Главная » Книги

Челищев Петр Иванович - Путешествие по северу России в 1791 г., Страница 6

Челищев Петр Иванович - Путешествие по северу России в 1791 г.


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16

их кораблей по причине выгрузок, но полезен же опять, если бы неприятель покусился подойтить. За оным баром во все лето стоит брантвахта, фрегат сорока четырех пушечный; а прежде всегда стаивали гукара.
   В шести верстах от Лапаминки, за урочищем Железные Вороты, при них на Мудюйском острове стоит Мудюйский маяк - деревянная высокая башня, построенная Петром Великим. Тут есть таможенная застава, жилища лоцманов и солдатская караульня.
   Вниз по реке Маймаксы, в шести верстах от Соломбальского острова, впадает с правой стороны речка Повракулка; оная также служит для военных судов гаванью; в ней в мою бытность стояло новых военных судов: фрегат 28-ми-пушечный - 1, катеров 24-х-пушечных - 3, транспортных - 2; для караулу их шкипер с шестнадцатьми человеками морских солдата и матросов. Повракулка хороша по глубине, по тихости воды, по закрытии от ветров и по безопасности от льду жаль, что оная речка Повракулка не на долго простирается.
   В 18-ти от города Архангельска верстах в 1701 году, на берегу самого фарватера, построена Петром Великим квадратная каменная крепость [которой и план на обороте сего листа прилагается], о четырех по углам бастионах, в средине каждого по каменному пороховому погребу; в северо-западном бастионе поставлена высокая деревянная башня для флагу; на северной стороне за стеною построен огромный каменный равелин, обведен рвом и присоединен к городу подъемным мостом. Северная, восточная и южная стороны обведены капитальным водяным рвом; с западной, южной и с северной стороны имеет вороты и подъемные мосты. Окружается от запада рекою Двиною, от севера и востока небольшою речкою и непроходимыми с камышом болотами, а от востоку изрядной величины нарочно выкопанным прудом. Внутри крепости небольшая деревянная церковь Петру и Павлу; в ней изрядная живопись на голубой камке, утварь и ризы, Петром Великим пожалованные. В ней достойно чрезвычайного примечания то, что для сидения поделаны параллельно, как в немецких церквах, лавки, чего нигде в России нет. Нерачением господина обер-коменданта нет в сей Петра Великого крепости священника, а церковь на бок смотрит. На западных крепостных воротах каменный о двух жильях комендантский дом; на восточной стороне внутри для жительства штаб- и обер-офицеров каменный дом довольно обширен. На западной стороне в параллель комендантскому дому деревянные длинные новые казармы. На восточной стороне за церковью две больших связи, где хранится аммуниция и весь воинский снаряд. Под крепостью в четырех местах находятся колодцы, имеющие в себе очень хорошую воду. Сия крепость долгое время была предана совершенному опустению и падению; но Швед пробудил нас от глубокой нашей дремоты, и она опять процветать зачала. Ходя по ней, не нашел я орудиев, которые бы наглость неприятелей обуздать могли.
   Против оной крепости на острову Маркове был Петром Великим построен маленький деревянный дворец, в нем он изволил гостить со всею своею свитою, освятив помянутую церковь в крепости; а когда оный там от ветхости и от льдов попортился, то его перевезли и поставили за помянутым прудом на южном предместии крепости. Сколь глубоко был я пронзен жалостию, видя, что сие святилище было предано совсем падению! Углы его отвалились, стены осели, крышка обломилася, окны расхищены, полы покрадены, вместо печей груды глины, а в почивальной, где великий сей муж от своих трудов опочить изволил и стези к блаженству своего народа выдумывал, на том месте, где бы трофеем стоять надлежало, ныне неблагодарными его подданными пускаются в забытую сию кумирницу несмысленные четвероногие животные, и где коснулася его нога, влекущая за собою блаженство России, там видны были груды мерзости и вони. О, суетное человечество! Я не нашел за краткостию времени способу, как доказать мое высокопочитание сему капищу и для того взял кусок гнилого дерева вместо мощей. В предместии на восточной стороне по реке слобода, в которой несколько изрядных домиков для офицеров артиллерийских и инженерных, для таможенных чиновников и прочего звания людей.
   Во оной крепости в мою в ней бытность комендант был Юрий Астафьевич Врангель; при команде майор Григорий Kyприянович Вошков; инженерный кондухтор Александр Михайлов Ворыпаев.
   В губернском портовом городе Архангельске, выключая Соломбальское адмиралтейство, имеется присутственных мест, в которых при мне были господа присутствующие, а именно:
   В наместническом правлении: правящий должность Олонецкого и Архангельского генерал-губернатора господин генерал-поручик и орденов российских святого Александр Невского, великомученика Георгия 4-го класса, святого равноапостольного князя Владимира 1-й степени и велико-княжеского Голштинского святой Анны кавалер Тимофей Иванович Тутолмин; временем в город Архангельск, но и то на короткое весьма время приезжает, а живет все, в рассуждении казенных чугунных заводов, в Петрозаводске. Правитель наместничества господин генерал-поручик и ордена святого Владимира Большого креста 2-й степени кавалер Иван Романович Ливен; советники: надворный советник и ордена святого Владимира 4-й степени кавалер Николай Васильевич Тутолмин; титулярный советник Андриан Борисович Сумбулов.
   В уголовной палате: председатель: коллегский советник князь Федор Васильевич Урусов; советники: коллегский советник Матвей Герасимович Зеленин; коллегский же советник Крестьян Федорович Медер. Ассессоры: титулярный советник Григорий Ефимович Непенин; коллегский секретарь Денис Григорьевич Григорков.
   В гражданской: председатель: коллегский советник Николай Иванович Тутолмин. Советники: флота 2-го ранга капитаны: Петр Иванович Григорков, Александр Петрович Казин. Ассессоры: титулярный советник Дмитрий Михайлович Яковлев, коллегский секретарь Василий Константинович Пономарев.
   В казенной: вице-губернатор коллегский советник и ордена святого равноапостольного князя Владимира 3-й степени кавалер Сергей Петрович Окунев; в мою бытность умер: экономии директор надворный советник и ордена святого равноапостольного князя Владимира 4-й степени кавалер Авраам Андреевич Захарьин; советники: в экспедиции таможенной надворный советник и ордена святого равноапостольного князя Владимира 4-й степени кавалер Моисей Николаевич Радищев; камерной - коллегский ассессор Семен Семенович Стоинский; счетной - коллегский ассессор Александр Андреевич Евреинов; винной и соляной - титулярный советник Александр Михайлович Зубков; ассессоры: при палате: флота капитан-лейтенант Филипп Григорьевич Филатов; в экспедициях: по части о соле - коллегский ассессор Осип Васильевич Хастатов; по части о вине - титулярный советник Иван Алексеевич Двойников; строительной - титулярный советник Николай Иванович Скребнев; счетной - подпоручик Петр Логинов; губернский казначей провинциальный секретарь Иван Данилович Загряцкой; губернский прокурор капитан Алексей Маркович Полторацкий; Стряпчие: премьер-майор Андрей Францович Вернезебр; коллегский ассессор Герасим Васильевич Павлов.
   В совместном суде: судья коллегский ассессор Григорий Петрович Василевский.
   В губернском магистрате: председатели: в 1-м департаменте - коллегский ассессор Федор Алексеевич Рыбников; во 2-м департаменте - секунд-майор Иван Петрович Владимиров. Прокурор поручик Матвей Иванович Корсаков; стряпчий губернский секретарь Алексей Васильев.
   Верхнего надворного суда: в 1-м департаменте: председатель - надворный советник Федор Савостьянович Рикман; советник - коллегский ассессор Дмитрий Иванович Бирюков; ассессоры: титулярный советник Яков Ефимович Непенин; губернский секретарь Никита Семенов Ворошилов; во 2-м департаменте: председатель - надворный советник Иван Иванович Тутолмин; советник - титулярный советник Вильгельм Богданович Глейник; ассессоры: подпоручик Петр Алексеевич Воробьев; поручик Матвей Иванович Лот; прокурор: коллегский ассессор Сергей Петрович Брант; стряпчие: губернский секретарь Григорий Михаилов Паламошной; прапорщик Евграф Алексеев Либеровский.
   В верхней расправе: председатели: в 1-м департаменте - коллегский ассессор Иван Антонович Забелин; во 2-м департаменте - секунд-майор Андрей Петрович Шеин; стряпчие: коллегские регистраторы: Николай Герасимов Павлов и Петр Григорьев Агапов.
   Нижнего надворного суда: в 1-м департаменте: судья - надворный советник Александр Александрович Попов. Заседатели: губернский секретарь Александр Алексеев Гусев; коллегский протоколист Степан Васильев Швецов; во 2-м департаменте: судья - коллегский ассессор Федор Федорович Крыжов; заседатель - коллегский ассессор Василий Федорович Шишкин.
   В портовой таможне: директор - надворный советник и ордена святого равноапостольного князя Владимира 4-й степени кавалер Карл Карлович Ланг; цолнер - коллегский ассессор Иван Тимофеевич Тимофеев; унтер-цолнер - коллегский регистратор Семен Федоров Протопопов.
   В управе блaгoчиния: обер-комендант господин генерал-майор и ордена святого Владимира 3-й степени кавалер, Иван Михайлович Болотников; городничий - коллегский ассессор Андрей Алексеевич Трепиции; приставы: поручик Гаврило Петров Рубцов; поручик Андрей Федоров Римснейдер; частные приставы: в 1-й части - Андрей Иванович Краузольд во 2-й части - губернский регистратор Валентин Филиппов; Дельсаль.
   В нижней расправе: судья - провинциальный секретарь Василий Иванов Агмуров,
   В земском суде: исправник - прапорщик Христиан Николаев Локерт. Уездный казначей - поручик Степан Алексеев Иванов.
   В банковой конторе: директор: флота капитан-лейтенант Никита Иванович Арсеньев; директорский товарищ - Франц Логгинович Краузольд
   В духовной консистории: преосвященный Вениамин, епископ Архангельский и Олонецкий; присутствующие: Крестного монастыря архимандрит Макарий; Сийского монастыря архимандрит Аполлос; Троицкого собора протопоп Андриан Селенинов; священник Михаил Епифанов Шустов; он же в архиерейской певческой капельмейстер.
   В Архангельском уезде казенного ведомства крестьян в трехстах пяти деревнях три тысячи девятьсот сорок три двора; в них мужеска пола - 11,140, женска - 12,470, а обоего пола - 23,601 душа.
   Оные крестьяне, живущие по большей части по близости Белаго моря, промышляют ловлею в нем морских зверей и рыб. При устьях в Белое море реки Двины, как стоячими, так и тяглыми, большими и малыми, редкими и частыми неводами семгу, сельдей, корех и камбал в немалом количестве, а особливо сельдей ловят в одной тоне возов по пятнадцати. Рыбу навагу ловят в заливах Белаго моря одними только удами, на которых крючков нет, но на веревочных концах кои от удовища, длиною с пол-аршина, завязывают узелками, кусочки тех же рыб наваг, за которые хватается по три и по пяти наваг, а иногда одна за одну за хвост хватаются зубами, как их из лунки и вытаскивают; сим весьма легким и немудреным способом больше ловят женщины и малые робята: проворные из тех ловцов, в немногие часы покуда просидеть могут у пролуби, влавливают от пятисот и до тысячи и, складывая на том же, где ловят, льду в кучи, продают приезжающим к ним крестьянам и называемым бральщиками закупщикам. Морских зверей добывают неводами, стрелянием из ружей и бьют на льдах.
   Жительствующие при реке Двине и при прочих ста тридцати четырех реках, и ста пятидесяти двух озерах тако ж упражняются в ловле заходящих из моря семг, или лохов и речных и озерных рыб: щук, лещей, налимов, окуней, сорог, язей, платиц, карасей; а ловят нижеписанными инструментами. Незадолго перед вскрытием вод, сделав на льду пролубь, ставят над нею станок и для в ночное время свету разводят огонь и, опустив в ту пролубь наживленные червями или живыми и сонными небольшими сорожками, а другие с вылитыми на подобие сорожек из олова рыбками уды, и ловят ими больших щук и налимов. Уды ж сии они называют блеснить. Когда начнется ломаться лед, то от шуму в реках, всякого рода рыбы из рек заходят истоками в озера и заливы; а когда в реках вода спадет, то теми ж истоками выходит из озер опять в реки; в то время во оные протоки ставят ижи или сети и ловят ими множество рыбы. Оставшуюся же в озерах и заливах рыбу ловят рюжами, из сетей сделанными бродцами. мережами и ботальницами, где чем способнее, тако ж и удами. По вскрытии воды, когда острова и пески окажутся, то смотря по луне и примечая, при каком ее виде, то есть, при новом ли, полном или ветхом и в какую погоду где более ловится, между островами и на сливах бросают подольники. К нетолстой веревке по двадцати и более, чрез два аршина по три, на тонких веревках привязывают наживленные мелкою рыбою и раками уды и ловят ими лещей и язей; и называются сии веревки или инструменты подольниками. С половины августа, когда ночи бывают темные, тогда по местам, тонями называемым, начинают ловить рыбу поплавнями; при поплавне от берегу клечей и сетей до пятисот сажен. По выкидании поплавня в воду, бережные с клечем идут по берегу, а ручные плывут в карбасе и, приметив, что рыба сильно пошла в сети, с речным клечем в карбасе гребью поспешают к берегу и вытягивают воротами до сетей, а сети руками, и так выбирают рыбу семгу, больших нельм и лещей. Ловят также и неводами, которые бывают во сто-пятьдесят сажен, и при них береговой клеч во сто, и ручной в двести-пятьдесят сажен. Иногда в темные ночи ездят в лодках и лучат крупную рыбу. С декабря и до апреля месяца ловят всякую рыбу, а больше налимов, с сделанными из прутья мордами. Во всю зиму щук и налимов ловят удами, наживляемыми маленькими щучками. В которые реки заходит из Белаго моря семга, в тех реках делают для ловли их большие заборы и ставят возле их из соснового струганого прутья сделанные и переплетенные еловым и сосновым кореньем верши. Прочая в реках и озерах рыба ловится во всякое время при небольших плетнях вершами.
   Сверх же того, имеют еще и хлебопашество рожи и ячменя; но поелику по холодному во всем Архангельском уезде от Белаго моря климату, рожь почти нигде не родится; а во отдаленных от моря селениях хотя и родится, но не больше как от одного бывшего в посеве четверика вымолачивают три и четыре четверика, но и то в редкие весьма годы; ячмень родится сам-шост и сам-сем, почему они и пашут ячменя помногу, так что уже оного не покупают, а довольствуются своим во все годичное время; рожь же покупают в городе Архангельске из привозной с других городов рекою Двиною на барках, которую ржаную муку для печения хлебов мешают пополам с ячменем, а некоторую часть года, по недостатку ржи, едят и один ячменный хлеб и из него пекут пироги и какорьки, напoдoбиe наших ватрушек, шангами называемые. На покупку ржи, сверх рыбной ловли и продажи, зарабатывают деньги разными промыслами и заработками: работают на Архангельской купеческой бирже и в заводах, плотничают при строении казенных кораблей и прочих судов, строят новые и починивают старые купеческие корабли и другие мореходные суда, ездят на них к Мурманскому берегу, Гроенланду и Новой Земле на рыбный и звериный промысл лоцманами и работниками, многие к Мурманскому берегу ездят за промыслом трески и палтусины собою, на собственных своих мореходных судах, и добытую ими треску и палтусину, тако ж при истоках в Белое море рек в большом количестве семг, наваг, сельдей, корех и камбал, продают в городе Архангельске; многие на продажу крестьянами, шьют прутьем корбасы или лодки; делают всякую деревянную посуду; а мастеровые, которых в Архангельском уезде имеется: портных - 98, кузнецов - 67, плотников - 698, судоходцев - 279, довольствуются своим мастерством. Грамотных по всему уезду из крестьян - 929. Женский же пол из покупного в городе Архангельске привозного из нижних городов льну прядут пряжу и ткут из нее разных доброт и сортов холст, который выбеливши, продают от семидесяти пяти копеек до рубля двадцати копеек аршин иностранным и Архангельским купцам. Каждая работница между исправлениями домашних работ перепрядает в год льну один пуд и вытыкает в лето тонкого на продажу холста сто аршин, а скатертного и салфеточного больше.
   Все вообще крестьяне, хотя и довольно имеют сенокосу хорошего, но скота держат понемногу, только для продовольствия своих семейств, а не на продажу; сено ж, вместе с заготовленными нарочно для того дровами, продают в городе Архангельске.
   Огородные овощи родятся в приморских деревнях только репа да редька, а в окологородних - капуста и морковь.
   Лес растет сосновый, еловый, березовый, осиновый, ольховый, ивовой, а черемхового и рябинника весьма мало. Оный лес употребляется только на дрова и построение хлевов, а на прочие потребы и строения покупают в Архангельске. Во оных лесах водятся звери: медведи, волки, лисицы, зайцы, куницы, белки и горностаи, только не везде, и не много их бьют и ловят на продажу. Ядобныя птицы всегда водятся: глухие и полевые чухари, тетеревы, пеструхи, косачи, куропатки и рябчики; весною налетают лебеди, гуси, утки, журавли и подорожники. Оных птиц как для своего употребления, так и на продажу, стреляют из ружей и ловят сильями и другими ловушками.
   Ягоды родятся по лесам: малины, черная и красная смородыня; по борам - земляника, черница, голубица и брусника; по болотам - клюква и морошка.
   Во всем Архангельском уезде церквей: каменных - 3, деревянных - 36; при них церковнослужителей: мужеска - 169, женска - 229 душ.
   В городе Архангельске сочинители некоторых описаний и Санкт-Петербургской академии корреспонденты: купец Иван Александрович Фомин, мещанин Василий Иванович Крестинин. Он дал мне при своем к княгине Екатерине Романовне Дашковой письме, для отдачи ей в академическую библиотеку древнего об Новгороде летописца с самого его начала книгу, которую я ей по возвращении в Санкт-Петербург отдал 179 года.
   В городе Архангельске пробыли с 27-го июля по 21-е число августа.
  

14-я часть, От города губернского Архангельска Северною рекою Двиною до уездного города Холмогор.

  

21 VIII

   А 21-го числа августа в четверток, в одиннадцать часов по полудни, из города Архангельска с дому вышеозначенного соборнаго священника Михаила Епифанова Шустова, где я стоял квартерою, экипаж мой перевезли на другую сторону реки Двины в Соломбальское Архангельское адмиралтейство, который сложили в данный мне от господина адмирала Ивана Яковлевича Барша, названный "С нами Бог" катер (которого вид на обороте сего листа прилагается), в коем мои люди и ночевали, а я ночевал в адмиральском доме.
   22-го числа в пятницу, отслушавши в Соломбальском Петро-Павловском соборе литургию и в господина адмирала Ивана Яковлевича отобедавши, вместе ж с капитан-лейтенантом Сергеем Николаевичем Синявиным и для препровождения меня водяным на том катере путем до Санкт-Петербурга данным от него ж адмирала Ивана Яковлевича господина Барша матросом Васильем Ивановым Трифоновым, севши в катер, от Адмиральской или Соломбальской пристани (до которой провожал нас Иван Яковлевич со многими морского флота офицерами) отвалили в 5 часов по полудни.
   По выезде нашем на средину реки Двины против воды и небольшого противнаго ветра греблею, господин адмирал сделал нашему катеру из стоящих на пристани пред его домом пушек семь выстрелов, на что и мы из катера отвечали тем же; потом адмиральская, во всем параде шлюбка с музыкантами, обогнавши наш катер три раза, поворотила назад; а мы, переехав реку против собора, пристали к городу Архангельску и, для отслужения храмам молебнов, ходили в соборную и Архангельскую церкви. Между ж тем временем господин адмирал Иван Яковлевич Барш для провожания нас вместо себя, за своею болезнею, прислал к нам в своей парадной шлюпке флотских офицеров, с которыми и пробыли мы в катере возле берегу на одном месте до первого часа по полуночи. Потом, распрощавшись с ними, при большом противном ветре и дождевой погоде, поехали греблею; но как ветр не утихал, а еще час от часу больше усиливался, то не в силах будучи против больших от ветру волн и противнаго ж стремления воды ехать греблею вперед, а уносило опять назад, принуждены были, заахавши за Архангельский монастырь, стать на якорь.
   23-го числа в субботу ветр не переменялся и не утихал, почему и стояли на одном месте, не выезжая на берег. После обеда, услышавши вечерний звон, выехавши на берег, ходил я в Архангельский монастырь к вечерне, где также слушал и всенощную. А как всенощная отошла поздно вечером, то за темнотою ночи и за грязною весьма от дождя к катеру дорогою, остался по приглашению тамошнего игумна Филарета ночевать в монастыре, в его кельях.
   24-го числа в воскресенье, в день моих имянин, отслушавши литургию и молебен, пошли из Архангельского монастыря, прямо из церкви на свой катер, куда, по моему зву, для обеда пришли оного монастыря игумен Филарет и в том же монастыре живущий игумен же, семинарии префект и богословии учитель Никон и соборный священник Михаил Епифанов Шустов; отобедавши ж, при ясном небе и небольшом противном ветре поехали с ними бичевою во втором часу по полудни.
   На реке Двине, на правом по течению ее берегу, в пяти от города Архангельска верстах, имеется Архангелогородского купца Семена Крылова, заведенная в 1732 году, по дозволению коммерц-коллегии, оного Семена Крылова дедом Никитою Крыловым, корабельная о шести доках, называемая Быковская, верфь; на ней прежде каждый год для продажи иностранным и российским купцам строивалось по шести купеческих кораблей; а в нынешние годы каждый год строится от одного до трех мореходных судов; а когда Соломбальскому адмиралтейству потребно нужное строение военных для морского флота судов, так строют на ней военные корабли и прочего названия большие суда, без заплаты за то денег.
   Проехавши по реке Двине бичевою от города Архангельска семь верст, для выпуску из катера на берег помянутых духовных персон, против деревни Воровиной стали на якорь и простояли с час. Потом при тихой неветреной погоде поехали греблею и бичевою.
   Против сей Воровиной деревни экономической виден был на другой стороне, по течению реки на левом, а по нашей от города Архангельска езде на правом берегу, погост Лись-остров (так, называется по немалому Двинскому острову, на котором он стоит); в нем деревянная церковь Воскресению Христову и великомученицы Параскевы.
   Отъехавши от деревни Воровиной вечером семь верст, против деревни Белой Горы для ужины стали на якорь. Выехавши из катера на берег, в доме оной деревни крестьянина Егора Алексеева напившись чаю и взявши знающаго в реке фарватер лоцмана Мину Егорова, при небольшом противном ветре греблею; но отъехавши от деревни Белой Горы две версты, против стоящей по нашей езде на левом же берегу казенного ж ведомства Устье-Именской (так называющейся по впадающей в Двину речки Именки) деревни, за сильным противным с дождем ветром и за темнотою ночи, стали на якорь.
   25-го числа в понедельник, взявши из оной Устье-Именской деревни в подмогу двух гребцов, с заплатою каждому на версту по копейке, снявшись с якоря, потянулись по левому по нашей езде берегу бичевой в шесть часов по полуночи. Проехавши от оной деревни две версты, виден был в правой стороне на берегу Двины погост Ширша; в нем одна деревянная, на подобие каменной отбеленная церковь преподобным Сергию Радонежскому Чудотворцу и Антонию Сийскому. При оном погосте на впадающей в Двину речке Ширше (по которой и погост сей таковое ж название имеет), для пиления на потребу Архангельского Соломбальского адмиралтейства тесу и брусья три пильных анбара, в каждом по два станка; и в водяной же молотовой кузнице на корабли и другие военные суда якори и прочее кузло. Отъехавши же от Устье-Именской деревни одиннадцать верст, для обеда и перемены гребцов, против дворцовой, стоящей на левом по нашей езде берегу, по которому и шли бичевой, деревни Конец-Горья, в одиннадцать часов по полуночи стали на якорь.
   Не доезжая оной деревни шести верст, на том же левом берегу Именской волости погост; в нем деревянная церковь Собору Пресвятыя Богородицы и чудотворцу Николаю. Изготовивши на берегу кушанье и в катере отобедавши с тремя человеками, взятыми из оной деревни Конец-Горья, за ту же плату бичевщиками, при ясном небе и тихой неветреной погоде, поехали бичевою в половине первого часа по полудни.
   Отъехавши от деревни Конец-Горья семь верст, для перемены бичевщиков против Лявленского погоста стали на якорь и за темнотою ночи и за большим дождем в катере ночевали. Оный погост стоит над впадающею в Двину ручкою Лявленкою, которая вытекает из болота, почему и называется Лявленским; в нем две ветхих деревянных церкви, одна - Успении Пресвятыя Богородицы, другая - Николаю Чудотворцу.
   26-го числа во вторник, выехавши из катера на берег, слушали во оном Лявленском погосте в Успенской церкви литурию и молебен. Потом, купивши за три рубли у крестьянина Мокее Фролова изрядный шитый ялик, сделанный на голландский манер, взявши за ту ж каждому по копейке на версту плату четырех человек бичевщиков, севши в катер и в нем отобедавши, при благополучном ветре и ясном небе в одиннадцать часов поехали парусами.
   Против сего погоста на другой стороне реки, на двинском большом Княж-острове того ж названия погост; в нем две деревянных церкви, первая - Введении во храм Пресвятыя Богородицы, вторая - великомученицы Екатерины.
   В шести от Лявленского погоста верстах, в правой же по нашей езде стороне, на Двинском же Нижняя Койда-Курья острову, того ж названия погост; в нем две деревянных церкви, первая - Илии Пророку и преподобному Варлааму Хутынскому, другая - Николаю Чудотворцу, а тремя внедавне усердием прихожан-крестьян построена каменная - Николаю ж Чудотворцу.
   Отъехавши от Лявленского погоста 12 верст, для перемены гребцов пристали к стоящей в левой же стороне казенного ведомства деревни Бугрувой, к самому берегу и, взявши знающаго фарватер лоцмана Прохора Данилова и одного работника, дабы не упустить благополучнаго ветра, безостановочно поехали парусами ж.
   До города Холмогор в виду нашем по берегам и по островам были от оной деревни погосты:
   1) В правой стороне Кейхацкий, в нем две деревянных церкви: первая - Рождеству Богородицы и Георгию великомученику, другая - преподобному Антонию Сийскому и великомученицы Екатерины.
   2) На Двинском Верхняя Койда-Курья острову того ж названия; в нем каменная церковь Николаю Чудотворцу.
   3) В левой стороне Каскова-Гора, деревянная церковь великомученику Георгию. При оном погосте прилив и отлив из Белаго моря, и Архангельский уезд кончился, которым от Архангельска проехали 56 верст, а начался Холмогорский уезд.
   4) На Двинском не малом острову Курья, того ж названия; в нем три деревянных церкви: первая - апостолу евангелисту Иоанну Богослову; вторая - преподобному Сергию Радонежскому; третья - преподобной Марии Египетской.
   5) В левой стороне Спасский, прежде был того ж названия мужеский монастырь, в котором летом живали Холмогорские архиереи, по перенесении ж архиерейского стула в Архангельск, установлен приходский погост. В нем три каменных церкви: первая - Нерукотворенному Образу и Благовещению Пресвятыя Богородицы; вторая - Преображению Господню и преподобным Зосиму и Савватию Соловецким; третья - преподобному Михаилу Малеину и девяти мученикам иже в Кизице. В сем месте река Двина настоящая или большая осталась в леве, а мы к городу Холмогору; за утишением ветра, поехали греблею и бичевою выпадающею из Двины и в нее ж опять впадающею рекою Куропалкою.
   Проехавши от деревни Бугровой 30, Холмогорским уездом 20, а всего от города Архангельска 76 верст, в восемь часов по полудни пристали к уездному Архангельской губернии городу Холмогору и квартерою стали в доме мещанской вдовы Ириньи Ларионовой.
  

15-я часть. Описание Архангелогородской губернии уездного города Холмогор.

  
   Старинный город Холмогор лежит под 64-м градусом и 23-ю минутою северной широты и под 56-м градусом и 2-ю минутою долготы, на западном берегу Двины и при вытекающих из той же Двины особыми проливами или рукавами и опять в нее впадающими реками Куропалке и Холмогорке, окружающей город; по ним ходят большие двинския суда; ловится рыба сиги, щуки, окуни, налимы, сороги, лещи, ерши и елцы. Положение места, где городское строение, приятное и по большей части ровное. В нем каменных три, деревянных три, а всех, в которых отправляется служба, шесть церквей: 1) каменный, бывший катедральный собор, во имя Преображения Господня. Поелику сей город был епархиальный, то жившие в нем до перенесения катедры в Архангельск архиереи полагались во оном соборе, над которыми поставлены гробницы с их портретами, погребено ж их семь. 2) Возле оного холодного собора каменный же теплый собор Двенадцати Апостолам. Приходския: 3) Каменная, двуэтажная, Глинская называемая; в ней в верхнем и нижнем этажах пять престолов, в верху настоящий храм Живоначальной Троицы, придельныя - первоверховным апостолом Петру и Павлу и Усекновению Честныя Главы Иоанна Предтечи; в низу - Благовещению Пречистыя Богородицы, предел апостолу Андрею Первозванному. Деревянные: 4) Введению во храм Пресвятыя Богородицы и апостолу евангелисту Иоанну Богослову. 5) Ниже городского посада - Рождеству Христову, придел - пророку Предтечи и Крестителю Господню Иоанну. 6) За городом на кладбище - Падрокурская, Покрову Пресвятыя Богородицы. В находящемся при городе третьего класса Успенском Девичьем монастыре строение все деревянное; в нем две деревянных церкви: 1) холодная - Успению Пречистыя Богородицы; 2) теплая на каменном фундаменте - Архангелу Михаилу. На содержание сего монастыря каждый год из казны отпущается 390 рублей.
   Купечество и мещанство сего города живут бедно; главный же их торг состоит в откупе целых барок, каюков и плотов, нагруженных всяким перемолотым в муку и переделанным в крупу хлебом, которые двинския суда приходят к Холмогорам вскоре по вскрытии вод, плывучи к Архангельску из разных нижних городов, а особливо с Вятки, Устюга, Вологды и Шенкурска, и для продажи прежде холмогорским жителям, стоят чрез целый месяц, что у них и называется годовою ярмонкою, и накупивши барок, каюков и плотов с хлебом, идут, на сколько наличный капитал позволит, для перепродажи на иностранные корабли и тамошним гуртом торгующим купцам, на тех же судах отвозят в город Архангельск, и другие, где хлеб не родится, города; притом еще имеющие изрядный капитал на своих мореходных, стоящих в городе Архангельске судах, для морского зверинаго и рыбнаго промысла ездят к берегам Севернаго окияна до Килдюина и откупают в городе Коле разные морския рыбы и морских зверей кожи и сало у живущих там Лопарей и продают сало в Архангельске для отпуску за море, а рыбу свежую, соленую и сухую, вместе с откупною у крестьян своего уезда семгою, отвозят в столичные города Москву и Санкт-Петербург, куда также стадами отгоняют и своего уезда холмогорских коров и быков. Мещане ж, не имеющие по своей бедности для оных оборотных торгов наличнаго денежнаго капитала и кредиторов, нанимаются у достаточных работниками, ездят на мореходных судах лоцманами и работниками, работают при адмиралтействе, бирже и заводах. Впрочем, обыкновенными городу, получаемыми из Архангельска и Москвы товарами хотя и торгуют, но по неимению дворянства, не дорогими, а по большей части нужными для крестьянства.
   Фабрик и заводов нет, а только имеется четыре ветряных мучных мельниц.
   В городе Холмогорах: купечества мужеска - 70, женска - 65; мещанства мужеска - 514, женска - 575; мореходцев мужеска - 69, женска - 55; церковных причетников мужеска - 36, женска - 45; разночинцев мужеска - 85, женска - 112; казенного ведомства обывателей мужеска - 25, женска - 4; при разных должностях мужеска - 79, женска - 77; по торгу, промыслу и в разных работах мужеска - 28, женска - 83; итого, мужеска - 906, женска - 1,046, а обоего мужеска и женска пола - 1,952 души; в числе их мастеровых резчиков из кости 8, а медников, портных, сапожников, столяров и маляров очень мало, а прочих ремесл мастеровых и совсем нет. Женщины упражняются в плетении грубых кружев, в пряже льну и в ткании полотен.
   Все вообще холмогорские жители, по причини сенокосных во одну сторону верст на сорок простирающихся хороших лугов, исконибе самые во всем наместничестве лучшие имеют коровьи заводы. Жители Архангелогородские и холмогорские уверяют, что поеные телята-годовики бывают освеженые, без кожи, без требуха, без ног и без головы от двенадцати до пятнадцати пуд и больше, и столько славятся, что и ко двору оные ставят. Однакож я не видал гораздо крупных коров и быков в городе и в уезде, и думаю, что оное скотоводство гораздо приходит в упадок потому, что во всю Россию отгоняют великия стада на заводы. Говядина холмогорская не столько славится вкусом, как кеврольская, и для того думать надобно, что и тамошняя животина не уступает холмогорской.
   В мою в нем бытность были господа присутствующее: городничий - коллежский ассессор Захар Захарович Бендцон; уездный казначей - губернский секретарь Семен Иванов; расправный судья - губернский секретарь Николай Михаилов Ордин; исправник - Гаврила Семенович Волков; почтмейстер - Яков Яковлевич Ребендер.
   Сей город Холмогор достопамятен прошествием чрез него троекратно на север Петра Великого в 1693, 1694 и 1702 годех, почему на берегу речки Куропалке против собору, где он изволил выходить на берег, просил я помянутаго господина городничего на самом том месте поставить сделанный мною деревянный крест с следующею надписею: "Изуй сапог твой, место бо, идеже стоиши, коснулася нога Петра Великого, отца отечества, и потому свято". Еще славится оный город произведением в 1711 годе в против самого города на двинском, облегающим с одной стороны Двиною, а с другой от города ручкою Куропалкою, Кур-острове, в погосте и деревне того ж названия, на свете славнаго в ученом свете мужа, статского советника, императорской Санкт-Петербургской академии наук профессора, Стокгольмской и Бононской члена, Михаила Васильевича Ломоносова.
   Я ездил с городничим и почтмейстером на то место, где родился помянутый Михайла Васильевич Ломоносов и любопытствовал, не увижу ль каких отменных на нем знаков, но не нашел ничего. Опустошенное сие, совсем лежащее печально, место широтою четырнадцать сажен, длиною сажен до сорока, со огородами принадлежит, к ныне живущему, положенному в подушный оклад казенного ведомства крестьянину Андрею Михайлову Шубнову, стоит на крутом береге, над небольшим из Двины в Куропалку проливом, среди строенья деревни Кур-острова, лицем на юго-запад. Среди бывшего при нем огороду выкопана небольшая сажилка, а прочего имущества его никаких и знаков не остается, кроме места. Положение окрестности сей деревни обширно и величественно; возвышенные его окружности представляют пахатныя нивы, приятные и пространные, стадами и табунами всегда испещренные луга, а низкие вокруг пологи имеют вид песчаных степей, которые ежегодно от наводнений двинских и куропальских увеличиваются; северо-западную сторону его облегает вдали большая еловая роща, которая, украшая селение, защищает его отчасти и свирепства северных ветров. Природа и труды человеческие потщилися сие место обложить изящнейшим горизонтом. Изобильнейшие воды окружают повсюду пашни и сенокосы, прерывающиеся несколькими лесами и многочисленными холмами, которым наибольшую предают живность близь лежащий город, великое множество погостов и многочисленные разных родов селения. Трудолюбие многолюдных поселян, великое плавание судов вверх и вниз по Двине, по Куропалке и по разливам, звон и шум городской и селений, к тому же изобилие рыб, птиц и всяких для жизни потребностей должны составлять наипрелестнейшую картину, когда натура облачается в радостную одежду приятныя весны. Сии то счастливые часы одарили нас, может быть, великим сим писателем и взожгли в нем сие пламя к славе. На оном месте просил я господина городничего поставить мною сделанный монумент, с нарисованною картушкою и надписями, приложенными при сем. Сей монумент поставлен против города Холмогор, за рекою Куропалкою, что в 70-ти верстах в верху города Архангельска пудасом или рукавом из Северной Двины протекает, на острове Кур-острове, в погосте того же названия, в деревни того же имяни. Он просто сделан из досок и укреплен к земле небольшими сваями, на некотором возвышении; невысокую его и четвероугольную остроту поддерживает пятичетвертной куб; высота всего памятника имеет 4 аршина. Он выкрашен Белою краскою; на 8-ми же его сторонах по нумерам подписано и нарисовано черною краскою следующее:
  
  - На косяке в верху:
   Аллегорическая нарисованная картушка с изображением венка финиковаго и лавроваго, кадуцей с крылами, две трубы, лира Аполлонова, глобусы, квадрант, колбы, телескоп, карта и книги. На остроте обелиска змее, означающая вечность.

2) В верху на косяке:

  
   На семь месте родился Михайло Васильевич Ломоносов, статский советник, Императорской Санкт-Петербургской Академии Наук профессор, Стокголмской и Бононской Академий член, 1711 году, а умер в Санкт-Петербурге году, -го числа. Тело его предано земле в Александро-Невском монастыре, душа его отлетела в райския селения, а могила его украшена изрядным надгробным камнем, из белаго мрамора сделанным в Италии, любовию и почтением к ему Великого Poccийского Канцлера графа Михайла Jlapионовича Воронцова.
  

3) На косяке в верху:

  
   Сей слабейший и маловажный памятник, в знак своего высокопочитания, воздвиг проезжающий из Санкт-Петербурга и возвращающийся туда же, секунд-майор Петр Челищев, не имее ни времени, ни способов возставить достойное и лучшее здание сему великому мужу. 29VIII 1791.
  

4) На косяке в верху:

  
   Mocковский здесь Парнасс изобразил витию
   Что чистый слог стихов и прозы ввел в Poccию.
   Что в Риме Цицерон и что Виргилий был,
   То он один в своем понятии вместил;
   Открыл натуры храм богатым словом Россов,
   Пример их остроты в науках Ломоносов.
  

5) На тунбе под первым косяком картуш:

   На горке, представляющей его могилу, стоят два щита, на одном герб М. В. Ломоносова, на другом его вензель; по сторонам две пальмы, составляющия листвием своим сень и венок; в боку заходящее солнце, в другом боку луна и несколько звезд в облаках тучных и мрачных; на щитах сидит ночная птица сова, покрывающая их своими крылами.
  
   Умолкший уж давно Афин и Римлян дар
   Витийством громких слов владети над сердцами
   Воззвал от долга сна сей северный Пиндар
   Лирической трубой и звонкими струнами.
   Сей сельский Холмогор лишь стер свой мрак с очей
   Напрягся, поднялся, излетел, объял природу,
   Возжег в веках свечу гисторией своей
   И книгу древних Росс разверз земному роду.
   С Невтоном изчислял в морях - алгебры, груз,
   В хаосе вихров был Картезию соперник,
   Схватил рукою цепь планет и звезд союз,
   Держал что Птоломей, и Тихобрах, Коперник.
   От тайны недр земных измерив и открыв,
   Наскучил опытом ползущим в изысканьях,
   Вдруг к созиданью свой дух гордый устремив
   Скупую химию настиг в своих ристаньях,
   II мощною рукой от персей исхитил
   Прекрасну дщерь ее, младую мозаику:
   И не насытясь тем столь алчен к сдаве был,
   Подъял на рамена мысль страшну и велику,
   Что даже нет Петра, отца отечества,
   Хвалу вселенные, венец племян Славенских.
   Но тут возстал на брань чин строгий естества
   И рек: "Иди ж к ему! В полях он Елисейских".
   Здесь счастие ему еще оставило в удел
   Свой вящший к славе дар, в час пагубной годины:
   Ученый свет взрыдал, и мир преклонный зрел,
   Что смертью оп извлек слезу Екатерины.
   Читатель! Воздохни, коль ты сын верный Россов.
   И вспомнив, содрогнись, каков был Ломоносов!

Петр Челищев.

   Во оном Кур-островском погосте две церкви: одна - каменная, другая - деревянная. Каменная двуэтажная, в верху храм Казанской Божией Матери, в низу - великомученицы Екатерины. Деревянная одноэтажная - великомученику Димитрию Селунскому. Здесь побочь пустого Михаила Васильевича Ломоносова места живет означенный крестьянин Шубной, брат Федоту Ивановичу Шубину, профессору скулптуры.
   В двух верстах от города на той же стороне Двины и Куропалки, где город, погост и деревня Верхний Большой Никольский Матегор; в нем каменная церковь о трех престолах: 1-й - Воскресению Христову, 2-й - великомученицы Параскевы, 3-й - Николаю Чудотворцу. Здесь живет состоящий в подушном окладе государственный крестьянин Евсей Федоров Головин, его жена Марья Васильева, родная сестра Михаила Васильевича Ломоносова, мать профессора Михаила Евсеева Головина.
   В Холмогорской округе казенного ведомства крестьян: экономических: мужеска - 3,665, женска - 3,688; черносошных: мужеска - 10,950, женска - 11,720; кречатьих: мужеска - 66, женска - 88; итого: мужеска - 14,681, женска - 15,496, а обоего мужеска и женска пола вообще - 30,17 7 душ. Оные крестьяне для пропитания своих семейств пашут рожь и ячмень; рожь у них в хорошую пору родится со одного посеянного пять и шесть четвериков, ячмень со одного три-четыре, в редкие же годы пять четвериков, а больше, кроме малого количества льну и конопель, никакого хлеба по неурожаю не пашут. Весьма мало таких крестьян, которые могут своим хлебом без прикупки год продовольствоваться, а почти каждый к своей пашне прикупает месяца на четыре, в урожайный же самый год - на два; а когда на всходе семяна потратит морозом, холодною, с моря ветряною погодою, росою и дождем, что у них не редко случается, то прикупают и с лишним на полгода.
   Сенокосных мест, а особливо по частым по реке Двине большим и малым островам довольно, почему скота имеют для своего домашнего употребления довольно, а на продажу каждый год выкармливают от двух до пяти быков и по нескольку телят выпаивают. К тому ж еще на покупку хлеба, и на заплату податей каждый крестьянин для продажи в Архангельске выганивают восьми и десяти-пудовых в год по десяти бочек смолы, жгут уголье, золу и известку; делают для соления морских рыб большие дощаны и бочки; стреляют в своих лесах из ружей зверей: медведей, волков, лисиц, зайцов, белок, горностаев, а изредко куниц и выдр; также стреляют и сильцами ловят птиц: тетеревей, куропаток, рябчиков и разных родов уток. Женский же пол, иншие с своего, другие с покупного льну разных разборов и для плетения кружев прядут и белят нитки, и также, как в Архангельском уезде, довольное число ткут на продажу тонкаго холста.
   Во оном Холмогорском уезде есть из крестьян мастеровые: медники, кузнецы, портные, сапожники, бочары, плотники, колесники, кожевники и горшечники; иные строят мореходныя и двинския суда и ходят на них лоцманами и работниками, другие, сбирая по берегам Двины и прочих рек плиты, круглое каменье и алебастр, тешут стенные и половыя плиты и для продажи отвозят их Двиною в Архангельск и Великий Устюг; прочие ж мастеровые по большей части работают в Санкт-Петербурге и Москве. Бедные ж и не имеющие, кроме хлебопашества, никакого рукоделия, отходят в заработки в Петербург и работают в городе Архангельске при адмиралтействе, бирже и в заводах, в реках и озерах ловят рыбу.
   В Холмогорском уезде озер двести-тринадцать, в них ловится рыба отменной величины: щуки, язи, окуни, сороги и караси; обыкновенные: лещи, нельмы, сиги, ерши и налимы. Pек и речек пятьдесят-пять, в них также рыба ловится, что и в озерах, в некоторых же и заходящая из Белаго моря семга.
   Лес ростет: сосновый, еловый, березовый, лиственница, осина, ольха, рябинник, черемха, ива, можжевельник, черная и красная смородыня. К строению крестьянскому годного лесу очень мало, да и то в дальнем от деревень расстоянии. В лесах ростут ягоды: морошка, брусница, земляница, рябина, малина, черемха, красная и черная смородыня, черница, голубица, княжнянка, костяница, вороница или просто называемая сцыха; грибы: грузды, березовики, сосновиками называемые, в

Категория: Книги | Добавил: Armush (26.11.2012)
Просмотров: 181 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа