Главная » Книги

Невельской Геннадий Иванович - Подвиги русских морских офицеров на крайнем Востоке России, Страница 23

Невельской Геннадий Иванович - Подвиги русских морских офицеров на крайнем Востоке России


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

уссур³йскомъ краѣ, прося генералъ-губернатора не употреблять здѣсь слова граница, а предоставляя означить ее точно въ Пекинѣ, на основан³и предложен³я, сдѣланнаго генералъ-губернаторомъ, т. е. провести ее такъ, какъ сказано въ 1-мъ пунктѣ.
   Вслѣдств³е этого, на другой день, т. е. 15-го мая, прибыли на баржу къ генералъ-губернатору батал³онный командиръ съ айжиндаемъ для окончательнаго соглашен³я по всѣмъ договорнымъ статьямъ проэкта, представленнаго въ видѣ ультиматума генералъ-губернаторомъ, и съ убѣдительною просьбою отъ князя И-Шана, чтобы слово граница въ уссур³йскомъ краѣ было вычеркнуто, т. е. чтобы въ земляхъ отъ верховья рѣки Уссури до моря предоставлено было, согласно проэкту генерала, утвердить границу въ Пекинѣ, а потому эти земли впредь до ратификац³и въ Пекинѣ оставить безъ разграничен³я. генералъ-губернаторъ согласился на измѣнен³е редакц³и первой статьи, почему она и выражена такъ: Отъ Усть-Стрѣлки, т. е. сл³ян³я рѣкъ Шилки и Аргуни, лѣвый берегъ рѣки Амура и далѣе отъ устья рѣки Уссури до моря оба берега рѣки Амура и вся страна до моря да будетъ владѣн³е Росс³йскаго государства. Правый берегъ рѣки Амура до устья рѣки Уссури - владѣн³е Китайскаго государства. Земли, лежащ³я отъ рѣки Уссури и отъ верховьевъ ея до моря, оставить между обоими государствами неограниченными до усмотрp3;н³я Росс³йскаго Императора и Китайскаго Богдыхана. Съ этому, по настоян³ю айжиндая, относительно земель отъ верховьевъ рѣки Уссури, прибавлено "какъ и нынѣ" {Это выражен³е "какъ и нынѣ", предложенное манджурами, весьма замѣчательно, ибо оно объясняетъ ихъ понят³е объ истокѣ рѣки Уссури изъ южной части Хинганскаго хребта, что оказывалось и по всѣмъ свѣдѣн³ямъ и изслѣдован³ямъ, добытымъ амурскою экспедиц³ею и о чемъ я, какъ мы видѣли, при возбужден³и мною въ 1852 году пограничнаго вопроса, представлялъ правительству.}; на все это и послѣдовало соглашен³е генералъ-губернатора, ибо это обстоятельство нисколько не измѣнило существа представленнаго имъ вышесказаннаго проекта. Право свободнаго плаван³я.по пограничнымъ рѣкамъ Амуру и Уссури, о которомъ говорится во второй статьѣ, въ манджурскомъ текстѣ вышло по рѣкамъ Сазалянъ-Ула, Сунгари-Ула и Уссуръ-Ула {По нашему понят³ю течен³е рѣки Амуръ составляетъ все пространство отъ сл³ян³и Шилки съ Аргунью (Усть-Стрѣлки) до лимана. Между тѣмъ, по понят³ямъ манджуровъ и китайцевъ, подъ рѣкой Амуръ (Маму по-тунгусски, а Сахалянъ-Ула по-манджурски и китайски) разумѣется только течен³е отъ Усть-Стрѣлки до устья Сунгари, а далѣе до моря рѣка называется Сунгари-Уда; т. е. манджуры и китайцы принимаютъ, что не Сунгари впадаетъ въ Амуръ, а напротивъ, Амуръ въ Сунгари, что и правильнѣе.}. Айжиндай замѣтилъ, что стало быть, на основан³и этого пункта трактата, русск³е могутъ плавать по рѣкѣ Сунгари и внутрь Манджур³и и торговать въ лежащихъ по берегамъ этой рѣки городахъ? Ему отвѣчали на это утвердительно и доказывали всю пользу отъ этого какъ для самихъ манджуровъ, такъ и для всей страны. Онъ охотно согласился съ этимъ, почему въ трактатѣ, въ 2-мъ пунктѣ, и было выговорено: плавать по рѣкѣ Сунгари и производить торговлю по берегамъ этой рѣки.
   Въ заключен³е генералъ-губернаторъ выразилъ, что такъ какъ теперь они согласились окончательно по всѣмъ статьямъ, то онъ намѣренъ подойти съ вооруженными катерами ближе къ айгуну и салютовать въ честь заключеннаго трактата. Айжиндай предложилъ на это подойти къ ихъ берегу, если генералу угодно, но просилъ только не стрѣлять, прибавивъ при этомъ: "мы чиновники, да и наши военные не любятъ выстрѣловъ". Это желан³е было исполнено и затѣмъ, ни въ этотъ день, ни въ слѣдующ³е за нимъ дни никакого салюта произведено не было. Для окончан³я различныхъ мелочныхъ недоразумѣн³й Шишмареву приходилось еще два раза ѣздить къ амбаню.
   Наконецъ наступилъ достопамятный день 16-го мая. Трактатъ назначено было подписать въ 12 часовъ, но за перепискою бѣловыхъ экземпляровъ на русскомъ и манджурскомъ языкахъ, время протянулось до вечера. Въ 6 часовъ генералъ-губернаторъ съ своею свитою, въ полной парадной формѣ, вышелъ на берегъ въ айгунѣ и пѣшкомъ отправился къ Дзянъ-Зюну, гдѣ тотчасъ же начали подчивать его чаемъ и сластями. Послѣ краткаго привѣтств³я, генералъ Н. Н. Муравьевъ сказалъ князю И-Шану, что онъ очень радъ, что они согласились во всѣхъ пунктахъ и кончили дѣло, продолжавшееся болѣе полутораста лѣтъ и заботившее ихъ правительства. Затѣмъ приступлено было къ чтен³ю и провѣркѣ текста на манджурскомъ языкѣ и началось подписыван³е трактата на русскомъ и манджурскомъ языкахъ. Подпмсали: генералъ-губернаторъ, Даянъ-Зюнъ, князь И-Шанъ, Перовск³й, амбань, Шишмаревъ и айжиндай {Перо, которымъ Н. Н. Муравьевъ подписывалъ этотъ трактатъ, оберъ-квартирмейстеръ Будоговск³й взялъ къ себѣ на сохранен³е.}. Послѣ подписи генералъ-губернаторъ и Дзянъ-Зюнъ князь И-Шанъ взяли каждый въ одну руку по два подписанные экземпляра на русскомъ и манджурскомъ языкахъ, въ одно время обмѣнялись ими и передали другъ другу съ взаимнымъ поздравлен³емъ.
   Окончивъ весь церемон³алъ по заключен³ю трактата, Н. Н. Муравьевъ вскорѣ оставилъ Дзянъ-Зюна, поцѣловавшись съ нимъ на прощанье, и отправился изъ айгуна въ Благовѣщенскъ. По прибыт³и на баржу, спутники генералъ-губернатора, по русскому обычаю, съ шампанскимъ въ рукахъ, поздравили его съ совершившимся великимъ событ³емъ, доставившимъ Росс³и болѣе полумилл³она квадратныхъ верстъ, хотя и пустынной, но богатой территор³и, открывшей Сибири водный путь къ океану и, наконецъ, давшей Росс³и на отдаленномъ ея Востокѣ твердое политическое значен³е.
   Н. Н. Муравьевъ, отъ того же числа, 16-го мая 1858 года, почтилъ меня слѣдующимъ письмомъ:
   "Любезный Геннад³й Ивановичъ! Сегодня подписанъ трактатъ въ айгунѣ. При-амурск³й край утвержденъ за Росс³ею. Спѣшу увѣдомить васъ объ этомъ знаменательномъ событ³и. Отечество никогда васъ не забудетъ, какъ перваго дѣятеля, создавшаго основан³е, на которомъ воздвигнуто настоящее здан³е. Цѣлую ручки Екатерины Ивановны, раздѣлявшей наравнѣ съ вами и со всѣми вашими достойными сотрудниками труды, лишен³я и опасности и поддерживавшей васъ въ этомъ славномъ и трудномъ подвигѣ. Искренно обнимаю васъ, благодарю и еще поздравляю" {Это письмо я получилъ 8-го августа 1858 года, въ деревнѣ роднаго дяди жены моей Николая Матвѣевича Ельчанинова, селѣ Поновкѣ, Смоленской губерн³и, Бѣльскаго уѣзда, гдѣ я съ семействомъ проводилъ тогда лѣто. Мы съ женой, окруженные близкими родственниками, благодарили Господа Бога за Его милость. Труды, лишен³я и опасности, нами перенесенные, послужили къ славѣ и пользѣ отечества!}.
   17-го мая, ночью, Н. Н. Муравьевъ возвратился въ Благовѣщенскъ, гдѣ, на другой денъ, въ воскресенье, было совершено преосвященнымъ Инокент³емъ (нынѣ московск³й митрополитъ) благодарственное Господу Богу молебств³е о радостномъ и великомъ событ³и и затѣмъ всѣ чины, бывш³е въ Благовѣщенскѣ, обѣдали у Николая Николаевича. Въ тотъ же день, на церковномъ парадѣ, генералъ-губернаторъ отдалъ слѣдующ³й лаконическ³й приказъ:
   "Товарищи! Поздравляю васъ! Не тщетно трудились мы! Амуръ сдѣлался достоян³емъ Росс³и! Святая православная церковь молитъ за васъ! Росс³я благодаритъ. Да здравствуетъ Императоръ Александръ II и процвѣтаетъ подъ кровомъ Его вновь пр³обрѣтенная страна! Ура!"
   20-го мая генералъ-губернаторъ отправилъ подлинный трактатъ при своемъ донесен³и къ Государю Императору, съ секретаремъ по дипломатической части Бютцевымъ. Такимъ образомъ, первое извѣст³е, посланное въ С.-Петербургъ изъ вновь основаннаго за 10 дней передъ симъ города Благовѣщенска, была благая вѣсть о присоединен³и при-амурскаго и при-уссур³йскаго края къ русскимъ владѣн³ямъ.
   21-го числа генералъ-губернаторъ, вмѣстѣ съ своимъ штабомъ, отплылъ въ дальнѣйш³й путь, къ устью Амура. Во время этого плаван³я оберъ-квартирмейстеръ Будоговск³й избиралъ мѣста для поселен³я амурскаго пѣшаго батальона, который своими станицами въ этомъ же году занялъ весь остальной лѣвый берегъ Амура отъ Малаго Хингана до устья рѣки Уссури; при устьѣ же этой рѣки было основано поселен³е 13-го линейнаго батальона, названное Хабаровскимъ. Отъ этого пункта дальнѣйш³й путь свой генералъ-губернаторъ продолжалъ на ожидавшемъ его здѣcь пароходѣ "Аргунь" въ сопровожден³и прибывшаго сюда на встрѣчу воѳняаго губернатора Приморской области г. Козакевнча. Прибывъ 8-го ³.yя въ Мар³инск³й постъ, генералъ посвятилъ этотъ день обзору казармъ, церкви и другихъ здан³й, выстроенныхъ здѣсь въ течен³е двухъ лѣтъ послѣ его отсутств³я, и 10-го ³юня прибылъ въ Николаевскъ, гдѣ былъ встрѣченъ салютомъ съ береговыхъ батарей.
   Николаевскъ послѣ 1855 года, когда генералъ-губернаторъ былъ въ немъ послѣдн³й разъ, изъ нѣсколькихъ существовавшихъ тогда домиковъ, протянулся до 1 1/2 версты по берегу Амура, и въ немъ однихъ частныхъ домовъ считалось тогда уже до 200 нумеровъ. Генералъ остался здѣсь на нѣсколько дней въ ожидан³и прихода судовъ эскадры графа Путятина, съ извѣст³емъ отъ него о ходѣ переговоровъ въ Китаѣ.
   15-го ³юня въ госпитальной церкви Николаевска было совершено преосвященнымъ Инокент³емъ благодарственное Господу Богу молебств³е о заключен³и договора; послѣ молебств³я было прововглашено многолѣт³е Государю Императору и всему царствующему дому, вѣчная память Императору Николаю I, многолѣт³е генералъ-губернатору Николаю Николаевичу, вѣчная память всѣмъ положившимъ животъ свой въ при-амурскомъ краѣ и многолѣт³е всѣмъ, подвизавшимся и подвизающимся въ здѣшнемъ краѣ дѣятелямъ.
   Отправившись изъ Николаевска на пароходѣ "Амуръ" въ обратный путь вверхъ по Амуру, 19-го ³юня генералъ-губернаторъ 21-го прибылъ въ Мар³инск³й постъ, гдѣ на другой день, въ воскресенье 22-го ³юня, въ его присутств³и былъ освященъ преосвященнымъ Инокент³емъ первый на берегахъ Амура православный храмъ. Остальныя церкви, строивш³яся въ Николаевскѣ и въ селен³и Михайловскомъ, еще не были окончены. Выйдя 21-го числа изъ Мар³инска, въ сопровожден³и парохода "Шилки", генералъ остановился у мыса Джай (въ 35 верстахъ выше Мар³инска, на главномъ фарватерѣ рѣки, откуда этотъ фарватеръ отклоняется къ лѣвому берегу), гдѣ въ присутств³и его, на избранномъ пунктѣ для поселен³я, преосвященный Инокент³й заложилъ храмъ во имя св. Соф³и (Премудрости Бож³ей) и тѣмъ положилъ основан³е будущему городу Соф³йску. Отсюда арх³епископъ Инокент³й съ военнымъ губернаторомъ Козакевичемъ, на пароходѣ "Шилка", отправились обратно въ Николаевскъ, а генералъ-губернаторъ продолжалъ плаван³е далѣе на пароходѣ "Амуръ". 28-го ³юня онъ прибылъ въ Хабаровское, а 2-го ³юля подошелъ къ устью рѣки Сунгари. Взявъ здѣсь въ провожатые манджуровъ, онъ вошелъ съ пароходомъ въ устье этой рѣки и поднимался по ней до 20 верстъ. Такимъ образомъ пароходъ "Амуръ" былъ первый, конечно, отъ сотворен³я м³ра пароходъ, который показался на рѣкѣ Сунгари и положилъ первое начало русскому судоходству и пароходству по этой рѣкѣ, на основан³и предоставленнаго айгунскимъ трактатомъ права. Обозрѣвъ пройденную часть рѣки и ея низменные берега и приведя въ изумлен³е туземцевъ (гольды) двухъ деревень, видѣнныхъ на берегу, пароходъ вернулся обратно въ рѣку Амуръ, открывъ при устьѣ р. Сунгари (или правильнѣе Амура) баръ съ наименьшею глубиною 15 футовъ.
   Продолжая путь далѣе вверхъ по рѣкѣ Амуру, генералъ-губернаторъ 8-го ³юля прибылъ въ Айгунъ. Начиная съ устья рѣки Уссури пароходъ ежедневно встрѣчалъ цѣлые десятки баржъ и плотовъ, спускавшихся внизъ но рѣкѣ Амуру съ пров³антомъ, переселенцами, различными тяжестями, съ рогатымъ скотомъ, лошадьми и прочимъ, такъ что рѣка, не смотря на свои пустынные берега, представляла въ то время довольно оживленное зрѣлище. Въ Айгунѣ генералъ отправился съ своею свитою въ домъ амбаня, находивш³йся въ крѣпости, гдѣ хозяинъ принялъ его съ распростертыми объят³ями у наружныхъ дверей. Послѣ краткихъ привѣтств³й и разспросовъ о здоровьѣ, амбань, по приглашен³ю генерала, отправился пѣшкомъ вмѣстѣ съ нимъ на пароходъ, на которомъ его прокатили съ музыкой вверхъ и внизъ по рѣкѣ. По прибыт³и генералъ-губернатора 9-го ³юля, въ Благовѣщенскъ, 12-го числа туда прибылъ на трехъ большихъ джонкахъ амбань съ огромною свитою. Его джонка съ каютою наверху подошла къ самой пристани; для встрѣчи его были посланы на нижнюю площадку пристани нѣкоторыя лица изъ штаба генералъ-губернатора и, при его выходѣ, музыка, стоявшая у балкона дома, съиграла маршъ. Шеств³е открывали по лѣстницѣ пристани 6 п³оновъ (офицеровъ) съ бѣлыми шариками и павлиными перьями на шапкахъ (за храбрость), за ними слѣдовалъ церемон³ймейстеръ съ голубымъ шарикомъ на шапкѣ, а сзади его - амбань; остальная свита шла въ безпорядкѣ. Поднявшись по лѣстницѣ на верхъ берега и подойдя къ балкону, передн³е ряды разступились, стали по обѣимъ сторонамъ дороги и пропустили впередъ церемон³ймейстера и амбаня. Генералъ-губернаторъ встрѣтилъ его на порогѣ балкона. Въ гостиной, амбаня усадили на диванѣ, за столомъ; слѣва отъ него помѣстился Н. Н. Муравьевъ, справа генералъ М. С. Корсаковъ, сбоку стола, въ креслахъ,- комендантъ айгуна и два гусайда (штабъ-офицера) съ голубыми шариками на шапкахъ. Прочая свита амбаня стояла въ комнатѣ, а секретарь его вмѣстѣ съ г. Шишмаревымъ помѣстились у стола. Подали угощен³е, состоявшее изъ чая, варенья, разныхъ сластей, орѣховъ, шампанскаго, наливокъ, папиросъ и сигаръ. Манджуры вообще не церемонились и не заставляли себя долго просить. Амбань горстями раздавалъ своимъ приближеннымъ бѣлые сухари и хлѣбъ, поданные къ чаю, свита его горстями же забирала поданныя сигары и папиросы и прятала по карманамъ. Цѣль пр³ѣзда амбаня состояла въ представлен³и генералъ-губернатору составленнаго Дзянъ-Зюномъ объяснен³я статей трактата, въ которомъ между прочимъ заключались правила для обоюдной между русскими и манджурами торговли на Амурѣ. Это объяснен³е состояло изъ 14 пунктовъ, заключавшихъ въ себѣ большею част³ю мелочные и стѣснительные обряды трусливой китайской администрац³и, относительно жителей лѣваго берега и вообще торговли по Амуру. Въ нихъ упоминалось о необходимости назначен³я особыхъ сборныхъ пунктовъ для взаимной торговли, подъ тѣмъ предлогомъ, что торговля должна быть подъ надзоромъ особыхъ чиновниковъ, которые будутъ слѣдить за правильност³ю ея и установлять обоюдныя цѣны. Генералъ не принялъ этихъ правилъ, доказывая манджурамъ, что торговля тогда только можетъ развиваться и быть выгодною для обѣихъ сторонъ, когда она производится свободно, безъ всякихъ стѣснен³й и безъ надзора: "зачѣмъ чиновниковъ утруждать частными дѣлами", сказалъ онъ. На это манджуры, желая какимъ бы то ни было доводомъ настоять на своемъ, отвѣчали, что это не составитъ препятств³я, потому что у нихъ столько чиновниковъ, что они не знаютъ, что съ ними дѣлать. Всѣ ихъ доводы и убѣжден³я явно клонились къ тому, чтобы поставить торговлю въ зависимость отъ чиновниковъ и чтобы такимъ образомъ дать послѣднимъ возможность пользоваться на счетъ мѣстныхъ жителей, производящихъ торговлю.
   Генералъ-губернаторъ вмѣстѣ съ этимъ не соглашался на предложен³е манджуровъ, чтобы на всемъ протяжен³и Амура былъ назначенъ только одинъ пунктъ для торговли, а требовалъ, чтобы жители обоихъ береговъ производили свободно взаимную торговлю, гдѣ пожелаютъ, безъ всякихъ стѣснен³й и надзора чиновниковъ. Наконецъ, послѣ долгихъ прен³й, постановили, что на первое только лишь время, чрезъ каждые 8 дней будетъ открываться семидневная ярмарка по очереди въ Благовѣщенскѣ и Айгунѣ, а жители обоихъ береговъ могутъ производить свободно торговлю на всемъ протяжен³и рѣки Амура. На остальные пункты объяснен³я дзянъ-зюня генералъ-губернаторъ обѣщалъ прислать свой отвѣтъ въ Айгунъ; послѣ чего амбань со свитою, получивъ богатые подарки и отдаривъ съ своей стороны кусками простой шерстяной съ шелкомъ матер³и, грубыми вѣерами, трубками, связками простаго табаку (въ родѣ махорки), китайскими сухими сластями и проч., тѣмъ же порядкомъ вернулся со своею свитою обратно на джонкахъ въ Айгунъ.
   На другой день былъ посланъ отвѣтъ генералъ-губернатора на статьи дзянъ-зюна; въ немъ было сказано: "такъ какъ нѣкоторыя изъ этихъ статей протпвурѣчатъ смыслу трактата, то объяснен³я на нихъ пришлются изъ Иркутска". Чрезъ нѣсколько дней пр³ѣхалъ комендантъ изъ Айгуна, просилъ, что бы это объяснен³е было прислано теперь же для отправлен³я къ дзянъ-зюну, но такъ какъ генерала не было дома, то онъ оставилъ къ нему письмо на красной бумагѣ и прибылъ за отвѣтомъ на другой день. Въ этотъ разъ онъ съ своими спутниками былъ принятъ генераломъ, который въ продолжительной бесѣдѣ съ нимъ развивалъ выгоды, которыя произойдутъ для нихъ отъ болѣе тѣснаго сближен³я съ русскими, толковалъ о нашей долгой дружбѣ съ Китаемъ и пользѣ сохранен³я ея для Китая, о своемъ расположен³и къ дзянъ-зюну и проч. Получивъ отъ генерала письмо къ дзянъ-зюну, въ которомъ онъ обѣщалъ прислать объяснен³я на предложенные имъ пункты изъ Иркутска, комендантъ отправился обратно въ Айгунъ. Вмѣстѣ съ тѣмъ генералъ-губернаторъ отправилъ 20-го ³юля пароходъ "Амуръ" обратно въ Николаевскъ, самъ же, на пришедшемъ изъ Усть-Стрѣлки пароходѣ "Лена" {Этотъ пароходъ зимовалъ въ Стрѣтенскѣ въ особо устроенной тамъ гавани.} отправился въ дальнѣйш³й путь вверхъ по рѣкѣ Амуръ.
   Между тѣмъ графъ Путятинъ, соединившись съ англ³йскимъ, французскимъ и американскимъ уполномоченными, вмѣстѣ съ ихъ эскадрами прибылъ въ Печил³йск³й заливъ; союзники взяли форты при устьѣ рѣки Пейхо, ведущей къ Пекину, и заняли городъ Тзянь-Цзинь. Устрашенный пекинск³й дворъ послалъ туда своихъ уполномоченныхъ для переговоровъ съ иностранцами, и графъ Е. В. Путятинъ успѣлъ первый заключить съ ними трактатъ 1/13 ³юня. Нѣсколько дней послѣ этого китайцы заключили трактаты: съ американскимъ уполномоченнымъ, 14/26 ³юня, съ англ³йскимъ и французскимъ 15/27 ³юня. Сущность трактата, заключеннаго графомъ Е. В. Путятинымъ, состояла въ слѣдующемъ: объ отправлен³и посланниковъ, о производствѣ торговли, кромѣ сухаго пути въ портахъ: Шангай, Инибо, Фучжоу-Фу, Ся-Мынъ, Гуандунъ, Тайванъ-Фу, на островѣ Формозѣ Ценчжоу, на островѣ Хайнанѣ и во всѣхъ другихъ открытыхъ мѣстахъ для иностранцевъ. Во всѣхъ этихъ мѣстахъ Росс³я по трактату имѣетъ право назначать своихъ консуловъ. Торговля, какъ сухопутная, такъ и морская, не должна подвергаться никакимъ стѣснен³ямъ. Китайцы обязаны подавать помощь при крушен³яхъ русскихъ судовъ у береговъ Китая; не должны преслѣдовать распространен³я православнаго вѣроисповѣдан³я и заботиться о сохранен³и порядка и назначен³и нашихъ духовныхъ мисс³й. Наконецъ, трактатомъ этимъ устанавливалось ежемѣсячное почтовое сообщен³е съ Кяхтой. Графъ Е. В. Путятинъ, имѣя въ виду свѣдѣн³я, добытыя амурскою экспедиц³ею о положен³и пограничнаго хребта, назначеннаго нерчинскимъ трактатомъ, и результаты дѣйств³й амурской экспедиц³и, о границѣ нашей съ Китаемъ на востокѣ, въ 9-й статьѣ договора, между прочимъ, объяснилъ: "по назначен³ю границъ сдѣланы будутъ подробныя описан³я и карты смежныхъ пространствъ, которыя и послужатъ обоимъ правительствамъ на будущее время безспорными документами о границахъ". Это обстоятельство весьма важно, потому что, какъ мы видѣли, устье рѣки Сунгари и весь уссур³йск³й бассейнъ по этимъ изслѣдован³ямъ оказались бы принадлежащими Росс³и. Китайцы, имѣя въ виду это обстоятельство, хотя и получили отъ дзянъ-зюня, цицикорскаго князя И-Шанъ извѣст³е о заключенномъ имъ съ генералъ-губернаторомъ 16-го мая айгунскомъ трактатѣ, но до подписан³я трактата графомъ Путятинымъ не сообщали ему объ этомъ, а увѣдомили его спустя нѣсколько дней послѣ заключен³я имъ трактата, именно когда уже богдыханъ ратификовалъ айгунск³й трактатъ, заключенный генералъ-губернаторомъ, и при этомъ утвердилъ, согласно представлен³ю Н. Н. Муравьева, границу нашу съ Китаемъ по рѣкѣ Уссури до рѣки Тюмень-Ула и далѣе по течен³ю оной до моря, т. е. назначилъ ее опредѣленною чертою и, вслѣдств³е этого, упоминаемая статья трактата, заключеннаго графомъ Путятинымъ, была исполнена, и такимъ образомъ то, чего избѣгали манджуры при переговорахъ съ генералъ-губернаторомъ въ Айгунѣ, т. е. слова - граница, теперь было утверждено самимъ богдыханомъ. Богдыханъ опредѣлилъ границу между Росс³ею и Китаемъ по рѣкѣ Уссури до морскаго берега и тѣмъ самымъ окончательно призналъ принадлежность при-уссур³йскаго края за Росс³ею.
   Подлинный договоръ, заключенный въ Тзянъ-Цзинѣ, графъ Путятинъ отправилъ въ С.-Петербургъ 7 ³юня, съ капитанъ-лейтенантомъ Чихачевымъ чрезъ Суэцъ и Тр³эстъ, а чрезъ 8-мъ дней послѣ того, именно 15-го ³юня, отсылая прибывшаго къ нему изъ С.-Петербурга чрезъ Суэцъ курьеромъ адъютанта Н. Н. Муравьева, подполковника Мартынова, обратно въ Иркутскъ, чрезъ Калганъ, Гоб³йскую степь, Ургу и Кяхту, графъ Путятинъ послалъ съ нимъ письмо къ Н. Н. Муравьеву и при немъ коп³ю съ заключеннаго имъ въ Тзянъ-Цзинѣ договора. Г. Мартыновъ чрезъ 25 дней прибылъ въ Иркутскъ, гдѣ, за отсутств³емъ Н. Н. Муравьева, сдалъ бумаги предсѣдательствовавшему въ главномъ управлен³и Восточной Сибири иркутскому губернатору генералъ-лейтенанту Венцелю, который, узнавъ отъ Мартынова, что курьеръ, отправленный графомъ Путятинымъ съ подлиннымъ договоромъ, капитанъ-лейтенантъ Чихачевъ, уѣхалъ прежде заключен³я французами и англичанами съ Китаемъ договора, нужнымъ счелъ отправить съ этимъ извѣст³емъ въ С.-Петербургъ очевидца этого событ³я, г. Мартынова, поручивъ ему доставить туда и коп³ю съ заключеннаго графомъ Путятинымъ договора. Г. Мартыновъ прибылъ въ С.-Петербургъ и въ тотъ же день имѣлъ счаст³е представиться къ Государю Императору, вслѣдств³е чего, въ тотъ же день, по Высочайшему повелѣн³ю были посланы телеграммы въ Лондонъ, Парижъ и друг³я европейск³я столицы, о заключенныхъ французами и англичанами договорахъ съ Китаемъ; такимъ образомъ, Европа въ первый разъ, чрезъ Сибирь, узнала объ этомъ событ³и гораздо ранѣе, чѣмъ отъ своихъ уполномоченныхъ.
   Генералъ-лейтенантъ Венцель, отправляя Мартынова въ С.-Петербургь, въ то же время, 11-го ³юля, послалъ къ Н. Н. Муравьеву на Амуръ другаго курьера съ письмомъ отъ графа Путятина, съ коп³ею съ заключеннаго имъ договора и съ извѣст³емъ о ратификац³и богдыханомъ, согласно его проэкту, о границѣ въ при-уссур³йскомъ краѣ, заключеннаго имъ айгунскаго трактата 16 мая 1858 года. Этотъ курьеръ встрѣтилъ генералъ-губернатора, слѣдовавшаго вверхъ по рѣкѣ Амуру на пароходѣ "Лена" 22-го ³юля, немного выше Албазина. Получивъ радостное извѣст³е, Н. Н. Муравьевъ вызвалъ всѣхъ наверхъ и, помолившись Господу Богу, объявилъ его офицерамъ и командѣ. 12 августа пароходъ "Лена" пришелъ въ Стрѣтенскъ, гдѣ и остался на зимовку. Оттуда генералъ-губернаторъ отправился въ Иркутскъ; во всѣхъ селахъ по этому пути встрѣчали его съ колокольнымъ звономъ толпы народа; вездѣ провожали его съ криками ура; въ городахъ являлись депутац³и и дѣлали денежныя пособ³я въ пользу новаго края. Всѣ хотѣли принять какое-либо участ³е въ этой общей радости всей Сибири. По прибыт³и въ Иркутскъ въ 1-мъ часу пополудни, 20-го августа, генералъ-губернаторъ проѣхалъ прямо въ Благовѣщенск³й каѳедральный соборъ, гдѣ былъ встрѣченъ преосвященнымъ Евсев³емъ епископомъ иркутскимъ и нерчинскимъ, совершавшемъ соборнѣ, въ присутств³и всѣхъ начальствующихъ лицъ въ губерн³и, благодарственное Господу Богу молебств³е за окончан³е великаго дѣла, которое въ русской истор³и навсегда останется соединеннымъ съ управлен³емъ Восточною Сибирью Николаемъ Николаевичемъ Муравьевымъ. По окончан³и молебств³я, преосвященный Евсев³й благословилъ Николая Николаевича образомъ Спасителя и сказалъ ему нѣсколько словъ, приличныхъ событ³ю.
   По получен³и донесен³я отъ Н. Н. Муравьева о заключенномъ имъ айгунскомъ трактатѣ и о ратификац³и онаго богдыханомъ, Государь Императоръ, указомъ правительствующему сенату, даннымъ 26-го августа 1858 года, произвелъ Николая Николаевича Муравьева съ нисходящимъ отъ него потомствомъ въ графы Росс³йской импер³и, съ присовокуплен³емъ къ его имени Амурскаго. За симъ, въ ноябрѣ того же 1858 года, по случаю этого событ³я, были Высочайше награждены:
   а) Сл 23;дующими по очереди орденами и пенс³онами въ 2,000 рублей.
   Генералъ-лейтенантъ, предсѣдатель главнаго правлен³я росс³йско-американской компан³и, Политковск³й; генералъ-майоръ Михаилъ Семеновичъ Корсаковъ, контръ-адмиралъ Петръ Васильевичъ Козакевичъ и я {Слѣдовавш³й по очереди мнѣ орденъ - св. Анны 1-й степени; св. Станислава я получилъ въ 1866 году.}.
   б) Пенс³ономъ въ 1,500 рублей.
   Генералъ-майоръ Николай Васильевичъ Буссе.
   в) Владим³ромъ 4-й степени и пенс³онами съ 350 рублей.
   Лейтенантъ Николай Константиновичъ Бошнякъ и штабсъ-капитанъ корпуса штурмановъ Дмитр³й Ивановичъ Орловъ.
   г) Владим³ра 4-й степени и Анны 3-й степени.
   Лейтенанты: Ал. Ив. Петровъ и Разградск³й, поручикъ корпуса штурмановъ Воронинъ, лейтенантъ Купреяновъ и докторъ Орловъ.
   Такъ какъ я и Д. И. Орловъ были семейные, то дарованные пенс³оны по нашу смерть, Высочайше повелѣно распространить на нашихъ женъ и дѣтей.
   Таковы были окончательные результаты открыт³й, совершенвыхъ на маленькомъ транспортѣ "Байкалъ" въ 1849 году, и затѣмъ дѣятельности нашихъ морскихъ офицеровъ, составлявшихъ амурскую экспедиц³ю съ 1850 по исходъ 1855 года! Нельзя не признать, что вышеизложенные неоспоримые документы и факты показываютъ, что разрѣшен³е амурскаго вопроса, обусловливавшаго политическое и экономическое значен³е Росс³и на отдаленномъ ея Востокѣ, было совершено въ главныхъ основан³яхъ единственно нашими морскими офицерами, которымъ судьба опредѣлила тамъ дѣйствовать съ 1849 по исходъ 1855 года. Они, возбудивъ погребенный, казалось, на вѣки амурск³й вопросъ, представили вмѣстѣ съ этимъ и практическую возможность, безъ особыхъ затратъ казны, къ его разрѣшен³ю, т. е. къ объяснен³ю - доступно или недоступно устье рѣки Амура и ея лиманъ къ плаван³ю мореходнымъ судамъ {Смотри переговоры мои съ княземъ Меньшиковымъ, письмо генералъ-губернатору Муравьеву отъ 10-го февраля 1840 года и, наконецъ, принятыя мною мѣры къ скорѣйшему изготовлен³ю транспорта и приходу его въ Петропавловск³й портъ.}.
   Они, не получивъ еще Высочайшаго соизволен³я, не теряя ни минуты времени, рѣшились идти изъ Петропавловска къ устью рѣки Амуръ и въ ея лиманъ, къ мѣстамъ, считавшимся тогда нашимъ правительствомъ и всѣмъ образованнымъ м³ромъ - китайскими, и не смотря на ничтожнѣйш³я средства, съ преодолѣн³емъ величайшихъ затруднен³й и опасностей, положительно доказали, что считавш³еся недоступными устье рѣки Амура и ея лиманъ - вполнѣ доступны, и что Сахалинъ не полуостровъ, а островъ {См. карты NoNo I, II, III.}.
   Они, при ничтожествѣ средствъ, съ каковыми была снаряжена на прибрежья Охотскаго моря торговая частная экспедиц³я въ 1850 году, не смотря на тяжкую отвѣтственность, единственно по своему усмотрѣн³ю, рѣшились дать этой ничтожной торговой экспедиц³и важное государственное направлен³е; заняли военнымъ постомъ устье рѣки Амура и отъ имени росс³йскаго правительства объявили туземцамъ, манджурамъ и иностраннымъ судамъ, бывшимъ тогда близъ лимана рѣки Амуръ, что этотъ край Росс³я всегда признавала своей принадлежностью и тѣмъ, отстранивъ всякое на устье рѣки Амура постороннее покушен³е, сдѣлали первый, твердый и безповоротный шагъ къ признан³ю при-амурскаго края русскимъ {Смотри инструкц³и мои гг. Воронину и Бошняку въ 1852 г. и дѣйств³я этихъ офицеровъ.}.
   Они, при несоотвѣтств³и данныхъ инструкц³й, не смотря на тяжкую отвѣтственность, опасности и лишен³я, единственно по своему усмотрѣн³ю, рѣшились изслѣдовать направлен³е Хинганскаго хребта отъ верховьевъ рѣки Уди и восточной части рѣки Амура, и этимъ положительно доказали неправильность понят³я о направлен³и нашей границы съ Китаемъ въ этихъ мѣстахъ, и обнаружили, что при-амурск³й и при-уссур³йск³й край должны составлять принадлежность не Китая, а Росс³и {Смотри инструкц³ю, данную мнѣ въ февралѣ 1851 года, и дѣйств³я мои въ навигац³ю того же года.}.
   Они, не смотря на ничтожество средствъ, опасности и лишен³я, изслѣдовали въ главныхъ частяхъ островъ Сахалинъ, открыли на немъ неисчерпаемыя богатства каменнаго угля и, собравъ положительные факты, доказывающ³е право обладан³я этимъ островомъ Росс³и (что онъ составляетъ неотъемлемое дополнен³е амурскаго бассейна), единственно по своему усмотрѣн³ю, не имѣя еще на то повелѣн³я, рѣшились занять военнымъ постомъ этотъ островъ и тѣмъ положить твердое основан³е къ присоединен³ю его къ импер³и {Смотри инструкц³и и донесен³я мои 1861 и 1862 году и результаты экспедиц³и гг. офицеровъ: Орлова, Чихачева, Бошняка и Петрова.}.
   Они, не смотря на ничтожество средствъ, съ перенесен³емъ неимовѣрныхъ лишен³й, трудовъ и опасностей, возбудили и разрѣшили важнѣйш³й тамъ морской вопросъ, обусловливавш³й важное значен³е для Росс³и этого края. Они изслѣдовали прибрежья Татарскаго залива до 49° сѣверной широты, открыли по близости къ рѣкѣ Амуру заливъ де-Кастри (Нанъ-гмаръ), представляющ³й ближайш³й рейдъ съ юга къ амурскому лиману; открыли въ 49° сѣверной широты превосходнѣйшую гавань Императора Николая I (Хаджи), составляющую центральную гавань между корейской границей, и амурскимъ лиманомъ; изслѣдовали пути, ведущ³е, какъ изъ этой послѣдней гавани, такъ и изъ залива де-Кастри на рѣку Амуръ; собрали положительныя данныя о существован³и почти круглый годъ открытыхъ мѣстъ для навигац³и по прибрежью Татарскаго залива, близъ корейской границы и на рѣкѣ Уссури. Всѣмъ этимъ они положительно доказали, что обладан³е однимъ лѣвымъ берегомъ рѣки Амура безъ уссур³йскаго бассейна съ его прибрежьями не представляетъ возможности утвержден³я надлежащаго политическаго значен³я за Росс³ею на отдаленномъ ея Востокѣ, и, въ виду проявлявшагося уже тогда иностраннаго покушен³я на эти прибрежья, единственно по своему усмотрѣн³ю, подъ личною тяжкою отвѣтственност³ю, рѣшились занять постами на рѣкѣ Амуръ селен³е Кизи, заливъ де-Кастри и Императорскую гавань, и отъ имени русскаго правительства объявлять всѣмъ появлявшимся у этихъ береговъ иностраннымъ судамъ, что прибрежья Татарскаго залива до корейской границы съ островомъ Сахалиномъ составляютъ росс³йск³я владѣн³я {Смотри инструкц³и, данныя мною гг. офицерамъ: Бошняку, Чихачеву, Орлову, Петрову, Разградскому и прапорщику Березину, въ исходѣ 1852 и началѣ 1853 года и результаты дѣятельности, вслѣдств³е этихъ инструкц³й, упомянутыхъ офицеровъ.}.
   Они справедливымъ и глубокимъ вниман³емъ къ кореннымъ обычаямъ инородцевъ, изучен³емъ ихъ образа жизни, потребностей и отношен³й, устранен³емъ различнымъ столкновен³й между туземцами, не смотря на ничтожную численность по сравнен³ю съ окружающими ихъ со всѣхъ сторонъ дикими и милл³оннымъ населен³емъ сосѣднихъ манджуровъ, распространили въ этомъ краѣ русское вл³ян³е въ такой степени, что генералъ-губернаторъ нашелъ страну эту какъ бы давно принадлежавшею Росс³и {Смотри донесен³е генералъ-губернатора въ ³юлѣ 1854 года.}.
   Они, утвердившись въ главныхъ пунктахъ амурскаго бассейна, пр³обрѣли въ немъ господствующее вл³ян³е и приготовили надежный и безопасный пр³ютъ нашимъ судамъ и ихъ экипажамъ въ самую критическую для нихъ минуту и, понудивъ непр³ятеля блокировать прибрежья края, заставили его этимъ заявить предъ Европою, что при-амурск³й и при-уссур³йск³й бассейны принадлежатъ не Китаю, а Росс³и {Это показываетъ сосредоточен³е нашихъ судовъ на устьѣ Амура въ 1854 и 1856 годахъ и блокада англо-французовъ въ 1855 году береговъ Татарскаго залива, какъ береговъ непр³ятельскихъ, т. е. нашихъ, ибо только мы и были тогда ихъ непр³ятелями.}.
   Наконецъ, они, всѣми упомянутыми дѣйств³ями своими, совершенными внѣ данныхъ имъ повелѣн³й, единственно по своему усмотрѣн³ю и подъ своею отвѣтственност³ю, фактически доказали правительству, что только въ при-амурскомъ и при-уссур³йскомъ бассейнахъ съ омывающимъ ихъ моремъ и возможно создать надлежащее политическое значен³е Росс³и на отдаленномъ ея Востокѣ школу для образован³я экипажей нашего флота.
   Вотъ почему дѣятельность нашихъ морскихъ офицеровъ, составлявшихъ экипажъ транспорта "Байкалъ" въ 1849 году и затѣмъ амурскую экспедиц³ю съ 1850 по исходъ 1855 года, преисполненная гражданской доблести, отваги и мужества, представляетъ не зыблемое основан³е къ окончательному присоединен³ю къ Росс³и въ 1856 году при-амурскаго и при-уссур³йскаго края и одну изъ видныхъ страницъ истор³и нашего флота и истор³и отдаленнаго Востока. Я имѣлъ счаст³е начальствовать этою экспедиц³ею и потому счелъ своею священною обязанност³ю изложить эти событ³я съ фактическою точност³ю, въ послѣдовательномъ порядкѣ.
  

Категория: Книги | Добавил: Armush (26.11.2012)
Просмотров: 74 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа