевскую, имеющую с куполом 41 сажень и 1 аршин, и Московскую Ивановскую, которая с крестом имеет 58 сажен 1¥ аршина.
   Наружностью своею Успенский Собор похож на наши Кремлёвские, и так же увенчан семью шарообразными золотыми главами. Мимоходом заметим, что следы этого рода зодчества, первоначально принесённого к нам из Греции, а потом Аристотелем из Италии, видны на храмах Св. Марка в Венеции и Св. Антония в Падуе; но он не принадлежит ни к Готическому, ни к Византийскому, а вероятно есть подражание вкусу Индийских пагодов, с которыми имеет разительное сходство. Желательно, чтобы археологи точнее определили его происхождение.
   Иконостас большой церкви - Греческой живописи по золотому полю; царские серебряные врата сооружены иждивением Графа Бориса Петровича Шереметева и сына его Сергея Борисовича. За правым крылосом в кипарисной, оправленной серебром раке лежат указательный палец Архидиакона Стефана и глава Великого Князя Владимира. Тут же в двух кипарисовых таблицах положены частицы мощей всех Преподобных Чудотворцев Печерских. За левым крылосом в серебряной раке лежат мощи первого Митрополита Киевского Михаила; в трапезе с правой стороны находится гроб Преподобного Феодосия. Под левым крылосом покоится прах знаменитого нашего Полководца Графа Петра Александровича Румянцова Задунайского.
   Не в дальнем расстоянии от Собора находится типография для церковных книг с драгоценными церковными утварями. Длинная крытая галлерея в 64 сажени, украшенная внутри разными изображениями из жизни Святых угодников, спускается по скату горы к тому месту, где стоит древняя церковь Воздвижения Честнаго Креста, из которой вход в ближние пещеры. Крытые переходы, устроенные на каменных арках и простирающиеся на 91 сажень, ведут через глубокой овраг к храмам Рождества Пресвятыя Богородицы и Зачатия Св. Анны, стоящим над дальними пещерами.
   На этом холму, по сказанию Нестора, первоначально был большой лес, как и в прочих окрестностях Киева. В княжение Великого Князя Ярослава Владимировича некто Иларион, Берстовский Священник, муж учёный и постник, ископал здесь пещеру в две сажени и приходил в неё для пения часов и для тайного моления. По избрании Илариона в сан Митрополита к Святой Софии, пещера сия оставалась в запустении до того времени, пока основал в ней свое жилище Великий Антоний. Он родом был из Любеча, монашеский образ принял на горе Афонской. Слава о строгом и постном житии его распространилась в земле Русской, так что и сам Великий Князь Изяслав Ярославич с своею дружиною приходил к нему для принятия благословения.
   Вскоре пустыня его обратилась в обитель; число постриженных им в монашество братий возросло до двенадцати; с ними он ископал в пещере церковь и кельи. Для управления сим братством Антоний поставил Игумена Варлаама; а сам, по склонности своей к уединенной жизни, удалился на противоположную, отделяемую оврагом, гору и положил основание там другим пещерам, называемым ближними.
   Антоний сорок лет не выходил из первого и 16 лет из последнего подземелья, не переставая, однакоже, напутствовать братий своими мудрыми советами. С его благословения они построили церковь Успения Пресвятыя Богородицы над дальними пещерами и по его же ходатайству Великий Князь уступил им всю гору, занимаемую ныне Лаврою. Вскоре на этой горе сооружена была большая церковь Успения, построено множество келий и огорожен монастырь столпами. "Многие монастыри, - говорит Нестор, поставлены князьями, боярами и богатством, но не таковы, как сей, сооружённый без злата и сребра, одними слезами, пощением и молитвою Антония".
   Ниже Печерской Крепости, в трех верстах от неё, у малого Днепровского порога на утёсе, стоит Выдубицкий монастырь, примечательный как по красоте своего местоположения, так и по древности. Название свое он получил будто бы от того, что по низвержении В. К. Владимиром в Днепр Перуна, приверженные к древнему суеверию, гонясь за плывущим идолом, кричали ему:выдыбай, и что он выброшен был на берег волнами на том месте, где ныне монастырь. Соборная церковь его, во имя Архангела Михаила, основана первоначально ещё В. К. Всеволодом в 1082 году.
   Подле Печерской Крепости, на дороге, ведущей к Крещатику, находится Пустынно-Николаевский, ²-го класса, монастырь. Он имеет три церкви внутри и две вне ограды. Одна из них стоит на нижнем уступе горы к Днепру, в Угорском урочище, на месте, называемом Оскольдовою могилою. Полагают, что первоначально она построена была ещё во время язычества вельможею Ольмом и что в ней погребена была Благоверная Княгиня Ольга, которой гроб впоследствии перенесен В. К. Владимиром в Десятинную церковь. В 1036 году учреждён был здесь девичий монастырь; в XII столетии он обращён в мужеский; несколько раз был разоряем Половцами и Татарами; и только около 1696 года переведён из Угорского урочища на нынешнее место.
   Печерский монастырь и прилегающая к нему часть города с Государевым дворцом и садом известны под именем Нового Киева, который от Старого и от Подола отделяется большим оврагом. В нижней части оврага есть колодезь, называемый Крещатиком; предание сохранилось, что в нём крещены дети Великого Князя Владимира. Подле колодезя, покрытого павильоном, воздвигнут в 1802 году 5 Сентября небольшой обелиск Великому Владимиру.
   Старый Киев лежит на горе, простирающейся к северу от оврага. В нём каждое место ознаменовано или святынею, или историею. Собор Святой Софии стоит на том поле, где Ярослав с дружинами Варягов и Новогородцев разбил и рассеял в 1036 году полчища Печенегов. Самая церковь с Митрополиею основана через год после этой победы, в одно время с городскою стеною, имевшею золотые ворота*. По свидетельству Нестора, Ярослав украсил Святую Софию серебром, золотом и сосудами церковными. Следы первоначального её великолепия видны ещё на стенах олтаря, покрытого богатою мозаикою. Сей драгоценный и древнейший памятник Русских художеств достопримечателен, как чистотою отделки, так и своею огромностию. Он занимает целы

Категория: Книги | Добавил: Armush (26.11.2012)
Просмотров: 244 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа