Главная » Книги

Мейендорф Егор Казимирович - Путешествие из Оренбурга в Бухару, Страница 2

Мейендорф Егор Казимирович - Путешествие из Оренбурга в Бухару


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13

нкт-Петербурга.
   Так как нам предстояло пересечь необъятные степи, посещаемые только кочевыми ордами, правительство снабдило нас конвоем из двух сотен казаков и двухсот пехотинцев, к которым затем присоединились двадцать пять всадников-башкир. Мы взяли с собою 2 артиллерийских орудия; 358 верблюдов везли наш багаж. Кроме того, у нас было 400 лошадей. Пришлось шесть недель пробыть в Оренбурге, чтобы подготовиться к путешествию и снабдить наш отряд всем необходимым для перехода через пустыню.
   Небольшой срок, которым я располагал перед отъездом, с самого начала не позволил собрать точные сведения о стране, намеченной для посещения, и вообще о Востоке, знакомом мне весьма поверхностно. Поэтому я прошу читателей моего описания рассматривать его не как итог глубоких исследований, а как результат наблюдений, иногда случайных, как свод сведений, какие я смог получить о Бухарии и соседних странах.
   Бухарцам не хватает просвещения, и они весьма равнодушны ко всему, что не относится к религии или торговле. Поэтому у меня не было возможности накопить столько фактов, сколько мне хотелось бы. Кроме того, этот народ, как и большинство людей на Востоке, чрезвычайно недоверчиво относится к европейцам. Это побудило хана запретить всякие сношения его подданных с нами. Вследствие этого сведения, которые мне удалось раздобыть, довольно поверхностны. Тем не менее я могу ручаться за их достоверность. Касаясь к тому же страны, весьма мало посещавшейся европейцами, они будут, я полагаю, ценны своей новизной. На этом основании я решаюсь опубликовать их и буду счастлив, если мой труд сможет оказаться хотя бы небольшим вкладом в наши знания о Средней Азии.
  

Книга первая

  

Глава первая

Приготовления к путешествию. - Отъезд. - Дорожные опасности. - Маршрут

  
   Весь состав посольства, которое должно было отправиться в Бухару, собирался в Оренбурге в течение августа. К этому времени предназначенные для конвоя казаки были отобраны оренбургским военным губернатором генералом от инфантерии Эссеном1. Однако формирование этого отряда затянулось до середины сентября, и мы увидели, что лучшее время года миновало. По экономическим соображениям съестные припасы сначала хотели отправить на телегах, но от этого нас побудили отказаться различные сведения, полученные нами о стране, через которую нам предстояло следовать. Тогда было решено отправить основной провиант на верблюдах, а остальной погрузить на 25 телег для тех, кто в пути заболеет, или тех, кого могут ранить. Каждая телега была запряжена тройкой лошадей и сопровождалась башкиром. Ввиду того что в киргизской степи нам предстояло переправляться через реки, отряд снабдили двумя лодками, которые мы также погрузили на телеги. Последние были сконструированы так, что если их поставить на лодки, то они могут служить паромом, способным перевезти 20 человек.
   Чтобы преодолеть за два месяца пустыню, требовалось по 150 фунтов сухарей на каждого солдата и по 4 центнера овса на каждую лошадь, кроме того, крупы для отряда, двойного запаса снарядов для наших двух пушек, 15 кибиток, или войлочных палаток, 200 бочек для воды, наконец, немалое количество бочек водки. 320 верблюдов были нагружены провиантом для конвоя и 38 - багажом членов посольства и продовольствием для них.
   По приказу военного губернатора с киргизскими старейшинами было заключено соглашение о доставке в Оренбург необходимых посольству 358 верблюдов за плату по 110 рублей ассигнациями. 15 сентября они были приведены в Оренбург, чтобы везти на себе по 640 фунтов каждый. Желанный день отъезда наступил, но ни один киргиз не явился. Оренбургский базар оказался не в состоянии доставить необходимое для нашего конвоя количество овса: пришлось посылать в соседние деревни, то есть за 150 верст от Оренбурга. Лишь один хозяин согласился намолотить нужное количество овса, и оно было привезено в Оренбург к 20 сентября.
   Содержание эскорта в течение его пребывания за пределами России было определено примерно в 72 тыс. рублей, Эту сумму обязательно надо было иметь звонкой монетой, чтобы получить продовольствие в Бухаре. Так как вывоз русской мелкой монеты был воспрещен, надо было раздобыть червонцы. Но у оренбургских купцов их в достаточном количестве не оказалось: понадобилось искать в Троицке, удаленном от Оренбурга на 600 верст. Эта попытка потерпела неудачу. Кончилось тем, что в Москву, отстоящую на 1500 верст от Оренбурга, был отправлен курьер, который нашел нужную сумму. Итак, непредвиденные обстоятельства откладывали наш отъезд. Благоприятное время года кончилось - середина сентября прошла,- и скоро должны были наступить сильные морозы. Начались дожди; град и снег выпадали каждый день.
   Я вспомнил о лишениях, перенесенных войском Тимура на Сейхуне, описанных Шерефеддином2. "Одни, - сообщал он, - отморозили нос и уши, другие - ноги и руки; небо было сплошною тучей, а земля - грудой снега". Места, через которые нам предстояло пройти, находились севернее, чем те, где погибла армия этого завоевателя3. Я жалел наших плохо одетых солдат, предоставленных невзгодам зимы.
   Мы устроили несколько совещаний с киргизами, чтобы обсудить маршрут и ознакомиться с предстоящими трудностями. Пятеро из них были нашими проводниками, самого опытного поставили во главе; остальные 60 киргизов должны были заботиться о верблюдах. Животные принадлежали различным владельцам. Они были объединены в коти, или группы, от 20 до 60 голов, сопровождаемые вожаком-киргизом. Произвели пробную загрузку, и тут выяснилось, что продолговатые тюки для перевозки наиболее удобны.
   9 октября прибыла последняя группа верблюдов, и наш отъезд был назначен на следующий день.
   10 октября губернатор произвел смотр всему конвою, собранному на большой оренбургской площади. Он приказал отслужить молебен и благословить путешественников. Религиозная церемония - духовные песнопения, благословения, предшествовавшие столь долгому пути через необъятные пустыни, - заключала в себе нечто внушительное и торжественное, усугублявшееся предчувствием опасностей, которые могли ожидать экспедицию. Оно не было лишено оснований. Киргизы, недовольные тем, что русские исследуют их пустыни, нередко совершают нападения на проходящие караваны. Так, в 1803 году недалеко от Сырдарьи подверглось нападению киргизов посольство поручика Гавердовского4. Благодаря упорной обороне ему едва удалось спастись самому, но его жена, врач и большая часть отряда остались во власти степных кочевников.
   Даже в том случае, если киргизы не осмелятся напасть на такой многочисленный эскорт, как наш, не исключено, что они подожгут траву и камыш в степи, где мы будем проходить, чтобы тем самым умножить трудности путешествия или даже сделать его невозможным. Другой, весьма распространенный вид нападения заключается в том, чтобы, подкравшись ночью к пасущимся лошадям, с невероятной быстротой похитить часть из них. Этих действий следовало опасаться, потому что несколько грабителей, соединившись вместе и напав врасплох на наших часовых, могли причинить нам непоправимый урон.
   Генерал Эссен, предвидевший эти опасности, с удовольствием принял предложение влиятельного киргизского султана Арунгазы Абдулгази5 о сопровождении нашего посольства до Сырдарьи отрядом в несколько сот киргизов. Генерал придавал большое значение этому предложению, особенно ввиду морального влияния, которое оно должно было оказать на киргизов.
   Однако мы значительно больше опасались хивинцев, занимавших часть областей к югу от Аральского моря. Они, не менее проворные, чем киргизы, но более сплоченные, неоднократно совершали набеги отрядами в четыре-пять тысяч человек. Правда, подобная численность кавалерии не вызывала особых опасений у наших пехотинцев, однако и эскорт наш вряд ли смог бы прикрыть 700 вьючных животных, в том числе верблюдов, принадлежавших бухарским купцам, которые были поручены нашей охране. Нападения грабителей столь же быстры, сколь и неожиданны. Они наводят панику криком и воем, и верблюды, разбежавшись, легко попадают в их руки. Лучшее средство предупредить такое замешательство - заставить животных опуститься на задние ноги: тогда их с трудом можно поднять. Но часто не остается времени, чтобы прибегнуть к этой предосторожности, и тогда караван пропал: очутиться в киргизской степи без верблюдов - значит погибнуть.
   Опасности подстерегают вас и в самой Бухарии, стране, подвластной варварскому и воинственному народу. Как я узнал впоследствии, перед нашим приездом в Оренбург бухарские купцы доверительно говорили своим знакомым: "Может статься, что никто из путешественников-христиан не вернется домой. Если даже хивинский хан разрешит им пройти, то уж наш хан не совершит ошибки, дозволив им отправиться обратно. Мы не хотим, чтобы христиане знакомились с нашей страной".
  

Маршрут от Оренбурга до Бухары, по которому прошло русское посольство в 1820 году

Дата

Лагерные остановки

Природные условия

Версты и сажени

   10 октября
   Ручей Бердянка
   Вода и трава

20-251

   12 "
   " Битли-су
   Воды мало

25-460

   13 "
   " Бурте
   Вода

33-289

   14 "
   " Узун-буртех
   Вода, трава и кустарник

26-102

   16 "
   " Кара-бута
   Вода, трава, деревья и кустарник

35-302

   17 "
   Река Илек
   "

27-434

   19 "
   " "
   "

31-60

   20 "
   Ручей Тамды-яман {По Эверсману - Тамбутан.- Прим. пер.}
   "

27-380

   21 "
   " Суук-су
   Кустарники, камни, вода, трава

29-470

   23 "
   " Талаш-бег
   Кустарники, вода, трава

35-37

   24 "
  
  
   25 "
  
  
   27 "
  
  
   28 "
  
  
   30 "
   31 "
   Гора Бассага
   Немного кустарника и травы

31-386

   1 ноября
   2 "
   Река Кублейлы-темир {По Эверсману - Яман-темир.- Прим. пер.}
   Кустарник, немного травы, солоноватая вода

28-29

   4 "
   6 "
   Река Тираклу
   Хорошая вода, немного травы и кустарника

31-219*

   7 "
   Ручей Кара-акенты {По Эверсману - Караганды.- Прим. пер.}.
   Дурная вода, немного травы и кустарника

34-110

  
   " Тубан
   Вода, кустарник, трава

27-123

   8 "
   Каунджур
   "

22-101

  
   "
   "

29-210

   9 "
   Озеро Ходжа
   Вода, камыш, трава

44-454

  
   Колодец Кул-кудук
   То же и кустарник

29-329

   11 "
   Аще-кудук
   Вода, камыш, трава, немного кустарника

24-383

   12 "
   Чубар-тепе
   То же и солоноватая вода

29-35

   13 "
   Источник Октани {По Эверсману - Чилик.- Прим. пер.}
   Кустарник, трава, дурная вода

26-432

  
   " Сары-булак
   Немного кустарника, трава, дурная вода

39-292

  
   Гора Дерман-баши
   Кустарник, трава, воды
   нет

30-161

  
   Колодец Урачай
   Кустарник, плохая трава, дурная вода

20-407

  
   Кули
   Кустарник, плохая трава, соленая вода

30-268

   14 ноября
   Холм Сапах
   Кустарник

26-162

   15 "
   Залив Камышлы
   Рассеянный кустарник, хорошая вода, немного травы

25-219

   18 "
   Ялтыр-куль
   Немного кустарника, хорошая вода и такая же трава

27-19

   19 "
   Река Сыр
   Кустарник, то же

26-12

   22 "
   Безымянное озерцо
   Кустарник, трава, вода

9-378

   23 "
   Безымянная местность
   Кустарник

24-79

   24 "
   Река Куван
   Рассеянный кустарник, камыши, хорошая вода

29-329

   25 "
   "
   Кустарник, то же

19-304

   27 "
   "
   Немного кустарника, то же

16-249

   28 "
   "
   Кустарник, то же

28-14

   29 "
   Безымянная местность
   Кустарник, немного травы, воды нет

30-40

   1 декабря
   Джаныдарья {По Сенковскому - Янгидарья, или Новая река.- Прим. пер.}
   Кустарник, дурная вода, немного травы

33-449

   3 "
   У песков Кызылкума
   Кустарник

35-109

   4 "
   Пески Кызылкума
   "

42-162

   5 "
   " "
   "

44-69

   6 "
   У песков Кызылкума
   Кустарник, немного травы

46-5

   7 "
   Колодец Юз-кудук
   Хорошая вода, немного кустарника и травы

43-311

   9 "
   Безымянная местность
   Воды нет, то же

43-300

   10 "
   У песков Баткак
   Воды нет, кустарник, немного травы

43-182

   11 "
   Горы Сусыз-кара
   То же

33-442

   12 "
   Источник Кара-агач {По Эверсману - Кара-ата.- Прим. пер.}
   Немного кустарника, соленая вода

40-58

   15 "
   Источник Агатма
   Немного кустарника, соленая вода

38-275

   15 "
   Колодец Одун-кудук
   Хорошая вода, немного кустарника

38-386

   16 "
   Кишлак Кагатан
   Возделываемые земли

17-366

   17 "
   Город Вабкент
  

17-289

   18 "
   Кишлак Базарчи
  

23-169

   20 "
   Бухара
  

2

  
  

Итого - 1586 верст 179 саженей

  

Глава вторая

Описание степи. - Киргизский аул. - Встреча посольства с султаном Арунгазы. - Охота на сайгаков

  
   Предстоявший маршрут мы решили разбить на три участка. Первый - от Оренбурга до Мугоджарских гор - мы пересекли между ручьями Кара-акенты и Тубан примерно в 434 верстах от Оренбурга; второй - между Мугоджарскими горами и Сырдарьей и третий - от Сырдарьи до Бухары.
   Природа первого участка на всем пути довольно однообразна: волнистая местность, изрезанная цепями холмов, склоны которых простираются иногда на 15-20 верст. Отсутствие деревьев и небольшие возвышенности всегда оставляют открытым необъятный горизонт, где взгляд тщетно ищет, на чем бы остановиться. Для степи характерны засушливость, однообразие и тишина. К концу мая лучи палящего солнца сжигают в этих краях травяной покров, и поверхность земли принимает и сохраняет грязно-желтый цвет.
   Деревья на всем пути можно найти в двух местах. Повсюду только жалкие колючие кустарники высотой 3 фута и настолько редкие, что, по мнению европейца, они не в состоянии нарушить монотонность этих обширных пустынь.
   Мы пересекли довольно много ручьев, которые все кажутся одинаковыми и часто текут в одном и том же направлении. От Урала до Сырдарьи они проходимы вброд, но становятся безводными летом и осенью. Впрочем, Илек, Эмба, Темир, Орь и Иргиз можно назвать реками, тем более что они текут постоянно, хотя и не отличаются большой глубиной. Многие из ручьев пересыхают летом до такой степени, что следами их существования в весеннюю пору остаются только балки. Иные же превращаются в озерки в несколько сажен глубиной, то соединенные друг с другом струйкой воды, то без всякой связи между собой. Ежегодно степь покрывается большим количеством снега, быстро тающего с наступлением весны. В это время реки и вздувшиеся ручьи превращаются в буйно текущие потоки, образующие овраги, тем более глубокие, что почва повсюду глинистая.
   В 30 верстах от Оренбурга на наиболее высоком из окрестных холмов, Джиланды-тепе, я нашел белемнит и аммонит6. Между Узун-бурте и Кара-бутаком и далее везде до Мугоджарских гор я встречал в огромном количестве те же ископаемые, а также много раковин.
   Почва почти всюду глинистая, сухая, твердая, усыпанная разноцветной галькой. Большинство холмов и отлогие склоны имеют округленные вершины, как будто потоки воды сгладили их.
   Близ бугров Бассага мы видели много окаменелостей - моллюски и даже зуб акулы - несомненное доказательство существования в древности морского дна. В Бердянке мы заметили остатки заброшенного медного рудника, о котором говорит Паллас7, и другого - возле Кызыл-ова: несколько неглубоких скважин рядом с грудой камней, смешанных с медной рудой. Примерно в 7 верстах от нашего-лагеря, на Узун-бурте, вверх по течению ручья, мы нашли каменный уголь. Мы испытали его в нашей кузнице: он горел очень хорошо.
   Прибыв в Кара-бутак, мы были приятно удивлены, увидев небольшое деревце черной ольхи, да и местность показалась нам лучше. В степи нашим взорам пока еще не представлялось хоть сколько-нибудь мощной растительности. Подобное наблюдение мы имели возможность сделать вскоре на берегу Илека. Группы деревьев или кустов тополей и верб радуют здесь путника, утомленного созерцанием голой пустыни. Трава хороша всюду, где разливается река, и здесь киргизы устраивают летние кочевки. Илек - самая большая река из всех, которые встретились нам до Сырдарьи: он имеет в ширину около десяти сажен, очень быстр и течет по песчаному руслу; в нем водится много видов рыб: щука, окунь, пескарь, карп, карась и т. д.
   На этих же берегах мы впервые увидели большое селение, или аул, состоящий из киргизских юрт. Наше внимание привлекли стада баранов численностью от 5 тыс. до 6 тыс. голов. Приблизившись к аулу, мы заметили юрты разной величины из белого или коричневого войлока; их было около 50, и они беспорядочно располагались группами в три, четыре и даже шесть юрт.
   Мы узнали, что это - становище султана Арунгазы, одного из главных предводителей киргизов. Он ожидал нас, чтобы сопровождать до Сырдарьи и этим доброжелательным актом засвидетельствовать свою приверженность к русскому правительству, в помощи которого он, по правде сказать, сильно нуждался из-за своих раздоров с хивинским ханом. На следующий день после нашего прибытия султан, окруженный свитой из сотни киргизов, прибыл верхом с визитом к г-ну Негри. На голове у него была чалма, что совершенно не принято в этой пустыне, но считается признаком благочестия со стороны магометанина, стремившегося отличить себя от киргизской массы. Все эти кочевники пожелали проникнуть в палатку Негри. Они действительно вошли туда, насколько позволяло место, и уселись на корточки.
   У султана был хороший цвет лица, большие красивые черные глаза, приятная и серьезная внешность. На нас он произвел впечатление человека весьма рассудительного. Его визит продлился полтора часа.
   На другой день я отправился навестить его. По пути я встретил около 50 киргизов. Подъехав к ним, я узнал, что они собрались для исполнения приговора, вынесенного султаном одному их соплеменнику, укравшему лошадь. Согласно Корану, он был осужден на смерть. Но старики киргизы упрашивали султана помиловать его, дабы провидение обеспечило благоприятный результат похода, который султан намеревался предпринять, и чтобы его милосердие оказалось счастливым предзнаменованием при встрече с русскими. Султан удовлетворил их просьбу, и наказание было смягчено.
   Полуобнаженного вора с надетым на шею куском черной кошмы, свисавшей на плечи, два вооруженных нагайками всадника погнали до ближайшей юрты. Там ему вымазали лицо сажей и заставили пройти сквозь группу киргизов. Затем к хвосту лошади привязали веревку, велели вору взять ее в зубы и бежать за лошадью, которую двое гнали вскачь, а мчавшиеся за вором кочевники били его нагайками. Большинство присутствовавших смеялись до слез, некоторые ругались. Наконец спустя несколько минут вора отпустили. Затем он поблагодарил султана и обещал ему более не красть. Лошадь вора подверглась участи, которая первоначально была определена ее хозяину: ей перерезали горло, а затем в одно мгновение она была разъята на части и поделена между присутствовавшими киргизами, причем не обошлось без громких криков, возни и нагаечных ударов.
   После того как мне пришлось оказаться свидетелем этой сцены, я отправился к султану, который попросил подождать несколько минут, чтобы приукрасить свое жилище. Наконец я был допущен и нашел султана сидевшим почти в центре большой круглой юрты. С одной стороны полукругом восседали его друзья, с другой - были приготовлены места для нас. Стены были украшены коврами, на веревке развешаны одежды, разостланы тигровые шкуры, виднелась богатая очень высокая диадема из золота, отделанная бирюзой и бледными рубинами,- головное украшение киргизки. На крюку висела мясная туша, стояли большие бурдюки с кобыльим молоком и несколько деревянных чаш. Предметы роскоши помещались рядом с вещами, предназначенными для удовлетворения насущных житейских потребностей, и любовь к пышности уживалась с примитивными вкусами.
   Покинув Илек, мы направились к ручью Тамды-яман. Вскоре мы подошли к холму, образованному красноватыми скалами и большими аммонитами диаметром 2,5 фута,- здесь мы обнаружили также много богатых медью камней, которые, вероятно, нанесла сюда вода. Недалеко от устья Суук-су в Илек впадают четыре речки; отсюда пошло название не только этого места, но и всего района - Беш-тамак ("Пять рек").
   До вершины Бассаги, откуда открывается весьма обширный вид, мы добрались настолько незаметно, что были удивлены, оказавшись на такой высоте. Эта вершина сложена из кристаллического гипса, покрывающего здесь всю степь. Бассага имеет в высоту только около 30 сажен; пологий склон ее направлен к северо-востоку, а крутой - к юго-востоку.
   За Ба

Категория: Книги | Добавил: Armush (26.11.2012)
Просмотров: 425 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа