Главная » Книги

Толстой Лев Николаевич - Лев Николаевич Толстой и Петр Васильевич Веригин. Переписка 1895 - 1910 год..., Страница 3

Толстой Лев Николаевич - Лев Николаевич Толстой и Петр Васильевич Веригин. Переписка 1895 - 1910 годов


1 2 3 4 5 6

шим письмом. Знал я про Вас только по письму, посланному Вами с студентами. Я отвечал на него и еще раз писал Вам длинное письмо, описывая все, что за последнее время произошло с братьями. Письмо это я послал с особенным случаем, но боюсь, что и оно не дошло до Вас.1 Посылаю теперь Вам описание всего того, что до нынешнего числа делалось и делается. Пароход, на котором должны ехать первые расселенные (около 2000 человек), придет за ними в Батум 4 декабря. Когда пойдет второй транспорт, еще неизвестно. Мне очень было радостно читать в Вашем письме Ваше определение Бога в беседе с миссионерами: но больше всего мне было радостно читать Ваше суждение о выселении. Я совершенно того же мнения - именно того, что важно не место, в котором мы живем, и не условия, нас окружающие, а наше внутреннее душевное состояние. Познаете истину, и истина освободит вас, везде, где бы вы ни были. Вы пишете, что Вы почти против переселения, и я также, но Вам, живущему в тяжелом изгнании, можно говорить страдающим людям, что им следует еще страдать и претер­петь до конца, но мне, живущему на свободе и при всех лучших условиях, неудобно говорить людям, которые страдают: страдайте, терпите еще. А жалко и то, что мы (русские) расстаемся с близкими по духу людьми (утешаюсь тем, что везде наши братья), жалко и то, что люди не претерпели до конца и тем не помогли другим людям познать истину, потому что ничто так не свидетельствует об истине, как несомые за нее страдания.
   Очень рад был узнать про Вашу жизнь и про жизнь Якутских сосланных. Будем стараться о том, чтобы жены их присоединились к ним.
   Письмо Ваше к министру внутренних дел едва ли произведет какое-нибудь действие. Но я почти уверен, что когда все переезжающие устроятся в Канаде, выпустят и Якутских.2
   42
   Нынче узнал радостную новость: 300 человек, расселен­ные врозь по деревням, получили разрешение возвратиться и берут паспорта.
   "Фантазия" Ваша едва ли будет напечатана, хотя она и была бы полезна. Я пошлю ее в Посредник.3
   Не взыщите за описание, если найдете его не совсем хорошо составленным. Его составил по английским статьям наш друг (слава Богу, у нас много друзей).4 Прощайте, по-братски целую Вас.

Лев Толстой.

  
   1 Эти письма Толстого неизвестны.
   2 Веригин смог уехать в Канаду в 1902 г., якутские ссыльные - в 1905 г.
   3 "Фантазия" напечатана не была.
   4 Описание было составлено Э. Моодом, английским переводчиком романа "Воскресение, принимавшим живое участие в деле переселения духоборцев.
   43
  
  
   8. Л. Н. Толстой - П. В. Веригину
   Около 20 ноября 1898 г. Ясная Поляна.
  
   Письмо Ваше очень порадовало меня, дорогой брат Васильевич.1 Я писал Вам через известный Вам адрес еще и теперь с сестрами, едущими в вашу сторону.2 Посылаю письмо Хилкова о положении дел в Канаде,3 о положении дел на Кавказе они расскажут Вам.
   Все идет хорошо. Но нельзя достаточно часто повторять всем нам то, что Вы пишете, что не важно место, в котором мы находимся, а важно наше отношение к Богу и людям, верим ли мы, что жизнь в духе, а не в плоти, и готовы ли мы, памятуя это, всякий раз, когда предстоит выбор между духовным и телесным благом, пожертвовать всеми мирскими временными делами для соблюдения своей вечной души. Жить мне по всем вероятиям остается недолго, и многое хочется передать, что кажется мне ясным и важным, а между тем не обдумано людьми. Последнее время меня особенно занимает мысль о том, что большая доля наших несчастий происходит от нашего ложного представления о Боге, а потому и нашего неверия в него. Главное, ложное представление о Боге происходит от усвоенного верования о сотворении мира, о том, что мы знаем, как сотворен мир и кто его сотворил. От этого суеверия происходит ложное представление о Боге, который как человек, то сидит спокойно, то затевает, что ему вздумается, и еще более ложное представление о начале мира и человека, а потому и о конце мира и жизни человеческой. Мы не видим ужасающей нелепости такого представления только потому, что слишком привыкли к нему. В сущности же для всякого человека, свободного от этих нелепых суеверий, вопрос о происхождении и конце мира никогда и не предста­вится. Такой человек видит себя живого в мире и по времени и пространству, не видит ни впереди себя, ни позади конца ни пространству, ни времени и, раз поняв это, заботится только о том, чтобы понять законы мира и, главное, закон своей жизни, по христианскому выражению - волю Отца жизни. Разумный и свободный человек старается только понять и исполнить в этом мире закон своей - так же, как мир, не имеющей ни начала, ни конца, - жизни, исполнить волю Бога, того Бога, которого он признает позади этих Его законов и
   44
   о котором он не может составить себе никакого понятия. Он знает только, что существо, установившее эти законы, есть, но понять это существо и его цели он (человек разумный) и не пытается, понимая, что он, часть ограниченная, никак не может понять целого. Все то, что он может понять, это то, что свойство этого Бога жизни, проявляющегося в его душе, есть любовь, т. е. победа единения над разъединением.
   При еврейско-церковном понимании человек составляет себе понятие о Боге, об Его свойствах, об Его деятельности (творение, искупление и т. п.), а не заботится об Его законах, об Его воле, которую призван исполнять человек и которая указана ему в его сердце, - разумом и любовью. При разумном же, простом понимании жизни, без суеверия творе­ния, человек знает несомненно только закон Бога, Его волю и все силы полагает на уяснение себе его (закона) и сле­дование ему, про Бога же ничего не знает кроме того, что Он есть и дал человеку свой закон для исполнения.
   При первом взгляде и мир и человек начались и потому должны и кончиться, и страшны делаются и смерть и кончина мира; при втором, разумном взгляде - как мир никогда не начинался и никогда не кончится, так никогда не начиналась наша жизнь и никогда не кончится, и потому кончины мира не может быть, а смерть не страшна, потому что есть только более резкая перемена, чем все те, которые совершаются во временной жизни. Нет ни наград, ни наказаний, а есть только то, что и здесь, что свое добро ведет всегда к общему добру, а свое зло ведет к общему злу, и добро радостно, а зло мучительно. Добро это единение - любовь. Зло это разъединение, злоба.
   Что Вы думаете обо всем этом?
   Братски целую Вас.

Л. Толстой.

  
  
   Письмо опубликовано в Т. 71 (С. 500-502) с датой: 5? декабря 1898 г. Дата изменяется: письмо было отправлено с В. Н. Поздняковым и женами духоборцев, ехавшими к мужьям в Якутск, а все они посетили Толстого в Ясной Поляне около 20 ноября. В письме к сыну Сергею Львовичу, точно датируемом 5 декабря 1898 г., Толстой заметил о них: "Они благополучно проехали с Поздняковым недели две тому назад" (Т. 71. С. 499).
  
   1 Толстой отвечает вторично на письмо 6.
   2 Поздняков, сосланный в Якутскую область, не упомянут из конспиративных соображений.
   3 Письмо Д. А Хилкова из Монреаля от 13(25) ноября 1898 г. с подробным рассказом о месте будущего поселения духоборцев. Хилков сообщал также, что Моод собирается в Оттаву для обсуждения всех вопросов с министром внутренних дел.
   45
  
  
   9. П. В. Веригин - Л. Н. Толстому
   1 февраля 1899 г. Обдорск.
  

1го Февр. 99 г. С. Обдорск.

   Уважаемый Лев Николаевич, чрез такое долгое молчание собрался написать Вам хотя несколько строк. Начну прямо с вопроса, которым мысль моя занята в данное время - о переселении закавказских Христиан в Америку. О выселении границу, вообще, у меня не было ранее никаких предполо­жений, хотя еще бывши на родине бывали рассуждения, что если правительство не будет позволять жить нам согласно убеждений, то мы вынуждены будем просить о отпуске нас за границу. Что и произошло на факте. У меня есть большая надежда - если выехавшие наши братья, благополучно переплыв океан, и будут поселены на место, то должны зажить хорошо. Бесспорно, потребуется большая сноровка к новому местоположению. Надо сказать, за это десятилетие, люди нашей общины сильно поколеблены в их основном мировоззре­нии; это представить себе стадо полевых куропаток, в которых делается залпом несколько выстрелов, после того когда часть куропаток остается на месте убитыми, остальные от инсти[н]ктивного сотрясения разлетаются и большою частью в разные стороны. Сбор куропаток возможен, но прийти в нор­мальное состояние этому стаду нужно известное время. Сопоставление людей с куропатками в том только нелогично, что человек не должен терять самообладания, но это свойственно только очень сильным натурам; а в толпе может быть всегда известная погрешность. Я о том и говорю, что наши закавказские братья, претерпев такое основное переустрой­ство жизни, поселившись на новом месте, могут противуречить известному правилу солидарности. Я не говорю о том, что наши, поселившись в Америке, должны подчиняться обязательному какому-либо условному режиму; мое убеждение: как бы не была коммуниальна жизнь какого-либо кружка людей, но прежде всего должна быть полная свобода мышления каждого человека. В коммуниальной жизни сплачивать людей может только материально-жизненный интерес, это само по себе требует необходимой общности.
   Как бы мне хотелось быть в данный момент вместе с выселившимися в Америку. Мне кажется, там на первых же
   46
   порах можно поставить очень правильно сельское хозяйство. Известно, что там добрые люди принимают участие о поселении наших, но правильная постановка очень важна, от которой зависит и последовательная жизнь. Я был бы сторонник такого соглашения: поселки должны обстраиваться как и вообще строятся селы, т. е. дома - смотря по месту положения, долж­ны строиться по линии и, хотя общими мерами и силами, но домики небольшие помещения только на каждую отдельную семью. Помещения же, в которых могут храниться чисто общинного свойства вещи, например хлеб и т. подоб., для хлеба амбар должен быть выстроен особняком. В дальнейшей жизни такие благоустройства как мастерские, маслобойни, мельницы каждым селом могут быть построены общими силами и для общего интереса. Если только земля плодородна, то можно орудия первой сельской необходимости взять от суще­ствующих там заводов в кредит, даже и такие вещи как для установки мельниц, например, турбины современного усовер­шенствования и проч. Это все за несколько лет могло бы обработаться, хотя заходить в "кабалу" само по себе уже неправильно.
   Поселки должны быть не более 50-ти семейств, это важно в интересах удобства обработки полей. Большого села неудоб­ства те, что поля будут отстоять далеко. 50 семейств и то надо считать большим поселком в видах размножения потом­ства. - Но конечно, возможно тогда отселение. - Обучение детей - включительно и девочек, надо считать на первых же порах необходимостью. Грамотность я считаю не­обходимой только ту, чтобы уметь читать и писать, не придавая грамотности положительного воспитательного значе­ния. Хорошо бы достигнуть такой жизни, чтобы грамотность преподавалась отцом ребенка, или старшим братом, сестрой, как преподается в народной жизни штопанье, починка лаптя, вязка бороны, чулок и т. под. Только надо избегать того, чтобы ребенок "профессионально" не сделался сапожником, или девочка чулочницей, как многие люди, сделавшись "про­фессорами грамотности", остаются, в других отделах жизни, совершенными профанами; и находятся, большею частью, в положении "щедринских генералов".
   С сосланными в Якутск братьями я переписываюсь. Обживаться им там может быть и не совсем удобно но все-таки они пишут мне письма веселого характера. Они уже пробовали там сеять хлеб и садить кое-какие овощи, результат урожая вышел удовлетворительный. Только характерна была разделка земли: первое лето у них была одна лошадь, на которой сохой они и пахали, в другую же соху впрягалось 10 человек и тоже пахали! Это я прочел в "Неделе" 51No, перепечатка из какой-то газеты якутского корреспондента.
   47
   Вырезку этой заметки я послал им и просил сообщить, что действительно ли они пахали землю, впрягаясь в соху? Положим, особенного в этом ничего и нет, но все-таки характеризует о их стойкости взгляда по отношению земли, т. е. непосредственно от земли добывать себе "насущный хлеб", при каких бы обстоятельствах не пришлось этого достигать.
   Вам вероятно известно, в Якутске всех наших братьев 73 человека. Посажены они на реке, Нотор. К некоторым поехали жены. О положении сосланных также надо серьезно подумать и я прихожу к ниже следующему заключению: ходатайствовать пред правительством, чтобы нас всех - сосланных - отпустили за границу - я уже послал просьбу Министру Внутренных Дел, которую предлагал представить на усмотрение Императору. Недостаток моих просьб только тот, что они носят оттенок указания, а не положительной просьбы, которая властям вообще нравится. В посланном заявлении, я указывал на то, что "правительство ничего не потеряет, если отпустит за границу и всех разосланных Христиан нашей общины. Оно только избавится вредных ему людей".
   Таково мое основное мнение т. е. выехать нам всем, в Америку к своим братьям (здесь важно то, что некоторых сосланных жены выехали уже за границу в надежде, что мужья их исходатайствуют освобождение), если же правительство положительно не разрешит нам выехать из России, то стараться приспособляться обживаться здесь, стараясь также более или менее поставить сельское хозяйство на правильную почву. Как показало испытание, на Ноторе хлеб может расти, то это уже подает надежду жить сельским хозяйством; тогда и я буду проситься переселить меня в Якутск к братьям. Трое из моих родных братьев поселены отдельно за несколько сот верст ото всех остальных на речке Майе. Их отдельно поселили как главных "буянов"...
   Письмо, которое писалось у Вас в прошлом году бывшими с Закавказья братьями и Вашей припиской, я получил только недавно. Оказывается, ее привозили несколько раз в Обдорск, но по боязни полиции не могли передать мне. Здесь за все время моего жительства люди сильно затращиваются и по словам полицейского, чуть ли не за одну только встречу со мной человек должен пойти в ссылку, не говоря уже о возможности близкого знакомства. Особенно Церковь "горячо" агитирует против сближения людей со мною. Очень часто говорятся проповеди, в которых открыто упоминается моя фамилия. Этим занимается миссионерская Церковь, в которой находится здесь три попа, два из них монахи. Я несколько раз при встрече замечал им - визитацией мы знакомы - что такая открытая нахальная агитация противоречит самой простой деликатности, не говоря уже о положительной вежливости.
   48
   Они отвечают, что: "их вынуждают поступать так текущие обстоятельства" - ? - В прошлом или кажется еще в 97 году по осени, я добился от них согласия права возражения в церкви же, в интересах точности в рекламировании ими народу о характеристике нашей общины, - так как они стараются очернить вообще всю жизнь нашей общины.1 Конечно, этот диспут вышел очень "скандальный", они и до сих пор сожалеют о том, что позволили мне говорить. Здесь было нарушено известное правило церковного устава, второе - им серьезно было пред народом неловко - по этому поводу Церковь была "битком набита" народом, когда я в обстоятельной и краткой речи объяснил о воззрениях нашей общины и стремлении жить по возможности по-христиански, народ в недоумении смотрел на возбужденные физиономии попов. Когда же я заметил, что священство организованной своею церковной обстановкой толь­ко скрывает настоящую истину от народной жизни и следо­вательно народ держится в порабощении, попы совершенно "взбунтовались". Речь моя близилась уже к концу, и диспут прекратился. Слухи были, что Архиерей из Тобольска им делал строгое замечание за такую допущенность.
   С последней почтой получена телеграмма, отец мой 15го Янв. умер. Смерть эта нормальна - отцу уже было слишком за 80 лет. Одежда его довольно поносилась! -
   Несколько слов о моей жизни в данное время: квартиру я занимаю комнату в квадрате 6-тиаршинном, к одной стене установлены столярный верстак и токарный станок, по стене расположены инструменты; на противоположной стене около кровать и вешалка для платья, к кровати вдоль стоит трех­аршинный стол, на одном концу установлена этажерка с кни­гами. На этом столе я обедаю, пью чай и пишу. Комната довольно удобная и светлая, 4 окна и все расположены к солнцу к С.-В. - Желаю Вам, Л. Ник., всего хорошего от Бога, и поклонитесь всем знакомым; здоров слава Богу.

П. Веригин.

   Переписка, кроме чисто родственной, не допущается.
   - Адрес: в Обдорск
   Алексею Никитичу Чупрову.
  
   Толстой получил это письмо лишь в январе 1902 г. (см. письмо 11). В архиве сохранилась сопроводительная записка от 15 ноября 1901 г., подписанная: "Человек, (им был А. И. Степанов), с объяснением, что письмо Веригина все это время ходило между Тобольском и Обдорском, пока не смогло попасть в руки лицу, которое могло его переслать по назначению.
  
   1 См. об этом в письме 6 от 16 августа 1898 г.
   49
  
  
   10. Л.Н.Толстой - П.В.Веригину
   20 января 1901 г. Москва
  

20 января 1901. Москва.

   Дорогой брат Петр Васильевич,
   Пересылаю Вам по желанию Бодянского письмо его к Вам, касающееся Вас и братьев, живущих в Канаде.1 Я совершенно согласен с ним, что если и существует среди духоборов такое дикое суеверие, по которому они приписывают Вашей личности сверхъестественное значение, то даже и в виду пользы, которую можно извлечь из такого суеверия, благотворно влияя на слабых людей, не следует поддерживать его, в чем я вперед уверен, Вы тоже со­вершенно согласны, и что если такое суеверие существует, то оно существует помимо Вашей воли. Не согласен я только с Бодянским в том, что он допускает исключитель­ное по оказываемому ими влиянию некоторых лиц. Я думаю, что это не так, и в христианском обществе все равны и все поучаются друг у друга: старый у молодого, образованный у неученого и умный у недалекого умом, и даже добродетельный у распутного. Все поучаются друг у друга, смотря по тому, через кого в данное время говорит Дух Божий. Особенных людей нет: все грешны и все могут быть святы. Сведения, которые он (Бодянский) сообщает о жизни братьев в Канаде, судя по тому, что я слышу от приехавших оттуда, справедливы, но я думаю, что он слишком строг к ним и что в них не угасает огонь рели­гиозного служения Богу жизнью. Если же когда и затем­няется, то наверное разгорится с новою силою. Прилагаю Вам еще письмо ко мне Пономарева и Потапова, из которого Вы увидите, чем они озабочены.2
   Я очень сожалею о том, что давно не имею от Вас известий. Я писал, но, видно, путь, по которому я писал, не верен. Я и друзья наши помним о Вас, и я, по крайней мере не перестаю пытаться уговорить правительство, что­бы оно отпустило Вас и других сосланных. На днях сделал новую попытку, написав об этом письмо государю.3 И
   50
   не знаю, что из этого выйдет. Думаю, что ничего. Буду пытаться еще. Прощайте, братски приветствую Вас.

Лев Толстой.

   Прилагаю письмо к Вам братьев.
  
   1 А. М. Бодянский (1842-1916), помещик, отказавшийся от земли в пользу крестьян. В 1892 г. за сношения с сектантами был арестован и сослан в Закавказье. Спустя семь лет эмигрировал в Канаду, где жил среди духоборцев. В 1905 г. вернулся в Россию. Письмо Бодянского к Веригину неизвестно.
   2 И. Пономарев и В. Потапов писали Толстому из Канады 31 де­кабря н. ст. 1900 г. о несогласиях с канадским правительством по вопросам о собственности на землю и о регистрации актов гражданского состояния. Толстой ответил им 18 января 1901 г. (Т. 73. С. 17-18), считая первый пункт очень важным, относительно же записи новорож­денных, умерших и вступающих в брак считал возможным согласиться с властями.
   3 Письмо Толстого царю Николаю II от 7 декабря 1900 г. (Т. 72. С. 514-516) с призывом прекратить гонения за веру. Там же содержалась просьба разрешить женам и матерям сосланных в Якутскую область вернуться в Россию.
   51
  
  
   11. Л. Н. Толстой - П. В. Веригину
   17 января 1902 г. Гаспра.
  
   Любезный брат Петр Васильевич, письмо Ваше от февраля 1899 года я получил только теперь. Какой-то неизвестный человек переслал мне его. Вероятно, Вы знаете из других источников о жизни Ваших и моих братьев в Канаде, скажу Вам только вкратце, что, по всем послед­ним сведениям, они живут матерьяльно хорошо и не только не нуждаются более в помощи, но оказывают ее другим. Желательно бы было, чтобы они и духовно также преуспевали. И думаю, что это так и будет, несмотря на то, что с внешней стороны многие из них в настоящее время как бы ослабели: оставили общую жизнь и предались соблазнам. Я думаю, что такое отступление от христианской по внешности жизни не будет им во вред и поведет их вперед к совершенствованию, к которому стре­мится и движется все живущее. Христианская закваска в них так сильна, что, вкусив мирской жизни, они не могут не пожелать возвратиться к христианской. И если они вернутся, то вернутся сознательно, а не по стадному чувству и подчинению авторитету, как это для многих было теперь.
   Еще мне хотелось сказать Вам, что мне очень не нравится их отказ от принятия земли в личную собственность. Такой отказ мог бы иметь смысл, если бы они во всем другом были совершенны. А то в более важном они отступают от требований христианской жизни, а тут вдруг из-за номинального признания собственности земли (они всегда могут, приняв землю в личную собственность, пользоваться ею на начале общинности) они расстраивают свою жизнь. То же и об отказе их о записи браков и рождений. Еще будут вопросы, когда для них придется отстаивать свои христи­анские верования или, скорее, христианскую жизнь, как, например, вопрос войны или суда и тому подобных - тогда пускай постоят всеми силами.
   Давно ничего не знаю про Вас. Пишите мне о себе, Ваших чувствах, мыслях, намерениях. Пишу Вам мало, потому что не надеюсь, чтобы письмо дошло до Вас, и,
   52
   кроме того, что болен уже давно и быстро, думаю, приближаюсь к смерти или, точнее, к переходу в другую форму жизни, и пишу в постели. Пусть это послужит Вам извинением за мой дурной почерк.
   Братски целую Вас.

Брат Ваш Лев Толстой.

   17 янв. 1902 г.
  
   1 См. прим. к письму 9.
   2 Об этом же Толстой писал в обращении "Духоборам, переселившимся в Канаду" в феврале 1900 г. (Т. 72. С. 305-310).
   53
  
  
   12. П. В. Веригин - Л. Н. Толстому
   15 ноября 1902 г. Christchurch.
  

15го Ноября 1902 г. Англия

   Дорогой друг Лев Николаевич!
   Простите, что долго не уведомил Вас о своем путешествии. Шлю Вам душевный привет и прошу передать Софии Анд­реевне и всему Вашему семейству, а также кланяюсь всем, которых я видел у Вас. Дай Бог Вам здоровья и благопо­лучия.1
   Я живу уже слишком неделю у милой семьи Чертковых.2 Прибыл 5го числа. 20го предполагаю выехать в Америку Очень долго пробыл здесь, надо бы скорее ехать к старушке матери. Был в Лондоне на собрании. У меня совсем не было желания, но Владимир Григорович объяснил мне, что необходимо надо показаться английскому обществу. Немного все-таки вышло так, что я иллюстрировал себя как "белого медведя" из России, потому что по-английски не понимаю ни одного слова. Вла­димир Григорьевич прочел довольно хорошо написанный им очерк о Духоборцах вообще и в особенности о последнем движении, стараясь объяснить это движение, исходящее от причин более или менее уважительных, тогда как в печати большою частью очень грубого характера осуждение.
   Публика выслушала внимательно, после предложено было мне несколько вопросов из духоборческих взглядов. Пере­водил Владимир Григорьевич.
   В последнем движении практического смысла - кажется, нет, но Бог даст может кончится все благополучно.
   Из Канады я напишу Вам подробно.
   Желаю Вам всего хорошего от Бога. Здоров.

Петр Веригин.

  
   1 Веригин был в Ясной Поляне 30-31 октября 1902 г. по пути из ссылки в Канаду.
   2 В. Г. Чертков был выслан за границу в 1897 г. "за пропаганду и незаконное вмешательство в дело сектантов". Жил в Англии, издавая запрещенные в России сочинения Толстого. Семья Чертковых смогла вернуться в Россию летом 1907 г.
   3 Речь идет о "движении к паломничеству". См. письмо 13.
   54
  
  
   13. П. В. Веригин - Л. Н. Толстому
   12 января 1903 г. Потерпевшее.
  

12го Янв. 1903 г. Село Потерпевшее.

Льву Николаевичу Толстому

  
   Простите, дорогой Друг Лев Николаевич, что до сих пор не написал Вам подробного письма о своем путешествии. За дорогу конечно, можно бы написать не одно письмо, но я очень не аккуратный корреспондент. Послать телеграммы - переехав границу, при всем желании не мог, боялся остаться где-либо от поезда, а потому почти не выходил из вагона до самого Лондона; где меня встретил с распростертыми объятиями Владимир Григорьевич Чертков. В этой милой семье, как родной, я провел незаметно время две недели. Анна Константиновна хотя больна телом, но бодра и сильна духом. Чертковы работают очень много. Владимир Григорьевич проводил меня до Ливерпуля и усадил на па­роход. Переезд чрез океан был очень бурным. В пристани Сенджона на пароходе всех пассажиров продержали четверо суток, при осмотре медицинской инспекцией, оказался один человек с признаками болезни оспы. В Сенджон прибыли встретить меня три Духоборца и из Оттавы Министр ко­мандировал человека, который предложил, если я иметь буду свободное время, то Министр желает меня видеть в Оттаве. Я дал согласие и виделся. О деле поселения Духо­борцев я отклонил разговор, предупредив Министра, что я пока как гость в Канаде. Министр любезно обошелся со мной. Через три дня я был уже в Духоборцах. Вы можете судить добрейший Лев Николаевич, как душа моя была переполнена восторгом радостных чувств при въезде в первое село Духоборцев - это было село "Благодарное". Второе село было где живет моя мать, которую я застал очень бодрой и по летам довольно здоровой.
   Перехожу к более важному вопросу из жизни Духобор­цев - их последнего движения к паломничеству. Место сего письма и время не позволяют мне объяснить подробно свое мнение о этом движении - или, вернее, о истинном значении
   55
   этого совершившегося факта. В основе легли три смешанны чувства, побудивших оставить местожительство 1500 человек Духоборцев и двинувшихся в путь почти без определенного направления. - Агенты как со стороны канадского Прави­тельства, а равно и со стороны Духоборцев все люди, которые принимают участие в освобождении из тяжелого положения Духоборцев, начиная с Кавказа и до последних дней, - не выяснили точно и подробно как политических так земель­но-экономических обязательств Духоборцев - если бы они остановились жить в Канаде. Это неясное состояние затя­гивало приемку земли и привело к тому, что в среде Ду­хоборцев возникло мнение, что порядки правительственные суровы, и часть Духоборцев решила оставить предлагаемую им землю. Говоря: "мы пойдем искать истину", то есть более человечных отношений Правительства к поселенцам. Другие - из трех "чувств" данной группы, говорили, что климат в Канаде холоден и они как вегетарианцы не могут ужиться при таком климате; пойдем найдем более мягкий климат. Третьи говорили: "Земля здесь плодородна и климат если и холоден, но зато очень здоровый, оставаясь жить мы будем благоденствовать, но там в мире - в человечестве всего земного шара много бедствует людей, наших братьев и сестер, мы пойдем и скажем всем по пути, чтобы люди оставили курить табак, пить водку, иметь ссоры, прекращать военные организации и не угнетать сильно людей, своих братьев, например, находящихся в рудниках и других общественных работах". Это объяснение дали мне в буквальном значении люди, принадлежащие к третьей группе "из трех чувств", так называемые "проповедники учения Христа".
   Мое личное впечатление о всех 1500 человек, насколько я их видел, люди эти выглядят очень степенными и разум­ными, не исключая женщин и девушек, многие из которых говорят мне, что они решили не выходить замуж, а жить работая духовно в пользу Христа, то есть в уравнении прав человека в общежитии.
   Вот все пока, что я знаю из этого движения. Вы как глубокий психолог, Лев Николаевич, можете сами разби­раться в таком явлении, в общем и в частности, явлении в среде Духоборцев. Еще добавлю свое мнение, я не могу выделять это движение от общечеловеческого наболевшего вопроса неравномерной жизни.
   Из Менидоса, в 130 миль от Духоборческих поселений, всей партии предложено правительством вернуться обратно. Все Духоборцы с полисменами держали себя очень кротко и насилий не было. Сейчас живут по своим домам, пищи вдоволь, со дня моего приезда правительственное пособие отклонено.
   56
   Я сравниваю это движение с поступком Авраама в при­несении сына в жертву Богу, и когда Авраам занес нож, чтобы заколоть человека, Ангел Господень остановил руку - или скорее, Авраам сам пришел в сознание, что резать сына не надо, и сказал Бог: возьми сына своего, пойди домой и живи славя Бога.1 Свое мнение я высказал почти всем Духоборцам, которые ходили, оставив все житье-бытье, и говорю: чувства Ваши самопожертвования для общего блага человеческой жизни законны и дороги, но детей не надо держать в холоде и голоде, а пока остаться со всеми братьями и воспитать их. Семейные видят в таком объяснении тоже откровение Божие.
   Целую Вас и прошу Бога о Вашем семейном благополу­чии.

П. Веригин.

   Прием земли скоро будет обсуждаться на съезде.
  
   1 Легенда об Аврааме находится в Библии: Бытие, XXII, 12-17.
   57
  
  
   14. Л. Н. Толстой - П. В. Веригину
   9-13? февраля 1903 г. Ясная Поляна.
  
   Дорогой Петр Васильевич,
   Долго не отвечал Вам, потому что все хвораю. Равномерно приближаюсь к смерти и озабочен тем, чтобы оставшиеся дни жизни не были проведены дурно и не остались без пользы для людей. В этом великая польза старости и болезни, сторицею выкупающая невыгоды болезни и старости.
   То, что Вы пишете мне про духоборов и Ваше объяснение бывшего движения, мне кажется совершенно справедливым. Помоги Вам Бог, дорогой друг, в том ответственном поло­жении Вашего большого влияния на людей не согрешить против них, дав им ложное направление.
   Мой совет, который обдуман перед Богом, и даю Вам, любя Вас и братьев духоборов, в том, чтобы Вам лично как можно больше устранять себя, не высказывал своего мнения о решаемых вопросах и ту или другую сторону, а внушать братьям только одно, чтобы они поступали так, как этого хочет Бог от своих сынов, и, главное, не нарушали бы любовь между собою во имя такого или иного понимания воли Бога. Воля Бога для всех одна: любить Его и друг друга, а чтобы быть в состоянии любить Его и друг друга надо отрекаться от себя и во всем уступать друг другу. Самое страшное зло - это вражда людей, возникающая из различного понимания обязанностей человека по отношению к Богу. Вот против этого советую Вам употребить все Ваше влияние.
   Только бы те, которые считают, что не надо пользоваться трудом животных, так же как и те, которые живут оседло земледелием, считали бы возможным любовь и единение между собою, несмотря на различие взглядов, любили бы и помогали чужим, так же, как и своим, и эту любовь ставили бы выше всех соображений, и тогда все было бы хорошо, и совершилось бы так или иначе и единение во взглядах.
   Коротко сказать: чем больше я живу, чем ближе подхожу к концу, тем для меня очевиднее, что только единое на потребу: установление царства Божия, которое достигается
   58
   любовью людей друг к другу. Любовь же не приходит сама собой, а надо делать усилие, то самое усилие, которым берется царство Божие, для того чтобы вызвать ее в себе.
   Думаю, что Вы все это знаете и чувствуете и действуете в этом духе, и радуюсь этому.
   Спасибо, что написали мне, пожалуйста, пишите еще и, если можно, сообщите подробности о том, как живут раз­личные поселения из духоборов и есть ли между ними согласие.
   Простите, дай Бог Вам и всем братьям духоборам высшего блага в мире - единения и любви между собою.

Любящий Вас Лев Толстой.

  
   Написано рукой дочери Толстого М. Л. Оболенской. Подпись собственноручная.
   59
  
  
   15. Л. Н. Толстой - П. В. Веригину
   24 октября / 6 ноября 1903 г. Ясная Поляна.
  
   Дорогой Петр Васильевич,
   Ко мне вчера приехал выпущенный из Якутской области старичок Алексей Александрович Фофанов. Как Вы знаете, он, Новокшонов и Щербаков приехали на Кавказ и гото­вились уехать в Канаду, чтобы соединиться с своими семьями. Но кроме того, что им не дали заграничных паспортов, с ними случилось несчастье, о котором Вам пишет сам Фофанов: у них украли все их деньги, так что они лишены теперь всякой возможности добраться до Канады. Я хода­тайствую о том, чтобы им выдали заграничные паспорты, и надеюсь успеть в этом. Но во всяком случае им необходимы, вследствие их несчастья, деньги. Если община захочет дать эти деньги и в том размере, который бы был достаточен для их жизни и переезда, то вышлите эти деньги на мое имя или для выгоды времени телеграммой известите меня, сколько Вы их высылаете, и я уже позабочусь о том, чтобы доставить эти деньги старичкам.
   Очень рад был получить известие, что жизнь Ваша и ваших и наших братьев сложилась и складывается все лучше и лучше, все ближе и ближе к заветам Христа.
   Пишу Вам не своей рукой, потому что чувствую себя нынче не совсем хорошо. Здоровье же мое вообще таково, каким оно должно быть в человеке, быстро приближающемся к перемене формы жизни. Буду рад, если напишете мне. Прощайте, братски приветствую.

Любящий Вас Лев Толстой.

   6 ноября 1903.
  
   Написано рукой Ю. И. Игумновой, художницы, подруги Т. Л. Тол­стой. Она жила несколько лет в Ясной Полине, помогая в разборке корреспонденции и переписке рукописей. Подпись собственноручная. При­писку сделал А. А. Фофанов.
   60
  
  
   16. П. В. Веригин - Л. Н. Толстому
   1 декабря 1903 г. Отрадное.
  
   Добрый Лев Николаевич!
   Душевно благодарю Вас за уведомление о Вашем благо­получии. Спаси Вас Господи. Шлю сердечный привет всему Вашему семейству с пожеланием всего хорошего от Бога.
   Письмо Ваше, с припиской от Алеши Фофанова, я по­лучил, и сейчас же спешу послать двести долларов, прошу Вас, пожалуйста вручите эти деньги старичкам, которые обратились к Вам с просьбой. Адресуйте на имя Василия Щербакова.
   Такая сравнительно небольшая сумма посылается нами для содержания Фофанова, Щербакова и Новокшонова, пока на месте где бы они ни жили. Если будут иметь возможность переезжать в Канаду, то можно будет еще помочь.
   Как много Вы трудитесь! Добрейший Лев Николаевич, где бы совсем может не надо обратить внимание, а Вы все тратите свои угасающие телесные силы. Еще счастлив тот человек, которого Душа и Разум не оставляют его бренного тела и ему возможней бороться с окружающими обстоятель­ствами.
   Никак не соберусь дать Вам отчет о себе и окружающей среде, за время проведенное мною с переездом в Канаду. Большая причина, чтобы не обременять Ваше внимание.
   О устройстве Духоборцев, их общинной жизни здесь, не могу сказать, чтобы она складывалась "все лучше и лучше", как Вы говорите, но насколько возможно человеку - и в особенности людям-толпе, воспринимать хорошие качества, община устраивается хорошо, слава Богу.
   В кратком письме не могу говорить за и против общинной жизни людей, только здесь в Канаде Духоборцы встретили много уважительных причин, чтобы по возможности соеди­ниться в общинную жизнь. Средств и сельскохозяйственного инвентаря большой недостаток, и земля по канадским правилам - может быть довольно усовершенствованным для человеческой жизни, пайгомстед очень неравна, чтобы возделывать особняком. Сейчас же - за это лето, благодаря совместного труда возделывать землю, Духоборцами вспахано
   61
   и приготовлено под весенний посев слишком 10 000 акров земли. Впрочем, подкуплено за время моего приезда около 400 рабочих лошадей. Приобретено - как крупные вещи, имеющие серьезное значение, восемь паровых молотилок, паровики 6 восемнадцатисильные передвигаются лошадьми, два 20-тисильные самоходы. Урожай хлеба и овощей был довольно хороший и эти 8 молотилок управились с молотьбой очень поспешно. Теперь, шесть паровиков поставлены по участкам на мельницы, размалывают зерно и толкут лен для масла, два самохода пошли и будут установлены в лесу пилить тес. Весною предполагаем работать, паровой же си­лой, кирпич и черепицу. Канадцы начинают приходить в серьезное недоумение: то Духоборцы ходят нагишом, желая оставить совершенно физический труд, то приобретают самые усовершенствованные сельскохозяйственные орудия и начи­нают очень осмысленно работать, защищая пред торгашами средства своего труда. К полезным приобретениям можно отнести слишком сто жней-хлебокосилок, которые работают очень чисто и скоро. Сейчас, на каждое 40-семейное село имеется девять пар рабочих лошадей, по пятнадцати коров, есть немного и овец, все лето мы подкупали вещи. По количеству лошадей приобретены: повозки, сани, плуги, бо­роны и т. под. Куплены хорошие племенные лошади и думаем завести на месте аклиматизированных лошадей, и по дороговизне покупать очень невыгодно
   Нами готовится подробный отчет о хозяйственной жизни за это лето, может и Вам пришлем, может интересно будет знать хоть молодым людям, близким к Вам.
   Относительно якутских братьев о их переселении в Ка­наду - если им будет разрешено, у меня составляется такой план, чтобы иметь кассу денежную в Якутске и которые будут выезжать пользовались бы на дорогу, другую иметь контору - денежную в Москве или Батуме, попав туда путешественник, заручившись дорожными средствами, мог бы следовать дальше. Об этом ото всей нашей общины послано извещение в Якутск и недавно послано 500 дол. для поддержки - на месте - стариков подобно Фофанова, Щербакова и Новокшонова, и больных. Община - письмом предупреждала: на случай надобности, требовать телеграммой и мы всегда готовы и обязаны будем посылать им деньги, но только чтобы требования они присылали ото всех со­сланных. Этим летом мною собраны имена всех находящихся в Сибири и представлены английскому Правительству ко­торое обещается пойти с представлением к русской власти о освобождении из Якутска - здесь даже берегется земля на это количество людей. А если наши братья в Якутске не имеют терпения, этому

Категория: Книги | Добавил: Armush (26.11.2012)
Просмотров: 491 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа