Главная » Книги

Крестовский Всеволод Владимирович - В дальних водах и странах, Страница 25

Крестовский Всеволод Владимирович - В дальних водах и странах


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25

лось однако же иначе. Девяносто восемь ночей отстоял молодой человек неотступно на указанном ему месте, и Ононо-Комач начала наконец убеждаться, что он действительно ее любит. На девяносто девятую ночь установился сильный мороз, сопровождавшийся жестокою вьюгой. Тем не менее, влюбленный даймио явился в урочное время на свой пост и в течении нескольких часов стоически переносил непогоду. Девушка наконец над ним сжалилась и чувствуя, что собственное ее сердце уже побеждено любовью, решилась прекратить в эту же ночь суровое испытание. Было за полночь, когда она отодвинула ставню своего окна и нежно позвала к себе будущего мужа. Тот не отвечал ни слова. Она повторила свой призыв, говоря, что довольно уже терпеть и ждать, что теперь она верит его любви и сама его любит и зовет согреться в своих объятиях. Опять никакого ответа,- верный своему слову даймио сидит неподвижно, подперев голову руками. Думая, что он заснул, она поспешно зажгла фонарь и вышла к нему на двор, чтобы разбудить и обрадовать его счастливым концом испытания. Она зовет его, она дотрагивается до его плеча, толкает его,- даймио падает навзничь. Девушка подносит фонарь к его лицу и с ужасом убеждается, что перед нею труп. Бедняга замерз от сильной стужи. Это так подействовало на Ононо-Комач, что она решилась никому не принадлежать более в своей жизни, а вскоре за тем целый ряд интриг и клевет заставил ее удалиться навсегда из придворной сферы.
   Вот три образчика народных песен:
  
   Иро ке н_а_и тоте
   Куни оену моно йо,
   Мияре б_а_ра ни мо
   Хан_а_га саку.
  
   "Не унывай, что не встречаешь пока сочувствия в любимом человеке; взгляни, на стебле, полном шипов, все же расцветают розы".
  
   Кои с_е_зуба
   Там_а_ но сак_а_зуки
   Сок_о_то н_а_ку
   Мон_о_ но ав_а_рева
   Йомо сираджи.
  
   "Не будь любви, не видели бы мы дна взаимной чаши, полной сладкой отравы".
  
   Оки но тайсен
   Икари де томер_о_,
   Том_е_те том_а_рану
   Кои но мичи.
  
   "И среди буйных вод можно остановить корабль, бросив якорь;- нет средств остановить течение страстной любви".
  

* * *

  
   После легкого завтрака в нашей гостинице "Мару-Яма", мы поспешили на железную дорогу, чтобы отправиться в город Оцу, расположенный внутри страны, в самом сердце Ниппона, на берегу классического японского озера Бивы, которое неоднократно было воспеваемо и лирическими, и эпическими поэтами, как за красоту своего местоположения, так и потому, что берега и окрестности его полны великих исторических воспоминаний.
   От Киото до Оду около восьми английских миль, и на этом небольшом расстоянии железнодорожный поезд делает пять промежуточных остановок. Первая станция - Инари, в киотском предместьи того же имени, где находится храм, посвященный гению-покровителю рисоводства, о котором упомянуто выше. Вторая станция - Ямасина, большое местечко, лежащее почти на перевале той горной цепи, что отделяет киотскую долину от котловины озера Бивы. На пути между Ямасиной и третьей станцией Отоми, влево от дороги, среди чрезвычайно живописной местности, приютилась под горою прелестная деревенька Обра. Весь склон горы над нею, сверху до низу, как бы покрыт всплошную одним ковром розового цвета.- Это все кусты дикой азалии, которая в настоящее время цветет, и цветов на ней такое множество, что кроме их на всем скате положительно ничего не видно,- ни сучьев, ни зелени. Подобной прелести я нигде еще не встречал в своей жизни. Отходя от Отоми, поезд сейчас же вступает в длинный туннель, по которому мчится ровно три минуты, и затем, мгновенно вылетая из полного мрака на яркий свет чудесного солнечного дня, вы сразу поражены внезапно раскрывшимся широким и красивым видом на озеро Бива, окаймленное со всех сторон холмами, из коих дальнейшие по ту сторону водного бассейна, почти сливаясь со светло-голубым горизонтом, являют собою силуэты отдельно стоящих конусов, точно бы маленькие Фудзиямы. Тут следуют еще две промежуточные станции, - Баба и Исиба. По созвучию первого имени с русским словом, я пожелал узнать, что значит по-японски баба?- Оказалось то же что и по-русски: баба значит старуха. Когда я выразил некоторое удивление такому странному совпадению не только звуков, но и смысла этих слов, то наш переводчик заметил на это, что в японском языке, не смотря на вою его самобытность, встречаются слова, напоминающие то санскрито-европейские, то туранские корни. Меня это очень заинтересовало и я просил его припомнить хоть несколько таких слов, чтобы занести их в свою записную книжку. Он охотно согласился, и вот что мы с ним записали потом на обратном пути из Оцу. Например, понятие "отец" по-японски обозначается двояко: чичи, в уменьшительном значении, как наше "тятя" или "папа" и отатс-сан, (сербское "отац") в смысле серьезном и особопочтительном, как наше "родитель" и причем приставка сан равнозначуща слову "господин". "Голова" (как член тела) по-японски - атама, что по созвучию весьма близко к туранскому и нашему, заимствованному у татар, слову "атаман" в смысле "главный", "начальствующий". "Бог" по-японски дай (турано-китайское "тай", "тау" и алтинское "deus"). "Чистый" - ки-рейна (германское "rein"). "Черный" - курой (туранское "кара"). Союз "ибо" - кара (французское "car"). "Милый", "любезный" - кир_е_й (латинское "carus"). "Нет" - най и й_е_ (германское "nein" и турецкое "йок"). "Бить" - буцу, "бей!" - буте! (латинское "batuere", румынское "а bate", русское "бац!" и "батог", туранское "батырь", в смысле "боец", "герой"). "Полночь" - йо-нока (латинское "nox", греческое "nicta"). "Сердце" - кокоро (латинское "cor", французское "coeur"). "Болезнь" - ямаи (туранское "яман"). "Идти", "ходить" - идеру. "Закон", "право" - гатто (турецкое "гатти"). "Имя" - нам_а_е (латинское "nomen", германское "Name"). "Мыло" - сабон (туранское "сабын", турецкое "сапун", латинское "sapo", французское "savon") и т. д., и т. д. Подобных корнесходных слов можно бы, подумав, набрать гораздо больше, но я записал только те, которые тут же пришли нашему переводчику на память. Что же доказывает это корневое сходство?- Мне кажется, что оно подтверждает догадку Эме Эмбера, который полагает, что по самому очертанию своих берегов, Япония, еще до появления ее первого исторического императора Санно (Цинму), который вторгнулся в нее с войском извне, с архипелага Лиу-Киу, должна была служить театром разных вторжений еще с древнейших времен; что Айны, составлявшие первоначальное ядро населения Ниппона, в эпоху завоеваний Санно были уже покорены или отчасти вытеснены предводителями предшествовавших нашествий, которые, в свой черед, должны были испытать закон последнего нашествия, имевшего перед ними все преимущества высшего образования, и что из этих различных элементов, вероятно, и образовался национальный характер Японцев. Эмбер склонен думать, что японская цивилизация является, таким образом, результатом не одних переселений, а скорее следствием слияния туземного элемента с иностранными, причем смешение рас произошло без поглощения природных особенностей, подобно тому как у островитян крайнего Запада, обитателей Британских островов, слияние дало новый тип, совершенно оригинальный. К этому мнению можно добавить, что, по свидетельству японских летописей, в эпоху вторжения Санно, население Японии состояло из крепостных рабов и господствующего класса самураев. Если разложить это последнее слово на его составные части - саму или сама т. е. господин, повелитель, и райя или раджа - благорожденный, то его санскритское происхождение обнаруживается совершенно ясно, и мне кажется, что ближайшее знакомство европейских ученых исследователей с японским языком со временем вполне подтвердит остроумную догадку a priori Эме Эмбера.
   Городок Исиба находится совсем в стороне, вправо от прямого нашего пути, и, чтобы зайти туда, поезд передвигается на другой путь и следует до станции Исиба задним ходом. Городок этот расположен близ верховья вытекающей из озера реки Иоды, которая однако здесь называется еще Сета-гавой, а затем, вступая в пределы округа Уджи, принимает название Уджи-гавы, и лишь по выходе из сего округа получает свое главное имя Иода-гавы, что значит Ленивая река. Городок замечателен не сам по себе, а тем, что близь него, на горе Иси (Иои-яма - Каменная или Гранитная гора) находится храм того же имени, посвященный богине Кваянон, построение которого относится к глубокой древности. У подножия горы пролегает Токаидо, знаменитая государственная дорога, которая переходит через реку Сета по длинному мосту, или, вернее сказать, по двум его половинам, так как, в самой середине, мост разделяется на две части маленьким островком Иси-сима, лежащим почти в самом истоке Сета-гавы. Этот мост, называемый "Длинным" (Наг_а_хаши или Нага-баси), составляет одну из достопримечательностей озера Бивы.
   От Исиба до Оцу, предельной нашей станции, считается пять миль. Поезд все время идет в виду озера, мимо цепи домиков полусельского, полугородского характера, которые иногда то скучатся вместе, в тесную группу, то раздадутся в стороны, открывая между собою правильные квадраты и параллелограммы чайных плантаций. Уход за кустиками чайного деревца в здешних местах тщателен, можно сказать, до скрупулезности; грядки вытянуты в струнку, заботливо разделаны, уравнены, выполоты, в меру орошены, и каждый кустик непременно подстрижен в форме грибка, либо шарика. Местные чайные плантации считаются лучшими в Японии; городок Уджи в особенности славится ими, как первоклассными во всех отношениях. В государственной летописи Великого Ниппона говорится, что первый опыт разведения чайного деревца, вывезенного из Китая, был сделан именно здесь, на берегу озера Биво; опыт удался, и с тех пор слава местных плантаций упрочилась на столько, что пальма первенства остается за ними и до наших дней. А ведь с того времени протекло, по крайней мере, двенадцать столетий!...
   В настоящее время отпуск чая из Японии простирается ежегодно на сумму более 400,000 иен (слишком 22,000,000 франков) и главная масса его вывозится в Америку, где он особенно пришелся по вкусу потребителям.
   Наконец мы прибыли в Оцу, иначе называемый Огоц, главный город провинции или губернии (кен) Сига (прежний: кен Ооми). Собственно говоря, я неправильно называю его главным городом, потому что в данной провинции таковым считается официально Гобессио, где и помещается местный административный центр со всеми его учреждениями; но дело в том, что самое то Гобессио есть не более как посад или предместье Огоца, прилегающее к нему с севера.
   Город Оцу не велик, но он широко и привольно раскинулся со своими предместьями, садами и чайными плантациями, частию по склону горы Гиейсан, частию по прибрежной низменности. По переписи 1873 года, в нем считается без малого 18,000 жителей. Панорамой ему с северной и западной стороны служат горы, отошедшие несколько вдаль, и спускающиеся в котловину пологими скатами, которые мало-помалу переходят в низменную плоскость, образуя собою берега, далеко вдающиеся в озеро несколькими узкими и длинными мысами. С юга же и востока облегают город невысокие холмы, покрытые зарослями лавра, бамбука и клена, а за ними выглядывают вершины обнаженного хребта Сигаракидан, среди которого находится самая высокая из гор, окружающих Биву,- вулкан Ибуки-яма. (1,250 метров высоты), название которого значит "гора, извергающая желчь". Удивлеяный несколько таким необыкновенным названием, я попросил нашего переводчика объяснить, что оно собственно значит и почему именно желчь? Оказалось, что Ибуки-яма - это, в некотором роде, японский Ад, гнездилище всякого зла, мерзости и нечести. В древности вся Япония быда де убеждена, что в кратере Ибуки-ямы находится спуск в подземное царство огня и мрака, населенное демонами и "ползающими" презренными и злыми духами. Говорят, что далее, вдоль восточного берега Бивы, хребет Сигаракидан подходит к самому озеру и спускается в его воды отвесными скалистыми мысами, из коих одни венчаются суровыми пиками, другие же образуют своды естественных арок, но разглядеть все эти особенности сквозь серебристо-голубоватую воздушную дымку не представляется никакой возможности, даже и с помощью бинокля.
   В прежние времена по озеру плавало множество каботажных судов, которые украшали его гладь своими белыми как чайки парусами; но с проникновением так называемых "лучей европейской цивилизации", какие-то местные предприниматели составили компанию на акциях, обзавелись тремя пароходишками и прибрали в свои руки весь каботаж самого большого озера Японии; с тех пор все прежние суда исчезли с его поверхности, и теперь даже рыбачьих челноков на ней почти незаметно. Озеро, покоящееся, как зеркало, под лучами солнца в широко раздвинутых берегах, просто поражает своею пустынностью, столь непривычною для глаза в Японии.
   На северном берегу Бивы, начиная с окрестностей Гобессио и далее, жители занимаются преимущественно разведением шелковичных червей и выделкой лаковых вещиц, сбываемых за границу через Осаку и Хиого. Весь вывоз шелка (в виде коконов, сырца и, частию, тканей) из Японии в Европу и Америку простирается в настоящее время без малого до миллиона килограммов и из этого количества четвертая часть, как говорят, приходится на долю окрестностей Бивы. Так, например, в 1878 г. было вывезено 925,000 килограммов на сумму 22,046,600 франков; стало быть, из этого количества окрестности Бивы дали, приблизительно, 231,250 килограммов, представивших собою стоимость в 5,501,625 франков, которые составляют почти чистый доход жителей, принимая во внимание, что уход за шелковичным червем не требует почти никаких материальных издержек. Самый город Оцу, кроме чайных и шелковичных плантаций, составил себе известность еще и специальною выделкой так называемых сарабанов (особые японские счеты, в роде наших), которые если и не имеют сбыта за границу, за то пользуются широким распространием по всей Японии.
   На взгорьях Гией-сана, подле нескольких синтоских миа, раскинулся среди роскошнейшего древнего сада обширный монастырь Миидера, принадлежащий монахам буддийского братства Тендэ. Но чтобы добраться туда, мало с немалым трудом преодолеть несколько крутых каменных лестниц. Еще недавно это был один из самых богатых монастырей Японии, получавший около 22,000 иен (более 120,000 франков) годового дохода; но говорят, что правительство наложило руку на львиную долю оброчных статей Миидера, посредством выкупа оных, а равно и на большую часть монастырских зданий, приспособив последние под разные нужды своей администрации и сократив ради этого до трех сот человек число монашествующей братии. Возникновение Миидера бонзы относят к IX столетию нашей эры, основывая это показание на свидетельствах не только своей монастырской хроники, но и государственной летописи. В прежнее время там жило до трех тысяч монахов, главное назначение коих состояло в том, чтобы денно и нощно читать молитвы в главном монастырском храме Кимон, бить в большой барабан и звонить в большой колокол, и все это ради отогнания от Киото, расположенного за горою Гией-сан, дурных веяний злых духов с вулкана Ибуки-ямы. В числе монастырских достопримечательностей они первым же делом и показывают этот огромный колокол, висящий на особо построенной для него высокой колокольне. Надписи, отлитые на нем, свидетельствуют, что он существует уже около шестнадцати столетий, Затем, рассказывают бонзы о том, как их предшественники-монахи в XVI веке вели в этом самом монастыре упорнейшую войну с известным покровителем св. Франциска Ксавье, диктатором империи Ода-Нобунагой.
   Распростивишсь с бонзами, мы отправились в дженерикшах вдоль берегов озера, к знаменитой исторической сосне Карасаки.
   Легенда повествует, что озеро Бива образовалось в 285 году нашей эры, в течении всего одной ночи и притом в один и тот же час, как выросла из земли гора Фузи (знаменитый вулкан Фузи-яма). Оно лежит в обширной котловине. Кряж невысоких гор, отделяющийся на севере от цепи Сиро-яма, облегает озеро двумя ветвями, в южном и юго-западном направлении, а с востока, как уже сказано, котловина обрамляется цепью Оигаракидана, и таким образом вокруг Бивы как бы смыкается кольцо гор и возвышенностей, из коих самые дальние, на северо-востоке, имеют очертания отдельно стоящих конусов.
   Озеро носит название Бива по сходству его очертаний на плане с четырехструнною японскою гитарой, имеющей форму разрезанной пополам группы. Протяжение его в пшрину около сорока восьми, а в длину свыше ста миль. Берега, сравнительно с другими местностями южного Ниппона, населены не густо, хотя, по свидетельству японских источников, они и усеяны "восемнадцатью сотнями деревень"; но это количество населенных мест, вероятно, надо относить не к самым берегам, а разве ко всему кену Сига, где, по переписи 1873 года, считается 738,211 жителей, и частию к другим округам, прилегающим к Биве с севера и востока. Поверхность озера лежит на сто метров ниже уровня моря, а наибольшая глубина его доходит местами до 86 метров. Озеро, между прочим, замечательно и тем, что ныне это, кажется, единственное место в мире, где еще водятся саламандры - большие и довольно безобразные тупорылые ящерицы со склизкою кожей.
   По дороге к Карасаки, идущей почти все время вдоль Бивы, внимание наше привлекли к себе кучи намытой с озера дресвы, равно как и кучи озерных раковин, в роде мидий, только вчетверо больше. В каждую из куч того и другого рода непременно была воткнута палочка с билетиком, где обозначено имя владельца кучи. Оказалось, что оба материала идут частию, в переработанном виде, на удобрение полей, а частию на образование самой почвы во вновь создаваемых земельных участках. Последнее обстоятельство меня заинтересовало в особенности и мне объяснили, что местные поселяне с каждым годом отвоевывают себе у озера все новые и новые участки на мелководных прибрежных местах. Для этого они выдвигают в озеро плотно сложенную цепь больших булыжных каменьев, ограждая ею со всех сторон, за исключением сухого берега, участок, намеченный к завоеванию. Камни кладутся, смотря по глубине, грядою в два и три ряда, как в ширину, так и в высоту, и таким образом получается род стенки, к наружной стороне которой постоянно наносит с озера ил, дресву, карчи, раковины, песок и т. п. Все эти озерные отбросы, плотно прибиваясь волнами к стенке, заполняют собою мало-помалу вое промежутки и скважины между камнями, так что, по прошествии известного времени, огражденный участок озерного дна совершенно изолируется от остального озера: вокруг него образовалось нечто в роде весьма прочной плотины. Тогда начинается самый процесс превращения его в способную к обработке почву. Во-первых, если условия местности позволяют, то проводится к ближайшему оросительному каналу выводная канавка для скорейшего сгона с участка оставшейся на нем воды; если же этого нельзя, то остается ждать удаления ее более медленным процессом естественного выпаривания под солнечными лучами. Ускоряется удаление воды еще и тем, что на отмежеванный участок каждый день сваливают и затем разравнивают на нем кучи дресвы, водорослей и прочих органических и неорганических отбросов, ежесуточно прибиваемых с озера к берегам.- Для этого надо только хозяевам не лениться собирать их,- и вот те-то кучи с билетиками, что мы видели, и служат складами такого материала для осушения, и, в то же время, удобрения почвы. Но кроме этого материала, безвозмездно доставляемого самим озером, сюда же валится все, что попадется под руку из домашних и огородных отбросов: стебли бурьяна и других сорных растений, навоз, осенние сухие листья и сучья, зола, угли и сор, рыбьи башки и внутренности, равно как и вся дохлая рыба и моллюски, выбрасываемые озером. Дохлая собака, птица или крыса попадется,- и ту сюда же. Из всего этого, в течение трех-четырех лет, образуется перегной, из которого жгучее солнце, помогая скорейшему разложению, в то же время вытягивает лишнюю влагу. Тогда, чтобы перемешать искусственный слой с лежащею под ним почвенною землею, приступают ко вскапыванью участка мотыгами, что соответствует нашему вспахиванию. Процесс мотыженья должен захватывать как можно более вглубь не только нанос, но и самую почву, и повторяется он от двух до трех раз в лето, после чего почва считается уже достаточно подготовленною для обработки ее под рисовое поле. Нам и показывали на пути подобные поля, из коих ранее отвоеванные для культуры лежат несколько выше последующих широкими, но низенькими уступами, что в данном случае зависит от известной покатости озерного дна и что всегда необходимо в видах наиболее удобного и правильного орошения, когда вода, после достаточного напоения верхнего участка, перегоняется на нижележащий и т. д.
   Здесь же заметили мы на некоторых межах высокие бамбуковые шесты о небольшими флагами красного цвета, или красного с белым и т. п. Нам объяснили, что это межевые знаки для передела земли, или для разграничения владений одной сельской общины от другой.
   Дорога все время идет по шоссе, которое хотя и узко, так что на нем только-только в состоянии разъехаться две дженерикши, но за то содержится великолепно, и катишься по нем без малейших толчков и колебаний, словно бы по паркету. Время от времени приходится переезжать плоские каменные мостики, переброшенные через оросительные канавы, - и эта часть оказывается тоже в величайшем порядке, какому могла бы позавидовать любая страна Европы. Все канавы заботливо вычищены и обложены камнем и дерном, так что незамученная вода струится по ним с прозрачною чистотою горного потока. Чистота, аккуратность и даже изящество отделки - это, как видно, отличительные качества всякой японской работы, будет ли то драгоценная лаковая вещица, или огородная грядка. На дороге прохожих встречается не много, но на прилегающих полях, и вблизи, и вдали,- повсюду видны группы работающих поселян обоего пола. Вглядываясь в лица всех этих встречных людей, я заметил в них одну наиболее характерную особенность,- это именно, общее их выражение спокойного довольства и веселости. А "ясное спокойствие духа", - это, по выражению народной японской мудрости,- есть идеал земного счастия. Часто ли найдете вы что-либо подобное в Европе!..
   Наконец, мы прибыли к цели нашей поездки. На самом берегу озера стоит древняя корявая сосна, широко раскинув во все стороны могучие суковатые ветви. Она покрывает собою площадку шагов около семидесяти в поперечнике, а некоторые ветви ее даже выступают за пределы площадки, простираясь над водою. Чтобы дерево не рухнуло от старости и непогоды, его со всех сторож поддерживает целая система деревянных подпорок, косых, прямых и поперечных, высоких и низких, снабженных скрепами и деревянными подушками, так что одни эти подпорки образуют под деревом, около главного ствола и вдоль всех ветвей, внутри и снаружи, довольно густую чащу лесин и балок. Площадка со стороны озера ограждена высоким гранитным цоколем циклопической кладки, чтобы предохранить почву от подмыва; с сухого же пути она обнесена деревянной оградой, в центре которой поставлено священное тори с двумя фонарями по сторонам, ведущее к маленькой синтоской миа, где встретил нас почтенный кануси (синтоский жрец) с двумя своими коскеисами (прислужниками) и сам пошел показывать нам знаменитую Карасаки, объясняя великое значение этого исторического дерева для всего государства. Оно вверено правительством заботливости и попечениям этого почтенного человека, который обязан со своими помощниками ежедневно осматривать всю Карасаки с полным вниманием, принимая немедленные меры к исправлению малейшей не исправности и к удалению всего, что могло бы так или иначе повредить ее благополучию и долгоденствию. О состоянии дерева и всех переменах в оном, органических и искусственных, канусси периодически доносит местному губернатору.
   Надо заметить, что местность, прилегающая к Биве и ее ближайшей окрестности,- это колыбель японской национальности. Здесь произошло первое зарождение Японии, как государства, и с тех пор вся эта местность полна великих и священных для каждого Японца исторических воспоминаний. Предание, относящееся к Карасаки, говорит, что посадил ее собственноручно сам великий Цинму (Санно), первый исторический микадо, основатель Японского государства, в день провозглашения себя императором всей страны Восходящаго Солнца, в 667 году до Рождества Христова. Стало быть, Карасаки - ровесница самой Японии, как государства, и если считать предание достоверным, то в настоящее время этой современнице Навуходоносора и Тулла Гостилия должно быть 2,548 лет, и старше ее из исторических деревьев остается разве один Мамврийский дуб. Торжественно сажая в землю молоденький росток сосны, Цинму изрек пророчество, что пока стоит и цветет эта сосна, будет стоять и процветать Империя Восьми Великих Островов {Давая своему отечеству название Ого-я-спма (восьми великих островов) Японцы к четырем своим большим островам причисляют еще острова Садо, Цусиму, Ики или Оки и Авадви, не считая Иесо (Матсмай), который еще недавно был для них чужою страной.}.- Вот почему с тех пор и до сего дня так рачительно оберегают и поддерживают Японцы существование этого дерева.Почтенный канусси предложил нам на память сосновую шишку от этой самой Карасаки, а также ее портрет, отпечатанный на тонком листе японской бумаги, и листок с одним старинным стихотворением, где воспеваются, или, вернее сказать, перечисляются все восемь достопримечательностей озера и прилегающей к нему страны Ооми {Аво-уми, значит пресноводное море, под которым в древнейшие времена подразумевалась Бива. Аво-уми сократилось в произношении в Аоми и, наконец, в Ооми и Оми. Таким образом, вся прилегающая к Биве страна, в переводе, может быть названа Пресноводьем или Пресноморьем.}. Привожу это стихотворение в подлиннике и в переводе:
  
         Наниши Ооми но
            Хаккей ва:
         Цуки каге кийёки
            Иси-яма я.
         Касу мизо комеши
            Миидера но
         Ири-ае цутуру
            Кане но кое.
         Ватару хуна бито
            Махо хиките
         Ябасе ни каеру
            Момо чи буне.
         Нами но Авазу но
            Кумо харете
         Хая иухи сасу
            Ура-ура но
         Кешики мицуцу
            Ватару ни ва
         Сета но Нагахаши
            Нага ка разу.
         Хира но такане ва
            Шира юки ни.
         Мада хада самуки
            Ура кадзе ни,
         Оцуру Кататано
            Кари га не я,
         Кае мо харукани
            Саийо хкете
         Саби пшса масару
            Карасаки но
         Мацу косо аме но
            Ото су наре.
  
   "Вот перечень восьми достопримечательностей в Ооми:
   "Чистый свет луны на горн Иси,
   "Среди вечернего тумана гудящий звон колокола во храме Миидера возвещает о наступлении сумерек.
   "Тогда, плывя по озеру, в глазах у тебя множество лодок, возвращающихся под всеми парусами в пристани Ябасе.
   "Уже созерцая ясное небо на стороне Авазу и любуясь отражением лучей заката на берегах озера, "Длинный мост" в Сета кажется не длинным.
   "На вершине горы Хира еще белеют остатки снегов,- оттого и береговой ветер ощутительно прохладен.
   "Вот, длинная вереница диких гусей спешит на ночлег к колокольне Катата, откуда издаваемые ими крики сливаются в полночь с шумом дождя под исполинскою сосною Карасаки".
   В этих стихах не трудно заметить тонкое чувство изящного понимания природы и умения схватывать ее наиболее красивые стороны и характерные моменты. В общем они производят впечатление очень хорошо написанной местной картинки.
   В этот день, с первым отходящим поездом, мы возвратились в Кообе, не заезжая более ни в Киото, ни в Осаку. Надо было спешить к ожидавшей нас на Кообийском рейде "Европе".
   <...>
  

ПРИМЕЧАНИЯ

  
   1) Струве Кирилл Васильевич, сын знаменитого астроном Струве В. Л., основателя Пулковской обсерватории.
   2) 1 вершок = 1/16 аршина = 4,45 см. Рост среднего мужчины = 1,5 м.
   3) Конкубинат - брак "с меньшими юридическими последствиями", чем законный брак, как бы полубрак. Дети от него считались незаконными.
   4) Коце - местный участковый старшина, исполняющий административные и некоторые судейские обязанности.
   5) Самюре, самураи - рыцарское дворянское сословие, обязанное в прежнее дореформенное время нести военную и государственную службу.
   6) Косые паруса, из коих первый, в форме трапеции, натягивается по фок (передней) мачте и фоковому гафелю (деревянная рейка, упирающаяся одним концом в верхнюю часть фок-мачты и идущая назад вдоль судна). Фор-стеньги-стаксель - треугольный парус, поднимаемый по снасти между фок-стеньгой (средняя составная часть мачты) и бугшпритом (короткая наклонная мачта на носу). На "Африке" же вследствие большой длины судна, бугшприта нет, но снасть, по которой ходит фог-стеньги-стаксель, закреплена у форштевня (основное переднее ребро носа). (Примечание автора).
   7) Бимсы - брусья, положенные поперек судна и служащие основанием верхней палубы и креплением самого корпуса. (Примечание автора).
   8) Старцев Алексей Дмитриевич (1838-1900), сын декабриста Н. А. Бестужева от его гражданского брака. Воспитывался в семье купца Д. А. Старцева. Впоследствии - крупнейший сибирский купец и промышленник.
   9) Уголь, добываемый в Южно-Уссурийском крае, в Славянской бухте. (Примечание автора).
   10) Мандарин - данное некогда португальцами название чиновникам феодального Китая.
   11) Таэль - китайская счетная денежная единица, по тем временам равна 222 русским серебряным рублям.
   12) На каждой мачте находятся три поперечные реи. Парус, привязанный к нижней рее, называется фок или грот; на средней рее, смотря опять-таки по мачте, - фор-марсель (Примечание автора).
   13) Шпигаты - отверстия в палубе для стенания воды за борт.
   14) Гапка-борт - кормовая часть наружного борта; раковина судна - часть, где начинается закругление кормы.
   15) Пропилеи (греч. - вход, отверстие). Наиболее выдающимся древнегреческим архитектурным памятником является вход на акрополь в Афинах (437 г. до н. э.).
   16) Брекватер - волнорез.
   17) Гюбнер Н. А. (1811-1892) - австрийский дипломат и путешественник.
   18) Котонады (от франц. котон - хлопок) - изделия из хлопка.
   19) Пенитенциарные системы - в зарубежных странах порядок отбывания уголовного наказания в виде лишения свободы с разными условиями содержания.
   20) Сэгун, сегун - дословно "великий полководец", покоряющий варваров. С XII в. сегунами стали называть управляющих страной от имени императора военно-феодальных правителей Японии. Последний правитель из сегунов был свергнут революцией в 1867-1868 гг.
   21) Волапюк - всемирный язык.
   22) Магазинка - неавтоматическая винтовка, создание которой в 80-х годах XIX в. повысило скорострельность с 7-8 до 10-12 выстрелов в минуту. Патроны к патроннику ствола подаются в ней из магазина.
   23) Кобанг - чеканившаяся в Японии до введения в 1871 году новой монетной системы золотая монета.
   24) Ремонт - здесь способ комплектования воинского состава армии покупкой лошадей.
   25) Миканы - японские апельсины.
   26) Даймиосы - крупные японские землевладельцы.
   27) Курма - верхний короткополый халат.
   28) Покоем, т.е. в форме буквы "П".
   29) Флажолет - маленькая флейта из кости или дерева с шестью дырочками.
   30) Плутонгами, т.е. взводами.
   31) Барановский Владимир Степанович (1846-1879), русский изобретатель и конструктор первых систем скорострельных артиллерийских орудий.
   32) Здесь имеется в виду характерный портрет Еромолова Алексея Петровича (1777-1861), генерала от инфантерии, наместника Кавказа.
   33) Здесь имеется в виду смерть 1 марта 1881 года императора Александра II после покушения на него.
   34) Нотабли - здесь известные люди города.
   35) Амфитрионы (нариц.) - люди, охотно принимающие гостей.
   36) Абураками - особый род плотной промасленной бумаги, отличающейся своей непромокаемостью.
   37) Фальшфейеры - тонкостенные гильзы, набитые медленно горящим составом.
  
   Дневники путешествия Всеволода Крестовского "В дальних водах и странах" печатаются по собранию сочинений, СПб, 1899-1900 гг. Дневники даны в некотором сокращении, которые в основном касались некоторых устаревших понятий и сведений.
  
  

Другие авторы
  • Никитин Виктор Никитич
  • Навроцкий Александр Александрович
  • Бестужев Михаил Александрович
  • Вересаев Викентий Викентьевич
  • Лютер Мартин
  • Свенцицкий Валентин Павлович
  • Лебедев Владимир Петрович
  • Гроссман Леонид Петрович
  • Верещагин Василий Васильевич
  • Попов М. И.
  • Другие произведения
  • Аверченко Аркадий Тимофеевич - Мечты о прошлом
  • Сю Эжен - Морской разбойник и торговцы неграми, или Мщение черного невольника
  • Пумпянский Лев Васильевич - Ломоносов и Малерб
  • Дурова Надежда Андреевна - Избранная переписка
  • Савинков Борис Викторович - В. Н. Сафонов. Главный противник большевиков, или История о том, как чекисты поймали Бориса Савинкова.
  • Добролюбов Николай Александрович - По поводу одной очень обыкновенной истории
  • Некрасов Николай Алексеевич - Драматические сочинения и переводы Н. Полевого. Части третья и четвертая
  • Ходасевич Владислав Фелицианович - Петербурские повести Пушкина
  • Чехов Антон Павлович - Степь
  • Гагедорн Фридрих - Фридрих Гагедорн: краткая справка
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (26.11.2012)
    Просмотров: 148 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа