Главная » Книги

Куницын Александр Петрович - Право естественное, Страница 2

Куницын Александр Петрович - Право естественное


1 2 3 4 5

и. В суждении первого рода принимается в уважение сходство пли несходство одного только внешнего деяния с началами права, внутреннее же расположение лица действующего, хотя бы оно и противно было правам других людей, не подлежит оному суждению, доколе не обнаружится на самом деле. В суде внутреннем или совестном, принимается в уважение сходство или несходство с нравственным законом не только деяния, но самого внутреннего расположения.
   § 58. Соображать свободные деяния человека с началами права - значит судить. Лицо, которому принадлежит право судить, называется судьею. Суждение, произнесенное о сообразности или несообразности деяния с началами права, называется решением. Место, где решение дел производится, именуется судом.
   Примечание. Судом также называется самое разбирательство дела, или приноровление учиненного деяния к началам права.
   § 59. Деяние, сходное с законом, называется правым, справедливым (поколику оно произведено с правом, т. е. по праву). Несходное же с оным называется неправым (поколику оное произведено не по праву). Закон запрещает известные деяния, поколику оными нарушаются чужие права. Нарушать права других людей - значит делать им зло. Сведение о законе нравственном и основанное на оном чувство правоты представляет нам виновника злого деяния достойным злого последствия, равномерным образом виновника доброго деяния - достойным доброго последствия. Зло, определяемое виновнику деяния, называется наказанием, добро - наградою. Достойность наказания - виновностью, а достойность награждения - заслугою. Объявление виновника деяния достойным награды или наказания называется приговором.
   § 60. Как заслугою называется достойность награды за учиненное добро, то наблюдением законов права человек никакой заслуги не оказывает, ибо он воздерживается при том только от причинения зла другим, но никакого положительного добра не производит, следовательно, и никакой награды не заслуживает. Поколику же он поступает как закон права предписывает, то называется правым; он оставляет права других неприкосновенными, и его права должны оставаться в таком же состоянии. Напротив того, кто не соблюдает законов права, тот впадает в вину, ибо нарушением прав другого, т. е. ограничением или уничтожением свободы другого, причиняет ему существенное зло, а потому справедливо может быть подвергнут равному злу как наказанию за свой противузаконный проступок. Итак, в правоучении вменение занимается только исследованием сообразности деяний с законами права и определением виновности, но нимало не относится к определению заслуги, § 57.
   § 61. Всякое деяние почитается несообразным с законом, которым нарушаются права других. Право бывает нарушено, когда кто-либо противузаконным образом исполнение оного сделает невозможным или воспрепятствует оному. Произвольное нарушение права другого называется обидою.
   Примечание. Слово обида по своему производству означает зло, причиненное разумному существу от другого, ему подобного.
   § 62. Обида различается:
   I. По качеству прав, на которые простирается, и называется существенною, когда нарушены права первоначальные, и случайною, когда нарушение касается прав производных.
   И. По количеству лиц, которых права нарушены, обида разделяется: а) на общую, когда нарушены права, принадлежащие всем членам общества; Ь) на частную, когда нарушены права, принадлежащие многим лицам вместе или некоторому сословию; с) на особенную, когда нарушенное право принадлежит одному лицу.
   III. По качеству деяния, которым право нарушено, обида бывает положительная, когда чрез исполнение некоторого деяния право другого человека нарушается, отрицательная, когда чрез оставление известного деяния происходит нарушение права.
   § 63. Обида причиняется двояким образом: I. По желанию лица действующего, которое нарушение права предполагало целию деяния. II. Без желания, по одному только сцеплению действия с противузаконным последствием.
   I. Когда обида происходит по желанию лица действующего, то надлежит различать, в полном ли употреблении разума оно было во время решимости нарушить чужое право, или влияние разума на волю ослабляемо было какими-либо посторонними причинами, которые вопреки сведению о противузаконности дела склонили человека произвести оное. В первом случае причинение обиды зависит прямо и непосредственно от свободы человека. Во втором случае обида происходит хотя также по желанию лица действующего, но решимость произвести оную рождается только при содействии посторонних причин, ослабляющих влияние разума на волю.
   § 64. Причины, ослабляющие действие разума, суть сильные чувствования и воспламенения, возбуждаемые или впечатлениями внешних вещей, или силою воображения. Наклоняя волю к произведению зла, они или вовсе остановляют действие разума, или уменьшают его влияние на решимость произвести в действо намерение и потому составляют психологическое принуждение.
   § 65. Вменение действий, учиненных по желанию виновника, подлежит следующим правилам:
   I. Если виновник деяния противузаконного предполагал оное как цель и не был к тому побуждаем посторонними причинами, то решимость его нарушить чужое право называется злым умыслом и подлежит полному вменению.
   § 66. Если деяние не могло произойти иначе как по причине психологического принуждения, то по мере содействия оного нарушение права более или менее вменяется.
   § 67. Если психологическое принуждение так сильно действовало на разум, что человек мог прийти в самозабвение и только по причине опого учинил проти-вузаконное дело, то он не подлежит вменению. Должно, однако ж, заметить, что воспламенения и сильные чувствования иногда возбуждаются по воле человека, иногда противу оной. В первом случае противузакон-ное деяние вменяется, а во втором не вменяется.
   § 68. II. Обида причиняется не по желанию, когда кто-либо производит такое деяние, из которого без его намерения по законам природы или по сцеплению причин происходит нарушение права. Здесь должно также различать: I. Был ли человек в полном употреблении разума или нет во время решимости произвести действие, из которого последовало нарушение права.
   I. Если человек, будучи в полном употреблении разума, решился произвести такое действие, из которого произошло нарушение права без его намерения, то сие называется неосмотрительностью, а самое нарушение права - виною. Как человеку свойственно каждое деяние производить по намерению, то обида по неосмотрительности почитается только изъятием из общего правила и всякое деяние, нарушающее право других, предполагается умышленным, доколе не откроются причины, доказывающие противное.
   § 69. Поколику разум обязывает каждого человека к надлежащей осмотрительности, дабы не учинить такого дела, из которого по законам природы может произойти нарушение права, то и самая неосмотрительность подлежит вменению. Но как виновник не имеет притом целью нарушить право другого, то деяние, по причине оной произведенное, менее виновно, нежели учиненное по злому умыслу.
   § 70. Виды неосмотрительности суть невежество и заблуждение. Невежество есть недостаток сведения, а заблуждение есть ложное сведение. Как то, так и другое относятся или к самому действию, или к закону, под которым оное состоит. Невежество и заблуждение бывают или преодолимы, или непреодолимы. Если виновник деяния употребил надлежащее старание о приобретении сведения, от недостатка или несовершенства коего произошло нарушение права, то незнание и заблуждение называются непреодолимыми и вина, от сего происшедшая, называется виною по непреодолимому незнанию или заблуждению. Если же он не употреблял старания о приобретении надлежащего сведения, то его незнание и заблуждение называются преодолимыми, а вина, от сего происходящая, называется виною по небрежению.
   § 71. Упущение в приобретении надлежащего сведения состоит: 1) в упущении приобретенного познания о законе, которому деяние противно; 2) в упущении размышления о том, содержится ли предпринимаемое деяние под законом; 3) в упущении исследования связи деяния с могущим последовать из оного нарушением права.
   § 72. По сим основаниям вменяемость противузаконных деяний, из невежества и заблуждения проистекающих, имеет следующие степени:
   a. Непреодолимое невежество и заблуждение уничтожают всякое вменение.
   b. Преодолимое невежество и заблуждение не уничтожают вменения, которое, однако ж, бывает большее или меньшее, смотря по степени удобности преодолеть оные и по мере старания, употребленного виновником для приобретения надлежащего сведения о законе и о предпринимаемом деянии.
   § 73. Обида производится также без желания нарушить чужое право, но в полном употреблении разума, когда человек учинил действие только по причине физического принуждения, которое производится или другим разумным существом, или действием несмысленной природы, хотя человек имеет притом сведение о качестве своего действия и о законе, запрещающем оное, но не может удовлетворить требованию разума и нарушает чужое право противу воли. Физическое принуждение бывает или преодолимо, или непреодолимо. Когда человек столько имеет силы, что может превозмочь внешнюю причину, его направляющую, то принуждение называется преодолимым, если же он учинить сего не может по недостатку внутренней силы, то принуждение бывает непреодолимое.
   § 74. Степень вменяемости деяния, произведенного по принуждению, определяется степенью силы принуждающей:
   а. Деяние, учиненное по непреодолимому принуждению, не вменяется, ибо человек к невозможному не обязывается; но если невозможность произошла от воли самого человека, то деяние, по причине оной учиненное, ему вменяется, ибо оно происходит тогда или по неосмотрительности или по небрежению.
   b. Деяние, по причине преодолимого принуждения произведенное, подлежит вменению в различной степени: чем насильственнее принуждение, чем более потребно силы к преодолению оного, тем менее вменяется деяние, по причине принуждения произведенное. Напротив того, чем слабее принуждение, чем менее силы потребно к преодолению оного, тем деяние принужденное более вменяется.
   § 75. Если человек нарушает чужое право в таком состоянии, когда разум его отсутствовал, то деяние ему не вменяется, ибо он не мог иметь сведения ни о качестве совершаемого дела, ни о законе, запрещающем оное. Вред, причиненный им другому, почитается только случайным, от одних механических законов происшедшим. Отсутствие разума происходит по воле человека и без его желания по течению природы. В первом случае причиненная другому обида вменяется виновнику оной посредственно, а во втором не вменяется.
   § 76. К таковым состояниям человека принадлежат: 1) недостатки разума: а) младшчество, b) глупость природная и происходящая от старости и глухоты, с) слабоумие и d) дурачество; 2) болезни духовные, как-то: а) сумасбродство, b) сумасшествие и с) бешенство; 3) временное отсутствие разума, как-то: а) сон, b) лунатизм и с) обморок.
   § 77. Наказание есть зло, причиняемое нарушителю должности. По производству слова наказание значит денежное взыскание или отписание имущества в государственную казну.
   § 78. Ближайшая причина наказания есть учиненное противузаконное дело, посему должно различать оное: I. От охранения или защищения самого себя, которое состоит в ограничении произвола другого, дабы предохранить нашу свободу от нарушения. Сие последнее разделяется: а) на защищение в собственном смысле, которым остановляется начатая обида и совершение оной; b) на предупреждение, которым отвращается замышленная обида. Зло, в таком случае причиняемое, не почитается наказанием. II. Наказание должно отличать также от поучения, которым означается зло, причиняемое человеку не только для того, чтобы удержать его от противузаконных действий, но и принудить к законным. Хотя поучение бывает также по случаю противузаконного дела, но существенное основание оного состоит в том, чтобы принудить человека поступать законно.
   § 79. Всякое наказание проистекает от воли нравственного существа по закону разума. Посему зло, последующее за некоторыми действиями по законам природы, не может быть названо наказанием; природа не есть нравственное существо, законы ее совершенно отличны от законов разума. Потому и зло, ею причиняемое, часто последует за действиями законными и, напротив того, не последует за противузаконными.
   § 80. Наказание не должно почитать нравственным возмездием, которое производимо быть может только по законам нравственным, а не по законам права. Чтобы определить нравственное возмездие и меру оного, надлежит знать, сообразно ли человек поступал с законами своей совести или как далеко от них удалился, чего суд человеческий определить не может. Никто даже о себе с точностью сказать не может, как нравственно поступил в каком-либо случае. Только существо всеведущее может точно определить меру доброты и злости человеческой воли по законам совести.
  

ГЛАВА IV

О врожденных правах человека

  
   § 81. Первоначальные права проистекают из самой природы и называются врожденными, поколику основываются на качествах, врожденных человеку, кои суть: 1) внутренние, т. е. разум и воля; 2) внешние, т. е. тело органическое, способное к исполнению того, что разум поставляет своею целию.
   § 82. Первоначально человек имеет право только на себя самого, т. е. на собственное лицо, отчего право сие и называется правом личности. По силе оного каждый человек может располагать своими духовными и телесными силами по своему усмотрению и требовать от других, чтоб ему в том не препятствовали.
   § 83. Каждый человек необходимо представляет себя существом самостоятельным. Сведение сие превращается в закон непреложный, по силе которого мы необходимо представляем других людей подобно нам самостоятельными существами, откуда усматриваем должность поступать с ними как с лицами. Посему, кто поступает с другими людьми как с вещами, тот противоречит понятиям собственного разума. Унижая других людей до простых орудий, человек наружно только не признает их права личности, внутренно же допускает оное во всей силе, ибо не может переменить в себе убеждения в том, что сам он есть свободное лицо и что другие люди, будучи одинаковой с ним природы, равное имеют право на свою свободу.
   Примечание. Только побуждения чувственные увлекают человека к нарушению чужих прав; причем он непременно признает себя виновным. Убеждение в необходимости последовать закону разума иногда действует на человека так сильно, что, учинивши преступление тайно, он сам предает себя в руки правосудия или причиняет себе зло, дабы восстановить силу закона, им нарушенного, который оставался недействительным по причине сокровенности учиненного дела.
   § 84. Свобода человека ограничивается: 1) свободою других людей; 2) количеством прав, ему принадлежащих; 3) его физическими и нравственными силами, потребными для употребления права.
   I. Поколику право свободы есть общее всем людям, то каждый может производить то только, что согласно со свободою всех прочих. Заключающаяся в сих пределах свобода называется законною, а далее оных простирающаяся незаконна и называется необузданностью, самовольством и дерзостью. Право остается недействительным, если не может иначе произведено быть в действо, как с нарушением прав других людей.
   § 85. Право в общем значении есть свобода что-либо делать или не делать. К чему человек имеет право, то свободно лроизвесть может. Следовательно, свобода человека ограничивается его правами. Чем больше человек имеет прав, тем большую имеет свободу, и, напротив, чем меньше имеет прав, тем меньше для него свободы. Таким же образом, чем важнее право, тем важнее свобода, чем маловажнее право, тем маловажнее свобода. Но сие разуметь должно только о правах материальных, формальные же равны для всех людей, напр. каждый имеет формальное право строить дом, но материальное право имеет тот только, кто обладает потребным к тому достатком.
   § 86. Свобода человека ограничивается также его телесными и умственными силами, ибо исполнение права зависит от естественных сил, которыми природа человека одарила. Неоспоримое право его может оставаться без исполнения, когда недостает ему или внутренних сил или предстоят непреодолимые препятствия в употреблении права: каждый имеет право быть изобретателем, стихотворцем и проч., но пользуется сим правом тот только, кто имеет потребные к тому способности. То же должно разуметь и о физических силах, от величины коих зависит пространство свободы человека.
   § 87. Все права человека, как бы они ни были многоразличны, относятся к праву личности, главнейшие из оных суть: I. Право существования. II. Право употребления сил своих. III. Право достигать благополучия. Все прочие права подчинены сим главнейшим или из оных проистекают.
  

Отделение I

О праве существования

  
   § 88. Каждый человек имеет право на существование, ибо по общему началу каждый может сохранять то, что не нарушает свободу других людей. Посему в природном состоянии человека никто другой не может располагать его жизнию {Солдат посылают на войну, но посылают их по силе общественного договора3, из которого проистекает обязанность для каждого к защищению государства. Кто обязался жить в государстве, тот обязался исполнять должности, предлежащие членам оного. Следовательно, солдат отправляет опасную воинскую службу также по договору.}, ни предписать ему в том правила или делать притязания на его существование. Только внутренняя должность ограничивает его произвол в сем отношении, § 83.
   Жизнь человека сама по себе не составляет последней и безусловной цели, но заимствует свое достоинство оттого, что она есть источник всякого нравственного совершенства. Сообразно ли с сим назначением или противно оному человек употребляет жизнь свою, сего решить по началам права не можно. Отсюда явствует: 1) что человек может жертвовать жизнью для предполагаемых им целей; 2) поколику жизнь есть средство для достижения нравственного совершенства, то никто не может его лишить оной, ибо лишить средства - значит препятствовать другому достигать цели, что противно главному началу права.
   § 89. Право на жизнь предполагает право защищать оную против нападений других людей. Если человек не может иначе сохранить жизнь свою, как умерщвлением несправедливого нападателя, то разум представляет ему и сие право, ибо в сем случае жизнь невинного находится в противоречии с жизнью виновного (нападателя); тот или другой непременно должен лишиться оной; но закон разума признает справедливым, чтобы жизнь невинного сохранена была чрез пожертвование жизни виновного.
   § 90. Право на жизнь заключает также в себе право на необходимые условия оной, т. е. на силы, дарованные природою. Жизнь человека двоякая: 1) физическая, на целости телесных сил и способностей основанная; 2) нравственная, на целости познавательных сил и способностей основанная. Телесные силы сопряжены непосредственно с существом человека и подчинены его воле, посему он только может располагать ими и употреблять их по своему усмотрению. Всякое покушение на целость его телесных сил есть нарушение свободы, почему и может быть отвращено силою или причинением зла нападателю.
   § 91. Равным образом человек имеет право сохранять свои познавательные силы и способности. Свобода основывается на возможности предполагать цели, избирать для достижения их средства и употреблять оные; но сии действия могут быть совершаемы посредством познавательных способностей. Следовательно, кто портит или уничтожает оные, тот препятствует человеку существовать как свободному лицу. Хотя познавательные силы суть внутренние, непосредственному влиянию других не подлежащие, но средства, действующие на телесные органы, могут остановить их употребление или вовсе уничтожить, посему всякое таковое действие, как с правом несообразное, может быть отражено силою. Кто препятствует человеку существовать по-человечески, тот механическому подлежит принуждению как существо, под законом разума не состоящее.
  

Отделение II

О нраве действовать

  
   § 92. Действия человека суть внутренние и внешние. Первые по существу своему не могут нарушить права других людей, почему каждый имеет неоспоримое право совершать оные. Сюда относится способность мыслить и желать. Дабы человек мог предполагать цели и определять средства, к тому потребна и способность размышления, ибо предположение цели и избрание средств зависит от познания оных, а достижение цели - от истины сего познания. Дабы человек мог увериться в истине, к тому требуется, чтобы он собственным размышлением постиг доказательства, на коих она утверждается. Уверенность сия зависит не от воли человека, но от силы доводов, убеждающих разум. Следовательно человек не может быть принужден что-либо признавать истинным противу собственного убеждения. Заблуждения противу общего мнения не суть преступления. Потому всякое наказание, чинимое за оные, несправедливо и нимало не соответствует цели.
   § 93. На свободе мыслить основывается свобода воли, принимая оную в пространном значении. Каждый человек имеет право управлять своими желаниями, ибо каждый имеет право действовать по своему усмотрению, т. е. по тем понятиям о вещах, каковые образовал его разум, если только он своими поступками не делает никому вреда.
   § 94. Внутренние действия по своей природе не могут нарушать свободу других людей, почему всякий имеет на оные неоспоримое право. Но действия внешние бывают противны правам других людей или по своей природе, или по стечению обстоятельств. Первые ни в каком случае допущены быть не могут, ибо закон разума всегда действителен. Вторые воспрещаются тогда только, когда по обстоятельствам могут быть вредны правам других людей.
   § 95. Кто совершает внешнее законное действие, из которого другие делают злоупотребление, тот не подлежит вменению и право его к повторению того же действия не уничтожается. В противном случае надлежало бы воспретить людям большую часть действий, на которые разум предоставляет каждому право.
   § 96. Намерение учинить законное действие для того, чтобы другие могли чрез оное достигнуть незаконных целей, уничтожает право действовать. Но злоупотребление, другими учиненное из нашего деяния, не есть еще признак злого намерения с нашей стороны; другие доводы к тому потребны, чтобы доказать бытие умысла.
   § 97. Право одного человека исполнять известные деяния возлагает обязанность на прочих допускать оные. Вред, проистекающий для меня от законных деяний другого человека, не дает мне права ему противиться в совершении оных.
   § 98. Право свободно действовать заключает в себе право свободно объяснять свои мысли другим людям. Каждый имеет право стараться об усовершенствовании самого себя, к чему служит преимущественным средством сообщение с другими. Воспретить употребление оного - значит не допустить человека до той степени совершенства, которой он может достигнуть, ибо по мере взаимного сообщения люди более или менее распространяют и усовершенствуют свои познания. Истина познается только чрез свободное сообщение мыслей, при котором каждый имеет случай поверить собственные суждения и убедиться в том, что признает сомнительным.
   § 99. Отсюда проистекает право наставлять других и получить наставления. Суждения, признаваемые от некоторых людей заблуждениями, не подвергают взысканию тех, кои почитают оные истинными, хотя бы число сих последних было меньшее, ибо, во-первых, истина определяется не большинством голосов, но силою доводов, во-вторых, она основывается на внутреннем убеждении человека в безошибочности своего суждения, а не на примере других. Предположение, что один может ввести в заблуждение других, не может служить препятствием к свободному сообщению мыслей, § 96, ибо сие последствие есть только возможное, а право человека изъяснять свои мысли есть неоспоримое {Самые истины священного писания могут быть употреблены злонамеренным человеком средством к обману и заблуждению других. Должно ли потому воспретить проповедание оных?}.
   § 100. Как всякое действие, так и сообщение мыслей не может быть почтено нарушением права, если кто во зло употребляет сведения, от других приобретенные, ибо, во-первых, сообщенные мысли не увлекают необходимо к действию; во-вторых, каждый имеет право сообщать другим такие понятия о предметах, какие приобрел сам; в противном случае надлежало бы принуждать человека ко лжи, что совершенно противно праву, которое каждый имеет к усовершенствованию самого себя и к удалению всякого несовершенства.
   § 101. На праве свободно мыслить и действовать основывается право свободного исповедания религии. Достоинство и святость религии состоят в том, что она способствует людям к преуспеянию в нравственности и поддерживает оную. Меру сего содействия только сам человек определить может, ибо убеждение в истине не зависит от его произвола; только исследование доводов, утверждающих или опровергающих наше мнение, состоит в нашей воле. Посему всякое гонение за религию есть противузаконное насилие. Если в вещах, подлежащих опыту, люди часто заблуждаются и противоречат друг другу, то каким образом могут они быть согласны в том, что основывается на отвлеченных понятиях разума? Кто может присвоить себе исключительное право необманчивости и поставить свои мнения непреложным законом для прочих?
   Примечание. Заблуждения в догматах веры может истребить одно только просвещение. Гонение может укоренить и распространить самые суеверные секты. Терпимость есть самое надежное оружие для поражения расколов, ибо она дает людям время размыслить о догматах своей веры.
   § 102. Так как человек имеет право ко всему тому, что не нарушает внешних совершенных прав других людей, то каждый может свободно исповедовать свою религию. Совокупность действий для засвидетельствования нашей веры (В божество и приношение ему нашей признательности называется богослужением, которое бывает внутреннее и внешнее. Первое состоит во внутреннем исповедании божества и в засвидетельствовании ему нашей преданности, любви и благодарения. Второе есть засвидетельствование нашей веры в божество и наших к нему обязанностей наружными действиями.
   § 103. Человек имеет право на внутреннее богослужение, ибо оно по природе своей не может нарушить прав других людей. Внешнее богослужение также не подлежит никакому ограничению, когда при оном законная свобода других людей состоять может.
   § 104. Посему никто не имеет права принуждать других к принятию своего вероисповедания. Самая верховная власть в государстве тогда только имеет право отвергнуть какое-либо вероисповедание, когда найдет оное вредным для взаимной свободы граждан или общественного порядка и спокойствия. Потому в благоучрежденных государствах предоставлена совершенная свобода всем вероисповеданиям.
  

Отделение III

О праве достигать благополучия

  
   § 105. Человек по своей чувственной природе желает приятного и отвращается от неприятного. Первоначальное назначение сего стремления есть сохранение бытия человеческого. Право на жизнь предоставляет каждому право на средства, служащие к поддержанию и услаждению оной.
   § 106. Понятие о благополучии есть относительное, ибо хотя чувственная природа у всех людей есть общая, но в качестве вещей, содействующих к благополучию, нередко люди бывают несогласны между собою. Потому только сам человек определить может, что споспешествует к его благополучию и что оному противно. Хотя он может заблуждаться в избрании того, что служит к поддержанию и услаждению его жизни, но никто другой не может управлять его действиями, ибо это значило бы лишить человека свободы, без которой всякое благо ничтожно. Отсюда также явствует, что каждый человек имеет право избрать тот образ жизни и род занятий, который почитает сходнее с собственным благополучием.
   § 107. К благам, которыми человек по природе имеет право наслаждаться, принадлежит добрая слава или честь, состоящая в похвальном о нас других людей мнении. Она основывается: 1) на достоинстве природы человеческой и называется общею; 2) на деяниях, учиненных человеком, и называется особенною. Всякий человек состоит под законом разума и признает оный действительным; только особенные чувственные побуждения заставляют людей уклоняться от силы закона. Следовательно, каждый признается справедливым, доколе внешними деяниями не докажет противного, т. е. доколе не учинит оскорбления другому. Кто ложно приписывает другому исполнение дел противузаконных, тот есть нарушитель права. Но кто внешними деяниями доказал свою несправедливость, тот не может требовать, чтоб его признавали справедливым, в противном случае он имел бы право заставлять других переменять свое убеждение или говорить неправду, § 101.
   § 108. Но чтобы кто мог по праву признан быть несправедливым, к тому требуется, чтобы несправедливость его деяний была очевидна и несомненна. Потому обидчиком почитается тот, кто осуждает другого по одному подозрению в учинении несправедливого дела.
   § 109. Действие, которым кто-либо объявляется совершеннее прочих, называется особенною честью или похвалою, если выражается словами. Никто не имеет первоначального права на особенную честь, ибо: 1) по природе все люди равны и первоначальные права их одинаковы; 2) особенная честь основывается на преимущественных совершенствах человека, каковые не иначе оказать он может, как посредством внешних деяний. Следовательно, право на особенную честь есть не врожденное, но приобретаемое. Итак, никто по природе не имеет права требовать преимущественной чести, заставлять других хвалить себя и показывать пред ним знаки унижения.
   § 110. Действие, которым приписываются кому-либо несовершенства и недостатки в рассуждении прочих, называется презрением или хулою, если словами выражается. Поколику природа во всех людях одинакова, то никто презираем быть не может. Преимущество телесных и духовных сил не дает человеку права унижать тех, кои таковых совершенств не имеют, иначе право основывалось бы на материи, а не законе разума, что само себе противоречит. Равным образом недостатки естественных сил не изменяют природы человеческой, следовательно, не могут служить основанием презрения или унижения.
   § 111. Высшая степень худой славы называется бесчестием, бесславием. Поколику бесчестие основывается на внешних деяниях, противных должности, и на привычке производить оные, то никакой человек по природе не может быть почтен бесчестным, ибо никто не рождается нарушителем должности. Потому, кто справедливого человека объявляет бесчестным, тот причиняет ему обиду.
   § 112. К продолжению жизни и благополучию человека необходимо также принадлежит употребление вещей. Право достигать цели заключает в себе право на средства, к оной служащие. Посему каждый имеет право употреблять вещи по своему усмотрению, если только чрез сие не нарушается свобода других людей. Кто препятствует другому в употреблении оных, тот поступает противузаконно, ибо, во-первых, препятствует человеку действовать, следовательно, нарушает его свободу; во-вторых, лишает его средств к поддержанию и услаждению жизни, следовательно, нарушает самое право на жизнь и благополучие.
  

ГЛАВА V

О качестве прав первоначальных

  
   § 113. Права первоначальные принадлежат всем людям, ибо они основываются непосредственно на самой природе, которая во всех людях одинакова. Недостатки духовных и телесных сил не могут служить основанием к лишению кого-либо прав первоначальных, ибо чрез оные природа человеческая не переменяется.
   § 114. Неспособность человека пользоваться своими правами не дает другим людям права лишать его оных, ибо она, во-первых, не есть состояние непременяемое и необходимо навсегда таковым остающееся, во-вторых, по причине таковой неспособности человек не делается простою вещью, но всегда сохраняет тот образ, в котором мы примечаем существа нравственные, и те органы, посредством коих разум осуществляет свои цели в вещественном мире.
   § 115. Посему права первоначальные принадлежат также детям, слабоумным, сумасшедшим и проч. Ограничивать их действия другой только тогда имеет право, когда закон разума то допускает.
   Примечание. Притязания европейских народов на свободу и собственность кочующих племен в разных частях света совершенно противны сему началу.
   § 116. В рассуждении прав первоначальных все люди равны, т. е. всем им принадлежат одинаковые права, ибо основание оных у всех людей одинаково. Сие равенство состоит в том, что каждый человек по общему закону может выполнять свои права и никто другой в том не может ему препятствовать. Следовательно, по сему же закону обязанности людей одного к другому одни и те же; человек может требовать от других только того, что сам почитает для себя должностию. Всякое требование, сию меру превосходящее, есть противузаконное старание присвоить себе преимущество или первенство.
   Примечание. Здесь говорится только о тех правах, которые людям приличествуют как нравственным существам, т. е. о правах формальных, в рассуждении которых люди совершенно равны. Но сего никоим образом доказать нельзя, чтоб люди были равны и в тех правах, которые им принадлежат законно в гражданском обществе. Утверждать сие равенство - значит уничтожать всякое понятие о праве, ибо тогда надлежит или воспретить каждому приобретать больше противу прочих, или предписать, чтобы всякий излишек свой уступал тем, которые его беднее, то и другое равно уничтожает всякое понятие о собственности и справедливости.
   § 117. Права первоначальные суть неотчуждаемы и неотъемлемы, ибо то только право может быть отчуждаемо, которое зависит от свободного деяния; но первоначальные права не зависят ни от какого свободного деяния, напротив того, все свободные деяния человека зависят от прав первоначальных, поколику самая свобода людей в действиях зависит от их нравственной природы.
   § 118. Отчуждать право - значит отказываться от свободы употреблять оное; но первоначальные права состоят в свободе располагать собственным лицом, которая нераздельна с существом человеческим. Хотя человек может совершить внешнее действие для уступки некоторых предметов своего первоначального права, но не может отказаться от признания законов разума, его формальные права определяющих, следовательно, и сия уступка остается без всякого действия.
  

ЧАСТЬ II

УСЛОВНОЕ ПРАВО

  

О правах производных

  
   § 119. По природе человек имеет одни только первоначальные права, но посредством свободного деяния может соединить с оными другие права, называемые производными. Деяние, которым приобретается право, называется приобретением. Кто приобрел исключительное право на вещь, тот называется владетелем или хозяином оной.
   § 120. Дабы приобретение могло служить основанием права на вещь, к тому требуется, чтобы оно было произведено по праву, ибо несправедливость не может служить основанием справедливости. Потому при каждом приобретенном праве должно различать:
   1) законный предлог, т. е. основание приобретения;
   2) способ или действие, которым приобретение совершается по силе законного предлога,
   § 121. Врожденное право человека на употребление вещей есть законный предлог приобретения, способы же оного бывают различны по различию состояния, в котором вещи находятся. Одни из них не подлежат исключительному владению и называются бесхозяйными, а другие составляют предмет исключительного права. Приобретение вещей бесхозяйных совершается по одной воле приобретателя, ибо тем никому обиды не причиняется. Приобретение вещей, принадлежащих другому, может последовать только по согласию владетеля, в противном случае оно было бы противно всеобщему закону свободы. Первый способ приобретать вещи называется первоначальным, а второй - производным.
   § 122. Приобретение вещей посредством первоначального способа называется завладением, а передача права по согласию владетеля с приобретателем - договором. Итак, условное естественное право разделяется на две главы: в первой изъясняются законы первоначального завладения, а во второй - законы договоров.
  

ГЛАВА 1

О завладении

  
   § 123. Собственность есть право исключительно употреблять вещь, не нарушая прав других людей. Предмет сего права также называется собственностью. Исключительное употребление вещи требует, дабы она в таком отношении находилась к нашему лицу, чтобы нам возможно было исключительно располагать оною, и сие отношение вещи называется владением в пространном смысле. В тесном же смысле владение есть такое отношение вещи к человеку, в котором он имеет физическую возможность и вместе намерение располагать оною вещию исключительно. Посему занятие как начало владения называется завладением и как способ, которым человек делает вещь бесхозяйную своею, называется присвоением.
   § 124. Поколику вещи первоначально никому не принадлежат исключительно, то каждый может употреблять их по произволу, следовательно, каждый может завладеть оными, ибо кто имеет право употреблять вещь всяким образом, тот имеет также право употреблять оную исключительно и удерживать в таком состоянии навсегда. Посему законный предлог завладения бесхозяйными вещами содержится в первоначальном праве людей на употребление оных, § 113.
   § 125. К действительности завладения требуется: I. Воля владеть вещию. II. Занятие. III. Означение и IV. Способность вещи к завладению.
   § 126. I. Воля есть необходимая потребность завладения, ибо противу воли никто не делается владетелем вещи; в противном случае владение было бы неправо, а должность нечто терпеть или допускать. Но всякая должность проистекает из закона всеобщей свободы, которым воспрещается насилие, следовательно, и принуждение к приобретению права. Посему человек не делается владетелем вещи чрез одно физическое влияние на состояние оной, ибо можно действовать на вещь без намерения владеть оною исключительно.
   § 127. II. Но одна воля не может утвердить права собственности на вещь бесхозяйную, ибо, во-первых, многие люди могут в одно время возыметь намерение завладеть одною и тою же вещию, а потому каждый из них получил бы исключительное право на вещь, что само себе противоречит; во-вторых, воля одного человека не есть закон для прочих. Следовательно, кто возымел только намерение завладеть вещию, тот не может считать себя обиженным, если другой действительно завладеет иною, ибо чрез то внешняя его свобода не нарушается.
   § 128. Но для приобретения исключительного права на вещь бесхозяйную надлежит привести оную в такое отношение к нашему лицу, чтобы другой человек не мог употребить оную без нарушения нашего права. Вещь приводится в такое отношение всяким внешним свободным действием на оную, которое называется занятием, поколику производится с намерением владеть вещию исключительно. Кто вещь занятую отнимет у владетеля или будет употреблять противу его воли, тот нарушит его право личности, ибо уничтожать действие разумного существа - значит препятствовать ему достигать законных целей или его самого употреблять как средство. Итак, завладевает бесхозяйного вещию не тот, кто прежде захотел владеть оною исключительно, но кто прежде употребил на оную действие, называемое занятием.
   § 129. III. Поколику завладение вещи одним человеком налагает обязанность на прочих не употреблять более оную по своему произволу, то надлежит, чтобы владетель объявил волю свою владеть вещию исключительно. Сие бывает посредством знаков, напоминающих другим, что бесхозяйная вещь поступила в частное владение. Знаки сии суть или естественные, по которым завладение познается без всякого предварительного соглашения, или искусственные, определяемые взаимным согласием для означения завладения.
   § 130. Естественные знаки суть: I. Содержание вещи в своих физических силах или при себе. Посему за правило поставляется: кто имеет вещь в своих физических силах, тот почитается владетелем оной дотоле, пока другие причины не докажут противного. II. Обработание вещи, соответствующее какому-либо назначению. Следовательно, кто обработал вещь для какой-либо цели, тот почитается владетелем оной, пока другие причины не докажут противного; искусственные знаки неисчерпаемы, поколику произвольны, и могут быть употреблены там, где естественные недостаточны.
   § 131. Знаки употребляются не для большего укрепления права собственности, но для напоминания другим, что вещь принадлежит уже в исключительное владение. Потому всякий знак, способный для сей цели, почитается достаточным. Неприкосновенность собственности зависит не от важности знаков, которыми какая-либо вещь означена, но от силы закона, запрещающего нарушать чужое право. Кто собственность чужую повреждает, тот есть нарушитель права, и поступок его одинаков как в том случае, когда поврежденная вещь была преобразована законным владетелем, так и в том, когда она сохранила естественный вид, но о принадлежности оной по какому-либо внешнему, хотя маловажному, признаку нельзя было сомневаться.
   § 132. Словесное объявление воли о намерении владеть вещию исключительно не есть достаточный признак завладения, ибо, во-первых, слова не всегда выражают истину и потому словесное объявление о завладении может быть ложное, после которого вещь останется по-прежнему в бесхозяйном состоянии и подлежит произволу первого приобретателя; во-вторых, никто не имеет права заставлять других людей себе верить, следовательно, один человек не может принуждать прочих почитать вещь его собственною только потому, что он назвал ее своею.
   § 133. IV. Неспособными к завладению почитаются: а) вещи, не подлежащие занятию, ибо для завладения бесхозяйною вещию необходимо требуется внешнее действие; b) равным образом если вещь означить невозможно, то нельзя приобрести на оную исключительного права владения, ибо всякий может пользоваться оною по праву как бесхозяйною; с) не способны к завладению вещи, коих исключительное владение противно личным правам других людей. Но сие разумеется о целом их составе, части же могут принадлежать нам исключительно, в такой только мере, чтобы личные права других чрез то не были нарушаемы.
   Примеч[ание]. По сему река подлежит завладению, но открытое море не подлежит оному.
   § 134. Отсюда явствует, что пределом завладения полагается: I. Физическая возможность произвести оное в действо. II. Права других людей. В первом отношении человек может только то обратить в свою собственность, что занять и означить возможно. Всякое покушение овладеть такими вещами, которые исключительному владению подлежать не могут, есть неблагоразумное стремление. Во втором отношении никто не может так далеко распространять право своего владения, чтобы чрез то нарушены были права других людей, ибо нарушение справедливости не может служить основанием права. Отсюда следует: 1) никто не может приобресть права собственности на другого человека ни противу воли, ни с его на то согласия, ибо право личности состоит в свободе располагать сам

Другие авторы
  • Васюков Семен Иванович
  • Кохановская Надежда Степановна
  • Титов Владимир Павлович
  • Лагарп Фредерик Сезар
  • Уткин Алексей Васильевич
  • Игнатьев Алексей Алексеевич
  • Бем Альфред Людвигович
  • Матюшкин Федор Федорович
  • Львов-Рогачевский Василий Львович
  • Тайлор Эдуард Бернетт
  • Другие произведения
  • Бобылев Н. К. - В устьях и в море
  • Азов Владимир Александрович - В литературном обществе
  • Маяковский Владимир Владимирович - Тезисы докладов. 1912 -1914
  • Полевой Ксенофонт Алексеевич - Der Trauerquell ("Бахчисарайский фонтан") verfabt von Alexander Puschkin. Aus dem Russischen ubersetzt von Alexander Wulffert
  • Коковцев Д. - Краткая библиография переводов
  • Дорошевич Влас Михайлович - О суде присяжных
  • Скабичевский Александр Михайлович - Новые черты в таланте г. М. Горького
  • Андреевский Сергей Аркадьевич - Предисловие ко 2-му изданию сборника "Стихотворения"
  • Айхенвальд Юлий Исаевич - Некрасов
  • Жуковский Василий Андреевич - Поэмы, повести и сцены в стихах
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (26.11.2012)
    Просмотров: 115 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа