Главная » Книги

Толстой Лев Николаевич - Том 58, Дневники и записные книжки, 1910, Полное собрание сочинений, Страница 5

Толстой Лев Николаевич - Том 58, Дневники и записные книжки, 1910, Полное собрание сочинений


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

в вещественном мире закон борьбы, свойственный животным и потому признаем закон борьбы, приписывая его человеку. Какое ужасное и грубое заблуждение! А оно, то считается миросозерцанием, свойственным самым просвещенным людям.
   6) Хорошо спросить себя: что, согласишься ли ты, делая то, что ты считаешь делом Божьим - своим назначением, не говоря уже о личном счастье, согласишься ли быть всеми осуждаемым и презренным? Хорошо спросить себя и ответить: да, но к счастью, такого положения, при котором человек, делая дело Божие, не нашел бы ни в ком сочувствия, такого положения никогда не было и не может быть.
  
   28 июля. Вес тоже нездоровье - печень и нет умствен[ной] деятельности. Дома спокойно. Приехала Зося. Ездил с Душаном, Сережа тут был. Слава Б[огу], все было преувеличено. Да, у меня нет уже дневника, откровенного, простого дневника. Надо завести.
  
   .
  
   29 июля. Поша приезжает, я рад. Все ничего не работаю. На душе не дурно. Хороший юноша Борисов был. Ездил с Душаном. Сыновья, оч[ень] тяжело. Написал Ч[ерткову] письмецо. Зося приятна своей художественной, литературной чуткостью. Письма мало интересные. Винт вечером. И хороший разговор с Николаевым. Думал хорошо о том, как надо отучать себя от мысли о будущем и еще о том - не помню.
  
  
   30 июля. Здоровье немного лучше, много спал. Оч[ень] интересные письма. Ничего не делал, кроме писем. Ездил к Ив[ану] Ив[ановичу], отдалъ корректуры. Дома обед. Поша с детьми, Голд[енвейзер]. С сыновьями также чуждо. Думал хорошо о необходимости молчания. Буду стараться. (Зачеркнуто: От С. письмо) Ложусь спать, проводив Зосю. С[офья] А[ндреевна] огорчилась от того, ч[то] не пригласили ее играть. Я ничего не говорил. Так и надо.
  
   31 июля. Все не бодр, особенно умственно. Ничего не пишу - тем лучше. Письма неинтересные. С[офья] А[ндреевна] хорошо говорила о вчерашнем, признавая свою чрезмерную чувствительность. Оч[ень] хорошо. Я ездил с Душаном. После обеда хотел читать, приехали Ладыжинск[ие] и много говорили, и я много говорил лишнего. Получил письмо от Ч[ерткова] и ответил ему несколько слов. Все хорошо. Ложусь спать.
   1 Авг. Е. б. ж.
  
   [1 августа.) Жив, но плох. Письма плохо отвечал. Корект[уры] от Ив[ана]Ив[ановича] плохи. Ездил в Овсянниково. Вялость ума и упьппе. Довольно хорошо молчу. Саша опять слабеет здоровьем. Записать есть кое что. После.
  
   2 Авг. Все также тяжело на душе, и та же вялость. Ходил утром много. Мало писем. Поправлял коректур[ы] слабо. От Тани письмо прекрасное. Она 6едняжка за меня страдает. Ездил за рожью. С[офья] А[ндреевна] выехала проверять. Вот кто страдаетъ. И я не могу не жалеть, как ни мучительно мне. С Пошей хорошо говорил вечером. Сейчас ложусь.
   3 Авг. Е. б. ж...
  
   [3 августа.] Жив, тоскливо. Но лучше работал над корректурами. Чудное место Паскаля. Не мог не умиляться до слез, читая его и сознавая свое полное единение с этим, умершим сотни лет тому назад, человеком. Каких еще чудес, когда живешь этим чудом?!
   Ездил в Колпну с Голд[енвейзером]. Вечером тяжелая сцена, я сильно взволновался. Ничего не сделал, но чувствовал такой прилив к сердцу, что не только жутко, но больно стало.
  
   4 Авг. Все не записываю мысли. День прошел смирно. Много посетителей пустых. (Пункты 1-12 выписаны из Записной книжки в тетрадь Дневника рукой В. Ф. Булгакова. (См. стр. 198-200.)) Слаб телесно и на душе не хоро[шо], не добро.
  
   5 Авг. Е. б. ж.
  
   [5 августа) Записать: 1) Привычка - великое дело. Привычка делает то, ч[то] те поступки, которые прежде всякий раз требовали усилия, борьбы духовного с животным, уже перестают требовать усилия и внимания, который могут быть употреблены на следующие в работе дела. Это - известка, которая скрепляет положенные камни так, что на них можно класть новые. Но та же благодетельная сторона привычки может быть причиною безнравственности, когда борьба была решена в пользу животного: Есть людей, казнить, воевать, владеть землей, (Следующие два слова при переписке в Дневник, как не разобранные, заменены многоточием.) пользоваться проституцией и т. п.
   2) Да, вера, суеверия, фанатизм дают большую силу самоотречения в жизни, но происходит это от того, что устанавливается одно, главное, даже единственное, большею частью возможное дело жизни, дающее исполнение всего закона жизни: исполнение церковных законов, оскопление, самосожигание, уничтожение неверных и т. п. - Без веры суеверия, для исполнения закона Бога нужно не (Слово: для в Дневнике вписано рукой Толстого. В тексте Записной книжки вместо: для написано: исполнение) для чего либо одного, определенного, а для (Слово: для в Дневнике вписано рукой Толстого.)решения всех самых важных (Слово: важных в Дневнике вписано рукой Толстого. В тексте Записной книжки вместо: важных написано: различных)вопросов жизни, на основании общего закона Бога: - любви. И такая деятельность не дает таких ярких проявлений, как первая.
   3) Чем больше самоотречения, тем труднее удержаться в смирении (Слово: смирении вписано рукой Толстого.), и наоборот.
   4) 1 Ав. Слова умирающего особенно значительны. Но ведь мы умираем всегда и особенно явно в старости. Пусть же помнит старик, что слова его могут быть особенно значительны.
   5) "Он бросился на колени, плакал, причитал, просил Б[ога] научить спасти (В тексте, переписанном в Дневник, вместо: спасти его написано: спастись.) его, но в глубине души чувствовал, что это все вздор и никто не спасет его".
   6) Какая ужасная, или скорее, удивительная дерзость или безумие тех (Следующее слово надписано Толстым.) миссионе[ров], к[оторые], чтобы (Следующее слово вписано Толстым.) цивилизовать, просветить "диких", учить их своей церковной вере.
   7) То, что мы называем миром, слагается из двух частей: из сознания и того, что сознается. Не было бы сознания, не было бы мира, но нельзя сказать, что не было бы мира, не было бы сознания. (Так ли)?
   8) Часто на словах говоришь, что с человеком нельзя говорить о вещах, недоступных ему, но на деле не удерживаешься и часто совершенно бесполезно тратишь слова и раздражаешься за то, что тебя не понимает тот, кто не может понять.
   9) Жизнь вся эгоистическая есть жизнь неразумная, животная. Такова жизнь детей и животных, не плодящихся. Но жизнь вся эгоистическая для человека взрослого, обладающего разумом, есть противоестественное состояние -сумасшествие. Таково положение многих женщин, живших с детства законно эгоистической жизнью, потом (Исправлено Толстым: эгоизм из переписанного: эгоистической) эгоизм семейной животной любовью, потом эгоистической супружеской любовью, потом материнством и потом (Далее вписано рукой Толстого: лишившись и исправлены следующие два слова из слов: семейного эгоистической)лишившись семейной, внеэгоистической жизни: детей, (Следующие три слова вписаны рукой Толстого.) остаются с рассудком, но без любви (Следующее слово вписано рукой Толстого.) всеобщей, в положении ж и в о т н о г о. Положение это ужасно и оч[ень] обыкновенно.
   10) Ты хочешь служить другим, работник хочет работать. Но для того, чтобы с пользой работать, нужно иметь орудие, и мало того - иметь, надо, чтобы орудие было хорошо. Что же ты с своими свойствами, характером, привычками, знаниями - представляешь ли ты из себя хорошее орудие для служения людям? Служить надо тебе не людям, но Богу, и служение Ему - ясно, определенно. Оно в том, чтобы ты увеличивал в себе любовь. Увеличивая же в себе любовь, ты не можешь не служить людям, и будешь служить так, как это нужно и тебе, и людям, и Богу.
  
  
   11) Несчастен не тот, кому делают больно, а тот, кто хочет сделать больно другому.
   12) Всякий человек всегда находится в процессе роста, и потому нельзя отвергать его. Но есть люди до такой степени чуждые, далекие в том состоянии, в котором они находятся, что с ними нельзя обращаться иначе, как так, как обращаешься с детьми - любя, уважая, оберегая, но не становясь с ними на одну доску, не требуя от них понимания того, чего они лишены. Одно затрудняет в таком обращении с ними - это то, что вместо любознательности, искренности детей, у этих детей равнодушие, отрицание того, чего они не понимают и, главное, самая тяжелая самоуверенность.
  
   5 Авг. Чувствую себя свежее, но суета не дает работать. Да и не надо. Поправил письмо священнику. Письма мало (Зачеркнуто: не; надписано: мало) интересные. Американец globe trotter [кругосветный путешественник). Ездил с Душаном. С[офья] А[ндреевиа] слаба, нервна. Был Фокин. Продолжаю сомневаться. His holiness хочет приехать. Не знаю, как решить. Радуюсь тому, что утром хорошо молился с сознанием любви ко всем. Ложусь.
   6 Авг. Е. б. ж.
  
  
  
  
  
  
  
   [6 августа.) Жив. Ходил по елочкам. Прочел и написал письма. Думал писать о безумии. Не захотелось. Лежа пришла важн[ая] мысль - забыл. Приехал Короленко. Оч[ень] прия[тный], умный и хорошо говорящий человек. А все-таки тяжело говорить, говорить.
  
   7 Августа. Унылое состояние. Попытался писать. О Безумии. Ничего не могу. Королен[к]у пригласил походить со мной утром и хорошо поговорили. Он умен, но под суеверием науки. Потом ездил верхом. Измок. Сушился у Сухининых. Дома Голденв[ейзер], и тяжело. Саше дать выписать: (Дальнейшие шесть пунктов, до 8 августа, выписаны в тетрадь Дневника из Записной книжки рукой А. Л. Толстой. Печатается по тексту Записной книжки. См. стр. 201-803.)
   1) Редко встречал человека более меня одаренного всеми пороками: сластолюбием, корыстолюб[ием], злостью, тщеславием и, главное, себялюбием. Благодарю Бога за то, ч[то] я знаю это, видел и вижу в себе всю эту мерзость и все таки борюсь с нею. Этим и объясняется успех моих писаний.
   2) (В переписанном тексте Да,) И одурение это особенно сильно и неизлечимо п[отому], ч[то] люди не видят, не хотят, не могут видеть его. А не хотят не могут видеть, по[тому] ч[то] вполне довольны собой, своим положением. Мы в эволюции, в прогрессе. (Последняя фраза пропущена при переписке в Дневник.) У нас аэропланы, у нас подводн[ые] лодки..... Чего же еще? Вот дай срок, и все будет прекрасно. И в самом деле, нельзя не восхищаться немыслящим людям аэропланами и т. [п]...... К чему нибудь, да появились они. А появились они, п[отому] ч[то] 0,99 рабов делают то, что велят 0,01 и, правда, что делаются чудеса. И люди верят, ч[то] чудеса эти нужны, и потому не могут, не хотят изменять жизнь (Следующих двух слов нет в Записной книжке. Вместо них в Дневник переписано: Дурная жизнь производит), производящую эти чудеса. (Следующие две фразы до: Разве - в Дневник не переписаны.) Чудеса поддерживают дурную жизнь. Дурная жизнь производить чудеса. Разве можно улучшить жизнь, продолжая жить дурно. Одно нужно: поставить на первое место нравственные требования, а поставь на первое место нравственные требования, и тотчас же уничтожатся аэропланы и....
   3) Масарик писал: Дело не в том, что нет религии, а есть глупая, ложная религия. Религия прогресса. И пока она не уничтожит[ся]-нет исправления. Вера в эволюцию, а потому "служить". Получаю письма. Самоуверенность общая, здесь самоувер[енность] частная. Служить тому, что знаем и чего хот[им].Религия же истинп[ая] в том, чтобы служить тому, чего мы не знаем, а мы хотим служить, как мы хотим и как служим, и что дальше, то все хуже (Переписано в Дневник: и говорим), но говор[им]: Пройдет! Нам нужна вера в эволюцию.
   4) Трудно себе представить тот переворот, к[оторый] произойдет во всей вещественной жизни людей, если люди не то, что станут жить по любви, но только перестанут жить злобной, животной жизнью.
   5) Если уже говорить о (В переписанном тексте: Б[ог] пропущено.) Б[оге] Творце, то Б[ог], сотворивший по их понятию человека, не могущего понимать иначе, как при ограничении пространства и времени, этот Бог, по их понятию, находится тоже в пространстве и времени, т. е. вездесущ (пространство) вечен (время). Оч[ень] хорошо.
   6) Сначала кажется, что жить только перед Б[огом] не твердо, мало, искусственно, неестественно. А только попытайся жить так и увидишь, как легко, и твердо, и естественно. Ведь все так. (В переписанном в Дневник тексте последний абзац помещен в предшествующую запись, N 5)
   Не для того ли и дана человеку жизнь во времени, чтобы он мог утвердить себя в жизни в Боге?
   Разве не тоже самое, когда люди живут только перед людьми: политические деятели, ученые, художники. Как ни пусты все эти деятельности, как ни сомнительны все их результаты, люди отдают им всю жизнь. То как же не отдать всю свою жизнь на деятельность для души, всегда плодотворную, всегда свободную и всегда вознаграждаемую?
  
   8 Авг. Только встал, выбежала С[офья] А[ндреевна], не спавшая всю ночь, взволнованная, прямо больная. Ходил, потом ее искал. Ничего не мог писать. Ездил с Булг[аковым]. Пришли Телят[инские] ребята. Но 5 человек, обеща[вшие] прийти, не пришли. Все это похоже на подвох. Слава Богу, только жалко их. Печень не действует - мрачно телесно, а душевно все таки хорошо. С Соней хорошо поговорил[и]. Должно быть поеду к Тане. Она же приезжает. Теперь 12-й час. Ложусь.
  
   9 Авг. Оч[ень] в тяжелом серьезном настроении. Опять и думать не могу о какой-нибудь умствен[ной] работе. Много ходил. Ездил к М[арье] А[лександровне]. Милый народ. Дома ужасн[ый] Фере, ужасный по своей непроницаемой, наивной буржуазности. Потом Венгер. Я был нехорош с тем и другим. Саша опять столкнулась с Сон[ей]. Приежает Таня. Ложусь, 12-ый час.
  
   10 Авг. Оч[ень] слаб. Рано встал. Ходил с трудом. Хорошо записал кое что. Письма. Ездил приятно с Душаном. С[офья] А[ндреевна] упала. Ночь не спала. Но спокойна. Вечером были солдаты - Евреи три и один политический - хохол. Впечатление ненужное и скорее неприятное.
   1) Как легко простить кающегося, смиренного и как трудно потушить в себе rancune (злопамятство], недоброжелательство к оскорбившему, самоуверенному, самодовольному! А таких то и важно выучиться прощать.
   В первый раз вчера, когда писал письмо (Зачеркнуто чернилами рукой Толстого.) (солдату, почувствовал весь грех этого ужас[ного] дела. (Не то)).
   2) Любовь есть сознание себя проявлением Всего - единство себя и Всего - Любовь к Б[огу] и ближним.
   3) Стоить только сознать себя смиренным и тотчас же перестаешь быть им.
  
   [12 августа.) 11, 12 Авг.
   Удивляюсь, как пропустил вчерашний день. Вчера б[ыло] письмо, оч[ень] интересное. Я отвечал нынче. Вчера и нынче ничего не писал. Только ответил на важные письма. Нынче не выходил. Все оч[ень] слаб. Ложусь, сейчас 12-й час.
   1) Полезно приучаться, когда один на один, не делать такие поступки, к[отор]ые не сделаешь при людях: не убить муху, не рассердить[ся] на лошадь... и т. п., и делать при людях такие поступки, за к[оторые] знаешь, что тебя осудят, но к[оторые] ты не считаешь дурными.
   2) Бог это само в себе без ограничения то духовное начало, к[отор]ое я сознаю своим "я" и к[отор]ое признаю во всем живом.
   13 Авг. Е. б. ж.
  
  
  
   [13 августа.) Здоровье немного лучше. Проливной дождь, ходил по террасе. Подошел в одной рубахе промокший человек. Я не покормил его, вообще не по братски обошелся с ним. Пожал руку. Глупая демонстрация. Письма довольно интересные, но все-таки нет охоты работать. И не надо. Хорошо на душе - добро. Была бывшая барыня, фельдшерица. Все тож[е] служение людям и половая любовь. Записать:
   Как хорошо бы развенчать хорошенько эту (В подлиннике: эти) любовь. Показать суеверие этой любви,
  
  
  
  
  
   14 Авг. Оч[ень] дурное состояние С[офьи] А[ндреевны] с утра. Мое же здоровье лучше. Письмо от Ч[ерткова] и мое к нему. Ходил по елочкам, ездил верхом с Душаном. Вечером Хирьяков приятный, Голденв[ейзер], Димочка. Столкновение с Сашей. Она сама пришла и развязала. - Трудно очень, но держусь. Теперь 12-ый час. Ложусь. Завтра едем.
  
   [Кочеты.] 15 Авг. Проснулся нездоровый. С[офья]А[ндреевна] едет с нами. Пришлось встать в 6 часов. Ехал тяжело. Письма ничтожные. У Тани оч[ень] приятно. Сейчас ложусь, с тяжелым состоянием и телесным и духовным. Читал книгу Страхова, Федора: Искание Истины. Очень, очень хорошо. (Следующие два пункта выписаны из Записной книжки рукой А. Л Толстой. Воспроизводятся по Записной книжке.)
   1) Какая странность: я себя люблю, а меня никто не любит.
   2) Вместо того, чтобы учиться жить любовной жизнью, люди учатся летать. Летают очень скверно, но перестают учиться жизни любовной, только бы выучиться кое как летать. Это все равно, как если бы птицы перестали летать, и учились бы бегать или строить велосипеды и ездить на них.
  
   16 Авг. Все тоже состояние умственной слабости. С большой радостью читал Страхова: Иск[ание] Истины и написал ему письмо. Ходил два раза гулять. Опять дождь. Объяснение с Соней, слава Богу, хорошо кончившееся. У Тан[и] оч[ень] мило. Пропасть гостей и слишком людно и роскошно. Ложусь.
  
   17 Авг. Спал хорошо, гулял. Кое что записал, в "записник", но нехорошо. Пришел домой слабый умственно. Ничего не хочется писать. И хорошо. Сонливость, слабость. Приезжал скопец Анд[рей] Яков[левич]. О "батюшке" Петре Федоровиче. Опять гулял и молился оч[ень] горячо, хорошо. Спал. Обед, вечер. С[офья] А[ндреевна] спокойна - первый день, но к вечеру немного возбуждена. Играл в карты, ничего не делал.
  
   18 Августа. Все тоже, таже слабость умственная. Ничего не делал. Соня огорчилась известием о разрешении Ч[ерткову] жить в Т[елятинках]. Письма неинтересные. На душе доволь[но] хорошо, хотя грустно. И это дурно. Приехал Сережа и Дмитр[ий] Олсуфьев. Был на представлении в школе. Хорошо очень. Ездил верхом.
  
   19 Авг. Опять все тоже. Слабость. Отсутствие энергии к работе. Письма ничтожные. Говорил с С[офьей] А[ндреевной] и напрас[но] согласился не делать портреты. Не надо уступки. И теперь писать не хочется. Ложусь, 12-й час.
   20 Авг. Е. б. ж.
  
   [20 августа.) Жив и более жив, чем ожидал. Немного свежее головой. Утром поправил Предисловие. Письма оч[ень] ничтожные. Хороша социалистическая брошюра: Aux antipodes de la morales. L'energie et la matiere. L'energie stationaire et la matiere dynamique [Противникам нравственности. Энергия и материя. Стационарная энергия и динамическая материя.]. Удивительно! И это им кажется оч[ень] ясно! Соня все тревожна и жалка. Ездил верхом с Диомидовым. Он.. добрый. Ложусь спать. Желудок все не действует.
   21 Авг. Е. б. ж.
  
   [21 Августа.] Более жив, чем вчера. Опять изменял предисловие. Поправил корректуру книжечки: Смирение, - хорошо. Не ездил верхом, а ходил в Веселое, говорил с старухой. Вечер винт. И совестно.
  
   22 Авг. Чувствую себя гораздо лучше. Все еще нет охоты заниматься и кроме того, занят был корректурами книжечек. Поправил все, кроме одной: После смерти. Ездил к Сталоверу. Вчера он хорошо рассказывал. Особенно хорошо б[ыло] то, как его племянник помягчил от того, что побил его, дядю. Он не противился. Саша хорошо записала. Нынче вечером были крестьяне, и впечатление тяжелое, неприятное. Особенно один - богатый консерватор и самоуверенный говорун. С[офья] А[ндреевна] спокойна. Вечером винт. Ложусь.
  
   23 Авг. Бодро гулял и думал. Сочинял сказочку детям. И еще на тэму: Всем Равно, и тут же характеры. Наметил сказку. Ходил по парку. Докончил "Книжечки". Вечером винт. Ложусь. С[офья] А[ндреевна] спокойна.
  
   24 Авг. Продолжаю чувствовать себя здоровым. Утром читал Le Bab [?]. Оч[ень] интересно и ново для меня. Потом письма. Надо бы было писать сказку детскую. Таничка хорошо рассказа[ла] ее. Почему нет (Зачеркнуто: энергии) охоты писать. А надо бы. Ходил один к Александровке. Вечером дочитывал Баба. Ложусь. С[офья] А[ндреевна] хороша. Если бы только не тревожилась, не подозревала.
   Записать: 1) Хожу по парку и думаю о том, какое состояние у детей Сухотиных, сколько шагов кругом парка, буду ли сейчас по приходе пить кофе и т. п. И мне ясно, что и моя ходьба - мое телесное движение, и мои мысли - не жизнь. Что же жизнь? И ответ я знаю только один: жизнь есть (Зачеркнуто: постоянное] освобождение духовного начала души от ограничивающего ее тела. И потому явно, что те самые условия, к[отор]ые мы считаем 6едствиями, несчастьями, про к[отор]ые говорим: это не жизнь (как я говорил и думал про свое положение), что это самое только и есть жизнь, или) по крайней мере, возможность ее. Только при тех положениях, к[отор]ые мы называем бедствиями и при к[отор]ых начинается борьба души с телом, только при этих положениях, начинается возможность истинной жизни и самая жизнь, если мы боремся сознательно и побеждаем т. е. (душа) (В подлиннике слово: душа зачеркнуто. В Записной книжке, с которой Толстой переписывал в Дневник, не зачеркнуто.) побеждает тело.
   2) Временная жизнь в пространстве дает мне возможность сознавать свою безвременность и духовность, т. е. независимость от времени и пространства.
   3) Если бы не было движения во времени и вещества в пространстве, я бы не мог сознавать свою бестелесность и вневременность: не было бы сознания.
   4) Только сознание своего не изменяющегося, бестелесного "я" дает мне возможность постигать тело, движение, время, пространство. И только движение вещества во времени и пространстве дает мне возможность сознавать себя. Одно определяет другое.
   5) Для того, чтобы решить чему или кому верить или чему или кому не верить (Зачеркнуто: не миновать решения и обратиться) - решить может только свой разум.
   6) Внешний мир есть только вещество в движении. Для того же, чтобы было движение вещества необходима отдаленность предметов вещества, и такая отдаленность прежде всего во мне: я отделен от всего мира и потому узнаю отделенность других существ друг от друга и от всего мира. Отношение предметов вещества между собою определяются мерами пространства, отношение движения отдел[ьных] предметов определяются (Следующие два слава исправлены из: временем) мерою времени (нехорошо, неясно).
   7) Плохо, когда богатым не стыдно, а 6едным не незавидно.
   8) Всем Равно - заглавие очерков характеров.
   9) Я могу сознавать, что мне хочется есть, что мне хочется сердиться, что мне хочется узнать... Кто же этот, к[оторый] сознает?
   (Ошибочно написано: 9) Следует: 10. Далее зачеркнуто: то одни церковники с Далее переправлено: правительством на: правительство и зачеркнуто: обманывали. Надписано: Прежде ... с помощью одной церкви обманывало) [10] 9) Прежде правительство с помощью одной церкви обманывало народ, чтобы властвовать над ним, теперь (Зачеркнуто: же они) тоже правительство понемногу подготавливает для этого дела и науку, и наука очень охотно и усердно берется за это дело.
   [11] 10) Духовенство и сознательно и (В Записной книжке (см. стр. 29): преимущественно.) преемственно бессознательно старается для своей выгоды не давать народу выйти из того мрака суеверия и невежества, в к[отор]ый оно завело его.
  
   25 Авг. Пишу перед обедом. Ничего нового. Хотел продумать сказочку: не вышло. Письмо одно хорошее из Владимира. С дочерьми тяжелый разговор. Написал письмо Ч[ерткову]. Он, говорить, болен.
  
   26 Авг. Хорошо на душе. Сказка для детей не вышла. Получил письма и корректуры. Читал Vedic Magazine. Оч[ень] хорошо изложение Вед и Area Samai1. Ездил в Треханетово. Очень тяжела роскошь - царство господское и ужасная бедность -курных изб. Ложусь, поздно.
   27 Авг. Е. б. ж.
  
   [27 августа.] Жив. Но все ничего не работаю. Целый день был занят Чепуриным, рабочим, ездившим в Англию, Америку, Японию. Читал его книгу в рукописи, оч[ень] плохо написанную, и говорил с ним.
   28 Авг. Е. б. ж.
  
   [28 августа.) Жив. И здоров. Гулял с учителем, хорошо говорил. Потом ребята - яблоки. Дома поправил "Правдивость" и письма мало интересные. Ходил в Треханетово. Оч[ень] хорошо б[ыло] на душе. Опять ребяткам яблоки. Простился с Чепуриным. Вечером не удержался - возразил С[офье] А[ндреевне], и началось. Не выпускает и говорить. Письмо от Левы - нехорошее очень. Помоги Господи.
  
   29 Авг. Опять пустой день. Прогулки, письма. Думать думаю и хорошо, но не могу сосредоточиться. С[офья]А[ндреевна] была оч[ень] возбуждена, ходила в сад и не возвращалась. Пришла в 1-м часу. И хотела опять объяснения. Мне б[ыло] очень тяжело, но я сдержался, и она затихла. Она решила ехать нынче. Спасибо Саша решила ехать с ней. Прощалась оч[ень] трогательно, у всех прося прощение. Очень, очень мне ее любовно жалко. Хорошие письма. Ложусь спать. Написал ей письмецо.-
  
   30 авг. Грустно без нее. Страшно за нее. Нет успокоения. Ходил по дорогам. Только хотел заниматься. Приехал Mavor. Профессор. Очень живой, но профессор и государственник, и нерелигиозный. Классический тип хорошего ученого. Письмо от Черткова. Присылает статьи английские. Ничего даже не читал. Вечер[ом] карты. Голова болит. От Саши телеграмма. Доехали хорошо. Ложусь. А одумыв[ал] поутру работу о безумии и безрелигиознос[ти]- хорошо!
   31 Ав. Е. б. ж.
  
   [1 сентября.) Нынче 1 Сен. Вчера не записал. Утром ходил как всегда, кое что путное думал и записал. Письма мало интересныt. Потом поехал к Матвеевым. Оч[ень] сильное впечатление контраста достойных уважения, сильных, разумных, трудящихся людей, находящихся в полной власти людей праздных, развращенных, стоящих на самой низкой степени развития - почти животных. Устал от них. Они все на границе безумия. Обед. Усталость, карты. Записать много чего, но теперь хоть одно:
   1) Люди, одаренные разумом и сознанием божеств[енного] начала в себе, соединяющего их, вместо того, чтобы развивать в себе это начало, хотят передвигаться быстрее лошадей, оленей, летать, как птицы, и заглушают в себе то, что дано им для их блага, и стараются развить в себе то, что не дано и не нужно им. Удивительно!
   Сегодня встал рано, хорошо гулял, записал молитву детям. Поправил переписку с Аншиной и сажусь, мож[ет] б[ыть], за работу.
   Немножко поработал. Написал после обеда письма Соне и Бирюкову. Приехали Мамонтовы. Еще более резко безумие богатых. А я играл с ними в карты до 11 часов и стыдно. Хочу перестать играть во всякие игры. Ложусь усталый.
  
   2 Сент. Рано встал, мало спал, забрел далеко и оч[ень) устал. Записал о неподвижности духовн[ого] я во времени, кажется не дурно. Пришел усталый, читал Пошино описание ссылки, написал ему. Хочу перестать играть в карты, как то совестно. Не брался за работу. Теперь 2 часа. Еду верхом.
   Тоже надо бы бросить. Записать:
   1) Сначала кажется, что (Зачеркнуто: все вместе со мною движется во времени) движусь "я" - ego, со всем миром, но чем дальше (Зачеркнуто: освобождаешься от) живешь, тем яснее становится, что движусь не я, а я, мое истинное "я" неподвижно, вне времени, а движется мимо этого "я" весь мир вместе с моим телом, к[отор]ое плешивеет, беззубеет, слабеет, движется мимо "я" весь мир, освобождая "я" от обмана жизни во времени.
   2) Чем больше сознает человек свою духовность, тем яснее он понимает обман своего, кажущегося движения во времени. Вечер[ом] - не помню.
  
  
  
  
   3 Сент. Вчера утром ходил, до Образцо[вки] не дошел. Вернулся и начал писать с такимъ увлечением, какого давно не испытывал. Поехал верхом в Треханетово к мужику. Лошади пала. Сильное впечатление, старик старше меня, (Зачеркнута: и в пару) у него молотят. Мамонтова. Саша приехала. Дома также мучительно тяжело. Держись, Л[ев] Н(иколаевич]. Стараюсь. Вечер[ом] не хотел играть, но сел за других.
  
   4 С. Рано, мало спавший поехал в Трехан[етово] и в Образц[овку]. Ужасающая бедность. Насилу держусь от слез. Письма. Одно ругат[ельное]. Ходил по пар[ку]. Поспал. Иду обедать. Записать:
   1) Понятие греха и совершение поступков и воздержание от поступков, не ради выгоды или славы людской, а ради страха греха, есть необходимое условие истинно-человеческой, (Зачеркнуто: жизни) разумной, доброй жизни. Люди, живущие без понятия греха и без воздержания от него живут одной животной жизнью. И так живут все так называемые, просвеченные люди.
   2) Жизнь, без понимания ее смысла, т. е. без религии есть то, что называется сумасшествием. Когда же сумасшествие становится общим большого количества людей - оно (Зачеркнуто: усиливается) смело проявляется и доходить до высших пределов самоуверенности. Так что уже люди здравые считаются сумасшедшими и таких людей запирают или казнят.
   3) Как по закону тяготения все вещественное стремится к единению, так же и все духовное стремится к такому же единению по закону любви.
   4) Я умер - мой дух перестал жить в моем теле, но тот же мой истинный я, мой дух живет и будет продолжать жить в других существах, понимавших и понимающих меня. -"Но это уже не твой будет дух", говорят на это. "То то и хорошо, что к этому тому, что останется жить после меня не будет примешана личность - отвечаю я. Личность есть то, что мешает слиянию моей души со Всем. А после смерти останется мой дух, но не будет личности".
  
   Сегодня 5 Сен. Встал рано, бодро ходил по парку и хорошо, мно[го] думал и записал. Сейчас еще хочу записать:
   1) Материалисты прямо говорят, что они своими научными, опытными исследованиями все объяснили, свели к общим законам: осталось одно незначительное среди других, психическое явление, еще не сведенное к объяснение опытным путем, но ca ne tardera pas [За этим дело не станет.].
   Удивительная глупость или скорее сумасшествие, - учтиво сказать - уклонение от здравого смысла! То, на чем основана вся жизнь, в чем состоит вся жизнь, что должно быть основанием всякого изучения, это одно пропускается в надежде, что оно вот вот на днях объяснится каким-нибудь профессором из Берл[ина] или Гамбурга. Удивительно!
   2) Ах, если бы всегда помнить, что ты стоишь перед самим Богом, перед высшим, доступным тебе проявлением Его, когда ты стоишь перед человеком.
  
   5 Сент. 1910. Нынче встал не рано. Гулял по парку. Записал, кажется, не дурно о движении, простр[анстве] и времени. Потом пытался продолжать работу, но мало сделал, не пошло. По ужасной погоде, дождю, ездил к Андр[ею] Яковл[евичу]. Он проводил меня домой. Приехала С[офья] А[ндреевна]. Очень возбуждена, но не враждебна. Потом приехала С. Стах[ович]. Ложусь. 11 часов.
  
   (Запись 6 сентября занесена в Дневник рукой А. Л. Толстой.) 6 Сентября. Кочеты. Проснулся больной, вероятно, гангрена старческая. Приятно было, что не вызвало не только неприятного, (Зачеркнуто: Записать: 1) Сознание самосознание.) но скорее приятное чувство близости смерти. Кроме того слабость и отсутствие аппетита. Приятное известие из Трансвааля о колонии непротивленцев. Ничего не ел, теперь вечер, приехал кинематограф. Попробую пойти смотреть. Говорил с С[офьей] А[ндреевной], все хорошо.
   Записать: 1) Сознание, сущность сознания есть нечто непостижимое, непреодолимое, то, что мы называем духом, душою. Сознание заключено в известной части вещества, это вещество есть наше тело, и вот сознание посредством внешних отношений (органов) к другим телам, веществам познает окружающий мир. В этом сущность жизни человеческой.
  
   [8 Сентября.) 7-8. Вчера здоровье было лучше. Только нога болит, и pas pour cette fois [Только не в этот раз.]. Как определено свыше, пускай так и будет. Оно уже есть, только мне не дано видеть.
   Только написал письма одно Индусу, одно о непротивлении русскому. С[офья] А[ндреевна] становится все раздражительнее и раздражительнее. Тяжело. Но держусь. Не могу еще дойти до того, чтобы делать, что должно спокойно. Боюсь ожидаемого письма Ч[ерткова]. 7-го была милая чета Абрикосов[ых], кинематограф и нынче 8-го все, кроме М[ихаила] С[ергеевича] и Зоси, все уехали в Новосиль. Я походил на солнце. С[офья] А[ндреевна] непременно хотела, (Зачеркнуто: снимать) что[бы] Дранков снимал ее со мною вместе. Кажется работать не буду. Не спокоен. Ничего не писал. (Зачеркнуто: Полу[чил]) Ходил по парку, записал кое что. Получил письмо от Ч[ерткова] и С[офья] А[ндреевна) его письмо. Еще перед этим б[ыл] тяжелый разговор о моем отъезде. Я отстоял свою свободу. Поеду, когда я захочу. Оч[ень] грустно, разумеется п[отому], ч[то] я плох. Ложусь спать.
   9 Сент. Е. б. ж.
  
  
  
  
  
  
   [9 сентября.] Жив, но плох. С утра началось раздражение, болезненное. Я же не совсем здоров и слаб. Говорил от всей души, но очевидно, ничего не было принято. Оч[ень] тяжело. Понемногу два раза ходил по парку. Вечер[ом] играл в карты. (Зачеркнуто: читал) Скучно, дурно, а иногда странное чувство чего то нового. Ложусь поздно, усталый.
  
   10 Сент. Встал рано. Мало спал, но свежее вчерашнего. С[офья) А[ндреевна] все также раздражена. Оч[ень] тяжело. Ездил с Душ[аном] немного верхом. Хорошее письмо от крестьянина о вере. Отвечал. И оч[ень] хорошее от Итальянца в Риме о моем мировоззрении. С[офья] А[ндреевна) 2-й день ничего нее ест. Сейчас обедают. Иду просить ее пойти обедать. Страшные сцены целый вечер.
  
   11 Сент. Дурно спал, сердце слабо. Ничего не могу делать. Ходил два раза по парку. Душан удивителен своей ненавистью Евреев, вместе с (Зачеркнуто: хр[истианской] рел[игией]) признанием основ любви. Сейчас иду обедать. Уныло и трудно.
  
   12 Сент. С[офья] А[ндрееваа] уехала со слезами. Вызывала на разговоры, я уклонился. Никого не взяла с собой. Я оч[ень], оч[ень] устал. Вечером читал. Беспокоюсь о ней.
  
   13 Сент. Слаб сердцем. Ходил и почти ничего не записал. Думал о Гроте. Нельзя написать того, что думаю. Ездил с Душаном верхом. Холодный ветер. Хорошее письмо от Гусева. Глупое от Ададур[ова]. Отвечал. Ложусь спать, усталый. E sempre bene [И все к лучшему.].
   14 Сен. Е. б. ж.
  
   [14 сентября.] Жив и даже оч[ень] много сплю. Ничего не писал, кроме письма Гроту. Слабо. Ездил к Голицыной с М[ихаилом] С[ергееичем]. Очень много нужно записать, но поздно, ложусь спать.
   1) Помнить, что в отношениях к С[офье]А[ндреевне] дело не в моем удовольствии или неудовольствии, а в исполнении в тех трудных условиях, в к[оторые] она ставит меня, дела любви.
   2) Мы всегда погоняем время. Это значит, что время есть форма нашего восприятия, и мы хотим освободиться от этой стесняющей нас формы.
  
   (Вся запись 13 сентября вписана в Дневник из Записной книжки рукой А. Л. Толстой. Воспроизводится по Записной книжке. Нумерация мыслей по Дневнику.) 15 Сент. 10 г. Кочеты.
   1) Да, сначала кажется, что мир движется во времени и я иду вместе с ним, но чем дальше живешь и чем больше духовной жизнью, тем яснее становится, что мир движется, а ты стоишь. Иногда ясно сознаешь, иногда опять впадаешь в заблуждение, что ты движешься со временем. Когда же понимаешь свою неподвижность-независимость от времени, понимаешь и то, что не только мир движется, а ты стоишь, но с миром вместе движется твое тело: ты седеешь, беззубеешь, слабеешь, болеешь, но это все делается с твоим телом, с тем, что не ты. А ты все тот же - один и тот (В тексте, переписанном в Дневник, пропущено: же всегда) же всегда: 8-летний и 82-летний. И чем больше сознаешь это, тем больше сама собой переносится жизнь вне себя, в души других людей. Но не это одно убеждает тебя в твоей (В тексте, переписанном в Дневник: неподвижной независимости) неподвижности, независимости от времени - есть более твердое сознание того, что я, то, что составляет мое я независимо от времени одно, всегда одно и несомненно есть: это сознание своего единства со Всем, с Богом.
   Хорошо, я неподвижно, но оно освобождается, т. е. совершается процесс освобождения, а процесс непременно совершается во времени. Да, то снятие покровов, которое составляет освобождение, совершается во времени, но я все-таки неподвижно. Освобождение сознания совершается во времени: было больше, стало меньше, или б[ыло] меньше - стало больше сознания. Но само сознание одно-неподвижно, оно одно есть.
   2) Разве бы я мог, удержать память, большую часть духовного внимания направлять на сознание и поверку себя.
   3) Тщеславие, желание славы людской основано на способности переноситься в мысли, чувства других людей. Если человек живет одной телесной, эгоистической жизнью, эта способность будет использована им опять та[ки]для себя, для того, чтобы, догадываясь о мыслях и чувствах людей, вызвать в них похвалы, любовь к себе. В человеке же, живущем духовной жизнью, способность эта вызовет только сострадание другим, знание того, (В тексте, переписанном в Дневник: что) чем он может служить людям - вызовет в нем любовь. Я, слава Б[огу], испытываю это.
   4) Никогда не испытывал в сотой доле того сострадания, сострадания до боли, до слез, (При переписке в Дневник пропущено: которой испытываю теперь,) которое испытываю теперь, когда хоть в малой степени стараюсь жить только для души, для Б[ога].
   5) Нынче 5 Сент. 1910 ясно понял значение вещества, пространства, движения, (времени). Пространство -мера вещества, время - мера движения. Если я говорю, ч[то] вещество твердо, то я говорю только то, что оно тверже другого, менее (В тексте, переписанном, в Дневник: твердо) твердого. Железо тверже камня, камень - дерева, дерево -глины, глина-воды, вода-воздуха, воздух-эфира, эфир-чего? Все это меры твердости по отношению нуля твердости, к[оторый] я знаю в себе. Тоже с пространством!. Сириус дальше солнца, солн[це] - земли, зем[ля]-луны, луна-Сибири, Сибирь-Москвы, и так до моей руки, моего тела, до нуля расстояния, к[оторое] я знаю в себе. Опять тоже в движении - времени. Геологич[еские] (В переписанном тексте в Дневник: геология,) первороды раньше растений, растения раньше животных, животные - раньше человека, Египтяне раньше Евр[еев] Евр[еи]-Греков и так далее до нуля времени во мне, тоже до нуля движения во времени, к[оторый] я знаю в себе. И потому есть и реально только то, ч[то] бестелесно- внепространственно и неподвижно, т. е. вневременно. И это есть то самое, что я сознаю собою. (Дурно выразил], но хорошо).
   6) Материнство для женщины не есть высшее призвание.
   7) Самый глупый человек это тот, к[оторый] думает, что все понимает. Это особый тип.
   8) Думать и говорить, что мир произошел посредством эволюции, или что он сотворен Богом в 6 дней, одинаково глупо. Первое все-таки глупее. И умно в этом только одно: не знаю и не могу, и не нужно знать.
   9) Вместо того, чтобы те, на кого работают, были благодар[ны] тем, кто работают - благодарны те, кто работают тем, кто их заставляет на себя работать. Что за безумие!
   10) Не могу привыкнуть смотреть на ее слова, как на бред. От этого вся моя беда.
   Нельзя говорить с ней, п[отому] ч[то] для нее не обязательна ни логика, ни правда, ни сказанный ею же слова, ни совесть - это ужасно.
  
   11) Не говоря уже о любви ко мне, к[оторой] нет и следа, ей не нужна и моя любовь к ней, ей нужно одно: чтобы люди думали, что я

Другие авторы
  • Келлерман Бернгард
  • Кржижановский Сигизмунд Доминикович
  • Чернышев Иван Егорович
  • Кондратьев Иван Кузьмич
  • Гартман Фон Ауэ
  • Потехин Алексей Антипович
  • Савинов Феодосий Петрович
  • Ушаков Василий Аполлонович
  • Клюшников Виктор Петрович
  • Дитмар Фон Айст
  • Другие произведения
  • Семенов Петр Николаевич - Митюха Валдайский
  • Баратынский Евгений Абрамович - Баратынский Е. А.: Биобиблиографическая справка
  • Янтарев Ефим - H. Гумилев. Жемчуга
  • Клеменц Дмитрий Александрович - Клеменц Дмитрий Александрович
  • Зотов Владимир Рафаилович - Некролог (Добролюбову)
  • Бестужев Николай Александрович - H. A. и M. A. Бестужевы. [письма к родным из Сибири]
  • Батюшков Константин Николаевич - Из писем К. Н. Батюшкова - Н. И. Гнедичу
  • Фосс Иоганн Генрих - Иоганн Генрих Фосс: биографическая справка
  • Шахова Елизавета Никитична - Стихотворения
  • О.Генри - Кто чем может
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (26.11.2012)
    Просмотров: 221 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа