Главная » Книги

Словцов Петр Андреевич - Историческое обозрение Сибири, Страница 15

Словцов Петр Андреевич - Историческое обозрение Сибири



о.
   В Сибирской губернской канцелярии вместо ландрихтера являются два товарища прежде 1735 г. и вместо дьяков с 1726 г. - два секретаря. С 24 апреля 1725 г. при губернской канцелярии определено 50 дворян и 100 боярских детей для рассылок и поручений {Последнее о числе дворян и детей боярских взято из бумаг дома Павлуцких. Очевидно, что те и другие служили вместо штатных рассылыциков прочих губерний.}.
   Надворные суды уничтожены, и право судное отдано канцелярии губернской и провинциальной. Прокурору упраздненного суда прилично бы перейти в канцелярию, но он удален из губернии, будто бы по злонамеренности Остермана, мужа по Нейштадтскому договору незабвенного, обвинявшегося при его осуждении и за уничтожение должности прокурорской. Губернский прокурор в первый раз увидел Тобольскую канцелярию в январе 1732 года. Ему в октябре 1740 г. Сенат заметил три уголовных дела, вопреки Уложению канцеляриею вершенных, и впредь велел основательнее доносить себе и генерал-прокурору о приговорах. Человеколюбивое внимание Сената к преступникам не должно быть проронено для читателя, когда оно мирит душу его с временем, которое слывет не так веселым.
   Судебные комиссары по дистриктам уничтожены, и судное право перешло в воеводские суды. Вообще, суд и расправа отданы губернаторам и воеводам.
   Конторы земские и рентмейстерские уничтожены также по всей Сибири. В одном Тобольске оставлена рентмейстерская с камериром, арентмейстеры и комиссары упразднены.
   В 1727 г. велено полкам расположиться при городах, и с тем вместе сборы податей возвращены губернаторам и начальникам провинций. Тут опять являются земские комиссары и исчезает камерир.
   В октябре 1730г. полки перемещаются из городов на прежние, так называемые вечные квартиры. Дворы штабные возобновлены и снова вступили в обязанность обора народных податей, вместе с земскими комиссарами. Прежние неправды, уже забытые, не замедлили возобновиться и дойти до высшего сведения. В августе 1731 г. от правительства предписано, чтобы ни сами полковники, ни их подчиненные не делали по Сибири разорений и обид уездным жителям, и последним подтверждено право жаловаться на воинские команды и канцелярии. С другой половины 1736 г. сборы податей опять возложены на губернаторов и воевод, с придачею им отставных офицеров, дабы прекратить усмотренное грабительство воинских рук. Нельзя без глубокой признательности помышлять, как правительство, бдящее над беззащитными гнездами своих подданных, испытывает и переменяет меры, дабы оградить их от расклевов; но без прямой любви к ближнему, изучаемой в училище христианского благочестия, достижение цели едва ли будет доступною задачею? Образованность состояния лучшего и грамотность низшего, как творения самолюбивой умственности, раздражающие жизнь и роскошь, притязаниями на жизнь и роскошь, уносят, по несчастию, мимо цели.
   Докончим. Губернские маги страты, эти прекрасные заведения, вместе с их главою - главным магистратом, на который возложено Великим Зодчим создать рассыпанную храмину купечества, уничтожены в июле 1728 г. и заменены ратушами, с зависимостью от губернии или провинции. В марте 1732 г. учрежден в С.Петербурге магистрат в видах местных, без связи с ратушами.
   Полиция учреждена в одном из сибирских городов - Тобольске в 1733 году (у к. 23 апреля) {В 1739 г. по описи полиции оказалось в Тобольске 2639 домов, а по описи архиерейского дома, за 6 лет пред тем деланной, было на горе 1166. под горою - 2135 домов. Жителей 12 649, и в том числе 5724 м[ужского] п[ола]. Разность домов можно изъяснять пожарами, а знатное превосходство ж[енского] п[ола] - частыми рекрутствами и безвозвратными командировками казаков.}, а в марте 1737 правление полицейское возложено на ратуши по всем городам.
   Фискалы провинциальные и городовые в июне 1729 г. отозваны на смотр в Сенат из Сибири, в которой, по прихотям обер-фискала Нестерова, определялись недостойные. Годные из них распределены в военную службу.
   В сентябре 1732 г. учреждены обер-фискалы и фискалы по военному ведомству с тем, что, если не докажут на суде своих доносов, подвергаются наказанию, какому бы подлежал обвиняемый ими. Условие справедливое!
   В декабре 1730 г. Сибирский Приказ восстановлен в прежнюю силу, под начальством генерала гр. Ягужинского, с предоставлением сему месту определять чиновников к должностям да вице-губернаторов, исключая одного губернатора, с непосредственным заведыванием всех дел, но не без ответственности пред Сенатом. Причины, побудившие к изменению общего порядка, Петром Великим введенного, очень частны, именно, что сибирские воеводы, до 1710 г. состоя в непосредственном подчинении Приказу, прямо доносили ему, мимо главных тобольских воевод, хотя сии бывали в чине боярском, а ныне, с присвоением власти одному лицу губернатора, все прочие сделались безгласными. Нет приличия опровергать эти суждения, а довольно привесть себе на память прежнюю неурядицу, побудившую правительство к сосредоточению управления.
   Соображая перемены, в сей статье означенные, и обращаясь к первой коренной мысли, что будто бы оне решены для уменьшения государственных расходов, когда во всех сибирских казначействах едва ли от того сбережено 5000 р., история страны убеждает в одной истине, что при частой перемене выдумываемых распоряжений умы жителей становятся равнодушными к нововведениям.
   7. Сгромозжение и раздробление Сибирской губернии невольно следовало своем у притяжению и своему оттолкновению. Сперва молва о богатстве и благоденствии сибирском влекла людей к востоку, потом зауральская полоса населенности, из 25 000 приписанная в заводские работы, не так легкие, показалась сомнительною межою между известностью и неизвестностью. Одним угрожаемым какою-нибудь бедою, одним раскольникам и беглым рекрутам стали пристанищем демидовские заводы {В 1723 г., сентября 20-го, Демидов штрафован за держание 150 беглых рекрутов.}.
   В этом расположении обстоятельств правительство в 1727 г. усмотрело средоточие для провинций Вятской и Соликамской в Казани. Где ж теперь западный предел Сибири? Пояс Уральского хребта, с покатями на запад, принадлежит Сибирскому Управлению в общем смысле, а в отношении искусственном, хозяйственном и судном - горному начальству, с правом апелляции на обер-бергамт в Сибирскую канцелярию (ук. 30 июня 1732 г.), прежде же, до 1715 г., равномерно и до 1711 г. при первом существовании Рудного Приказа, заводско-уральская часть заведывшшсь сибирским губернатором во всех отношениях.
   По соображению подобных побуждений, когда постепенно в Иркутске свивалось средоточие отдаленных удовлетворений для Камчатки, Якутска, Нерчинска и Кяхты, провинция Иркутская возведена в начале 1736 г. на чреду губернской самостоятельности и обрезала Енисейскую.
   Енисейская провинция, прежде распахнувшаяся до Шилки, теперь, сжатая в своем продолговатом пространстве, не заключающая ни гор с значащими богатствами, ни исходов торговых и довольная веселою посредственностью, не только не могла искупиться от власти Тобольска, но и рассталась в 1726 г. в пользу его с Нарымом, Томском и Кузнецком. Томск, прежде сносившийся посольствами с ханами урянхайскими, которых нет уже и в помине, теперь не более значит, как и Красноярск, над которым он, по замечанию Фишера, недавно величался значением области.
   Сибирь не видит уже внешних неприятелей, но многое в ней изменилось от внутреннего шествия и не раз еще изменится к лучшему. Разум, как неутомимый зодчий, для облагорожения быта людского превращает иногда степи в города. Это и сбылось.
   Новый замок при пустынном Яике, первоначальный Оренбург, разрезывающий выставкою яицких укреплений общение между торготами и чжунгарами и долженствующий связать южно-сибирскую границу, как преграду от вторжений киргизских, делается вратами военными и торговыми в Азию. Третий Башкирский бунт, в 1736 г. огласившийся, приостановил благородные виды правительства, заботившегося об устройстве южно-восточного края. Не место здесь рассказывать, что башкирцев обоего пола с детьми погибло, казнено, сослано на флот, в Рогервик, и переселено до 28 000 душ в продолжение мятежей и следствия, продолжавшихся до конца третьего периода; для нас довольно заметить, что в числе мер, для будущего обезопасения того края, положено в августе 1737 г. отделить от Тобольской провинции три участка: Исетский, Окуневский и Шадринский с восточно-уральскими башкирами, под именем провинции Исетской, и присоединить ее к Оренбургу с назначением ея места сперва в Чебаркуле. Провинция сия отрезана не в военном, а в провиантском усмотрении {Она окончательно отошла к Оренбургской губернии в 1743 г., как видно из сенатского указа 8 августа к сибирскому губернатору Сухареву.}.
   Вот сколько преобразований, чрез которые Сибирь прошла в течение 28 лет!
  

ГЛАВА III

ОБ УМНОЖЕНИИ ГОСУДАРСТВЕННОГО БОГАТСТВА

1. Яркенское золото. 2. Бухгольц. 3. Лихарев. 4. Другие способы к приобретению двух металлов. 5. Продолжение истории горного дела. 6. По Уралу. 7. По Алтаю. 8. По Забайкалью.

  
   Победитель Карла XII, знав толь же хорошо,, что для порядочного содержания войск нужны золото и серебро, как и то, что сии металлы приобретаются внутренним трудолюбием, развитием промышленности мануфактурной, горной и торговой, всемерно поэтому стремился к приумножению государственного богатства на всех трех путях. Приближенные, ценя внимание, какое Петр Великий обращал к ост-индской торговле, для которой и поход в Персию, и предприятие на Мадагаскар после были решены, почитал и долгом представлять ему свои вероятности, блестевшие надеждами на приобретение благородных металлов, которые монарх называл артериями войны. Боярин кн. Гагарин, сибирский губернатор, вскоре по приезде в Тобольск узнав, что тут бывает в продаже песочное золото, привозимое из Эркета (Яркена), города, подвластного в то время контайше, возмечтал о возможности завладеть и городом и золотым яркенским промыслом, подобно тому, как через несколько месяцев, наслышась от крестьянина Пантина о приписке серебряной руды в Вологодском уезде, спешил представить о том государю. Угодливость царю русскому, всегда текущая из сердца преданного, но не всегда соображенная в голове, была в настоящем деле важною, но не преступною ошибкою кн. Гагарина.
   1. История песочного золота, обезображенная в Сибири молвою времени, изложена с достоверностью Миллером {Ежем. соч. Январь 1760 г.}. Кн. Гагарин, в 1713 г. послав дворянина Трушникова к Хухонору для разведания и покупки песка и не сождав возврата его, спешил поднесть государю горсть купленного золота, представляя, что от Яркена до Тары доходят в 2 1/2 месяца, что, утвердясь при оз. Ямышеве, стоит только протянуть цепи укреплений чрез Чжунгарию до Яркена, что этим делом можно управиться одной Сибири, прикомандировав в экспедицию уфимских башкир и прислав из России офицеров.
   Если бы государь заблагорассудил отослать в Сенат на рассмотрение фантастическое представление Гагарина, в котором ни одна строка не смотрит прямо, Сибирь не принесла бы столько жертв. Ибо с чего взял губернатор, что контайша духа воинственного будет смотреть равнодушно на крепости, владение его разрезывающие? Откуда доставать продовольствие отряду, в степь углубляющемуся? Где взять столько людей, чтобы на маршах, продолжающихся 2 1/2 месяца, наполнять ими редуты и идти вперед? Что за надежда на башкир? Думал ли губернатор о переходе через горы и Мустаг? Как ручаться при сибирском малолюдстве за силы страны, когда для особой посылки на оз. Зайсан вскоре принужден был губернатор взять из тюрьмы преступников? Но жребий брошен. Государь, великостию гения измеряя возможности дел и торопясь выйти с флотом в море, вспомнил о представлении кн. Гагарина и 22 мая 1714г. написал собственноручно на той бумаге: "Построить город у оз. Ямышева или выше, идти по реке вверх, пока продолжится лодочный ход, потом следовать далее для овладения Яркеном, взять людей тысячи две, употребить из пленных шведов, артиллерию и минералогию знающих, только не более трети против наших офицеров".
   2. В таком же смысле дана инструкция подполковнику Бухгольцу, начальнику экспедиции, с тем чтобы в нужных случаях обращался к губернатору, все делая с его воли. Бухгольц, прибыв в Тобольск с офицерами, начиная с сержанта до майора, отправился в июле 1715г. на 32 досчениках и 27 больших лодках с отрядом, состоявшим из 2932 чел. В Таре дано 1500 лошадей, на которые посажены драгуны для очищения неприятелей по берегам, кроме того, у офицеров и других людей было лошадей до 1000. При отъезде из Тобольска Бухгольц видел у губернатора посланцев контайши, которым в первый раз сказано мимоходом, что этот офицер отправлен не для войны, а для укреплений по Иртышу. "Если нет неприязненных намерений, - отвечали они, - Шорухтухан не станет перечить". От неуважения ли к контайше, как занятому войною с Китаем, или оттого, что губернатор почитал контайшу, как и хана торготского, в одинаковой зависимости от России, оказано невнимание; и это опять ошибка.
   1 октября экспедиция достигла оз. Ямышева, в 6 верстах отстоящего от Иртыша, и крепость заложена при речке Преснухе. По донесению Бухгольца от 26 декабря, что данных людей будет недостаточно, государь из Копенгагена подтвердил губернатору всемерно пещись об успехе предприятия, потому что в мыслях государя носилось, вровень с тем, другое предприятие на Амударью. Помянутые посланцы, заехав в крепость, заметили, что она построена на чжунгарской земле, но, уверясь в миролюбивых намерениях, советовали начальнику послать кого-нибудь к Шорухтухану с письмом, не дошедшим, однако ж, до владельца. Между тем озлобленный контайша, собрав войско, сколько нашлось не занятого войною, успел послать его зимою, и на сырной неделе неприятель, ночным отгоном лошадей встревожив недостроенную крепость, ворвался в нее и едва был выгнан, тем не менее, однако ж, держал ее в осаде. Неприятельский начальник, имев людей до 10 000, писал к подполковнику, что, "если не сойдешь с чужого места, я буду здесь зиму зимовать и лет олетовать". Подполковник отвечал с твердостью русского офицера, что он не перестанет исполнять волю государя, и заботился только о том, как бы уведомить губернатора о своем положении, когда надлежало бы ему решиться разогнать толпу громом пушечным. К пущей беде, Бухгольц не замедлил увидеть, как в его глазах калмыки вели пленных русских до 700, со взятым за 50 верст караваном, который послан был к нему из Тобольска с провиантом и казною в 20 000 р. В апреле нашелся случай на лодке, прикрытой льдинами, толкнуть по реке вестников в Тобольск, а между тем отряд от болезней и сибирской язвы уменьшился до того, что осталось живых и больных не более 700. Экспедиция обратилась назад, на устье Оми, без сопротивления калмыков, из чего видно, что тогда граница наша разумелась по р. Омь, по которой и прежде стояли ведеты, посланником Байковым упомянутые. Губернатор подтвердил строить крепость на Оми, препроводил 1300 рекрутов, послал подполковника Матигорова восстановить укрепление Ямышевское, которое и совершилось в виде 4-угольника, палисадом обнесенного, а Омское - в виде 5-угольника. Бухгольц, потерявший из отряда 2200 чел., 2500 лошадей и прозевавший караван с людьми и казною, успел выпроситься в Петербург, от стыда и следствия.
   В течение 1716 г. кн. Гагарин, в поправление своей ошибки, писал с сотником Чередовым к контайше, что укрепление Ямышевское предпринято для защиты его от нападений со стороны киргизов, которых между тем под рукою поощрял к нападениям; потом послал боярского сына Маремьянникова к контайше и требовал возвращения казны и плена; наконец, с возвращением дворянина Трушникова, привезшего до 200 дан песочного золота, которое вымывается из речек хухонорских и также достается недалеко от Китайской стены, в двух городах, им названных Дабою и Селимом, препроводил к государю купленное золото и, за неполучением ответов от контайши, представлял, что для довершения предприятия прилично бы успокоить владельца царскою грамотою о миролюбивых действиях отряда в степи. Государь, посылая писанную в Амстердаме 18 декабря 1716 г. грамоту, приказал губернатору отправить ее к контайше и предоставил ему распорядиться экспедициею {Содержание грамоты было вот какое: чтобы в строении городов, которые повелено ближнему боярину Сибирского царства губернатору кн. М. П. Гагарину возвести в сибирских краях и по Нор-Зайсану для прииска разных руд, контайша не делал помехи, также воспретил бы своим людям затевать ссоры и исполнял бы требования губернатора; а монарх, из милосердия желая сохранить контайшу в своем благоволении, как Аюкухана, и других калмыцких владельцев, позволяет улусникам его жить мирно на тех землях, к Сибирскому царству принадлежащих, без опасения обид тем улусникам, и с упованием на высокую оборону от неприятелей.}.
   В 1717 г. губернатор отправил тобольского дворянина Вельянова с повелительною грамотою и с своим листом, требуя у контайши ответа на прежние листы и о задержке посланных гонцов. Вельянов, 5 апреля выехав из Тары, 27 июня был принят контайшою, который, взяв грамоту с обыкновенными знаками почтения, велел подателю отступить и вручить губернаторский лист первому чиновнику. Разумеется, что контайша чувствовал смысл грамоты, когда приказал содержать Вельянова под караулом, и он содержался до февраля. Между тем губернатор, возложив продолжение экспедиции на подполковника Ступина, дал ему солдат, казаков, артиллерию и все нужное, поручил тобольскому обер-коменданту Карпову отправить его при себе из Омска, но
   Ступин, занявшись лучшим устройством крепостей: Ямышевской, Омской и третьей Железинской, губернатором приказанной, потом заготовлением лодок, еще не тронулся с места, как кн. Гагарин отозван в столицу в конце 1717 года по особому государственному делу.
   В 1719 году Ступин поручил осмотреть оз. Нор-Зайсан и Верхний Иртыш, делящийся на два рукава, из которых южный найден довольно глубоким, а северный мелким. Мы не сказали о том, что возвратившийся из Урги Вельянов привез от контайши к бывшему губернатору ответ, наполненный угроз и жалоб на всех пограничных воевод до красноярского, как нарушителей пограничного спокойствия. Но если в Тобольске мало думали о бессильных угрозах контайши, обремененного войною с Китаем, то и он не думал о возвращении пограбленной казны и плена.
   3. В том же 1719 г. генералмайор Лихарев, в достаточном числе офицеров и других чинов, даже медицинских, при запасной аптеке, прибыл в Тобольск с двумя поручениями; а) исследовать безуспешность Бухгольцева похода и разыскать, подлинно ли есть яркенское песочное золото; если есть, то дойти до Нор-Зайсана и построить там крепость, в случае же невозможности - разведать: далеко ли оттуда до Яркена; б) произвести следствие по Сибири об управлении кн. Гагарина. В 7-м пункте инструкции (18 и 31 января указ) сказано Лихареву: Его Величеств о приказал по городам Сибирской губернии объявлять письменно или словесно, что Гагарин недобрый человек и уже не бывать ему губернатором. Тогда развязались в Сибири языки у злословия, у злобы, неблагодарности, и едва ли у людей честных. Иной утверждал, что песочное золото была ложь, другой - что Гагарин злоумышлял отделиться от России, потому, верно, что им водворены в Тобольске вызванные оружейники, и началось делание пороха, третий говорил о растрате государевой казны на веселости, и всякий по своему топтал длинную тень человека, далеко сидевшего при закате солнечном. Те, которые унижались из подлости, выпрямляются с дерзостью, так, как бы низость обнадеживалась стоячею постановкою с падением лица высокого. Это не веселит наблюдателя, но так водится. Лихарев производил следствие с майором Тютчевым, а в Иркутск посылал верного и неглупого гвардии капрала Мусина-Пушкина, Летописью похваляемого. Летопись Иркутская еще упоминает, что тамошний воевода Ракитин в 1717 г., по доверенности кн. Гагарина, обобрал за Байкалом из возвратившегося каравана золото, серебро и другие дорогие вещи, и за то потерял голову после суда в Петербурге {Что это за золото? Если упомянутые драгоценности выменены на посланные товары, то подействовавшему торговому уставу 1698 г. надлежало только конфисковать их. Не подарки ли это от Тулишина, обратно проехавшего чрез Тобольск в январе 1715 года? Не дал ли ему кн. Гагарин слова теснить по возможности контайшу? И это подозрение склеивается с ходатайством, какое делал китайский трибунал в листе к Сенату, в защиту подсудимого кн. Гагарина. Я далек от того, чтобы утверждать эту догадку, вероятно, не лучше упомянутых сибирских сплетней, против злополучного правителя. В Сибирском, помнится, Вестнике писано, что богатства кн. Гагарина сложены были в Салдинской слободе, дабы скрыть их от поимки Верхотурской таможни, и что будто бы на счет их выстроена каменная там церковь. Я желал это известие проверить, зная, что по доносу Нестерова о транспорте животов гагаринских, между которыми будто бы находились заповедные и неявленные товары, дано приличное предписание Верхотурской таможне, и не мог дождаться желаемого ответа. Впрочем, в проезд мой видел я Салдинскую церковь, очень тесную, небольшую, и не мог войти в нее за отлучкою трапезника. Постройка ея не могла быть дороже тысячи рублей, в свое время.}.
  
   О Салдинской церкви, по словам академика Лепехина, выстроенной на счет имущества гагаринского. По тонным осведомлениям, мною полученным, жители салдинские и верхотурекие отозвались неведением, на какие деньги выстроена эта церковь. В церковных описях не значится никаких прикладов от имени кн. Гагарина, хотя в них и не пропущено, что 26 января 1715 года приложена безыменным икона Пр. Исайи. Несмотря на видимую безгласность, надобно согласиться с преданием академика, потому что бедному Салдинскому селу негде взять строительного капитала, что академик, любивший говорить с простым народом и давать советы, какими травами пользоваться от болезней, вероятно, наткнулся на старушку или старичка, которому втайне было вверено имущество гагаринское и который, сведав о погибели стяжателя, посвятил имение, в виде безмолвной жертвы на алтарь Иисуса Умилостивителя и Помилователя. Церковь о 3 престолах. Престол Сретения Господня освящен 17 июля 1737 г. Внутренняя длина церкви 8 саж. с 3 1/2 ар., ширина - 5 саж. с аршином, вышина в летней 8, в теплой 2 1/2 саж. Толщина кирпичных стен в 2 ар. без четверти. Вышина колокольни около 13 саж:.
  
   Но прежде, нежели назначен следователь, Сенат, с доносов тобольского обер-фискала Нестерова, под рукою поверенных на месте, имел крепкие доказательства о сибирских злоупотреблениях, так что 11 января в том же году объявил взяточниками и разорителями народа комендантов, майоров, комиссаров, дьяков, определенных губернатором к делам недорослей, которых он вывез до полсотни, и самого губернатора, - того правителя, который впервые простер свой дальновидный луч, как не замедлим увидеть, к берегам Японии и озарял оконечности Усть-Янска, Нижнеколымска, Курильских и Шантарских островов, Удского, Тунки и Нор-Зайсана, который ознаменовал живую ревность к Церкви Христовой при обращении идолопоклонников. Вся слава, как паутина, сдунута, и правосудие в 1721 году изрекло страшный приговор против жизни кн. Гагарина, в урок отдаленных правителей, если только беды одних могут быть уроками для других. История страны, не зная ни подробностей доносов нестеровских, ни пополнений следователя, ни ответов подсудимого, безмолвствует.
   Обратимся к другому поручению Лихарева.
   Лихарев, снабженный провиантом, 8 мая 1720 г. отправился из Тобольска с 440 чел. к Нор-Зайсану, которого берега, тростником обросшие, не представили ему удобного места для крепости. Верхним Иртышом он плыл 12 дней беспрепятственно, потому что калмыки, при самом входе в реку завидев флотилию 34-х лодок, скрылись от берегов, чтоб подать весть 20тысячному полчищу, недалеко стоявшему под рукою наследника Галдан-Церена. Неприятель 1 августа нечаянно открыл ружейную пальбу по судам. Наши выскакали на берег и, выдержав жестокий натиск, вскоре заставили неприятеля отступить и прислать переговорщика. Но Лихарев, полагаясь на 13 полевых пушек и 4 мортиры, помедлил входить в переговоры и шел вверх, разделив флотилию на оба берега, для обоюдного поражения неприятеля. Два дня прошли в перестрелке, убийственной для калмыков, и ход становился затруднительнее, чем далее шли; в военном совете поэтому положено помышлять о возвратном пути и, при первом вызове калмыков к переговору, принять его, что и сбылось на третий день, и соглашенось о перемирии. Калмыки полагали нашествие русских в согласии с маньчжурами; но, когда о бъяснилось, что войны и в уме не было, что хотелось только дойти до истоков Иртыша и сыскать рудокопные места, последовало замирение, а затем взаимные поздравления и подарки. Калмыки провожали флотилию с изъявлениями радости, контайша так был доволен развязкою, что тотчас отпустил сотника Чередова, с 1716 г. им задержанного. Какие припомнить силу отряда Бухгольцева и разность последствия? Лихарев на обратном пути заложил при себе крепость Усть-Каменогорскую и поспешил в Петербург. Года через два, т.е. в 1722 г., явилось на устье Убы укрепление этого имени.
   Вот какими выгодами кончилась Яркенская экспедиция, конечно необдуманная и чувствительные уроны Сибири навлекшая, по неспособности ея начальника. Нельзя не обвинять и кн. Гагарина как изобретателя странной экспедиции, но предмет песочного золота - не выдумка. Сам монарх удостоверился в истине того еще прежде казни кн. Гагарина, когда 18 января 1721 г. приказывает помириться с контайшою и завести торг не только с Чжунгарией, с китайскими городами, Дабою и Селимом, по выговору Трушникова, но и столицею далайламы, не для прибыли, а для разведания о месторождении золота, дабы овладеть тем местом. О Великий, прости истории! Она с благоговением слышит твое слово и не скрепляет его.
   4. В царствование императрицы Анны также смекали посредством казенного каравана доставать из Пекина золото на промене иностранной серебряной монеты, которой и отправлено в 1732г. до 50 пудов. Но, независимо от казенного смекательства, пришло само по себе золотое время, когда серебро на Кяхте лилось, лишь бы давали на промене лошадей, скот и жизненные припасы. Маньчжу-китайцы, теснимые славным Галдан-Цереном, и равно закупщики его хватали, так сказать, из рук друг друга необходимые для содержания войска статьи, и лан китайского серебра обходился не дороже рубля, в продолжение лет четырех. Иркутский вице-губернатор Плещеев в 1735 г. приобрел для казны 15 000 лан и еще надеялся приобресть 50 000. Война двух обогащает третьего, и эту казенную политику хорошо изучила Англия. В апреле 1740 г. заключен на Кяхте временным комиссаром Свиньиным безгласный контракт с бухарцем Мурат-Бичиным о вымене на серебряные ефимки или российские рублевики песочного золота 12 пудов в течение 3-х годов {В условиях контракта стояло, чтобы в золотнике было 8 1/12 чистого золота. По расчету покупки, привоза и передела золотник золота обошелся бы на ефимки по 258 и 243 1/2; прибыл и было бы 20 и 16 6/95 к. Но при вымене на российские рублевики золотник золота, за всеми расходами, обошелся бы в 213 и 211 1/12 коп.; прибыли будет c лишком до 65 копеек. Последний вымен одобрен, и видно потому, что бухарец плохо разумел относительную ценность двух монет.}. Вот сколько утонченных забот, и явных, и тайных, для притяжения серебра, и особенно золота!
   5. К чему бы вдалеке искать золота и серебра, когда за звонкие полосы уральского железа можно было привлекать редкие металлы из соседних государств, когда за военные снаряды, на Урале выделываемые, перестали платить иностранцу золотом или серебром, когда для жалованья солдату доставало домашней меди, когда провиант и мундир его производились на своей земле и своими рукодельнями? Как бы то ни было, обозрим успехи металлических заведений вместе с переменами горного начальства.
   Образование губерний, пока представляло свежую и господствующую идею, увлекло за собою и судьбу горного хозяйства. В июне 1711 г. Приказ Рудных дел упразднен, с передачею сей ветви государственного хозяйства в руки губернаторов. В настоящем году привезено в Москву, до последовавшей еще перемены, 9 п. 33 ф. серебра из Сибирской губернии, с Нерчинских рудников, открытых, по-видимому, в отраслях Донинского кряжа, где, кроме руд гнездовых в известных логовинах, были и жильные, едва ли доступные для искусства Левандиан. Скоро правительство признало, что хозяйству искусственному не свойственно быть в ведении губернаторов, и в июне 1715г. восстановило Приказ Рудный, при котором капитан артиллерии Татищев вместе с Блюером отправлен на Урал для обозрения и распоряжения заводской части.
   6. Выйский медеплавленный рудник, где руда лежала в железняке под видом тонкой земли и лазури, замечателен тем, что Никита Демидов первую вылитую доску, наподобие столовой,1721 г. поднес великому хозяину России. В то же время опознали богатейшую магнитную гору, называемую Высокогорскою, которая знакома была вогулам лет за 20, и в надежде на сию неисчерпаемую толщу заведен в следующем году Нижнетагильский завод, а вслед за ним возникли и другие. Сей завод, как и прежние Уктусский, Невьянский и Алапаевский, стали средоточиями других, в своих относительных пространствах. В январе 1720 г. частные заводы обложены десятиною с своих доходов. На таком же основании дозволено Миссисипской Французской компании разрабатывать руды во всем государстве, дабы посредством искусных иностранцев ознакомить подданных с практическим горным знанием; но на поверку оказалось, что компания только мечтала. В ноябре того же года обращено внимание на гористую Башкирию, с обещанием наград тем из башкиров, которые покажут места руд.
   В 1722 г. генералмайор Геннинг определен для улучшения медных и железных заводов в уездах: Кунгурском, Верхотурском и Тобольском, и правление заводов названо обер-бергамтом, как будто бы с иностранным словом увеличится знание русских. В следующем году государь похваляет Геннинга за построение заводов: Екатеринбургского, Лялинского и Ягушихинского (Ягошихи), также за литье пушек и мортир и за доброе железо с Уктуса, Каменки и Алапаевска, не приказывая делать шпаг и фузей затем, что эти изделия возложены на завод Сестрорецкий. Действительно, Геннинг был хороший заводской управитель, хотя и не имел ни знания, ни догадливости ориктагноста.
   В июне 1725 г. велено от Сената Геннингу: а) содержать заводы приписными слободами, ежегодным капиталом в 20000р. и прибыльными деньгами; б) охранять заводы и слободы от кирги зов и башкиров палисадами, гарнизонными и другими служивыми людьми по сношению с губернатором сибирским. В конце июня приписаны Лялинскому заводу 100 крестьянских дворов, а екатеринбургским предоставлено изворачиваться наймом, хотя иностранцы, каковы Геннинг и после Шемберг, готовы были закабалить крестьян под заводы в наибольшем числе. В июле того же года велено пришлых дворцового или монастырского ведомства поселить в екатеринбургских заводских слободах, и, вероятно, часть из них отделена для Верхисетского завода, в 1726 г. основавшегося. В марте 1727 г. к известному денежному капиталу, производившемуся на содержание екатеринбургских заводов, еще прибавлено 10 000 р. В сентябре возобновлено позволение всякому свободно приискивать и разрабатывать всякие руды и цветные камни во всех сибирских провинциях. В том же году слюда обложена вместо десятины - гривною с рубля. В 1729 г. Суксунский медеплавильный завод начал свое действие, а в 1731 г. открыт исторический Гумешевский рудник, доставивший богатую работу Полевскому заводу. В июне 1732 г. велено определить на сибирские заводы, для навыка горнозаводским делам, 6 дворян, учившихся при Академии наук или при Адмиралтействе. Между тем Геннинг вошел с вопросом: строить ли от казны завод и крепость в Уктусе, если правительство предполагает сибирские заводы отдавать в частное владение компаний? Правительство действительно подалось на мысль о передаче заводов в частные руки, со слов самого Геннинга, как видно из сенатского указа. Он еще утверждал, что надобно отдать заводы со всем недвижимым имением и с приписными крестьянами безденежно, вопреки прежнему мнению, какое он подавал при Петре Великом. Если бы и в самом деле труды и издержки казенные были оплачены доходами, как Геннинг писал, мнение его противоречило бы истинным понятиям хозяйства, потому что большие заведения чередятся не для одного окупа пожертвованных трудов и капиталов, но для образования новых капиталов. Притом с чем сообразно передавать без цены бесценный капитал живых рук, привязанных к заводам? Если не замедлим удостовериться, что заводы казенные давали важную прибыль, очевидно, что мнение Геннинга как чужеземного наемника высказано под чужим диктантом. В это время трое архангельских посадских, Прядуно в с товарищи, открывают в Лапландии, на Медвежьем острове, серебряную руду, из которой и выплавлено в 1733г. до 35 ф. (4) при очевидце, горном чиновнике Цимермане, но впоследствии серебряный прииск, как верховой, сопровождался неприятностями для рудооткрывателей, сперва по-царски награжденных.
   С марта 1734 г. при переводе Геннинга на сестрорецкие заводы, заступает его место на Урале известный Татищев, в чине действительного статского советника, и отменяет излишества в чинах и окладах {Под окладами мастеровых разумелась задельная плата, Геннингом установленная, и Татищев погрешил отменою той платы.}, присвоенных мастерам.
   Ему, в качестве начальника заводов казенных и частных, наказывается: а) жителей Казанской губернии заохочивать к разработке небогатых руд припискою к домне - 150, к молоту - 30 дворов; б) обратить внимание на руды Башкирии, бывшие в виду царя Алексия (как будто бы при Петре Великом не было о том думано), но приняться за дело не иначе, как убеждая самих башкир приискивать также мраморы, агаты, яшмы для украшения дворцов и других зданий; в) строить заводы в Томском и Кузнецком уездах и в Даурии. В том же году Татищев ознакомился с другою магнитною горою Благодатью, которая доныне остается матерью кушвинских и других зависимых домен. С ея вершины, равно с вершины Синюхи Баранчинской {В бытность горного начальника Андрея Федоровича Дерябина прорубалась шахта сквозь гору Благодать для геогностического узнания внутренних ея сокровищ. Я, по старости не надеясь дойти до сего исторического момента, ни сказать о любви, с какою он заботился о высвобождении приписных крестьян, и о замене их непременными работниками, при сочинении проекта Горного Положения, я в настоящую пору по крайней мере удовлетворяюсь воспоминанием, как мы были угощаемы чаем от гостеприимного начальника, на вершинах то Благодати, то Синюхи, в 1810 году.}, видна за 75 верст третья магнитная гора Качканар.
   Дикая темнолесистая панорама обширна, но по причине утомительного единообразия не говорит ни глазу, ни воображению. В 1735 году, в котором основался Кушвинский завод, с донесения Татищева сделалось гласным о рудном богатстве Северного Урала, рассеянном на такой широте, что без тесноты можно будет разместиться 30ти новым заводам. В том же и следующем году загорелись плавильни на двух юговских заводах и при Мотовилихе. Руда пермских заводов, дающая красную медь, залегает гнездами или перемежающимися пластами. Заводы Синячихинский и Нижнесусанский {На Нижнесусанском заводе, да простит читатель эгоизму, я родился в 1767 г. Рассматривая причины своих погрешностей, я иногда покушаюсь спрашивать у себя: не стук ли молотов, от колыбели поражавший мое слышание, оглушил меня надолго для кротких впечатлений самопознания?}, в качестве содействователей Алапаевского, начали разделять ковку чугуна прежде 1736 г., как видно из указа 15 апреля того года.
   В марте 1736 г. сказано Татищеву высылать ежегодно с екатеринбургских заводов по 6000 п. меди на оружейные заводы, а остальную, за переделом в мелкую монету, присылать в брусках на продажу, для составления капитала на заводское содержание. Татищев доносит, что, за переделом меди в кружки мелкой монеты, надеется выплавить 23 421 пуд. В 1737 г. в помощь Кушвинскому заводу учредился Туринский (верхний).
   Если с юговских заводов теперь кинуть линию на Конжаковский Камень, с которого медистая бахрома плавилась в лялинских печах, и отсюда продолжать линию чрез три магнитные и две асбестовые горы до Гумешевского рудника; если опять отбросить ее чрез четвертую магнитную Ревдинскую гору и чрез суксунские плавильни к тем же на р. Юге заводам, то не вся еще площадь будет обхвачена, площадь, на которой работало тогдашнее горное искусство.
   Уже видно из того, что Южный Урал, давно правительством присматриеваемый, оставался, по шаткости окрестных дикарей, под спудом для горного искусства. Статский советник Кирилов, которому дан был наказ, почти в одно время с Татищевым, о металлических заведениях на Южном Урале, действительно в 1735 г. положил основание медеплавиленного завода в 9 вер. от Табынска, но за Башкирским бунтом дело сие не возобновлялось до 1743 года. Поэтому первый шаг, какой сделан к стороне Южного Урала, состоял в установлении двух домен при 3-х сергинских рудниках. В ноябре 1741 г. хозяину их Демидову дозволено выстроить тут и крепость для без опасности, по при меру, как у него сделаны крепости на Ревде и Суксуне. При толь малых успехах горной промышленности в Башкирии нельзя не подивиться, что беглецы сибирских заводов около 1719г. по какому-то чутью основали на р. Сакмаре крепкое убежище, в Сборнике названное городком. В ноябре 1727 г. велено от правительства возвратить их в Екатеринбург, а важного преступника Гореванова, там проживавшего, отослать в Тобольск и место сие занять яицким казакам (5).
   7. Колыванское производство Акинф. Демидова, в 1726 г. начавшееся, перенесено в 1729 г. от подошвы Синей сопки на речку Белую, и для умножения воды сделан спуск из оз. Белого, которое, с своим посредине островком, красит прелестный ландшафт, рисующийся внизу для зрителя, стоящего на вышине Синюхи. В медной руде не было недостатка: металл отправлялся водою на Невьянский завод (где около 1732 г. выковывалось железа до 800 000 пуд.) или переделывался в посуду, на вкус калмыков и киргизов, кочевавших по раздольям гористой живописной пустыни. До нас не дошло сведения ни о пространстве рудных разработок, ни о постепенном развитии горного промысла в предгорьях Алтайских, только видим из Высочайшей резолюции 16 сентября 1741 г., что тогда уже существовал Барнаульский завод и что дозволено Демидову построить при заводе крепость по примеру выстроенных им при уральских заводах. В 1744 г. сей заводчик принужден будет признаться в открытии серебряной руды, и по сему случаю все барнаульское производство, как достояние короны, перейдет в казенное управление.
   При переходе за Байкал остановимся на минуту близ ос. Абинского. В 45 вер. от него, на речке Лугасе, в 1736 г. вынято из Алтайского рудника горным надзирателем Арцыбашевым до 100 000 п. медной руды, содержавшей в центнере от 9 1/2 до 14 ф. металла. На первый раз для производства велено употребить казенных крестьян Красноярского уезда по плакату; но через 10 лет Лугасский завод остановлен {В Сиб. вестн. 1819 года писано, что в 1806 г. еще видны были остатки заводских строений. Бывали и другие заводы в той стороне, именно железоделательные, но заводчики отступались от них по недостатку покупщиков товара железного.}.
   8. От времени до времени внимание к сокровищам Забайкальских кряжей начинало распространяться. Нерчинский комендант, наслышась об Аргунской какой-то яшмовой горе, прислал в 1717г. в Тобольск к губернатору яшмы до 70 пудов. Около 1720 г. плавились немецкими мастерами жесткие железные руды, извлекаемые из гор, между pp. Удою и Хилком лежащих. По недостатку людей для горных работ, равно и хлебопашества, в 1722 г. велено отправить 300 семей сибиряков для поселения на хлебородных землях и отослать на тамошние заводы преступников, помилованных от каторги, ради торжественного восприятия императорского титула. Они-то извлекали свинцово-серебряные руды, сокровенные в ложах вторичного сложения, особенно в известняке, и образующие в нем правильные жилы, ветвящиеся в свинцовом камне или в глыбах вакки. Есть и в порфире бедное содержание руд, но в песчанике и граните тщетно искали богатства рудного. При некоторой недоверчивости к Словарю Щекатова, мы дозволяем себе заимствовать из него несколько слов, кажется бесспорных, именно, что вообще вышина Даурских гор не превышает 100 саж., что северные скаты их отложистее против полуденных, что Адун-Шолон, кладовая бериллов, между рр. Борзою и Ононом простирающаяся на 22 вер., загромождена разбросанными кабанами и представляется в разных живописных видах перспективного обольщения. Она сделалась с 1723г. предметом разработки, и с тех пор каменные бараны удалились с горы.
   Нерчинские заводы, говорят, одолжены порядочным заводским установлением управителю Дамесу, который около 1732 г. переменил печи и горны левандиановского устройства на саксонский образец. В 1737 г. открыт медный Агинский прииск близ р. Онона и Зерентуйский рудник в 1739 году. Дамесу хотелось узнать китайский способ отделять золото от серебра и свинца и на сей конец отправить сына своего в Китай при караване, но, по испытании молодого человека в степени знания, он возвращен к отцу. Удивительно, что при похвале, Дамесу отдаваемой за устройство заводское, выплавка металла не только не увеличилась, но еще уменьшилась. Ибо с 1704 до 1722 г. выплавлено серебра 21 п. 6 ф. 78 з., считая в том числе и 9 п. 33 ф., помянутые в начале главы, а с 1722 по 1740 г. только 13 п. 17 ф. 39 з. Сравнение выплавки, какая окажется впереди, показывает не убожество руд, а незнание горной науки. Дамес был заводской установщик, а не ориктогност.
   В последние годы императрицы Анны хотели было пользоваться в России нерчинским свинцом. Привезенный в Москву свинец, не считая расходов провоза с Чусовой до Коломны, обошелся в 271 к. пуд, тогда как покупаемый при Петербургском порте стоил не дороже 120 к. Поэтому в августе 1738 г. намерение отменено.
   Для очистки можно присовокупить, что в содействие Беринговой экспедиции послан с аргунских заводов комиссар с мастеровыми на Илгу и в округу Якутска для разведки руды железной. В последнем месте на речке Тамге был на время устроен известный Тамгинский завод.
   В сентябре 1736г. горные заводы, вятские, уральские и сибирские, под главным начальством Татищева состоявшие, переданы польскому шамбеляну Шембергу, наименованному генерал-берг-директором, с подчинением ему прежнего начальства. В июне 1737г. дозволено частным заводам отливать на продажу всякие чугунные поделки, кроме воинских. В июле того же года велено брать в казну медь только с тех частных заводов, на которых обходится она хозяевам по 450 к., с платою им из казны по 15 процентов сверх истинной цены. В мае 1738 г. рассматривается в особой комиссии нескольких сановников знакомый вопрос: как выгоднее содержать казенные горные заводы - казною или частною рукою? В том уважении, что казенные уральские заводы находились в выгодном состоянии {В 1732 г. казенные уральские заводы могли давать: а) железа 160 000-200 000 пуд., б) меди с собираемою десятиною - до 25 000 пуд. Железо запродано Шифнеру и Вольфу по 60 к. за пуд, а в пуде меди положим 12р.; след., казенные заводы могли давать доходу от 396 000 до 420 000 р. Расход на заводы 30 000 р. капитальных да 16 000 р. осьмигривенного оклада с крестьян, если бы их было до 20 000; след., весь расход составил бы 46 000 р. Положим расход вдвое более, и тогда чистая прибыль была бы не менее 300 000 р. - капитал весьма важный по состоянию тогдашних государственных доходов.}, следовало бы с первого взгляда отвергнуть не дельный вопрос и без основания возобновленный Шембергом.
   В феврале 1739 г. дана берг-привилегия подданным и иностранцам пользоваться добыванием всяких ископаемых, с определенною в казну платою. Вскоре затем отданы Шембергу и компании гороблагодатские и лапландские заводы с тем, чтобы на последние отрядить для работ нужное число людей из архангельских гарнизонных полков; да не меньше удивительно и то, что Шемберг уволен от предъявления в присутственных местах своих сделок или контрактов по тем заводам. После т оль необыкновенных исключений трудно ли отгадать, кто участвовал с Шембергом в компании? В августе 1740 г. решено раздать прочие уральские и вятские заводы в содержание частных лиц. Одна отрада для сынов отечества, что с переменою трех правлений, быстро следовавших одно за другим, многие заводы достанутся в руки вельмож царствования Елисаветы, хотя отрада сия в смысле хозяйственном далеко не удовлетворительна. Ибо, если посудить, с каким рвением, с каким усилием Великий насаждал эти искусственные заведения и если взглянуть на незрелость русского народа, нимало не поверставшегося с искусством горным, нельзя не сетовать, что заводы, отделившиеся в частное содержание, упали в руки своих работников, по большой части старообрядцев, вопреки указу 4 июня 1724 г. После сего можно ли спрашивать, отчего горное искусство так долго пресмыкалось в жалких навыках и отчего Урал превратился в колонию старообрядцев? Падение искусства и падение православия тут шли рука об руку от торопливой передачи заводов. Опыт подтверждает истинную мысль Петра Великого, чтобы в свое время раздавать заводы в доброе частное хозяйство; но тот же опыт заставляет сомневаться, чтобы так рано настало это время. Укажут на Демидова, отца и преемника, но этим людям не было равных между современными заводчиками.
   В услаждение горечи, какая разлилась на последних страницах с воспоминанием дерзостей Шемберга, история, при всем своем незлобии, хочет заранее примирить читателя с этим автоматом, который, быв выдвинут на сцену сильною рукою, при первом ударе по руке потерял равновесие, пал в начеты, в долги неоплатные и явился не только невежею в деле, но и обманщиком явным. Суд его недалеко, за чертою периода.

ГЛАВА IV

ГРАНИЦА СУХАЯ

1. Измайлов. 2. Граница от Аргуни до Сабинского хребта. 3. Владиславич. 4. Граница приморская. 5. Охотск. 6. Камчатка. 7. Анадырск. 8. Нижнеколымск и Усть-Янск. 9. Экспедиция Камчатская. 10. Экспедиция Чукотская. 11. Штинников. 12. Павлуцкий. 13. Бунт Камчатский. 14. Средоточное правление Северо-востока. 15. Вторая Камчатская экспедиция. 16. Граница Ледовитого моря. 17. Граница от Иртыша к Уралу.

  
   Обозрим подвиги, какие требовались для начертания границы сухой и для изведания приморской. Мы уже видели, что, начиная с устья Оми, до каменистых берегов Иртыша выросло в 6 лет по берегам 6 крепостей инженерной постройки с редутами и

Категория: Книги | Добавил: Armush (26.11.2012)
Просмотров: 330 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа