Главная » Книги

Островский Николай Алексеевич - Письма (1924-1936), Страница 14

Островский Николай Алексеевич - Письма (1924-1936)


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21

  

4 декабря 1935 года, Сочи.

Дорогой Саша!

   У обоих нас много грехов по части переписки. Но важно одно - дружба. Она остается незыблемой, несмотря на большие полосы молчания.
   Твое письмо железнодорожники привезли мне. Я сделал все, о чем ты просил. На днях я думаю двинуться в Москву и там поработать зиму над архивами для своего нового романа.
   В мае вернусь в Сочи уже в новый дом, который построят за это время.
   Это будет прекрасный, дорогой подарок Украинского правительства.
   Я послал тебе в адрес областкома все сочинские газеты "юбилейных дней". Сейчас все мой мысли устремлены на дальнейшее движение вперед.
   Нужно оправдать огромное доверие, оказанное мне партией.
   Ты должен написать мне с нового места работы свой точный адрес. Я пришлю тебе кое-что интересное из новой работы.
   Ты, чертяка, публикуешь мои письма. Я теперь боюсь даже писать тебе (я шучу).
   Сашенька, Роза Ляхович умерла недавно.
   Я надеюсь будущим летом встретиться с тобой. Пора тебе в ремонт. Помни, Саша, впереди еще много работы. Не доходи до инвалидности.
   Привет тебе от всех моих.
   Крепко жму твои руки.

Твой Коля Островский.

   Сочи, 4 декабря 1935 г.
  

270

А. А. ЖИГИРЕВОЙ

  

5 декабря 1935 года. Сочи.

Милая, родная Шурочка!

   На днях я думаю ехать в Москву с Катей. Поработать там до мая, а в мае вернуться обратно в Сочи уже в новый дом, который мне выстроят к тому времени.
   В Москве мы должны будем встретиться с тобой. Ты тогда меня крепко обнимешь, чем загладишь тяжелые и такие несправедливые обвинения о том, что я тебя забыл.
   Будем надеяться, что переезд в Москву пройдет благополучно и мрачные предсказания всех моих близких и друзей не сбудутся. Все они говорят, что я погибну в дороге от простуды, и т. д.
   В Москве я займусь изучением военных архивов для своей второй книги - "Рожденные бурей".
   Летом ты, конечно, приедешь в Сочи полечиться, отдохнуть и погостить у меня в моем новом коттедже.
   Горячий привет тебе от всех моих.

Крепко жму твои ручонки.

Твой Коля.

   Сочи, 5/ХII-35 г.
  

271

М. С. ДЕМЧЕНКО И М. В. ГНАТЕНКО

  

5 декабря 1935 года, Сочи.

Милые девушки, Мария и Марина!

   Ваше дружеское письмо ко мне я прочел в "Комсомольце Украины". В счастливые для вас дни я хотел послать вам телеграфом несколько теплых, ласковых слов. Но сочинские почтовики плохо знают географию и не нашли Вашего села в своих списках. Но это, как видите, не разорвало нашей дружбы.
   Мне хочется вместо официального ответа на Ваше письмо, просто ласково пожать ваши руки, сильные, молодые, с бугорками мозолей. (Есть они у вас? Убежден в этом - ведь "пятьсот" достались не легко.) На днях я уезжаю в Москву, где поработаю зиму над новым романом "Рожденные бурей".
   А весной, когда в Сочи все расцветет и знойное солнце обласкает землю, я вернусь сюда уже в новый дом, подаренный мне правительством Украины. И вот я приглашаю вас приехать ко мне тогда в гости, отдохнуть и покупаться в море. Хорошо здесь. И тогда мы расскажем друг другу все, что хочется рассказать. Это же приглашение прошу передать самой юной среди вас - Ганне Швидко.
   Эта героическая девочка родилась тогда, когда мы вступали в комсомол. Всех нас вырастил, воспитал комсомол Украины.
   Страна прикрепила к нашей груди орден Ленина. Дело нашей чести - оправдать это высокое доверие революционного правительства. И мы его оправдаем. Иначе не может быть.
   Крепко обнимаю вас, родные мои дивчата, славные наши подруженьки.

Н. Островский.

   Сочи, 5 декабря 1935 г.
  

272

А. С. ЕЗЕРСКОЙ

  

5 декабря 1935 года, Сочи.

Милая Аня!

   Все приготовлено к отъезду. Но в Сочи идут дожди. Выжидаю ясного дня.
   В ближайшие дни двину в поход, несмотря на всеобщие протесты, вопли, угрозы, мрачные представления, призывы к моему рассудку и партийной совести.
   Два слова о радиоприемнике. В конце концов большинство здешних специалистов признало, что ЭЧС-4 самый лучший приемник по управлению и прочее. Поэтому ты пошли своего завхоза. Пусть он его возьмет и поставит у тебя на квартире.
   Все библиотечные книги, взятые у тебя, я привезу с собой.
   Нужно, чтобы о моем приезде знали только самые близкие. Мне не нужно устраивать никаких встреч, ибо передвижение мое будет молниеносно.
   Итак, до скорой встречи.

Жму руку.

Николай.

   Сочи, 5-го декабря 1935 года.
  

273

СЕКРЕТАРЮ ЗАКАВКАЗСКОГО КОМИТЕТА ВЛКСМ

  

24 декабря 1935 года, Москва.

Дорогой товарищ!

   Посылая три экземпляра романа "Как закалялась сталь", очень прошу Вас передать их соответствующим издательствам для перевода и издания на национальных языках Закавказья.
   Одновременно с этим я прошу Вас порекомендовать этим издательствам связаться со мной. С армянским издательством мною связь установлена.
   С коммунистическим приветом!

Н. Островский.

   Адрес: Москва - 9, ул. Горького, д. 40, 2-й этаж. И. А. Островский.
   Москва, 24 декабря 1935 г.
  

274

О. О. ОСТРОВСКОЙ

  

13 января 1936 года, Москва.

Милая, голубка, матушка!

   Крепко тебя обнимаю и целую, мою старенькую приятельницу.
   Ты должна мне написать подробно обо всем, что у вас там делается. Я работаю. Завтра будет закончена седьмая глава, шестую я пропустил.
   Выполни все мои поручения насчет ликвидации старого барахла-рухляди, которая только загромождает ваше жилище.
   Помни, матушка, мой призыв к тебе: не подымай тяжелых вещей, не берись за изнурительную работу. Помни, что у тебя разгромленное сердце. Займись лечением всерьез. Все, что нужно для этого, я сделаю.
   Береги себя, родная; чтобы, когда мы приедем, ты была здорова, жизнерадостна.
   Напиши о здоровье отца и вообще, как вы там живете. Мы здесь пока все здоровы, а это самое главное.
   Крепко жму твою руку и обнимаю тебя.
   Привет всем. Коля.
   13/I-1936 г.
   Москва.
  

275

К. Д. ТРОФИМОВУ

  

17 января 1936 года, Москва.

Дорогой Константин!

   Только что получил твое письмо. Я прошу тебя сейчас же выслать мне сигнальные экземпляры, какие бы они ни были. Помни мою просьбу, кроме авторских, прислать мне за мой счет по 25 экземпляров обоего издания массового и хорошего. Присылай сюда, в Москву.
   Я весь ушел в работу над "Рожденные бурей". Ты прав, что только здоровье решает здесь все, потому что работать - желание у меня безмерно. По-моему, дела идут прекрасно в отношении количества, качество же меня, как и всегда прежде, не совсем удовлетворяет. Ты понимаешь это прекрасно - желание художника сделать прекрасно. Я думаю, что к маю ты получишь 1-й том "Рожденные бурей" для печати, конечно, если книга удастся.
   Москва встретила меня ласково, мне здесь создали все условия для работы. Я готовлюсь к комсомольскому съезду, буду выступать на украинском съезде об образе молодого человека нашей страны.
   С нетерпением жду выхода в свет Вашего издания.
   Присылай сигнальные экземпляры сейчас же, какие есть.
   Привет Нейфаху.

С комприветом Н. Островский.

   17-го января 1936 года.
   Москва-9, ул. Горького, 40, кв. 3.
  

276

А. П. ЛАЗАРЕВОЙ

  

22 января 1936 года, Москва.

Милая Александра Петровна!

   Это письмо будет сумбурным. Я пишу его в порыве самокритики. Мне совестно за долгое молчание. Я написал Вам всего лишь два письма. Ваше письмо мне принесли лишь сегодня. В Москву пришло оно 17 января, а написано оно 29 декабря. Кто в этом виновен? Я не знаю Вашего адреса. Забудем на минуту все эти досадные вещи и поговорим по душам.
   Я весь с головой ушел в работу. Вы правы, Москва встретила меня ласково, Москва дала мне все, к чему я стремился. Я работаю с большим наслаждением, и если бы жизнь была более ласкова и не наступала бы в области сердца, то я думаю, что литературные дела пошли бы стремительно в гору.
   Не обращайте внимания на стиль письма. Диктую в стремительном темпе, и машинка стучит, как пулемет во время атаки. Посему да будут мне прощены все стилистические погрешности и прочие, недопустимые для писателя, вещи.
   Написана 8-я глава. Это скачок через шестую и седьмую. Анархия? Да. Но так хотелось. 8-я глава - это 42 страницы. Сейчас передо мной встает трагедия Пшигодского. Боец, хороший рубака, суровый человек с нежным сердцем не находит счастья в своей личной жизни. Часто в боях, напряженных походах он вспоминает о своей нежной подруге, полногрудой красавице Франциске, вспоминает ее ласки, ее податливость и готовность всегда приласкать своего сурового муженька, и в сердце его врывается боль. Его не влечет другая женщина. Я не смог еще правдиво решить проблему Пшигодского и его взаимоотношения с Франциской. Это - трудная для художника задача. И я думаю, я чувствую, что Пшигодский не найдет другой жены, хотя мне очень трудно поверить, что его любовь к Франциске опять вспыхнет прежним пламенем и согреет его жизнь. Увидим. Все зависит от того, не погибнет ли он в боях. Вам, знающей, сколько тревоги, мучительных исканий доставила мне эта коллизия в романе, понятно, почему я уделяю ей столько внимания. И странно, я так это переживаю, как будто Пшигодский близкий мне человек. А ведь это всего один из героев моего романа...
   Я веду здесь весьма затворническую жизнь. Вижусь лишь с людьми, тесно связанными с моей работой, и расходую свои силы правильно.
   Завтра будет проведена запись на патефонную пластинку. Читаю сам два отрывка [из] "Как закалялась сталь".
   В моем кабинете стоит пианино, и товарищ Тоня, мой секретарь, играет мне в минуты, когда я устаю.
   Я послал Вам два экземпляра новых изданий - "Как закалялась сталь". Уже вышло третье, богатое, подарочное издание. Буду высылать Вам все книги. Я осуждаю Вас за пессимизм в советах, даваемых Вашей знакомой. Вы должны говорить истинно оптимистически. Правда, это шутка, но даже в шутке надо быть радостным. Грустные шутки все же грустны.
   Напишите мне, как складывается Ваша жизнь. Что вы делаете. Я с большим удовольствием буду читать эти письма.
   Желаю Вам всего наилучшего. Будьте жизнерадостны, берите с меня пример.
   Крепко жму руку. Привет Святославу.

Н. Островский.

   Москва, ул. Горького, 40, кв. 3, (2 эт.). Н. А. Островский.
   22/I-36 года.
  

277

РОМЕН РОЛЛАНУ

  

29 января 1936 года, Москва.

Дорогой Ромен Роллан!

   Я хочу, чтобы эти слова прозвучали так же тепло и так же ярко, как и наше чувство симпатии к Вам.
   Несколько лет назад я с огромным волнением слушал пламенные слова Вашего манифеста. В нем прекрасный, мужественный человек большой культуры сказал всему миру о том, кого он любит и кого ненавидит.
   Любовь Ромен Роллана была отдана нам, сынам трудового народа, сбросившим с себя оковы капитализма и в упорном, честном труде создающим новую, прекрасную страну. Любовь была отдана нам, истинным хозяевам земли, хранителям и создателям культуры освобожденного народа. Врагам же человечества - фашизму, буржуазии - Вы бросили в лицо слова ненависти, негодования.
   Это был манифест бойца, готового к борьбе.
   Ваше имя произносится в нашей стране, как имя друга всего угнетенного человечества.
   Крепко сжимаю Ваши руки, дорогой наш друг, от имени молодых бойцов и строителей - сынов рабочего класса - приношу Вам искренние пожелания и поздравления в день 70-летнего юбилея. Мы знаем, что Ромен Роллан не только великий художник, но и человек огромного мужества, сумевший своими честными глазами увидеть правду.
   Пусть и впредь Ваш голос звучит столь же страстно, призывая к борьбе за освобождение человечества.

Ваш Николай Островский.

   Москва, 29 января 1936 года.
  

278

А. А. ЖИГИРЕВОЙ

  

5 февраля 1936 года, Москва.

Милая Шурочка!

   Послал тебе письмо с призывом приехать к нам в гости в Москву, но ответа не получил. Неужели я опять попал в опалу? Шурочка, родная, что это такое? Я жду от тебя большого письма, в котором ты расскажешь о своей жизни.
   Недели две назад у меня была Ольга Войцеховская. Она поправилась по сравнению с теми днями, когда ты ее видела. Стала жизнерадостнее и бодрее.
   Я весь с головой ушел в работу. Нажимаю на все педали. Дела литературные идут неплохо.
   Живем втроем - Катя, Рая и я. Квартира из 3 комнат, кухня, ванная и прочее.
   Приезжай, родная, ждем тебя. Перестань на меня сердиться. На моей совести нет ничего предосудительного.
   Крепко жму твои руки.

Твой Коля, он же и Н. Островский.

   Москва - 9, ул. Горького, 40, 2-й эт., кв. 3. Н. А. Островский.
   5 февраля 1936 года.
  

279

Д. А. ОСТРОВСКОМУ

  

5 февраля 1936 года, Москва.

Дорогой братишка!

   ...Я весь с головой ушел в работу. Нажимаю на все педали, и дела литературные идут неплохо. 20-го февраля в 8 ч. 30 м. вечера выступаю по радио на торжественном открытии Всеукраинского съезда комсомола как делегат этого съезда от Шепетовщины.
   Наркомат Обороны вернул меня в армию. Я теперь на учете ПУРа РККА как политработник со званием бригадного комиссара. Эта военная книжечка в кармане очень для меня дорога. На днях в Сочи будет отправлен автомобиль и поставлен в гараже нового дома. Милости просим к нам в гости летом, полечиться и отдохнуть.
   Крепко жму руку. Пиши обо всем. Как поет гармонь?

Твой друг и брат Коля.

   Москва, 5 февраля 1936 года.
  

280

ДИРЕКТОРУ ЛЕНИНГРАДСКОГО

ОТДЕЛЕНИЯ ИЗДАТЕЛЬСТВА

"МОЛОДАЯ ГВАРДИЯ"

  

11 февраля 1936 года, Москва.

Уважаемый товарищ!

   Жду обещанных мне товарищем Гальпериным 75 экземпляров Вашего "подарочного" издания романа "Как закалялась сталь". Мы договорились, что, кроме 25 авторских, мне вышлют 50 экземпляров за мой счет. Я прошу Вас проследить за выполнением этого сейчас же, как только выйдет первая партия книг.
   Передайте мое спасибо коллективу, работавшему над изданием моего романа. Книга прекрасна, я хочу сказать, издана прекрасно.
   Жду книг в ближайшие дни.
   С коммунистическим приветом!

Н. Островский.

   Москва - 9, ул. Горького, 40, 2-й эт., кв. 3. Островский Николай Алексеевич.
   11/2-36 г.
  

281

А. П. ЛАЗАРЕВОЙ

  

19 февраля 1936 года, Москва.

Милая Александра Петровна!

   Нехорошо начинать с просьбы, но я именно так и делаю. Прошу, зайдите в наш маленький домик на Ореховой, 47 и перепишите мою библиотеку в алфавитном порядке, по фамилии автора. Это мне необходимо для того, чтобы я мог закупить в Москве все необходимые мне книги и не дублировать. Журналов регистрировать не надо, только книги. Если у Вас не будет свободного времени, то попросите кого-либо от моего имени из библиотекарей, труд этот я им, конечно, оплачу. Было бы хорошо, если этот список пришел ко мне как можно скорее. Я напряженно работаю. Приехал Левушка и Шура Жигирева. Интересных новостей у меня как будто бы нет. Попытаюсь Вам написать лично, собственной рукой, не знаю, выйдет ли что-нибудь. Не удивляйтесь скупости слов. В романе проблема Пшигодского решена мною в оптимистическом плане. Как же иначе может быть? Он должен встретиться со своей Франциской и встретиться хорошо.
   Крепко жму Вашу руку.

Н. Островский.

   Г. Москва - 9, ул. Горького, 40, кв. 3, Н. А. Островский.
   19 февраля 1936 г.
  

282

А. П. ЛАЗАРЕВОЙ

  

7 марта 1936 года, Москва.

Милая Александра Петровна!

   Привет в день 8 марта. В честь Международного женского дня, в знак уважения и дружбы к могущественному полу, я завтра впервые надену свой комиссарский мундир. Предстану перед женским большинством в нашем доме как вояка и недодемобилизованный партизан. Пусть сверкают перед их глазами комиссарские звезды, золотые пуговицы, почетный ромб на петлицах и все остальное, что так пленяет сердца красавиц. Не улыбайтесь.
   У меня мало приятных новостей. О статье Кравченко знаете из газет. Затем был Авербах-глазник. Предлагает настойчиво вынуть правый глаз. Как видите, я еще не все мытарства испытал. И жизнь угостит меня еще не одной горькой пилюлей. Такова уж, видимо, моя профессия - терять беспрерывно физически что-нибудь. Хорошо, что эти поражения возмещаются во сто крат духовными приобретениями, которые дает мне творческая жизнь, так что я всегда оказываюсь не в обиде. Жизнь бессильна меня ограбить. Книга переводится на голландский, чешский, греческий и болгарский языки. На днях закончатся переговоры в Англии и Франции об издании. Намечаются издания в Швеции, Норвегии, Дании.
   Крепко жму руку.

Н. Островский.

   Москва,
   7 марта 1936 года.
  

283

О. О. ОСТРОВСКОЙ

  

27 марта 1936 года, Москва.

Милая мама!

   Все твои письма мне прочли. Очень рад, что доставил тебе хотя малую радость. Я хочу с тобой серьезно поговорить. Я прошу тебя, моя родная, очень прошу и даже требую, чтобы ты не несла никакой тяжелой работы. Повторяю - никакой тяжелой работы. Я знаю, ты никогда нас не слушаешь в этих делах, ты всегда делаешь по-своему, т. е. продолжаешь с утра до вечера изнурительную, неблагодарную домашнюю работу. Теперь, когда твое здоровье окончательно разрушилось,- так продолжать нельзя. На днях я вышлю тебе телеграфом тысячу рублей, на эти деньги ты должна усилить питание всей семьи, т. е. купить себе все, что тебе [нужно]. Эти деньги должны пойти только на усиление питания. Найди себе помощницу, ведь при переезде будет много работы... Выполни мой наказ, мамочка! Мы скоро приедем, уже осталось немного дней. Скоро в новый дом прибудет автомобиль и пианино. Все посылаемые мной ящики с книгами пусть стоят нераспакованными, их будет удобнее перевозить, а когда я приеду, тогда наведем порядок в библиотеке. Самое главное - береги себя. Все остальное ничто по сравнению с твоим здоровьем.
   Милая мама, как ты думаешь, не лучше ли тебе поехать в санаторий? Если ты этого хочешь, то телеграфируй мне - я сейчас же организую все это. Подумай и сейчас же сообщи. Все будет сделано так, как ты хочешь. Потом напиши, какие бы ты хотела получить подарки от меня в день приезда. Не будь скромницей и напиши.
   Крепко обнимаю тебя, моя славная труженица.

Твой Коля.

   Москва, 27 марта 1936 г.
  

284

Л. Н. БЕРСЕНЕВУ и А. Н. ПОЗНЯКУ

  

27 марта 1936 года, Москва.

Дорогие Лев Николаевич и Анатолий!

   Пишу кратко. Прошу Вас сделать следующее:
   1. Построить к 15 апреля деревянный гараж за мой счет. Деньги вышлю телеграфом немедленно, когда укажете - когда и кому. Наряд на автомашину получен на Сухумское отделение Автосбыта. Лимузин будет доставлен в Сочи 25 апреля.
   2. Прошу в ближайшие дни перевезти с Ореховой улицы беседку в сад новой усадьбы, и устройте там на самом удобном месте, не расходуя средств на постройку новой беседки.
   3. Установить антенну с канатиком для радиоприема с эфира. Приемник ЭЧС-4 пришлю матери в новый дом на днях.
   4. Очень прошу тебя, товарищ Позняк, закончить работы как можно скорее, так как 28 апреля я буду уже в Сочи.
   5. Договоритесь с совхозом "Южная культура" об озеленении участка, чтобы к моему приезду все работы по насаждению мандаринов и прочих "субтропиков" - были закончены.
   6. А теперь, самое главное,- это прошу вас проследить за тем, чтобы матушка не загружала себя работой по установке барахла в новом доме. Она очень слаба, и это может ее погубить. Организуйте ей помощь - я все это оплачу. Не давайте ей этим заниматься.

Ваш Коля.

   Москва, 27 марта 1936 г.
  

285

Л. Н. БЕРСЕНЕВУ

  

4 апреля 1936 года, Москва.

   Выступаю шестого девять сорок вечера транслирует РЦ-3 Передай маме. Устрой слушание

Коля.

   Москва, 4/1V-36 г,
  

286

СОЮЗУ СОВЕТСКИХ ПИСАТЕЛЕЙ

  

1 июня 1936 года, Сочи.

   Союз советских писателей секретарю парторганизации

Товарищу Марченко.

   Случайно прочел вырезку из газеты "Комсомолец Узбекистана" от 18 мая с. г.- статью "Волнующая композиция" следующего содержания:
   "Литературно-музыкальная композиция по роману Н. Островского "Как закалялась сталь".
   Роман Н. Островского "Как закалялась сталь" является любимой книгой советской молодежи. Роман учит мужеству, любви к Родине, воспитывает чувство патриотизма у молодого поколения.
   15 мая в Ташкентском доме Красной Армии зрители слушали литературно-музыкальную композицию по роману писателя-комсомольца орденоносца Н. Островского "Как закалялась сталь". После вступительного слова о творчестве Н. Островского М. М. Лебедев под сонату Бетховена... прочел текст. О достоинствах композиции и ее исполнителях хорошо сказал сам Островский в присланной сюда телеграмме.
   "Москва (по телеграфу). Литературная композиция по моей книге "Как закалялась сталь", сделанная товарищами Киреевым и Лебедевым, очень хороша. Вполне ясна линия жизни и работы Павла Корчагина. Страстность в исполнении товарищем Лебедевым многих мест волнует даже меня, знающего книгу, ее автора. Данную композицию пропагандировать нужно и должно. Островский". Композицию следует посмотреть ташкентской молодежи. Комитетам комсомола нужно организовать коллективное слушание композиции по замечательному роману".
   Сообщаю, что такой телеграммы я никому и никогда не посылал. По-видимому, конферансье создал ее для своих рекламных целей.
   Если можно, надо привлечь его к ответственности.
   С коммунистическим приветом!

Н. Островский.

   1/6-36 г.
  

287

НАРОДНОМУ КОМИССАРУ

ЗДРАВООХРАНЕНИЯ УЗБЕКСКОЙ ССР

  

9 июня 1936 года, Сочи.

Город Ташкент

Народному комиссару здравоохранения

Дорогой товарищ!

   Посылаю Вам подлинники писем, описывающих суровую судьбу тяжело больного врача Комаровой Клавдии Андреевны, почему-то находящейся в психиатрической лечебнице.
   Я прошу Вас лично прочесть эти письма и помочь этой несчастной.
   С коммунистическим приветом!

Н. Островский.

   Сочи. Аз.-Черном, края, ул. Н. Островского, 4.
   Сочи, 9/6-36 г.
  

288

Д. А. УМАНСКОМУ

  

14 июня 1936 года, Сочи.

   Разрешаю Вам совместно с Караваевой сделать все необходимое относительно сокращения английского издания.

Привет. Николай Островский.

  

289

Б. Г. МАРХЛЕВСКОЙ

  

14 июня 1936 года, Сочи.

Милый товарищ Бронислава!

   Вы не должны даже подумать, что я Вас забыл. Это было бы несправедливо. Знаете, сколько забот и хлопот на новом месте. Пока привели архивы и литературное хозяйство в порядок - ушло много времени и сил. Здоровье мое шатнулось было вниз, но я вовремя это заметил и восстановил равновесие. Завтра открываю рукопись - приступаю к делу.
   В Сочи сделано все, чтобы отгородить меня от любопытных дам, бездельничающих курортников. Пошли на крайнюю меру - у дома стоит милиционер и вежливо отпроваживает любопытных, пропуская только к секретарю идущих по делу. Первые дни таких любопытных было по нескольку сот человек в день, теперь тише, знают, что пройти трудно.
   Сейчас я лежу на открытом балконе, дышу свежим морским воздухом.
   Завтра мне обменивают партбилет. Хочу надеяться, что секретарь горкома причислит меня к числу активных.
   Два слова о книге Складковского. Я был бы Вам очень благодарен, если бы Вы выписали самые интересные места по-русски, особенно те строки, в которых он характеризует черты характера "Коменданта". Буду ждать этих Ваших маленьких переводов. Большое спасибо за журнал "За рубежом". Если Вам попадет еще что-нибудь интересующее меня, то шлите мне. Заранее благодарю.
   Крепко жму Ваши руки, искренний привет Вам от всей моей семьи.
   Прочтите мое письмо Иннокентию Павловичу по телефону, привет ему самый теплый.

Ваш Н. Островский.

   Сочи, 14 июня 1936 г.
  

290

С. А. ТРЕГУБУ

  

14 июня 1936 года, Сони.

Дорогой Сема!

   Твое письмо получил. Спасибо за газеты. Я отобрал здесь наиболее интересные газеты, которые могут быть тебе полезны в твоей работе. Ты не удивляйся моему молчанию. Пришлось привести в порядок архив и все свое литературное хозяйство, библиотеку и прочее. Погода здесь все время отвратительная, резкие колебания и влажность 85-90%.
   Здоровье мое шатнулось было вниз, но я вовремя это заметил и восстановил равновесие. Завтра вновь открываю рукопись - приступаю к делу.
   В Сочи сделано все, чтобы отгородить меня от любопытных дам, бездельничающих курортников. Пошли на крайнюю меру - у дома стоит милиционер и вежливо отпроваживает любопытных, пропуская только к секретарю по делу. Первые дни таких любопытных было по нескольку сот человек в день, теперь тише, знают, что пройти трудно.
   Сейчас я лежу на открытом балконе, дышу свежим морским воздухом.
   Пиши мне, Сема, всегда, когда захочется и найдешь время. Я о тебе вспоминаю тепло.
   Были у меня Фадеев и Либединский.
   С удовольствием читаю вашу страницу "Литературная жизнь". Хорошо, что бьете фактами библиотечных записей. Было бы прекрасно, если бы ты дал задание узнать в Книжной палате тиражи любимых народом книг и опубликовать их, так 50-60 названий. Тогда писатели знали бы, какое они занимают место в строю. Это было бы движущим стимулом.
   С большой тревогой слежу за состоянием здоровья Алексея Максимовича.
   Крепко жму руку.

Николай.

   14/VI-36 г.
   Сочи, ул. Н. Островского, 4.
  

291

М. П. ЕГОРОВОЙ

16 июня 1936 года. Сочи.

Милая Мария Павловна!

   Ваше письмо я получил. Мне трудно отвечать на него. Когда человек страдает, раненный в сердце самым близким, все слова утешения не способны иногда смягчить боль. Не могу писать Вам шаблонные слова. Я могу сказать лишь одно: я в своей жизни тоже испытал горечь измен и предательств. Но одно лишь спасало: у меня всегда была цель и оправдание жизни - это борьба за социализм. Это самая возвышенная любовь. Если же личное в человеке занимает огромное место, а общественное - крошечное, тогда разгром личной жизни - почти катастрофа. Тогда у человека встает вопрос - зачем жить? Этот вопрос никогда не встанет перед бойцом. Правда, боец тоже страдает, когда его предают близкие, но у него всегда остается неизмеримо больше и прекраснее, чем он потерял.
   Посмотрите, как прекрасна наша жизнь, как обаятельна борьба за возрождение и расцвет страны - борьба за нового человека. Отдайте же этому свою жизнь, тогда солнце опять приласкает Вас!

Н. Островский.

   16/VI-36 г.
   Сочи, ул. Н. Островского, 4.
  

292

РЕДАКЦИИ ГАЗЕТЫ

"КОМСОМОЛЬСКАЯ ПРАВДА"

И РЕДАКЦИИ "ПОСЛЕДНИХ ИЗВЕСТИЙ

ПО РАДИО"

  

18 июня 1936 года, Сочи.

   Москва, "Комсомольская правда" - Трегубу.
   Москва, ул. Горького, 17 - "Последние известия по радио".
  
   Потрясен до глубины души безвозвратной потерей. Нет больше Горького. Страшно подумать об этом. Еще вчера жил, мыслил, радовался с нами гигантским победам родной страны, которой отдал весь свой творческий гений. Какая ответственность ложится на советскую литературу сейчас, когда ушел из жизни ее организатор, вдохновитель.
   Прощай, милый, родной, незабываемый Алексей Максимович!

Николай Островский.

   Сочи, 18 июня 1936 г.
  

293

Р. П. ОСТРОВСКОЙ

  

25 июня 1936 года, Сочи.

Милая Рая!

   Письмо и телеграмму получил.
   Ремонтными делами распоряжайся лично на основе единоначалия. Единственно, чего я хочу,- это быстроты действий. Красить безусловно надо сейчас, чтобы запах краски выветрился к моему приезду. Дверь на балкон открыть сейчас, иначе не будет вентиляции.
   Ожидаю телеграммы обменной.
   Юля работает над библиотекой? Если нет, то потормоши ее. Пусть она закончит эту работу быстрее.
   Произведи дезинфекцию. Снесись с отделом, борющимся на этом фронте.
   Я послал тебе два письма с письмами, адресованными тебе. Вернее, одно с телеграммой, а другое с письмом и открыткой.
   Сегодня 25-е, а твоей телеграммы нет. В таких случаях надо быть четкой и лучше послать две телеграммы, сообщающие, что еще ничего неизвестно, чем молчать. Я ушел в работу. Здоровье медленно, но верно поправляется. Написаны 34 печатные страницы 6-й главы. Возможно, к 1 августа удастся закончить первый том...
   ЦК вынес решение издать "Как закалялась сталь" в количестве 500 000 экземпляров... Сейчас тираж 1 072 000 экземпляров.
   Приходят новые издания. Когда накопится несколько штук, пришлю.
   Больше новостей интересных нет.
   Приехали два племянника. Погода прекрасная.

Крепко жму руку.

Николай.

   Сочи, 25/6-36 г.
  

294

Г. И. и Д. Ф. ПЕТРОВСКИМ

  

1 июля 1936 года, Сочи.

Дорогие Григорий Иванович и Доминика Федоровна!

   Простите меня, непутевого, за молчание. Прошу верить, что единственная причина - мое желание не надоедать вам. Нет хуже назойливых людей...
   Целые дни провожу на открытом балконе. Свежий ветер с моря, теплый, ласковый. Жадно дышу и не надышусь. Хорошо здесь, на новом месте. Даже соловей по утрам заливается: устраивается на сосне близ моего окна и заставляет меня слушать себя. Только поет очень уж рано - в 5 часов, когда мне спать надо.
   Работаю я понемножку. Выполняю Ваш совет. Чтобы быть искренним, должен признаться - много работать у меня просто нет сил. Через месяц первый том "Рожденные бурей" будет закончен.
   Я пришлю Вам рукопись, и если у Вас будет возможность, прочтите и скажите Ваше слово.
   Не жалейте суровых слов.
   На сердце у меня глубокая грусть. Гибель Алексея Максимовича тяжело меня поранила. Я потерял покой и сон. Только смерть его сказала нам, каким дорогим, каким родным был он для всех нас и как тяжела утрата. Осиротели мы без него. Я думаю о той ответственности, которая ложится на каждого из нас, молодых, только что вступающих в литературу писателей. Большая грусть у меня на сердце, не развеялась она еще. Лахути рассказывал мне позавчера, что когда он гостил в конце апреля у Алексея Максимовича, то Горький работал над статьей о романе "Как закалялась сталь". Каковы его мысли о книге, я не знаю. Литературное наследство хранит эту дорогую и нужную для меня статью.
   Как бы сурово ни критиковал меня великий мастер, но это самый дорогой и нужный для моего роста, для моего движения вперед документ.
   Я и вся моя семья ждем Вашего приезда. Приезжайте скорее, родные.
   Крепко жму Ваши руки.

Преданный Вам Н. Островский.

   Сочи, 1 июля 1936 г.
  

295

РЕДАКЦИИ ГАЗЕТЫ

"КОМСОМОЛЬСКАЯ ПРАВДА"

  

3 июля 1936 года, Сони.

   Приветствую новый заем, подписываюсь на 5000 рублей

Николай Островский.

  

296

П. М. КЕРЖЕНЦЕВУ

  

13 июля 1936 года, Сочи.

Председателю Комитета по делам Искусств при СНК СССР

Дорогой Платон Михайлович!

   Обращаюсь к Вам за помощью. Дело в следующем.
   Есть такая халтурная труппа, называющая себя Ленинградским литературным театром. Они прислали мне свою литературную инсценировку романа "Как закалялась сталь". Я категорически забраковал созданную ими дрянь и резко запретил что-либо в этом роде. Кроме того, я передал их стряпню в Отдел искусств ЦК ВЛКСМ товарищу Никитину и просил его со своей стороны воздействовать на этих людей, чтобы они не брались в дальнейшем за инсценировку романа.
   Несмотря на прямое запрещение, эти люди, получив, по-видимому, от кого-то разрешение, начали гастролировать в Москве. Ко мне посыпались возмущенные письма зрителей.
   Увидев, как их принимает Москва, они двинулись в Харьков. Афишируют там свои выступления, одурачивая людей и не обращая внимания на негодование, вызванное их постановкой. 800 студентов Комуниверситета имени Артёма, обманутые их зазывающими плакатами, написали полную негодования рецензию на эту халтуру, требуя запрещения дискредитации романа.
   Я прошу Вашей помощи. Надо сделать как-то так, чтобы не могли всякие мерзавцы дискредитировать меня. Есть же управа на этих грабителей - берут бешеные деньги за билеты.
   Посоветуйте, как мне защититься от этих авантюристов.
   Недавно узнал из ташкентской газеты "Комсомолец Узбекистана" - там подвизаются артисты, ставящие литературно-музыкальный монтаж по роману. Если не ошибаюсь, артист Лебедев и его сопровождающие. Что же они делают? На афишах помещают "телеграмму Островского", в которой рекламируется их постановка как блестящая, которую надо всюду ставить и т. д. и т. п.
&

Категория: Книги | Добавил: Armush (26.11.2012)
Просмотров: 360 | Комментарии: 1 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа