Главная » Книги

Миклухо-Маклай Николай Николаевич - Путешествия 1874-1887 гг., Страница 24

Миклухо-Маклай Николай Николаевич - Путешествия 1874-1887 гг.


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

ду еще ему одному известные ядовитые вещества. Базис, основание яда, в который они обмакивают концы своих стрел, составляет вываренный сок коры Antiaris toxicoria - большого дерева, называемого также "упас" и растущего на Яве и других островах Малайского архипелага. К этому варкою сгущенному соку некоторые прибавляют сок одного из ядовитых видов Strychnos, другие же яд змеи и т. п.
   От таких примесей получается различный яд и различное действие его на животный организм. Из опытов моих над собаками и кошками я убедился, что маленький укол ядовитой стрелы производил смерть. Смерть у кошек и собак наступала минут через 15 или 20. Надо заметить, что яд, с которым я производил опыты, пролежал у меня месяца два, после того как он был добыт.

 []

   Другое, в этнологическом отношении очень важное оружие, встречающееся у оран-сакай Малайского полуострова, называемое "лойдс" (или лук); он имеет около 2 футов длины и стрелы с железными оконечниками.
   Оран-сакай весьма хорошо обращаются со своими женами и дочерьми, почему я был не особенно удивлен, когда узнал, что жены и дочери могут в известных случаях наследовать даже звание раджи, или по-туземному батена11*.
   Надо сказать при этом, что оран-сакай имеют наследственных начальников, власть которых очень значительна. Довольно любопытны у оран-сакай свадебные обряды, о которых рассказывали мне туземцы, порядочно говорившие по-малайски. В назначенный для свадьбы день невеста в присутствии родных обеих сторон и свидетелей должна бежать в ближайший лес, а чрез известный промежуток времени вслед за ней бежит жених, и если догонит и поймает невесту, то берет ее в жены, если же не догонит, то должен отказаться от нее навсегда. Девушка, не желая сделаться женой, всегда имеет возможность убежать и скрыться в лесу так ловко, что жених не в состоянии поймать ее в назначенный срок. У некоторых из оран-сакай существуют еще остатки так называемого общинного брака, так что женщины переходят постепенно, в известном порядке и через некоторые промежутки времени, от одного мужчины к другому, не становясь исключительною принадлежностью кого-нибудь одного, причем дети остаются при матери и отца не знают. Существование такой формы брака подтвердили мне и миссионеры, поселившиеся близ города Малакки для обращения оран-сакай в католичество.
   Оран-сакай очень боятся мертвых. Когда один из членов общины заболевает и болезнь принимает дурной исход, так что можно ожидать его смерти, они просто оставляют больного в лесу с некоторым запасом пищи, сами же уходят, покидя становище, и более в него не возвращаются. Таким образом во многих местах можно наткнуться на такие брошенные вследствие чьей-нибудь смерти остатки шалашей и бывших становищ оран-сакай. Между малайцами об оран-сакай ходит очень много рассказов, в которых обыкновенно их выставляют с какими-нибудь выдающимися особенностями: длинными ступнями, ушами, прикрывающими в случае дождя даже голову, хвостами, клыками и т. п. Рассказывают даже о существующем у них обычае (встречающемся, впрочем, и на некоторых островах Тихого океана) jus primae noctis12*, которым обыкновенно пользуется отец49, и т. п.
   Добравшись до Патани, я вступил уже во владения короля сиамского и совершил путешествие по землям раджей Тодион, Теба, Чена, Сонгоро, или Сингоро, и Кеды в течение 22 дней на слонах. Таким образом, на путешествие по Малайскому полуострову употреблено мною 176 дней50.
   Из Кеды я отправился в Малакку, близ которой посетил станцию миссионеров и познакомился с оран-мантра, смешанным племенем, не представляющим поэтому особенного интереса и усвоившим себе уже малайские обычаи, костюм и даже язык.
   В этом же году я отправился из Сингапура снова в Бюйтенцорг, где написал несколько статей о результатах моих путешествий 1874 и 1875 гг.:
   1) "Ethnologische Excursion in Iohore (15 December 1874-2 Februar 1875) <"Natuurkundig Tijdschrift...". 1875. D. 35. S. 250- 258>.
   2) "Ethnologische Excursionen in der Malayischen Halbinsel (Nov. 1874 - Oct. 1875) (Vorlaufige Mittheilung)", <"Natuurkundig Tijdschrift...". 1876. D. 36. S. 3-26>.
   3) "Einiges über die Dialekte der melanesischen Volkerschaften in der Malayischen Halbinsel (Zwei Briefe an S. Exc. Otto Bohtlingk). Batavia, 1876.
   Эти статьи были напечатаны в Батавии в "Natuurkundig Tijdschrift..." и в "Tijdschrift voor Taal-, Land- en Volkenkunde" за 1876 г. Несколько времени спустя эти же статьи были переведены и напечатаны в английском журнале "Journal of the Straits Branch of the Asiatic Society", 1878 и 1879, издаваемом в Сингапуре51. Все эти брошюры я передал в библиотеку Академии наук, а по другому экземпляру - в Публичную библиотеку, так что желающие могут познакомиться с ними в этих библиотеках.
   Затем я прошу извинения, что мне придется еще раз утомить вас, милостивые государыни и милостивые государи, четвертым чтением в пятницу, в 7 1/2 часов (рукоплескания).
  

Чтение четвертое и последнее {*} (8 октября)

   {* Считаю долгом заявить, что вина в задержке печатания этих чтений лежит исключительно на мне. Неотложные дела, поездка в Москву, а затем нездоровье в продолжение последних двух недель мешали мне просматривать стенограммы тотчас же по их получении. К тому же они потребовали многих изменений и поправок. Не хочу упустить здесь случая выразить полную благодарность моему старому товарищу и другу, ныне присяжному поверенному В. Ф. Суфщинскому, который, несмотря на свои занятия, взял на себя скучный труд просматривать после меня стенограммы и переводить мой "ломаный" на более удобочитаемый русский язык.}
  

Г. председатель,

милостивые государи и милостивые государыни!

   Сегодняшнее мое чтение я начну с путешествия по островам Малайского архипелага, потом перейду к путешествиям по островам Микронезии и Меланезии, скажу несколько слов о результатах пребывания в Австралии и в заключение сообщу о том, что я намерен делать по возвращении в Австралию.
   В предыдущих сообщениях я уже имел честь передать вам, милостивые государи, о поездках, совершенных мною на о. Яву, острова Молуккские, острова Тернате, Тидоре и северную часть о. Целебеса (Минахасу).
   В 1874 г. отправляясь на Берег Папуа-Ковиай и возвращаясь оттуда, я оставался довольно долго в Амбоине и островах Серам-Лаут.
   В Малайском архипелаге исследования по антропологии были обставлены совершенно иным образом, чем в Меланезии или на Новой Гвинее. Здесь я имел дело не с дикими, которые боялись, особенно вначале, каждого инструмента, так что только после долгих переговоров удавалось добиться позволения измерить их или сравнить цвет их кожи с таблицею Брока. Малайский архипелаг, как известно, составляет нидерландскую колонию; на островах этих голландцы имеют школы, тюрьмы и госпитали, в которых я находил всегда большой и доступный матерьял для наблюдений и изучений. Сверх того, я имел от генерала-губернатора колоний открытое письмо, которым предлагалось всем властям в колониях оказывать мне всевозможное содействие в путешествии и научных исследованиях.
   Благодаря этому мне удалось собрать значительный антропологический и этнографический матерьял для изучения туземных обитателей Малайского архипелага и сравнения их с другими племенами и расами52. Наконец, здесь, особенно в Амбоине и Тернате, я мог пользоваться услугами фотографии, и за сравнительно недорогую плату, и собрать большое количество фотографических рисунков, часть которых привезена мною в Европу, более же значительная часть оставлена в Сиднее.
   Отправляясь в 1876 г. во второй раз на Берег Маклая, я посетил многие из островов Западной Микронезии. Отчет об этом путешествии напечатан в "Известиях Географического общества" под заглавием "Отрывки из моего дневника"53, и потому я не буду касаться здесь подробностей этого путешествия, а напомню только некоторые результаты, к которым пришел.
   Я нашел, что хотя микронезийская раса очень приближается к полинезийской, тем не менее присутствие в ней меланезийской примеси очень вероятно, и эта примесь выражается в большей курчавости волос: в некоторых случаях курчавость эта так значительна, что подходит к характеру волос чистых меланезийцев (несколько примеров я встретил на островах Пелау), в темном цвете кожи, некоторых особенностях черепа и т. д. {См. об этом в "Sitzungsberichte der Berliner Gesellschaft für Anthropologie, Ethnologie und Urgeschichte, Sitzung am 3 Marz 1878" мою статью "Anthropologische Notizen, gesammelt auf einer Reise in West-Mikronesien und Nord-Melanesien im Jahre 1876"55.} На островах Пелау я пробыл довольно долго и мог познакомиться со многими туземными обычаями, о которых сообщено мною в "Известиях"54, побывал проездом на группе Удеай, жители которой отличаются очень богатою и разнообразною татуировкою. Направляясь к югу, я посетил острова Адмиралтейства, до того времени редко посещавшиеся европейцами вследствие дикости и людоедства туземцев, и пробыл довольно долго в разных деревнях туземных дикарей. Так как мне эти дикари показались в высшей степени интересными, то я уже тогда занялся изучением их языка, надеясь когда-нибудь побывать там же, что мне потом и удалось (в 1879 г.).
   На группе Луб (или Hermit) я убедился, что острова эти заселены не чистокровною меланезийскою расою, а смешанною с микронезийцами, которые живут на соседней группе Эсчекер (или Эшикье), что до моего посещения этой местности, насколько я знаю, было еще неизвестно, так что именно здесь, на группе Эсчекер, близ Новой Гвинеи, и находится граница прямоволосого микронезийского племени.
   Как, может быть, вы помните, в конце 1872 г. на Берегу Маклая я предположил исследовать, по возможности, все разветвления меланезийской расы, чтобы составить полное представление о всей папуасской или меланезийской расе. В 1879 г., будучи в Сиднее, хотя многие обстоятельства побуждали меня вернуться в Европу, я не поддался этим требованиям и отправился на острова Меланезии. Это путешествие я совершил на американской трехмачтовой шхуне "Сади Ф. Каллер"; оно продолжалось более года и было в высшей степени интересно. Шхуна направилась сначала в Нумею, а потом в Южную бухту (Baie du Sud) Новой Каледонии; я осмотрел около и в самой Нумее все, что было более интересного, и путешествовал внутри страны с целью ближе познакомиться с туземцами острова. Оттуда я отправился на острова Лояльти, рассадник черных миссионеров, из воспитанников которых выбираются миссионеры для островов Меланезии и Новой Гвинеи, и побывал на многих островах из группы Новых Гебрид, конечно, везде отправляясь на берег, рисуя и производя антропологические наблюдения, по которым многие из туземцев Ново-Гебридских островов, как и Новой Гвинеи, оказались брахиоцефальными, или короткоголовыми.
   Потом56 я посетил мимоходом острова Санта-Круц, особенно прославившиеся тем, что несколько лет назад английский коммодор Гуденоф (Goodenough), отправившийся без оружия на берег, был убит на главном острову этой группы отравленною стрелою: он умер на шестой или седьмой день от тетануса. Вместе с тем было ранено несколько матросов, из которых один только остался жив. На этой же группе был убит другой весьма почтенный и очень уважаемый человек, именно епископ Патесон, глава меланезийской миссии, таким же образом, т. е. ядовитою стрелою.
   Так как шкипер "Сади Ф. Каллер" побоялся оставаться в этой группе слишком долго, то мне пришлось ограничиться наблюдениями и измерениями тех туземцев, которые, подъехав к шхуне, являлись к нам на палубу.
   Пройдя восточнее Соломоновых островов и Новой Ирландии, ложась в дрейф в некоторых местах, но недостаточно долго, чтоб съехать на берег, шхуна пришла к островам Адмиралтейства, где пробыла около двух месяцев. Все время я жил на берегу и побывал на о. Сорри, в Нарес-Харбуре, на северо-западной оконечности большого острова, в том месте, которое за год до меня посетил английский фрегат "Челенджер"57.
   Результаты по этнологии, добытые учеными, находившимися на фрегате, были неудовлетворительны, потому что никто из них не жил на берегу: они только издали наблюдали туземцев. Так как во время предыдущего моего посещения островов Адмиралтейства (в 1876 г.) я уже начал изучать немного их язык, то в этот раз маленькая подготовка оказалась весьма полезною, и я дошел до того, что понимал туземцев порядочно, вследствие чего и мог сделать немало интересных этнологических наблюдений58.
   Отправившись отсюда на группу Луб, а потом на группу Ниниго, где я пробыл гораздо дольше, чем в первый раз, в 1876 г., я убедился, что между этими группами существуют довольно оживленные сношения: с островов Луб почти ежегодно отправляется экспедиция на Ниниго за рабами, и главным образом за женщинами, вследствие чего на группе Луб постоянно происходит смешение меланезийской расы, с одной стороны, и микронезийской, с другой стороны. На группе Луб я нашел, между прочим, предание, что жители этой группы переселились из другой местности (с островов Адмиралтейства). Мне даже показали остатки пироги, которую нетрудно было признать за пирогу с островов Адмиралтейства. Пирога эта была прибита после бури к о. Луб с двумя человеками, которые потом остались жить на группе Луб; но во время моего посещения островов Луб их уже не было в живых.
   Этот случай показывает, каким образом произошло, вероятно, заселение группы Луб.
   Мне удалось посетить потом весьма интересную, редко посещаемую группу Тробриан. Она находится между Новою Британией и Новою Гвинеей. Я там остался несколько дней, из которых один провел в деревне на о. Туме. Пробыв потом несколько недель на островах Соломоновых, шхуна добралась до о. Луизиады.
   Это путешествие по островам продолжалось с лишком тринадцать месяцев, и из 409 дней 237 были проведены на берегу, а 162 - в море. Не многие результаты путешествия могут быть переданы в кратком изложении. Между ними один выдвигается на первый план, именно: жители весьма многих островов Меланезии (некоторых из островов Новогебридских, Соломоновых, Луизиады и др.) оказались имеющими форму брахиоцефальную (index ширины черепа превышал во многих случаях 81 и в некоторых даже 85), что доказывает, что короткоголовость имеет в Меланезии гораздо большее распространение, чем полагали. К этому неожиданному результату меня привели многочисленные измерения голов туземцев весьма многих островов Меланезии. Кроме этих измерений, я собрал, где представлялась возможность, достаточное число черепов для дальнейших исследований и сравнений с экземплярами, собранными на Новой Гвинее. О других результатах этого путешествия отсылаю специально интересующихся антропологией к письму моему к профессору Вирхову, напечатанному в "Sitzungsberichte der Berliner Gesellschaft für Anthropologic, Ethnologie und Urgeschichte"59, или к "Известиям Русского географического общества" (т. XVII, 1881, Отд. II, С. 131-142)60.

 []

   Побывав потом на южном берегу Новой Гвинеи и на островах Торресова пролива, я прибыл на северную оконечность Австралии, именно в Соммерсет, где желал ознакомиться с остатками когда-то многочисленного там населения австралийцев. С тою же целью я не упускал случая дорогою вдоль восточного берега видеть, измерять, рисовать и снимать фотографии с тех немногих черных туземцев Австралии, которые скитаются, ведя самый жалкий образ жизни, в окрестностях европейских городов и селений61. Ознакомившись с австралийцами в разных местах, от мыса Иорка на севере до Гипсленда на юге колонии Виктории, я увидел большое однообразие типа и отличие этой расы от меланезийской, с одной, и от полинезийской, с другой стороны. Как известно, вопрос о расе австралийцев до сих пор еще не решен: между тем как некоторые антропологи считали их принадлежащими к папуасской расе, другие причисляли их к полинезийской, наконец, Гексли (Haxley) отделил их от остальных под названием "австралоидов"13*. Такое разнообразие мнений настоятельно требует точного и положительного решения вопроса о расе австралийцев. Я не мог взять на себя решение этой задачи, требующей обстоятельного ознакомления с туземцами Австралии на всем протяжении этого большого острова, на что необходимо было бы посвятить года два или три путешествий. Наблюдения мои над туземцами единственно восточного берега Австралии не были достаточны для решения вопроса о расе австралийцев, однако они склоняют меня согласиться с мнением профессора Гексли, что австралийцы составляют расу sui generis14*62.
   Будучи в Бризбейне, я предпринял экскурсию во внутрь страны, миль на 600 от берега, чтоб убедиться в верности слуха о существовании племени совершенно безволосых людей внутри Австралии, о чем лет 10 или 11 ранее я слыхал еще в Европе. Близ города Сен-Джордж, на реке Баллоне, я действительно отыскал нескольких представителей безволосых и действительно убедился, что, кроме ресниц, тело их было совсем без волос; я узнал что они составляют уже второе, а может быть, уже третье поколение таких безволосых людей. Оказалось также, что слух о племени был утрирован, так как, кроме членов одной семьи, таких безволосых людей не было, и те, которых я видел, принадлежали к одной и той же семье. Подробности об этом случае наследственной atrichia universalis (безволосости), который составляет интересный pendant15* к наследственной же аномалии - чрезмерной hypertrichosis {Известный случай волосатых людей в Бирме; случай той же аномалии в России - крестьянина Костромской губернии и его детей.}, описаны мною в письме к профессору Вирхову, напечатанном в "Verhandlungen der Berliner Anthropologischen Gesellschaft", 1881 {В этом же журнале напечатаны мною еще многие сообщения об австралийцах, как-то: "Uber die Mika-Operation in Central-Australien" <1880. Bd. XII. S. 85-87>; "Langbeinigkeit der australischen Frauen" и др.64}63.
   В Бризбейне мне удалось заняться в высшей степени интересною работою - сравнительною анатомиею мозга представителей австралийской, меланезийской, малайской и монгольской рас. Я воспользовался для того казнью нескольких преступников, получив предварительно от правительства колонии Квинсленд разрешение исследовать мозги повешенных, которые я мог вынимать из черепа непосредственно после смерти и делать с них фотографии, как только они достаточно отвердевали в растворе хромистого кали и спирта, дня два или три после смерти. Оставляя мозг лежать в спирте in situ в черепе, пока он достаточно не отвердел, я сохранял таким образом тщательно его форму и, снимая каждый экземпляр его в восьми видах (сверху, снизу, спереди и сзади, с обеих сторон, затем оба вида среднего продольного сечения), получал ряд замечательных фотографий в натуральную величину. Доброкачественностью снимков я обязан правительству колонии Квинсленда, предоставившему мне отличную фотографическую лабораторию of the Survey Office в Бризбейне для моих фотографических работ.
   Кроме мозгов повешенных, городской госпиталь города Сиднея доставил мне ряд интересных мозгов меланезийцев. Сидней составляет один из центров торговли с островами Тихого океана, и на приходящих с островов небольших торговых судах большую часть экипажа составляют обыкновенно туземцы с островов Меланезии. Из этих-то темнокожих матросов многие попадали в госпитали, а из госпиталей в случае смерти - в мои руки для анатомических исследований и получения мозгов и черепов. Хотя изучение собранного таким образом в Бризбейне и Сиднее матерьяла я далеко не считаю оконченным, тем не менее могу указать на некоторые результаты по сравнительной анатомии мозга различных рас. Там мною замечены существенные особенности в развитии corpus callosum, pons Varolii и малого мозга, в относительном объеме нервов, группировке извилин большого мозга и т. п.
   Кроме работ по анатомии человеческого мозга, я занимался также анатомией мозга сумчатых животных, родов Macropus, Osphranter, Halmaturus, Petrogale, Phascolarctus, а также мозга Ornithorhynchus paradoxus и Echidna hystrix, которых я доставал без особых затруднений в имении Пейкдель близ городка Стантона, принадлежащем г. Дональду Гунну65, любезным приглашением которого воспользовался и прожил некоторое время в его имении. Независимо от того, близ городка Глен-Инес произведены мною палеонтологические раскопки и найдены остатки костей исчезнувших животных: Diprotodon australis, Nototherium Mitchellii, Phoscolomys gigas, Macropus titan и других.
   Таким образом, мое пребывание в Австралии посвящено было главным образом антропологическим, сравнительно-анатомическим исследованиям {Некоторые результаты этих работ напечатаны в "Proceedings of the Linnean Society of New South Wales", как например, "Plagiostomata of the Pacific, by N. de Micloucho-Maclay and William Macleay". <1879. V. III. P. 306-317> и др.66}. Но среди этих занятий меня не оставляла мысль устроить в Сиднее помещение, приспособленное для постоянных биологических работ. В 1878 г., будучи избран членом одного из местных ученых обществ - "Linnean Society of New South Wales", я предложил этому обществу устройство в Сиднее биологической станции. С этою целью я устроил подписку, собрал деньги, получил от правительства землю, сделал чертежи необходимых построек, но самое устройство станции и возведение построек передал членам общества, так как должен был отправиться в путешествие по Меланезии в марте 1879 г. Но когда я вернулся после 13-месячного путешествия в Сидней, то нашел, что устройство станции не подвинулось ни на шаг. Принявшись горячо за дело, потребовавшее немало хлопот и труда, с помощью правительства и частных пожертвований я удачно окончил постройку и внутреннее устройство станции и составил правила для пользования ею. В этой станции, которая, по мысли основателя, должна служить местом, где всякий естествоиспытатель, undisturbed (никем не беспокоимый) и undisturbing (никому не мешая), может спокойно заниматься своими научными исследованиями, пользуясь удобным помещением, я прожил более полугода, работал в ней и нашел, что она вполне соответствует своей цели. Желая, по возможности, обеспечить прочную будущность станции и сохранить за нею навсегда научное значение и цель, я основал особое общество под названием "Австралийской <биологической> ассоциации" (The Australian Biological Association), задачею которого, между прочим, будет поддержание Сиднейской биологической станции и ее научного значения, а также основание и развитие подобных станций в других местах Австралии67.
  

---

  
   Сообщив о ходе моих путешествий, считаю долгом и удовольствием выразить здесь мою полную и искреннюю благодарность прежде всего Императорскому Русскому географическому, обществу, которое, на первых порах оказав мне авторитетную поддержку и матерьяльное содействие, не переставало выражать свое сочувствие в течение моих 12-летних путешествий и благодаря стараниям которого в настоящее время, надеюсь, труды мои появятся в свет на русском языке. Не могу не вспомнить здесь с чувством благоговения незабвенной памяти в бозе почивших государя императора Александра Николаевича, милостиво разрешившего мне воспользоваться для путешествия военными русскими судами, и великой княгини Елены Павловны, благодаря просвещенному содействию которой разрешения эти воспоследовали; великим князьям Константину Николаевичу, всегда оказывавшему просвещенное содействие моим путешествиям, и Алексею Александровичу, которому я обязан возвращением на военном судне в Россию68.
   Много лиц и учреждений помогало и облегчало мне научные путешествия и исследования. Из числа их я с особенною благодарностью должен назвать генерала-губернатора Нидерландской Индии Лаудона, махараджу йохорского, о которых я говорил в последнем чтении, и правительства австралийских колоний. В Австралии я имел годовые даровые билеты на проезд по всем железным дорогам; пользовался до того времени, пока биологическая станция была основаема, помещениями для анатомических занятий в одном из зданий, принадлежащих правительству; пользовался для фотографических работ фотографическим ателье городского музея или казенной типографии и т. д. и т. д. Даже в настоящее время все мои вещи и коллекции находятся на хранении в Сиднее в одном из правительственных магазинов.
   Считаю нелишним и даже необходимым сказать несколько слов о средствах, полученных мною в разное время от Географического общества и частных лиц для путешествия, тем более что, судя по тому, что я слышал и читал даже в разных газетах и журналах, публика имеет очень преувеличенное представление об этих средствах.
   Собственно от Императорского Русского географического общества я получил при моем отъезде 1500 руб. и в 1873 г. при посредстве же Географического общества от г. В. Л. Нарышкина 2000 руб. Затем, помимо моего желания и ведома, вследствие доброго намерения помочь мне, при посредстве моего старого товарища и друга князя А. А. Мещерского, собрано 7700 руб., которые были пересланы мне бароном Ф. Р. Остен-Сакеном.
   Наконец, к моему большому удивлению, в 1879 г. я получил сумму в 4500 руб., собранных газетою "Голос", чрез русское консульство в Сиднее. Итого получено мною за все время моего путешествия 15700 руб.
   Получив неожиданно собранные по подписке редакцией "Голоса" деньги, я тогда же ответил А. А. Краевскому письмом (напечатанным в "Голосе" от 7 октября 1880 г.), где, выражая полную и искреннюю благодарность за оказанную мне помощь, о которой никому не заявлял и никого не просил, прибавил, что принимаю деньги только заимообразно и надеюсь со временем возвратить их лицам подписавшим69.
   Теперь я намерен сказать несколько слов об издании моих трудов. В ответе на письмо вице-председателя Географического общества, написанное от имени Совета общества, я выразил желание, чтоб издание моих трудов осуществилось на русском языке при содействии Географического общества, с тем условием, чтоб общество взяло на себя уплату долга, сделанного мною во время путешествия, и обеспечило меня средствами на два года, в течение которых надеюсь вполне приготовить к печати мои труды70. Мой манускрипт собственно уже готов. Остается исключить только то, что, может быть, в мое долгое, 12-летнее отсутствие из Европы, в течение которого я не мог следить за научною литературою, было уже сделано другими. Затем, очень многие части моих работ написаны на иностранных языках и должны быть переведены на русский. Наконец, кроме моего манускрипта, я предоставлю все мои антропологические и этнологические коллекции в полное распоряжение Географического общества безвозмездно.
   Теперь мне остается только поблагодарить вас, милостивые государыни и милостивые государи, за то терпение, с которым вы выслушали мои четыре чтения, несмотря на мой подчас ломаный русский язык и на то, что мои сообщения, вследствие непривычки говорить пред большим собранием, может быть, не отличались хорошим изложением.
   <...>71 Мм. гг.! Я не оратор и не могу в длинной и красноречивой речи выразить всю мою благодарность за ваше сочувствие к моим трудам, о которых, сознаю, не сумел дать надлежащего представления в моих чтениях. Скромный путешественник и человек дела, смею надеяться, что, когда труды мои будут напечатаны, вы лучше их оцените и, быть может, признаете, что собранный мною единственно в интересе знания в продолжение 12-летних путешествий матерьял будет новым вкладом в науку (продолжительные рукоплескания).
  
   1* В газетном и журнальном текстах неточность: полинезийской. Исправлено в: СС. Т. 2. С. 637.
   2* Неточность. Правильно: феврале.
   3* Неточность. Правильно: 1878.
   4* Верховного комиссара <Великобритании> в западной части Тихого океана сэра Артура Гордона (англ.).
   5* Здесь и низке в газетном тексте ошибочно: мистера П.; Ромильи восстановлено в журнальном тексте.
   6* Заместителя <верховного> комиссара (англ.).
   7* Правильнее: Папуа-Онин.
   s* В газете: вааусирау.
   9* Временное пристанище (франц.).
   10* Лондонского миссионерского общества преподобным Дж. Чалмерсом (англ.).
   11* В газетном тексте неточность: патена.
   11* Право первой ночи (лат.)
   13* В газетном тексте: астролойдов. Исправлено в: СС. Т. 2. С. 678.
   14* Своеобразную (лат.).
   15* Пару (франц.).
  
  

Комментарии

Путешествия по Малаккскому полуострову в 1874-1875 гг.

  
   Вернувшись из путешествия на Папуа-Ковиай (см. т. 1 наст. издания), Миклухо-Маклай в августе-ноябре 1874 г. находился на о. Ява (в Батавии, Бейтензорге и Ти-Панаее). где отдыхал и обрабатывал материалы своих экспедиций. Здесь ученый решил предпринять новое путешествие, на сей раз на Малаккский полуостров, главным образом для изучения его древнего аборигенного населения и соотношения этих племен с папуасами Новой Гвинеи. О своем решении Миклухо-Маклай известил мать и Ф. Р. Остен-Сакена в письмах от 5 октября 1874 г. (см. т. 5 наст. изд.). Изложение письма Остен-Сакену было напечатано в Изв. РГО (1874. Т. 10. Вып. 8. Отд. 1 С. 397).
   В конце ноября 1874 г. Миклухо-Маклай прибыл в Сингапур, который наряду с городом Йохор-Бару (Джохор-Бару), расположенным на южной оконечности Малаккского полуострова, стал основной базой его путешествий по внутренним районам Малакки. Первое путешествие (по южной части полуострова) продолжалось с середины декабря 1874 г. до начала февраля 1875 г. Маршрут второго путешествия (июнь - октябрь 1875 г.) пролегал через южные районы к восточному и северо-восточному побережью, затем в северную часть полуострова, с возвращением через город Малакку, находящийся на западном побережье. В промежутке между этими двумя путешествиями, в феврале 1875 г., ученый посетил столицу Сиама город Бангкок. Путешествуя по Малаккскому полуострову, Миклухо-Маклай побывал в районах, остававшихся почти не известными европейским путешественникам и исследователям, и собрал ценнейшие антропологические и этнографические материалы.
   Помимо рукописей, подготовленных автором к печати, и нескольких писем, в нашем распоряжении имеются следующие рукописные материалы, относящиеся к его путешествиям по Малаккскому полуострову:
   1. Тетрадь в черном коленкоровом переплете, размером 24 х 19 см. На обороте обложки позолотой вытеснено: "1874-1875". 108 л. архивной пагинации (АГО. Ф. 6. Оп. 1. No 47. Далее: Тетр. 1874-1875).
  

Состав рукописи:

  
   Л. 1-67 - дневник путешествия по Малаккскому полуострову и Сиаму с рисунками и фотографиями. Записи сделаны с обеих сторон листа чернилами, в нескольких местах - карандашом. Общий заголовок - "Экскурсии на Малайском полуострову 1875 Н. Н. Миклухо-Маклая". Эта часть рукописи носит в основном беловой характер.
   На л. 1 приложена карта с маршрутами двух путешествий по Малаккскому полуострову.
   На л. 2 изречение: "Tengo una palabra" и подпись внизу: "Maclay".
   На л. 3 вклеена фотография Миклухо-Маклая с мальчиком. С левой стороны-надпись карандашом другим почерком: "Ахмат". С правой стороны надпись на малайском языке арабскими буквами; в переводе на русский язык означает: "Николай Николаевич Миклухо-Маклай, господин из России".
   На л. 3 об.- календарь предполагаемого путешествия (карандашом).
   Л. 5-61 - текст путешествия с рисунками; л. 23-24 написаны карандашом.
   Л. 62-67 - текст дневника путешествия по Сиаму с карандашными рисунками и вклеенными фотографиями.
   Л. 69-104 - карандашные рисунки, относящиеся ко второму путешествию по Малаккскому полуострову в июне - сентябре 1875 г.
   Л. 105-106 - черновик письма секретарю РГО от 2 октября 1875 г., которое является составной частью текста "Второе путешествие по Малаккскому полуострову", публикуемого в наст. томе.
   Л. 106. об.- 108 - черновой набросок статьи для Г. Герланда о результатах путешествия по Малаккскому полуострову.
   2. Записная книжка в твердом синем переплете размером 17 х 12 см. 67 л. Даты: декабрь 1874 г.- июнь 1875 г. (АГО. Ф. 6. Оп. 1. No 46. Далее: ЗК No 1).
   На л. 1 об.- цитата из "Фауста";
  
   "Nur der variirt sich Freicheit imd das Leben,
   Der taglich sie erobern must".
  
   "Лишь тот, кем бой за жизнь изведан,
   Жизнь и свободу заслужил".
   Гете. Фауст. М., 1953. С. 554 (перевод Б. Пастернака).
  
   На л. 3 об. сбоку надпись: "Tengo una palabra. Malacca 1874/75, Maclay".
   Содержание: заметки и рисунки, сделанные в основном во время путешествия по Малаккскому полуострову. На обороте последнего листа - рисунок, выполненный карандашом и изображающий тропическое растение.
   3. Записная книжка в твердом пестром переплете размером 13 х 11 см. 64 л. (АГО. Ф. 6. Оп. 1. No 48. Далее: ЗК No 2).
   Содержание: заметки и рисунки, сделанные во время пребывания на Малаккском полуострове в июне - августе 1875 г. Приложен конверт с фотографиями, относящимися к Сиаму. На л. 1 изречение: "Tengo una palabra".
   4. Записная книжка в твердом пестром переплете размером 17 х 11 см. 25 л. (АГО. Ф. 6. Оп. 1. No 50. Далее: ЗК No 3).
   Содержание: заметки о пребывании на Малаккском полуострове, главным образом на границе с Сиамом, в октябре 1875 г. Приложены 2 фотографии с изображением леса и озера, завернутые в синюю бумагу. На л. 15 и 16 - два засушенных растения.
   5. Записная книжка в черном коленкоровом переплете размером 18 х 12 см. 46 л. На обложке белая наклейка с надписью: "Ethnologia" (АГО. Ф. 6. Оп. 1. No 12. Далее: ЗК No 4).
   Содержание: выписки из научных трудов на русском, немецком, английском и испанском языках о народах Юго-Восточной Азии, Австралии, Океании и Южной Америки. На л. 16-20, 35 заметки, рисунки о папуасах Берега Маклая. Непосредственное отношение к путешествиям Миклухо-Маклая по Малаккскому полуострову имеют выписки о семангах и других местных племенах из книг и статей J. Crawfurd, J. Logan, J. Low и Т. Newbold (л. 33-35).
   6. Записная книжка в виде тетрадки из сшитых листков размером 9 x 13 см. На л. 17-28 бытовые записи на русском, немецком и французском языках о пребывании на Малаккском полуострове; на других листах - записи иного содержания. Есть рисунки (АГО. Ф. 6. Оп. 1. No 42. Далее: КЗК No 1).
   7. Записная книжка в виде тетрадки из сшитых листков размером 9 х 14,5 см. 12 л. Даты: 19 ноября 1874 г.- февраль 1875 г. (АГО. Ф. 6. Оп. 1. No 44. Далее: КЗК No 2). На л. 1 по диагонали надпись: "Maclay", а в правом верхнем углу: "Bogor, 19 Nov. 1874". Содержание: заметки на русском, немецком и французском языках и рисунки о пребывании у аборигенов в южной части Малаккского полуострова.
   8. Записная книжка в виде тетрадки из сшитых листков размером 15 x 8 см. На л. 31-42 заметки и рисунки о пребывании в южной части Малаккского полуострова в декабре 1874 г.- феврале 1875 г.; на других листах - записи иного содержания (АГО. Ф. 6. Оп. 1. No 45. Далее: КЗК No 3).
   9. Отдельный листок размером 13 x 5 см с заметками бытового характера и записями отдельных малайских слов русскими и арабскими буквами. Возможно, часть несохранившейся записной книжки (АГО. Ф. 6. Оп. 1. No 43. Далее: РПЛ).
   К путешествиям по Малаккскому полуострову относятся также следующие документы:
   1. Рекомендательное письмо (охранная грамота) джохорского султана. В конверте с гербом, изображающим корону малайского султана. Бумага белая, гербовая. Вверху - имя: Billah Alwathac Maharadjah of Johor Abbe Bukur. В правом верхнем углу - подпись султана арабскими буквами. Имеется печать. На оборотной стороне конверта - надпись на малайском языке арабскими буквами, означающая: "Это господин Маклай". Письмо написано на малайском языке арабскими буквами. Пересказ содержания имеется на французском и английском языках (АГО. Ф. 6. Оп. 4. No 9).
   2. Рекомендательное письмо (охранная грамота), выданное Н. Н. Миклухо-Маклаю сиамским королем 26 марта 1875 г. 2 л. Бумага голубая гербовая. Написано на тайском языке. Есть пересказ содержания на английском языке (АГО. Ф. 6. Оп. 4. No 10).
   Описанные рукописные материалы использованы как источник иллюстраций и при подготовке комментариев.
  

<Первое путешествие по Малаккскому полуострову>

  
   Печатается по: АГО. Ф. 6. Оп. 1. No 47. (Тетр. 1874-1875).
   Впервые: Изв. ГГО. 1939. Т. 71. Вып. 1-2. С. 217-258. См. также: Изд. 1941. Т. 2. С. 154-203; СС. Т. 2. С. 116-201. В первом и последующих изданиях ряд стилистических поправок и неточностей.
   Описание Тетр. 1874-1875 см. на е. 450-451 наст. тома.
   Кроме тетради с текстом дневника, сохранились ЗК и КЗК (см. с. 451-452 наст. тома), где Миклухо-Маклай делал заметки по ходу путешествия, записывал по дням и часам свои планы и наблюдения, делал зарисовки. Отдельные краткие записи в ЗК и КЗК превращались часто в развернутые описания в дневнике, а основные контуры рисунков, в которых были схвачены характерные черты лица, пейзажа, детали обстановки, в дневнике становились уже совершенно четкими изображениями, обладающими высокой научной (антрополого-этнографической) и художественной ценностью. Ряд важных наблюдений и интересных рисунков так и остались в ЗК и КЗК, которые являются, таким образом, существенным дополнением к дневнику. Кроме того, сведения, содержащиеся в ЗК и КЗК, в некоторых случаях способствуют пониманию не вполне ясных мест в дневнике, помогают восстановить даты путешествия, уточнить отдельные факты. В связи с этим в данной публикации дневника материалы ЗК и КЗК использованы в максимально полном виде.
   В тексте дневника встречается много малайских слов и выражений, не переведенных на русский язык. Чтобы облегчить чтение дневника, в ряде случаев перевод дается в редакционных примечаниях, помещенных в конце дневника а более сложные понятия и термины разъясняются в настоящем разделе.
   Примечания 2, 4, 8, 29, 32, 35, 56 (част.), 82, 101, 113, подготовлены Д. Д. Тумаркиным, примечание 28 - Е. В. Говор. Примечание 115 взято из СС. Т. 2. Остальные примечания сделаны Е. В. Ревуненковой.
  
   1 Батавия (Джакарта) - главный город Нидерландской Индии, ныне столица Республики Индонезия.
   2 Резидент - голландский колониальный чиновник. См. об этом прим. 2 к тексту "Бейтензорг - Амбоина" в т. 1 наст. изд.
   3 Л. Л. или Л.- одна из пяти дочерей генерал-губернатора Нидерландской Индии Джеймса Лаудона. Об отношениях между Миклухо-Маклаем и Л., о сердечной ране, нанесенной ему, сохранились лишь неясные свидетельства в дневниках. См. также прим. 1 к тексту "Бейтензорг - Амбоина" в т. 1 наст. изд.
   4 Реверент (англ. Reverend) - преподобие, преподобный (титул священника).
   5 Sir A. Clark (Э. Кларк) губернатор колонии Стрейтс Сетлментс (Сингапура, Пинанга и некоторых других территорий), при котором Великобритания в начале 1870-х годов захватила западные районы Малаккского полуострова. В середине 70-х годов, когда Миклухо-Маклай был на этом полуострове, англичане продолжали энергично вмешиваться во внутренние дела малайских княжеств. В 1880-х годах княжества были подчинены Великобритании.
   6 Малакка - город, расположенный на юго-западном побережье Малаккского полуострова. Основан в 1403 г. До начала XVI в. (1511 г.) был центром могущественного султаната. Поддерживал постоянные связи с Индией, Китаем, странами Арабского Востока. Малаккский султанат сумел вовлечь в сферу своего влияния весь Малаккский полуостров, а также ряд областей на о. Суматра и был не только видным политическим центром в Юго-Восточной Азии, но и значительным культурным центром; в этот период были созданы наиболее интересные литературные памятники малайского средневековья. В то время, когда Миклухо-Маклай посетил Малакку, город уже потерял свое былое значение.
   7 Имеется в виду Музей Рафлза в Сингапуре, названный в честь Т. С. Рафлза (1781-1836) - английского колониального деятеля и ученого, положившего начало английской колонизации Сингапура (1819 г.) и способствовавшего превращению Сингапура в крупный торговый порт.
   8 О встрече Миклухо-Маклая с капитаном английского судна "Basilisk" Джоном Морсби в июне 1874 г. см. прим. 4 и 5 к тексту "Разные заметки. Май - ноябрь 1874 г." в приложении к т. 1 наст. изд.
   9 Йохор (Джохор) - название реки и княжества в южной части Малаккского полуострова. Миклухо-Маклай не выработал единого принципа написания этого географического названия. Чаще всего он передает его через десятиричное "и" (Iохор), иногда Иохор, дважды в дневнике он пишет "Джохор". Мы транскрибируем предложенное Миклухо-Маклаем написание Iохор как Йохор. В настоящее время принято написание "Джохор". О передаче Миклухо-Маклаем малайской фонемы "j" см. также прим. 7 ко "Второму путешествию на Новую Гвинею" в т. 1 наст. изд.
   10 Махарадья, правильнее махараджа (мал. maharaja) - "великий правитель". Наиболее употребительный и регулярно встречающийся титул для обозначения монарха в малайских государствах. Титул имеет индийское происхождение. Состоит из двух слов: maha - "большой", raja - "князь", "правитель". Во время пребывания Миклухо-Маклая в Джохоре его правителем был Абу Бакар (1833-1896), который в 1866 г. получил титул махараджи от английского правительства (до этого он имел титул теменгонгга). Сделав своей столицей Джохор-Бару, Абу Бакар послушно следовал советам и рекомендациям английской колониальной администрации. Фото султана см.: Winstedt R. О. A History of Johore (1365-1895) // Journal of the Malayan Branch of the Royal Asiatic Society. 1932. V. X. Pt III.
   11 Начало письма к Hole (Холе, правильнее - Хоул) имеется в ЗК No 2, л. 59.
   12 Вампоа (Hay Whampoa, кит. Но Ah Kay) - китаец по национальности, исполнял обязанности вице-консула России в Сингапуре; русские моряки с симпатией отзывались о его добром к ним отношении и гостеприимстве. Бывая в Сингапуре, Миклухо-Маклай постоянно останавливался у Вампоа, оставлял на хранение у него вещи и т. д. Вампоа ссужал его деньгами, не беря процентов.
   13 Йохор-Бару (Джохор-Бару) - столица Джохора при султане Абу Бакаре, ныне административный центр штата Джохор.
   14 Оран-утан (мал. orang hutan) - "лесные люди", малайское название жителей внутренних районов Малаккского полуострова, ведущих бродячий образ жизни и занимающихся в основном охотой и собирательством.
   15 Сунги Малаю

Другие авторы
  • Серебрянский Андрей Порфирьевич
  • Миллер Орест Федорович
  • Ю.В.Манн
  • Козачинский Александр Владимирович
  • Лессинг Готхольд Эфраим
  • Арапов Пимен Николаевич
  • Неведомский Николай Васильевич
  • Кольцов Алексей Васильевич
  • Крузенштерн Иван Федорович
  • Стендаль
  • Другие произведения
  • Д-Эрвильи Эрнст - Империя Восходящего Солнца
  • Глинка Федор Николаевич - Стихотворения
  • Кроль Николай Иванович - Федор Тютчев. Н. И. Кролю
  • Полевой Николай Алексеевич - Толки о "Евгении Онегине", соч. А. С. Пушкина
  • Кованько Иван Афанасьевич - Кованько И. А.: Биографическая справка
  • Крылов Иван Андреевич - Модная лавка
  • Краснов Петр Николаевич - Армия
  • Карамзин Николай Михайлович - Марфа-посадница, или покорение Новагорода
  • Анненков Павел Васильевич - Анненков П. В.: биобиблиографическая справка
  • Белинский Виссарион Григорьевич - История государства Российского, сочинение Н. М. Карамзина
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (26.11.2012)
    Просмотров: 243 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа