Главная » Книги

Забелин Иван Егорович - История города Москвы, Страница 6

Забелин Иван Егорович - История города Москвы



ъ обновленъ и населенъ въ течен³и одного слѣдующаго года.
   Спустя семъ лѣтъ, въ годъ кончины вел. князя (1389), онъ снова былъ опустошенъ домашнимъ врагомъ, обычнымъ пожаромъ. ²юля 21 загорѣлась церковь св. Аѳанас³я (впослѣдств³и Кирилловское подворье) и мало не весъ городъ Кремль погорѣлъ, едва угасили. Потомъ, почти ровно черезъ годъ (1390), 22 ³юня на посадѣ загорѣлся дворъ армянина Аврама и отъ него нѣколико тысячъ дворовъ погорѣло. Спустя 5 лѣтъ въ 1395 г. посадъ снова былъ опустошенъ пожаромъ и опять нѣколико тысячъ дворовъ сгорѣло. Упомянемъ кстати, что въ 1415 г. такимъ же образомъ "Москва выгорѣ", какъ записалъ объ этомъ Новгородск³й лѣтописецъ (Новг. 1-я, стр. 105).
   Такова была притягательная сила Москвы-народа къ своему каменному гнѣзду, къ Москвѣ-городу. Черезъ 8 лѣть послѣ Татарщины, какъ Москвичи прозывали нашеств³е Тохтамыша, около города тѣснятся уже тысячи дворовъ, которые по обычаю горятъ и затѣмъ снова возстаютъ тѣми же тысячами. Вмѣстѣ съ тѣмъ Москва-народъ выносила и тяжелую дань по случаю полнаго опустошен³я отъ Тохтамышева нашеств³я Великокняжеской казны. Весною 1384 г. была дань тяжела по всему княжен³ю, всякому безъ отдатка, со всякой деревни по полтинѣ. Тогда же и златомъ (т.-е. драгоцѣнными вещами) давали въ Орду, и Черный Боръ у Новгорода былъ взятъ. Именемъ деревни въ то время обозначался одинъ дворъ или много два-три двора, составлявшихъ крестьянскую селитьбу среди лѣсовъ и полей.
   Къ тому же въ это время въ Ордѣ происходила тяжба о Великомъ Княжен³и между Тверскимъ княземъ Михаиломъ Ал. и Московскимъ Дмитр³емъ, который вмѣсто себя послалъ въ Орду 12-лѣтняго сына Васил³я Дмитр. Москва перетянула, конечно, усердною и умною работою своего боярства.
   Так³я отношен³я къ Ордѣ и къ враждебнымъ большимъ Княжествамъ, Тверскому, Рязанскому и даже къ Суздальскому, не давали городу Москвѣ никакой возможности устроиться соотвѣтственно пр³обрѣтенной силѣ и политическому значен³ю.
   Надо было еще почти цѣлому столѣт³ю пройти въ бѣдственныхъ испытан³яхъ этой силы, въ закаливан³и ея твердости и несокрушимости.
   Неизобразимые ужасы Тохтамышева нашеств³я надолго оставили свои страшные слѣды въ томъ безграничномъ трусливомъ опасен³и, съ какимъ потомъ Москва встрѣчала каждый Татарск³й набѣгъ.
   Въ 1395 г., какъ упомянуто, въ Московскомъ посадѣ снова погорѣло нѣколико тысячъ дворовъ и въ то же лѣто снова надвинулась новая Татарская гроза. Пришелъ на Русскую Землю знаменитый Темиръ-Аксакъ (Тамерланъ), завоеватель почти всего магометанскаго и христ³анскаго Востока, о чемъ слава разносилась повсюду и была принесена торговыми людьми и въ далекую Москву.
   Онъ уже стоялъ гдѣ-то на Дону въ предѣлахъ Рязанской стороны и взялъ городъ Елецъ. "И бысть страхъ по всей Землѣ Русской!"
   Однако вел. кн. Васил³й Дмитр. порѣшилъ встрѣтить его и, собравъ во множествѣ ратныхъ, двинулся къ Коломиѣ на берегь Оки съ намѣрен³емъ дать врагу должный отпоръ по примѣру своего отца, достославно встрѣтившаго Мамая.
   Но въ виду громкой побѣдительной славы Темира положенiе являлось вполнѣ отчаяннымъ. Предвидѣлось бѣдств³е неизобразимое и оставалась одна надежда на милосерд³е Бож³е. Какъ и въ Тохтамышево нашеств³е въ Москву собралось множество народа подъ защиту ея каменныхъ стѣнъ.
   Городъ готовился сидѣть въ осадѣ и каждый день приходили вѣсти одна грознѣе другой, что похваляется супостатъ идти къ Москвѣ, поплѣнить, пожечь, разорить ее. Живо помнилось Тохтамышево разорен³е. Но теперь и митрополитъ, тотъ же Кипр³анъ, оставался въ городѣ, въ осадѣ, и принималъ святительск³я мѣры для спасен³я: заповѣдалъ всѣмъ людямъ поститься, молебны пѣть, милостыню творить, готовиться встрѣтить гнѣвъ Бож³й въ душевной и тѣлесной чистотѣ.
   Богомольные и благочестивые помыслы осѣнили и воинство вел. князя на Окѣ. Вспоминали великую помощь издревле Крѣпкой Заступницы стольнаго города Владим³ра и всей Суздальской, а нынѣ уже Московской Земли, Владим³рской иконы Богоматери, и въ зтихъ помыслахъ вел. князь прислалъ митрополиту сказать свое богомольное рѣшен³е, что было бы святымъ дѣломъ принести изъ Владимiра чудотворную икону для спасен³я новаго Владим³рскаго же стольнаго города Москвы.
   По общему совѣту съ братьями вел. князя, митрополить благословилъ это дѣло и отправилъ во Владим³ръ за иконою особое священническое посольство.
   Въ самый день Успен³я Богородицы городъ Владим³ръ далеко проводилъ икону съ великими слезами и рыдан³ями, лишаясь святого "утѣшен³я и заступления и скорыя помощи и надежи".
   А городъ Москва, весь городъ, все множество безчисленное народа, съ радостными слезами встрѣтилъ икону 26 августа далеко на Кучковѣ полѣ, возсылая усердныя мольбы, да будетъ Владычица Богородица теплою Заступницею и скорою Помощницею и Покровомъ городу Москвѣ.
   Тамерланъ слишкомъ двѣ недѣли стоялъ на своемъ мѣстѣ, не подаваясь "ни сѣмо, ни онамо", ни туда, ни сюда, и потомъ вдругъ побѣжалъ безъ оглядки назадъ въ свои степи, именно въ тотъ самый день и въ тотъ часъ, когда въ Москвѣ происходила торжественная встрѣча чудотворной Владим³рской иконы, о чемъ свидѣтельствовали нѣкоторые вѣстники, находивш³еся въ его станѣ.
   Въ Москвѣ стали потомъ разсказывать, что въ тотъ день онъ видѣлъ страшный сонъ - гору высокую, а съ горы идутъ къ нему святители съ златыми жезлами въ рукахъ, претяще ему зѣло, и тутъ же внезапно онъ видитъ на воздухѣ жену въ багряныхъ ризахъ со множествомъ воинства "претяще ему лютѣ". Проснувшись въ ужасѣ, онъ тотчасъ повелѣлъ всей своей силѣ немедля возвращаться домой, откуда приходилъ.
   Съ той поры чудотворная икона, поставленная въ Успенскомъ соборѣ въ среду мѣстныхъ иконъ на десной сторонѣ отъ св. дверей царскихъ, стала историческимъ знамен³емъ Москвы, какъ она была такимъ же святымъ знаменемъ и стараго стольнаго города Владим³ра. Ея перенесен³е въ полнотѣ выразило въ религ³озномъ движенiи всенароднаго сознания ту истину, что отнынѣ Москва становится стольнымъ городомъ не одного Московскаго Княжества, но стольнымъ городомъ и всѣхъ другихъ Княжествъ, стольнымъ городомъ всей Русской Земли.
   Чудотворная икона своимъ переселен³емъ въ Москву освятила политическую твердыню города.
   Отъ Тохтамыша до пришеств³я Тамерлана прошло ровно 13 лѣтъ (1382-1395) и вотъ опять еще ровно черезъ 13 лѣтъ отъ прихода Тамерлана по повелѣн³ю царя Булата подъ Москвою явился въ 1408 г. новый Татаринъ, Едигей, со множествомъ войска, съ Ордынскими царевичами и прочими князьями. Это было въ зимнюю пору, 1 декабря, какъ случилось и первоначальное Батыево нашеств³е. Москва не ожидала такой зимней грозы. Татаринъ устроилъ свой станъ въ селѣ Коломенскомъ и распустилъ полки на грабежъ по всѣмъ городамъ Московскаго Княжества, приказавъ и Тверскому князю идти къ Москвѣ "съ пушками, тюфяками, самострѣлами, со всѣми сосудами градобойными", чтобы до основан³я разбить и разорить городъ Москву. Однако Тверской князь, соблюдая договоры съ Московскимъ, по отзыву лѣтописца, сотворилъ премудро, вышелъ съ малою дружиною да отъ Клина и воротился назадъ, угождая и нашимъ и вашимъ, и Москвѣ и Едигею.
   Почти всѣ обстоятельства повторились, какъ было въ приходъ Тохтамыша. Вел. князь, услыхавъ объ опасности, ушелъ къ Костромѣ собирать ратныхъ. Въ осаду сѣлъ Храбрый Владим³ръ Андреевичъ съ племянниками, а съ нимъ многое множество тмочисленно сбѣжавшагося со всѣхъ сторонъ народа, "ради твердости града", ради каменныхъ его стѣнъ. Опять былъ выжженъ посадъ вокругъ города самими посадскими. Хорошо помня Тохтамышевъ разгромъ, всѣ были въ великомъ страхѣ и отчаян³и и попрежнему, надѣясь только на милосерд³е Бож³е, молились и постились. А Едигей собирался и зимовать подъ городомъ, пока не возьметъ и не разорить его. Готовя свирѣпую осаду, ожидая Тверской помощи, Едигей пока не приступалъ къ городу, а стоялъ все время въ Коломенскомъ, цѣлыя три недѣли. Но милосерд³емъ божiимъ и молитвами Чуд. Петра грозныя обстоятельства перемѣнились. Въ то самое время въ самой Ордѣ настала усобица и по повелѣн³ю царя Едигей долженъ былъ немедленно возвратиться съ полками въ Орду. Тая отъ осажденныхъ это обстоятельство, Едигей запросилъ у нихъ, что если дадутъ ему окупъ, тогда онъ и уйдетъ отъ города. Для осажденныхъ это было Бож³е помилован³е. Они собрали казну и отдали Татарину, вѣроятно по его запросу, 3000 р.
   20 декабря, на память преставлен³я св. Чуд. Петра, Едигей. стоявши подъ городомъ цѣлый мѣсяцъ, ушелъ со всѣми своими силами, везя за собою награбленное добро и ведя плѣнныхъ тысячами. Жалостно было видѣтъ, говоритъ лѣтописецъ, и достойно многихъ слезъ, какъ одинъ Татаринъ велъ по 40 человѣкъ плѣнныхъ, крѣпко привязанпыхъ гуськомъ другъ къ другу.
   Но еще жалостнѣе было разгадывать, какъ это нашеств³е по всѣмъ видимостямъ было устроено крамолою Московскаго боярства противъ вел. князя, т.-е. противъ коренной Московской идеи тѣснаго государственнаго единен³я. Московская область по этой крамолѣ была опустошена Едигеевыми полками отъ Рязанскихъ предѣловъ до Галича и Бѣлоозера, "бысть тогда во всей Русской Землѣ всѣмъ христ³аномъ туга велика и плачъ неутѣшимъ и рыдан³е и кричан³е, вся бо Земля плѣнена бысть"...
   Какъ упомянуто, Едигей ушелъ оть города 20 декабря, наканунѣ празднован³я св. Петру митрополиту въ память его преставлен³я. Благочистивые москвичи не могли не видѣть этой особенной благодати Бож³ей, избавившей ихъ отъ конечной бѣды именно молитвами Святого Чудотворца, еще при жизни своей превозлюбившаго Москву паче всѣхъ другихъ городовъ и съ того времени во всѣхъ Московскихъ дѣлахъ и бѣдств³яхъ подававшаго городу молебное заступлен³е и охранен³е. Въ Московской истор³и не мало было случаевъ, гдѣ чудесная таинственная помощь святителя Петра съ очевидностью подтверждала и укрѣпляла эту искреннюю вѣру Московскаго народа.
   Какъ велик³й Христовъ мученикъ Димитр³й, замѣчаеть лѣтописецъ, избавлялъ многажды градъ свой Солунь отъ нашеств³я Срацинъ, такъ и сему граду Москвѣ и людямъ, въ немъ живущимъ, далъ Богъ Чуднаго Святителя, могущаго заступати и спасати отъ преходящихъ золъ.
   Едигей съ дороги прислалъ великому князю письмо-замѣчательнѣйш³й памятникъ, ярко рисующ³й тогдашн³я внутренн³я дѣла Москвы, именно отношен³я прежде столько славнаго Московскаго боярства, всегда единодушнаго, а теперь раздѣлившагося въ своихъ интересахъ на двѣ стороны, по той причинѣ, что стала дѣлиться на части и Великокняжеская семья. Старые бояре негодовали на молодыхъ любимцевъ вел. князя, занявшихъ передовыя мѣста на его лавкахъ.
   Татаринъ съ большимъ выговоромъ писалъ, что въ Москвѣ теперь дѣлается не такъ, какъ было прежде. "Спросилъ бы ты объ этомъ, писалъ онъ вел. князю, своихъ старыхъ бояръ, какое добро Ордѣ было при нихъ. Добрые были нравы, и добрыя дѣла, и добрая дума была къ Ордѣ. А нынче ты старыхъ не слушаешь. Съ молодыми засѣлъ и изъ ихъ думы, изъ ихъ совѣта и изъ ихъ слова не выступаешь. Вотъ уже трет³й царь сидитъ въ Ордѣ на царствѣ, а ты ни къ которому не бывалъ, ни сына, ни брата, ни старѣйшихъ бояръ не присылалъ. Доброе ли дѣло ты такъ дѣлаешь? Надъ такимъ улусомъ старѣйш³й ты Велик³й Князь, а всѣ дѣла твои не добры. Впередъ того не дѣлай. Собралъ бы ты старѣйшихъ бояръ и старцевъ Земскихъ и думалъ бы съ ними добрую думу о старой пошлинѣ, чтобы твоимъ крестьянамъ въ твоей державѣ не погибнуть до конца".
   При этомъ Едигей наименовалъ нѣкоторыхъ бояръ, кого слѣдовало слушаться и которые по всему вѣроят³ю заявляли въ Ордѣ свои жалобы на новые порядки. Это были бояре Илья Ивановичъ, Петръ Константиновичъ, Иванъ Никитичъ.
   Здѣсь скрывался уже зародышъ будущихъ смуть и усобицъ, выпадавшихъ на долю несчастнаго сына Вас. Дм., Василья Васильевича Темнаго, противъ котораго и дѣйствовали нѣкоторые изъ упомянутыхъ Едигеемъ бояръ.
   Началась и въ Москвѣ, какъ бывало въ К³евѣ, домашняя усобица дяди съ племянникомъ, а потомъ племянника съ двоюродными братьями. Началась она въ тотъ же день, какъ померъ вел. князь Васил³й Дмитр³евичъ, и продолжалась съ мирными перерывами, съ переходомъ побѣды или поражен³я то на ту, то на другую сторону, въ течен³и цѣлыхъ 27 лѣтъ (1425-1452). Въ то же время и татары не спали и внезапными набѣгами на Москву грозно напоминали свое разбойное владычество.
   Во время этой усобицы, въ 1439 году, въ пятницу, 3 ³юля, внезапно пришелъ къ Москвѣ Ордынск³й царь Махметъ. Гонимый отъ Орды своимъ братомъ, онъ пришелъ на Русь и поселился въ Бѣлевѣ. Вел. князь выслаль на него большую рать, предводимую двумя Юрьевичами. Рать сначала одолѣла Татаръ, а потомъ была побита. Мстя такую встрѣчу, Махметъ появился у стѣнъ города. Вел. князь не успѣлъ собрать войско и удалился на Волгу, а въ городѣ въ осаду посадилъ князя Юрья Патрикѣевича съ безчисленнымъ множествомъ народа. Царь пожегъ посады, стоялъ подъ городомъ 10 дней, взять его не могъ и ушелъ домой, опустошивъ по пути Коломну.
   Въ 1445 г. тотъ же Махметъ, теперь царь Казанск³й, съ двумя сыновьями, побуждаемый Дм. Шемякою, сталъ опять воевать изъ Нижняго къ Мурому. Вел. князь вышелъ противъ него. Услыхавши объ этомъ, царь воротился въ Нижн³й, но потомъ выслалъ на вел. князя своихъ двухъ сыновей. Вел. князь снова долженъ былъ идти въ походъ на этотъ разъ съ малымъ числомъ войска, вслѣдств³е чего и случился несчастный бой подъ Суздалемъ, у Ефимьева монастыря, на которомъ самъ вел. князь попался въ плѣнъ, потому что бился добрѣ мужественно, весь былъ израненъ. Это случилось въ среду 7 ³юля. Татары привели его въ монастырь, сняли съ него кресты-тѣльники и послали ихъ въ Москву къ матери вел. князя, Софьѣ, и къ его женѣ, Марьѣ.
   Татаринъ Ачисанъ привезъ эти кресты; плачъ велик³и и многое рыдан³е разнеслось по всему городу. Въ страхѣ Москвичи сѣли въ осаду, ожидая и къ Москвѣ скораго прихода Татаръ. Попрежнему въ городъ собралось множество и изъ другихъ городовъ, кого только застала здѣсь недобрая вѣсть.
   Къ этому несчаст³ю присоединилось еще другое. Ровно черезъ недѣлю по плѣнен³и вел. князя, въ среду же, 14 ³юля, въ ночь загорѣлось внутри города (Кремля) и выгорѣло дерево все, такъ что и церкви каменныя распались, и стѣны каменныя упали во многихъ мѣстахъ. Людей погорѣло великое множество, потому что здѣсь огонь, а изъ заград³я боялись Татаръ и никто не зналъ куда дѣваться. Казны мног³я выгорѣли и всякаго товара безчисленно. Вел. княгини и съ дѣтьми, въ числѣ которыхъ былъ и пятилѣтнiй Иванъ Васил., а также и съ боярами своими успѣли уйти къ Ростову. Горожане остались опять, какъ овцы безъ пастыря, въ великомъ волнен³и и страхѣ; какъ и при Тохтамышѣ, чернь попрежнему завладѣла положен³емъ и стала укрѣплять городъ, сколько было возможно, начавъ устроивать городовыя ворота. "А кто хотѣлъ бѣжать изъ города, тѣхъ стали хватать, бить, ковать". Такимъ порядкомъ и утихло волнен³е. Всѣ сообща начали городъ крѣпить и всяк³й пристрой готовить. Шемяка тор-жествовалъ, тѣмъ болѣе, что царь прислалъ къ нему своего посла съ радостною вѣстью, что вел. князь плѣненъ. Шемяка отпустилъ посла со всѣмъ лихомъ на вел. князя, чтобы не быть ему на Великомъ Княжен³и.
   Но Татары руководились не политикою, а жадною корыстью и потому, гдѣ надѣялись больше получить, тамъ и продавали свое слово и свое обѣщан³е, лишь было бы выгоднѣе. Такъ случилось и теперь. На Покровъ Богородицы, 1 октября, царь, дошелъ уже Курмышля, отпустилъ вел. князя, утвердивъ его крестнымъ цѣлован³емъ, что дастъ за себя окупъ сколько можетъ больше.
   Въ Москвѣ въ тотъ же самый день, въ 6 часовъ ночи, люди слышали рѣдкое явлен³е: "потрясеся градъ Москва, Кремлъ и посадъ весь, и храмы поколебались. Спящ³е не слыхали, но не спавш³е въ большомъ страхѣ ожидали, что пришелъ конецъ м³ра".
   На радость своей семьѣ и всему городу вел. князь возвратился въ Москву 17 ноября и, такъ какъ городъ еще не обстроился послѣ пожара, остановился во дворѣ своей матери, Софьи, за городомъ на Ваганковѣ, а потомъ уже перешелъ въ городъ на новый дворъ князя Юрья Патрикѣевича.
   Въ 1451 г. внезапно появился подъ Москвою Ордынск³й царевичъ Мазовша. По всему вѣроят³ю и въ это время Москва содержала въ степяхъ особыхъ сторожей-вѣстниковъ изъ тѣхъ же Татаръ, получавшихъ, конечно, щедрыя награды за надобныя вѣсти. Такимъ путемъ была получена въ Москвѣ вѣсть и о царевичѣ Мазовшѣ. Вел. князь, не успѣвъ собраться ратными, все-таки пошелъ къ Коломнѣ навстрѣчу Татарину, предполагая, что онъ еще далеко, а онъ уже приближался къ Окѣ. Вел. князь поспѣшно воротился въ Москву, дабы укрѣпить городъ въ осаду, а небольшой свой полкъ отпустилъ съ княземъ Иваномъ Звенигородскимъ на Оку, чтобы замедлить Татарамъ переправу черезь рѣку. Князь Звенигородск³й разсудилъ однако также уйти къ Москвѣ, конечно, другою дорогою отъ вел. князя. Татары пришли къ берегу, ожидая встрѣтить московскую рать, и никого не встрѣтили, кругомъ все было пусто. Спокойно переправившись, они быстро устремились къ Москвѣ и съ восходомъ солнца явились подъ городомъ въ пятницу, 2 ³юля, на праздникъ Положен³я Ризы Прч. Богородицы. Въ одинъ часъ они зажгли всѣ посады, а сами со всѣхъ сторонъ начали приступать къ городу. Вел. князь Васил³й посадилъ въ городѣ матерь свою, вел. княгиню Софью, да сына своего Юрья и множество бояръ и дѣтей боярскихъ, а прежде всего отца своего, митроп. ²ону, и Ростовскаго арх³епископа Ефрема со всѣмъ священническимъ и иноческимъ чиномъ и со множествомъ народа. Самъ онъ съ сыномъ Иваномъ по обычаю удалился къ Волгѣ собирать ратныхъ, а свою княгиню съ меньшими дѣтьми отправилъ въ Угличъ.
   При пожарѣ посадовъ огонь со всѣхъ сторонъ объялъ весь городъ. Была при этомъ и великая засуха. Загорались и храмы, отъ дыма нельзя было и прозрѣть, а къ городу, ко всѣмъ воротамъ и гдѣ не было крѣпости каменной, приступали Татары. Горожане не знали, что дѣлать; настало отчаянное сокрушен³е и скорбь. Молились къ Пр. Богородицѣ, крѣпкой Помощницѣ и Молебницѣ, "ея же празднику приспѣвшу".
   Когда посады погорѣли, люди вздохнули свободно отъ великой огненной истомы и дыма и стали на вылазкахъ отбивать Татаръ. Наступилъ вечеръ; въ сумеркахъ Татары отступили. А граждане, ожидая на утро приступа, начали поспѣшно пристрой градной готовить, пушки, пищали, самострѣлы, оруж³е всякое и щиты, луки и стрѣлы. Но ожидан³я гражданъ оказались напрасными. Взошло солнце и никого не было видно подъ городомъ. Горожане стали выходить, осматривали мѣста и нигдѣ никого не находили. Послали вѣстниковъ въ Татарск³е станы и узнали, что вся Татарщина исчезла, оставивъ на мѣстахъ все тяжелое отъ мѣди и желѣза и много другого разнаго товара. Народъ прозвалъ этотъ набѣгъ скорою Татарщиною,-въ какой день пришла, въ тотъ же день и прочь побѣжала. И съ какимъ усерд³емъ помолились люди, благодаря Господа и Пресв. Матерь Его и Чудотворцевъ за это изумительное спасен³е города. Митрополитъ ²она въ ознаменован³е этого событ³я въ построенной имъ полатѣ основалъ себѣ домовый храмъ въ имя Положен³я Ризы Пр. Богородицы, который потомъ былъ выстроенъ особо у юго-западнаго угла Успенскаго собора, существующ³й и донынѣ.
   Черезъ 8 лѣтъ (1459 г.) тѣ же Татары Седи-Ахматовой Орды похвалились опять идти на Русь и, конечно, разгромить Москву. На берегу ихъ встрѣтилъ сынъ вел. князя Иванъ Васил. со многими силами и не перепустилъ ихъ черезъ рѣку, такъ отбилъ ихъ отъ берега, что они безъ оглядки побѣжали. Побѣда была славная, почему митрополитъ ²она и этотъ набѣгъ ознаменовалъ ради Татарской похвальбы постройкою небольшой каменной церкви во имя Похвалы Богородицы, пристроенной къ алтарю Успенскаго собора возлѣ южной двери.
   Извѣстно, какь потомъ окончились Ордынск³я нашеств³я въ 1480 г., когда пришедш³й на р. Угру царь Ахматъ постыдно побѣжалъ отъ Московской рати, которая съ такимъ же стыдомъ побѣжала въ то же время и отъ его полковъ. "Дивное чудо тогда совершилось", замѣчаетъ лѣтописецъ. "Едини отъ другихъ бѣжаху, а никто не гнался. И тако избави Богъ и Пречистая Русскую Землю отъ поганыхъ".
   Цѣлыя сто лѣтъ прошло отъ Мамаева побоища до этого чуднаго обоюднаго бѣгства, и мы видѣли, сколько разъ послѣ Тохтамыша Москва въ отчаян³и ждала своей погибели отъ этихъ нашеств³й; но миловалъ Богь и городъ оставался попрежнему нерушимою твердынею и въ своихъ каменныхъ стѣнахъ, и главное въ народномъ стремлен³и свивать крѣпче и хранить твердо это гнѣздо Русскаго единен³я.
   Какъ видѣли, народъ послѣ каждаго разгрома Московскаго посада снова покрывалъ опустошенныя мѣстности тысячами жилыхъ дворовъ, то-есть снова неутомимо гнѣздился вокругъ каменныхъ стѣнъ города.
   Но отъ времени постройки этихъ стѣнъ (въ 1367 г.) протекло почти цѣлое столѣт³е, въ течен³и котораго городъ, постоянно испытывая неизобразимыя бѣдств³я или отъ Татарскихъ нашеств³й, или оть домашней усобицы, или отъ мора, голода, не упоминая о пожарахъ, не могъ собраться съ силами и средствами для должнаго своего устройства соотвѣтственно политическому единодержавному своему росту, быстро развивавшемуся наперекоръ всѣмъ затруднен³ямъ и препонамъ.
   Столѣтняя бѣдность города явственнѣе всего выразилась въ незначительности и маломъ количествѣ каменныхъ построекъ. Лѣтописцы заботливо упоминали о такихъ постройкахъ, какъ о рѣдкостяхъ, выходящихъ изъ ряду обычныхъ деревянныхъ строен³й.
   Еще до постройки каменныхъ стѣнъ, какъ упомянуто, митрополитъ Алексѣй въ основан³е своего монастыря (Чудова) построилъ въ 1366 году небольшой каменный храмъ во имя Чуда Арх. Михаила.
   Вь 1393 г. вел. княгиня Евдок³я, вдова Донскаго, соорудила у своихъ хоромъ каменную церковь Рождества Богородицы на мѣстѣ, гдѣ прежде стояла малая деревянная церквица Воскрешен³е Лазарево, которая при новой церкви была устроена предѣломъ близъ алтаря съ южной стороны. Вел. княгиня богато украсила свой храмъ иконами, многоцѣнными пеленами и всякими церковными узорочьями, а также и стѣнописью.
   Само собою разумѣется, что Великокняжеск³й дворецъ послѣ каждаго разгрома или пожара немедленно приводился въ надлежащее устройство и при накоплен³и средствъ украшался и новыми здан³ями, но все-таки деревянными. Вѣроятно, около того же времени, какъ вел. княгиня Евдок³я строила храмъ Рождества Богородицы у своихъ хоромъ, съ западной стороны дворца, ея сынъ, вел. князь Васил³й Дмит., съ восточной стороны дворца построилъ каменную церковь Благовѣщен³я, за которою въ 1404 г. поставилъ даже вельми чудные часы и съ луною, стоивш³е болѣе полутораста рублей, а потомъ въ 1405 г. украсилъ новый храмъ стѣнописью. Часы своимъ устройствомъ произвели такое внушительное впечатлѣн³е, что лѣтописецъ нашелъ необходимымъ описать ихъ въ подробности. "Въ лѣто 6912 (1404) князь Велик³й замысли часникъ и постави е на своеиъ дворѣ за церковью за Св. Благовѣщеньемъ. С³й же часникъ наречется часомѣрье; на всяк³й же часъ ударяетъ молотомъ въ колоколъ, размѣряя и разсчитая часы мощныя и дневныя; не бо человѣкъ ударяше, но человѣковидно, самозвонно и самодвижно, страннолѣпно нѣкако створено есть человѣческою хитростью, преизмечтано и преухищрено. Мастеръ же и художникъ сему бѣяше нѣкоторый чернецъ, ижо отъ Святыя Горы пришедый, родомъ Сербинъ, именемъ Лазарь; цѣна же сему бѣяше вящьше полувтораста рублевъ".
   Незадолго до своей кончины вел. княгиня Евдок³я основала себѣ дѣвич³й монастырь возлѣ Фроловскихъ воротъ у самой стѣны города и въ 1407 г. заложила въ немъ церковь Вознесен³я, въ которой, еще только застроенной, и была погребена. Храмъ этотъ сооружался болѣе 60 лѣтъ. Совершала его и вел. княгиня Софья Витовтовна и довела стѣны и своды только по кольцо, гдѣ верху быти, но верху не сведе. Постройка съ горемъ пополамъ была окончена уже въ 1467 г. вел. княгинею Марьею, вдовою Василья Темнаго. Существующ³й донынѣ храмъ Вознесен³я, по свидѣтелству Арсен³я, арх³еп. Елассонскаго, построенъ при царѣ Ѳедорѣ Ивановичѣ.
   Такимъ же образомъ строилась и церковь Успен³я въ Симоновомъ монастырѣ. Она была освящена 1 октября 1404 г., по первомъ основан³и ея въ 26 лѣто.
   Все это служитъ достаточнымъ свидѣтельствомъ, как³я затруднен³я въ средствахъ переживалъ городъ въ это бѣдственное столѣт³е.
   Въ 1411 г. Ростовск³й епископъ Григор³й построилъ въ Дорогомиловѣ на своемъ дворѣ каменную церковь Благовѣщен³я.
   Въ 1450 г. Владим³ръ Ховринъ заложилъ на своемъ дворѣ церковь каменную Воздвижен³я, на мѣстѣ первыя церкви, каменной же, что распалась въ пожаръ 1445 г.
   Въ тотъ же годъ митрополитъ ²она заложилъ на своемъ дворѣ полату каменную, а въ ней потомъ, какъ упомянуто, устроилъ домовую церковь Положен³я Ризы Пресв. Богородицы.
   Въ 1458 г. построена въ Кремлѣ на Симоновскомъ подворьѣ церковь Введен³я съ полатою.
   Въ 1459 г. пристроенъ небольшой предѣлъ у южныхъ вратъ Успенскаго собора во имя Похвалы Богородицы.
   Въ 1460 г. построена на Троицкомъ подворьѣ въ Кремлѣ церковь Богоявлен³я.
   Въ 1461 г. построена въ Кремлѣ же у Боровицкихъ воротъ церковь Рождества ²оанна Предтечи.
   Въ 1462 г. была поновлена стѣна городная отъ Свибловы стрѣльницы до Боровицкихъ воротъ каменемъ, предстательствомь Вас. Дмитр. Ермолина (Изв. А. Н. т. VIII, кн. 4, стр. 77).
   Въ духовной сел. князя Васил³я Темнаго 1462 г. упомянута каменная церковь Егорья на посадѣ (Георг³евск³й монастырь). По случаю пожара въ 1472 г. упомянута церковь Богоявлен³е каменное, чудное, какъ его именовали (Богоявленск³й монастырь).
   Вотъ всѣ каменныя постройки въ течен³и столѣт³я, о которыхъ упоминаютъ лѣтописцы.
   Можетъ быть, встрѣтятся и еще свидѣтельства о такихъ постройкахъ, но и они не послужатъ опровержен³емъ той истины, что городъ цѣлое столѣт³е не обладалъ достаточнымъ богатствомъ для своего устройства.
   Однако и въ это небогатое устройствомъ города время въ Москвѣ стали процвѣтать нѣкоторыя художества, въ особенности иконописное и стѣнописное, насажденныя еще при митрополитѣ Ѳеогностѣ и къ началу XV ст. достигш³я полнаго расцвѣта съ именемъ Русскаго мастера Андрея Рублева и подъ руководствомъ и учительствомъ иконника гречина-философа Ѳеофана.
   Въ 1394-5 году онъ съ Симеономъ Чернымъ и учениками росписалъ церковь Рождества Богородицы у хоромъ вел. княгини: въ 1399 г. соборъ Архангельск³й; въ 1405 была росписана Благовѣщенская церковь на Великокняжескомъ дворѣ, а въ 1408 г. соборъ во Владим³рѣ мастерами Дан³иломъ иконникомъ и Андреемъ Рублевымъ.
   Очень любопытно и то обстоятельство, что Новгородъ и Псковъ, при своемъ богатствѣ и при постоянныхъ сношен³яхъ съ Нѣмцами, не успѣли водворить у себя надобныя художества и по нуждѣ обращались все-таки въ Москву. Псковск³й лѣтописецъ разсказываетъ такой случай. Въ 1420 г. Псковичи наняли мастеровъ Ѳедора и дружину его "побивати церковь Св. Троицы свинцомъ, и не обрѣтоша Псковичи такова мастера во Псковѣ, ни въ Новѣгородѣ, кому лити свинчатыя доски. Къ Нѣмцемъ посылали въ Юрьевъ, поган³и не даша мастера. И пр³ѣхалъ мастеръ изъ Москвы отъ Фот³я митрополита и научилъ Ѳедора мастера Св. Троицы, а самъ потомъ отъѣхалъ на Москву. И тако побита бысть Св. Троица Августа во 2 день и даша мастеромъ 44 руб.".
   Мы упоминали, что въ 1342 г. Московск³й же мастеръ Борисъ лилъ колокола для Новгорода.
   Въ то время всѣ так³я художества и ремесла сосредоточивались у Божьяго храма и главнымъ образомъ во дворѣ митрополита подъ защитою тѣхъ льготь, как³я были даны митрополиту огъ Ордынскихъ царей. Извѣстно, что всѣ церковные люди, состоявш³е въ вѣдомствѣ митропол³и, были освобождены отъ всякихъ даней и пошлинъ, а къ церковнымъ людямъ принадлежали и ремесленники, писцы, каменные здатели, древодѣлы и иные мастера, каковы ни буди, какъ упоминалось въ царскихъ ярлыкахъ-грамотахъ.
   Очень понятно, что при этихъ льготахъ подъ крыло митрополичьяго вѣдомства собиралось все сколько-нибудь выдающееся достоинствомъ своего мастерства, и такимъ образомъ митрополич³й дворъ становился доброю школою для всякаго художества и ремесла на церковную потребность.
   Къ концу ХV ст. миновали тяжк³я испытан³я Московской политической твердыни, миновали годы всяческихъ бѣдств³й, дливш³еся цѣлое столѣт³е.
   Настало время Государя Ивана III, совсѣмъ другое время, какое было при Иванѣ I, при великомъ князѣ, Иванѣ Даниловичѣ Калитѣ.
   Но и въ это другое время Московская Истор³я собственно города или его устройства въ точности повторила тѣже основы городскихъ событ³й, какими ознаменовалось время Ивана Калиты. Его праправнукъ Иванъ III Васильевичъ неотмѣнно шествуетъ въ устройствѣ города по стопамъ своего знаменитаго прапрадѣда. Твердое основан³е Московскому первенству среди другихъ Княжествъ при Калитѣ было положено въ построен³и въ Москвѣ перваго каменнаго соборнаго храма во имя Успен³я Богородицы, который собственными руками заложилъ первосвятитель всея Руси св. Петръ митрополитъ, вскорѣ почивш³й и погребенный въ недостроенномъ еще храмѣ. Вскорѣ послѣ того за Москвою уже навѣки утвердилось и Великое Княжен³е, то-есть великокняжеское старшинство въ Русской Землѣ.
   Бож³й храмъ на самомъ дѣлѣ являлся какъ бы основнымъ камнемъ для создан³я народнаго государственнаго единства. Прошло около полутораста лѣтъ, и это единство въ полной мѣрѣ укрѣпилось въ сознан³и самого народа, какъ о томъ краснорѣчиво засвидѣтельствовала вся истор³я Шемякиной смуты. Здравый смыслъ, здравый разсудокъ народа, не покидавш³й его оть древняго времени, восторжествовалъ. Единен³е, единство жизненныхъ и всякихъ другихъ силъ, гдѣ бы оно ни возрождалось, отъ малаго до великаго, повсюду и всегда является созидающею м³ровою силою въ противоположность всякой розни, которая въ свой чередъ является вездѣ и всегда м³ровою силою разложен³я и гн³ен³я и слѣд. неминуемой гибели и смерти. Хорошо понималъ и хорошо чувствовалъ жизненное дѣйств³е этихъ м³ровыхъ законовъ именно здравый смыслъ народа. А потому народное единен³е, политическое единодержав³е уже существовало въ народныхъ умахъ гораздо прежде, чѣмъ началъ свои подвиги въ этомъ направлен³и самъ единодержецъ или государь самодержецъ вел. князь. Ему оставалось только идти за общимъ направлен³емъ народныхъ умовъ. Такъ и шелъ праправнукъ Калиты, Трет³й по имени Иванъ (Васильевичъ).
   Великимъ, сильнѣйшимъ дѣятелемъ раздробленной древней Руси, сильнѣйшимъ дѣятелемъ именно ея раздроблен³я, былъ Новгородъ Велик³й. Живя на далекомъ краю Русской Земли, онъ и въ это время очень помогалъ политическому разъединен³ю Земли и самъ хотѣлъ уйти къ Польскому королю Казим³ру, то-есть хотѣлъ бороться съ единодержав³емъ Москвы при помощи Литвы, какъ нѣкогда боролась съ Москвою не совсѣмъ счастливая Тверь.
   Московское единодержав³е не могло оставить эту Новгородскую попытку безъ должнаго напоминан³я, что Новгородская великая область искони составляетъ неотъемлемый край Русской Земли и не можетъ отдѣляться отъ нея въ Литовскую сторону. Дѣло началось ратнымъ походомъ на Новгородъ, порѣшившимъ въ битвѣ на р. Шелонѣ, что замыслы разносить на части Русскую Землю теперь никогда уже не останутся безнаказанными. Это случилось въ лѣтнюю пору 1471 года, когда митрополитъ Филиппъ сталъ усердно помышлять о постройкѣ новаго каменнаго соборнаго храма въ Москвѣ, ибо старый, построенный Калитою, отъ древности и отъ многихъ пожаровъ грозилъ уже разрушен³емъ, своды его уже были подкрѣплены, подперты древами толстыми. А за годъ передъ тѣмъ (1470 г.) послѣ пожара, отъ котораго въ городѣ осталось всего 3 двора, разрушился совсѣмъ и застѣнный предѣлъ собора во имя Поклонен³я Веригь Апостола Петра. Теперь святитель Филиппъ прежде всего началъ собирать казну для новой постройки: "Сотвори тягиню велику со всѣхъ поповъ и монастырей сбирати серебро на церковное создан³е сильно, а бояре и гости своею волею давали отъ своего имѣн³я. По всей своей митропол³и онъ посылалъ съ добромъ (разнымъ товаромъ) Преч. Богородицы торговати (продавать), чтобы что прибыло церкви Бож³ей въ подможен³е".
   Несомнѣнно, что и вел. князь, получивш³й съ Новгородцевъ за ихъ вину 16 тысячъ новгородскихъ рублей, также вложилъ свою богатую лепту на новую постройку. Собравши премного-много серебра, митрополитъ замыслилъ выстроить храмъ велик³й и высок³й, подобный собору Владим³рскому, что былъ построенъ Андреемъ Боголюбскимъ и его братомъ Всеволодомъ. Святитель много разъ видѣлъ этотъ чудный храмъ и возгорѣлся желан³емъ создать такой же храмъ и въ Москвѣ. Призваны были мастера, каменосѣчцы, Ивашка Кривцовъ да Мышкинъ, которыхъ святитель отправилъ во Владим³ръ осмотрѣть и изслѣдовать тотъ храмъ и мѣру сняти съ него, широту и высоту, и алтарь. Мастера подивились чудной постройкѣ и взялись за дѣло съ увѣрен³емъ, что выстроятъ еще и обширнѣе новый храмъ. Митрополитъ привлекъ къ дѣлу и множество умѣющихъ дѣлателей-работниковъ всякаго мастерства, нарочно для того даже и купленныхъ имъ въ крѣпость.
   1 сентября 1471 г. святитель торжественно встрѣтилъ вел. князя, возвратившагося на радость Москвѣ со славою побѣдителя Новгородскихъ крамольниковъ и непослушниковъ, и тогда же осеныо повелѣлъ камень готовить на создан³е церкви, который затѣмъ всю зиму возили къ мѣсту постройки. Въ ту же зиму мѣсяца декабря, по Рождествѣ Христовѣ, "явися на небеси звѣзда велика, а лучь (хвостъ) отъ нея дологь вельми, толстъ, свѣтелъ, свѣтлѣе самой звѣзды; а восхождаше въ 6-мъ часу ночи (по нашему счету въ 10-мъ часу вечера) съ лѣтняго восхода солнечнаго и идяше къ западу лѣтнему же; а лучь отъ нея впередъ протяжеся, а конецъ луча того аки хвостъ велик³я птицы распростреся". Вслѣдъ затѣмъ въ генварѣ по Крещен³и-другая звѣзда "явися хвостата надъ лѣтнимъ западомъ; хвостъ же ея тонокъ, а не добрѣ дологъ, а первыя звѣзды луча темнѣе. Первая звѣзда за 3 часа до восхода солнечнаго на которое мѣсто приходила, с³я другая по захожден³и солнца 3 часы на томъ же мѣстѣ являлась, да къ западу же идяше".
   Такое чудное и страшное знамен³е сопровождало предпринятую постройку собора, когда еще готовился и привозился только камень для его сооружен³я.
   Оно на самомъ дѣлѣ предзнаменовало много важнѣйшихъ ссбыт³й для города Москвы.
   Въ эту же зиму была покорена Пермь Великая и 16 генваря 1472 г. посланы послы въ Римъ за царевною Соф³ею, сватовство съ которою началось еще осенью 1471 г.
   Какъ только прошла зима и стаяли снѣга въ апрѣлѣ 1472 г., мастера обмѣрили окладъ или планъ новаго храма вокругъ стараго обширнѣе даже и Владимiрскаго собора въ широту и долготу на полторы сажени, намѣреваясь настолько же прибавить и высоту церкви.
   По порядку стараго строительнаго дѣла выкопали по окладу рвы, набили въ ихъ подошву сваи и потомъ положили основан³е здан³ю каменною кладкою. 30 апрѣля митрополитъ съ крестнымъ ходомъ въ сопровожден³и всего духовнаго собора, при звонѣ во всѣ колокола, вышелъ совершить торжественно закладку храма. Еъ торжеству прибылъ и вел. князь съ сыномъ и братьями, въ сопровожден³и бояръ и вельможъ, при безчисленномъ собран³и народа.
   Послѣ молебна святитель прежде всѣхъ своими руками положилъ начало, гдѣ быть алтарю, также по сторонамъ и до угламъ, укладывая основные камни. Лѣтописецъ записалъ, что новый храмъ заложенъ спустя 146 лѣтъ безъ трехъ мѣсяцевъ послѣ основан³я древней церкви.
   Предстательство, т.-е. завѣдыван³е и попечен³е, о постройкѣ вначалѣ было поручено нѣкоему Вас. Ермолину и Ивану Влад. Головѣ. Но промежъ ихъ произошла пря, разноголосица, и Ермолинъ отступился всего наряда, а Голова началъ наряжати {Изв. Академ³и Наукъ. VШ, кн. 4, стр. 78.}.
   О чемъ была пря, лѣтописецъ не оставилъ свѣдѣнiя, но, судя по послѣдующему, именно по случаю несчастнаго разрушен³я недостроеннаго еще храма, возможно гадать, что отказавш³йся отъ дѣла Ермолинъ, быть можетъ, былъ правѣе Головы, такъ какъ имѣлъ болѣе опытности и болѣе толку въ строительныхъ дѣлахъ, хотя и не былъ зодчимъ, архитекторомъ и подрядчикомъ, а только предстателемъ, т.-е. попечителемъ дѣла. Это явствуетъ изъ указан³я, что послѣ Ермолина предстателями, новыми попечителями, были отецъ Головы, Владим³ръ Григор. Ховринъ и его сынъ Голова.
   Когда здан³е выведено было въ ростъ человѣка, приступили къ разборкѣ древняго храма и очистили мѣсто до уровня гробницъ митрополичьихъ. 29 мая въ пятницу святитель съ тѣмъ же торжественнымъ собран³емъ духовенства, во главѣ котораго былъ Сарайск³й епископъ Прохоръ {Какъ извѣстно, первая церковь была освящена въ 1327 году авг. 4 также Прохоромъ, епископомъ Ростовскимъ.}, и въ присутств³и вел. князя, его матери и сына, а также и 4 братьевъ съ служебными князьями и боярами и опять при всенародномъ множествѣ, совершилъ перенесен³е гробницъ изъ старыхъ ихъ мѣстъ на уготованныя мѣста въ новостроящемся храмѣ, гдѣ въ стѣнахъ сдѣланы были для того особые кiоты-впадины на тѣхъ же сторонахъ церкви. Мощи митроп. Кипр³ана и Фот³я помѣстили въ одномъ к³отѣ въ рядъ, съ правой же стороны собора, у южной стѣны. Гробницу Ѳеогноста митр. поставили въ к³отѣ объ одну стѣну съ гробницею св. Петра митрополита.
   Когда приступили къ гробу ²оны митрополита и сняли съ него доску, въ тотъ часъ "изыде изъ гроба благоухан³е много по всему храму; мощи же его явились всѣ цѣлы и нерушимы, прилпе бо плоть кости его и не двигнушася составы его".
   Гробницу его поставили на лѣвой сторонѣ собора въ углу сѣверо-западномъ. Тутъ же вскорѣ отъ мощей св. ²оны послѣдовали чудныя исцѣлен³я хромого отрока 6-ти лѣтъ и нѣкоего Рязанца, имущаго внутри болячку. Множество народа стало прикладываться къ мощамъ и при этомъ наметало не мало серебра, которое митрополитъ все отобралъ у поповъ на созидан³е церковное.
   У митроп. Фот³я обрѣли въ тѣлѣ едины только ноги, а Кипр³ана обрѣли всего истлѣвша, оставались едины кости.
   Въ это же время въ предѣлѣ св. Димитр³я Солунскаго вынули изъ стѣны и мощи перваго великаго князя Москвы, Юрья Даниловича, вложили ихъ въ деревянную раку и поставили на гробѣ Ѳеогноста митрополита, гдѣ была церковь Поклонен³я Веригъ, а потомъ, когда въ новомъ здан³и уготовано было мѣсто для гробницы, поставили ее въ стѣнѣ же и на той же сторонѣ въ томъ же предѣлѣ св. Димитр³я. Перенесен³е было совершено митрополитомъ съ священнымъ соборомъ, въ присутств³и вел. князя, его сына и множества народа.
   Съ великимъ освященiемъ и съ установлен³емъ даже особаго празднован³я были перенесены мощи св. Петра митрополита.
   Митрополитъ Филиппь пожелалъ попревозвышено положити мощи святаго въ новой церкви, но на прежнемъ же мѣстѣ, возлѣ жертвенника, и сказалъ о своемъ желан³и вел. князю, который отвѣтилъ, что это дѣло не его мѣры, а митрополичье и всего освященнаго собора, и предложилъ собрать для этого всѣхъ епископовъ и всю духовную власть, что и было исполнено.
   Пока собиралось духовенство, святитель 14 ³юня въ ночь съ воскресенья на понедѣльникъ пришелъ къ гробу святаго и повелѣлъ священникамъ разобрать надъ мощами надгробницу, а самъ съ нимй со страхомъ и обливаясь многими слезами помышлялъ: угодно ли это будетъ святому, что поднимутъ его мощи. Разобрали надгробницу и увидали гробъ весь распавш³йся отъ бывшаго огня, а мощи, яко свѣтъ блещашися, ничто къ нимъ не прикоснулось и благоуханiе многое исходяще отъ нихъ. Говорили объ этомъ такъ, что гробъ въ Тохтамышево нашеств³е Татары разорили, предполагая, что въ немъ скрыто какое-либо сокровище; потомъ въ общемъ пожарѣ города погорѣлъ и гробъ святаго, но мощей и дымная воня не коснулась. Ризы на святомъ сверху также погорѣли, а подъ мощами остались цѣлы. Митрополитъ со страхомъ и съ радостью переложилъ мощи изъ распавшейся раки въ новую, каменную, и поставилъ близъ того же мѣста, а потомъ, когда стали устроивать особый к³отъ на томъ старомъ мѣстѣ, въ ночь же перенесъ до времени гробницу святаго къ гробницѣ митр. ²оны.
   По этому поводу въ народѣ говорили, что гробъ св. Петра ночью ископаша и обрѣтоша мощи его и людямъ не явиша, но ларецъ поставиша возлѣ ²онина гроба, гдѣ нынѣ митр. Филиппъ лежитъ, и лобзаша его всѣ приходящ³е. Однако неизвѣстно было, тутъ ли были мощи или нѣтъ. Если вправду онѣ были туть, то нельзя было не подивиться, что такого Чудотворца положили здѣсь столь безчестно и не вынесли его въ другой храмъ, ибо дѣлатели рабоч³е поверхъ его ходятъ, а что ни есть отесковъ каменныхъ, то все на гробъ его падаетъ. ²ону митрополита больше берегутъ! Иные говорили, что митрополитъ св. мощи Петра въ своей полати поставилъ. а для народа явилъ, что онѣ покоятся въ ларцѣ, возлѣ ²онина гроба, чтобы толпы народа въ полату не ходили. Записавш³й эту народную молву лѣтописецъ присовокупляетъ, что Пахом³и Сербинъ въ своемъ Словѣ о жит³и Чудотворца и обрѣтен³и его мощей написалъ, что въ тѣлѣ обрѣли Чудотворца, невѣр³я ради людскаго, занеже кой только не въ тѣлѣ лежитъ, тотъ у нихъ не святъ, а того но помянутъ, яко кости наги источаютъ исцѣлен³я.
   Съ такимъ вниман³емъ слѣдитъ Московск³й народъ за всѣми порядками, как³е происходили въ новосозидаемомъ соборѣ.
   Особый к³отъ для св. мощей Петра митр., какъ упомянуто, былъ устроенъ на томъ самомъ мѣстѣ, гдѣ впервые былъ погребенъ святитель, собственными руками устроивш³й себѣ гробницу.
   Новая гробница была помѣщена только значительно выше прежней, такъ какъ помостъ въ новомъ здан³и построенъ былъ выше прежняго болѣе чѣмъ въ ростъ человѣка.

Категория: Книги | Добавил: Armush (26.11.2012)
Просмотров: 305 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа