Главная » Книги

Гейнце Николай Эдуардович - В действующей армии, Страница 11

Гейнце Николай Эдуардович - В действующей армии


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

   - Один рубль! Хын-до, хын-до... - возражает солдатик опять же по-китайски и тоже для ясности качает укоризненно головой.
   "Хын-до" - значит "слишком дорого".
   - Что муного! Ни муного. Твоя покупай. Шибко шанго есть... - уверяет китаец.
   И в конце концов торг заключается.
   Эти сценки происходят уже на станциях Маньчжурии.
   А ранее по Сибири на станциях к приходу воинского поезда высыпают крестьяне из соседних сёл и деревень из переселенцев.
   Они расспрашивают, кто откуда, ищут земляков.
   Иногда происходят умилительные встречи между бывшими соседями и даже родственниками.
   На пассажирских поездах, которые обгоняют воинские, едут офицеры, расспрашивающие солдат о том, какого они полка, дивизии, корпуса.
   Нередки случаи, когда запасные солдаты, призванные вновь на службу, узнают в офицерах своих бывших начальников.
   Широкая улыбка расплывается по добродушному солдатскому лицу.
   - Здравия желаю, ваше высокоблагородие.
   - Узнал?
   - Как не узнать... Узнал, ваше высокоблагородие...
   - Значит, опять послужим...
   - Рад стараться, ваше высокоблагородие...
   - Фельдфебелем в моей роте был, когда я был капитаном... - говорит тоже с радостным выражением лица солидный полковник.
   Видимо оба довольны встречей.
   Пассажиры экспресса и почтовых поездов; офицеры, да и служащие на станциях, а в городах публика, пришедшая встретить воинский поезд, дают солдатикам деньги, табак, папиросы, чай, сахар...
   Солдатики принимают не без оговорки:
   - Помилуйте, зачем беспокоитесь, мы и так всем довольны...
   И видимо, что это так в действительности.
   Ни следа утомления и, само собой разумеется, ни следа робости.
   Любо-дорого глядеть на солдатиков в дороге.
   Едут на войну с песней, смехом и весёлой прибауткой.
   Так и хочется крикнуть им первые слова их же песни:
   "Солдатушки, браво, ребятушки!"

* * *

   Яркое жгучее солнце с безоблачного иссиня-голубого неба немилосердно своими палящими лучами обливает землю.
   Трудно дышать в раскалённом воздухе.
   Кругом поля скошенного гаоляна, вдали, совсем вдали горы, порой возвышающиеся прямо отвесными скалами.
   Нельзя себе даже представить, что можно взобраться человеку на такую гору, а между тем наши солдатики ещё так недавно взбирались на них.
   Палаток нет, виднеется только одна зелёного цвета под цвет травы.
   Ружья сложены пирамидами, солдаты расположились на земле кучками.
   Затишье.
   Неприятель сравнительно далеко, из части посланы разъезды для разведки о его позициях.
   Пока эти разъезды не возвращались.
   Солдатики отдыхают.
   Шинели и амуниция сброшены, иные сняли и пояса, но жара даёт себя знать: пот льётся градом с загорелых лиц, смочил усы, бороды, рубахи прилипли к телу и, как говорится, "хоть выжми".
   Это не мешает, однако, в некоторых группах "чаёвничать", т. е. пить из жестяных кружек чай, заваренный обыкновенно в большом жестяном, а иногда и медном походном чайнике, закусывая чёрным, а порой и пшеничным хлебом.
   Иные лежат на земле и смотрят в высь, в небо, следя за летающими птицами неизвестного в России оперения и неизвестного названия.
   - Глянь, большая, да красноглазая, не ворона, кажись, а смахивает...
   На полях то и дело мелькают человеческие фигуры.
   - Гляди, гляди, кажись, он...
   Под "он" подразумевается японец...
   - Дурья голова, "он", откуда ему взяться, наш это, видишь, наш вытянулся... Ведь от начальства был приказ на сторожевых постах лежать, а он, на поди, во весь рост... Достанется малому...
   - Тоже и лежать сласть-то небольшая... - слышится молодой голос.
   - Приказано, так и лежи, умри, да лежи... - степенно говорит, видимо, бывалый солдатик уже в летах. - "Он" вот всё лежит, от земли-то и не видать его...
   - Махонький, потому и не видать...
   - Поскорей бы на него... Нанизал бы на штык штук пять, ровно чернослив...
   - И впрямь чернослив, черномазый... - слышится добродушный смех, совсем не гармонирующий с выраженным желанием нанизать врага на штык...
   - А это не "он", братцы? - указывают даже приподнявшиеся с земли солдаты на несколько фигурок, появившихся на горизонте.
   - Китайцы, с косами... Впервой я их всё издали за девок принимал, прости Господи, - замечает всё тот же бывалый солдатик.
   - А есть и стриженые...
   - Попы это ихние, бонзы...
   - Намедни есаул сказывал, есть и японцы...
   - А кто их разберёт...
   - Разобрать бы надоть, а японца и приколоть... - говорит молодой солдатик.
   - Начальство разбирает, надо только предоставить...
   - Эх, кабы попался мне... Душеньку бы я отвёл...
   Вот в одной группе солдат читает письмо с родины, пришедшее по "летучке", т. е. по летучей полевой почте, состоящей из казаков.
   Собрались всё земляки.
   Письмо пришло одному, но радость общая.
   В нём нет ничего, кроме мелочей крестьянского обихода, да поклонов от многочисленных родственников и соседей, - этими поклонами заняты три четверти письма - но в них-то вся и суть.
   Имя соседа или родственника вызывает воспоминания не только того, кому адресовано письмо, но и всех земляков.
   "А дядя Парфён шлёт тебе нижайший поклон", - читает солдат.
   - Дядя Парфён!.. - слышится радостное восклицание.
   - Жив старый!
   - Ногу ему надысь телегой пришибло...
   И восстают перед солдатиками картины их родины.
   За кучкой, окружившей чтеца и счастливца, получившего весточку с родины, сидят и прислушиваются несколько солдатиков с грустными лицами.
   Им ничего не говорят доносящиеся до их слуха имена.
   Они из других мест.
   И никто из них не получил письма.
   С завистью смотрят они на переживающих родные воспоминания.
   Но вот наступает время обеда.
   Задымились походные кухни.
   Подаётся сигнал к обеду.
   Солдатики бегут за котелками, вынуты из за голенища или из за пазухи ложки.
   Время обеда.
   Если долгое затишье, то производится ученье, а то, когда надо укрепиться, роют рвы, насыпают окопы.
   Работа идёт весело, с песней, песня слышится порой и на биваке, коли разрешит начальство.
   И несётся русская удалая солдатская песня на далёкое пространство, гулким эхом отдаваясь вдали и привлекая китайцев, которые прислушиваются к ней со скошенных полей.
  
   По горам, долам идём,
   Всех японцев разобьём...
  
   - выводит запевало.
   - Разобьём, разобьём, разобьём!.. - вторит ему могучий хор.
   Иные солдатики и до обеда и после обеда заняты поделками - чинят себе рубахи, сапоги...
   Жарко, томительно жарко!
   Вечереет, но закатывающееся дневное светило не уносит с собой невыносимой жары.
   Нагретый им воздух как бы и не охлаждается до его нового восхода.
   Душная, совсем чёрная ночь.
   Огней нет.
   Только изредка на небе блеснёт полоска света.
   Не то зарница, не то "он" сигнализирует.
   Слышится неровное дыхание спящих людей, иногда вздох со стоном.
   И всё тихо.
   Что снится солдатикам?
   Конечно, далёкая родина, дорогие близкие лица.
  
  
   Опубл.: 1904, 1907. Источник: Гейнце Н. Э. В действующей армии. - 1-е издание. - СПб.: Типо-литография "Энергия", 1904. Гейнце Н. Э. В действующей армии. - 2-е издание. - СПб.: Типо-литография "Энергия", 1907.
   OCR, подготовка текста - Евгений Зеленко, май 2011 г..
   Оригинал здесь: Викитека.
  
  
  
  

Другие авторы
  • Геллерт Христиан
  • Фридерикс Николай Евстафьевич
  • Гельрот Михаил Владимирович
  • Ростопчин Федор Васильевич
  • Абрамович Владимир Яковлевич
  • Званцов Константин Иванович
  • Верещагин Василий Васильевич
  • Лавров Петр Лаврович
  • Тихомиров Лев Александрович
  • Тургенев Иван Сергеевич
  • Другие произведения
  • Крыжановская Вера Ивановна - Мертвая петля
  • Некрасов Николай Алексеевич - Говор простого народа А. Месковского
  • Белинский Виссарион Григорьевич - Бородинская годовщина. В. Жуковского... Письмо из Бородина от безрукого к безногому инвалиду
  • Ричардсон Сэмюэл - Английские письма, или история кавалера Грандисона (Часть шестая)
  • Тимковский Николай Иванович - Тимковский Н. И.: Биобиблиографическая справка
  • Апулей - Метаморфозы, или Золотой осел
  • Карамзин Николай Михайлович - Об издании "Московского журнала"
  • Некрасов Николай Алексеевич - Торжество торжеств, или Канон святыя пасхи Г. Долгомостьева
  • Дмитриев Иван Иванович - Письма к Д. Н. Блудову
  • Чехов Антон Павлович - Душечка
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (26.11.2012)
    Просмотров: 199 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа