Главная » Книги

Успенский Глеб Иванович - Кой про что, Страница 14

Успенский Глеб Иванович - Кой про что


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14

nbsp;    Рассказ (ср. "Развеселил господ") построен на противопоставлении идеализированного представления о крестьянской жизни в труде для себя (хотя и с оговоркой: "если только благополучно утвердиться") - тяжелой жизни оторвавшегося от земли крестьянина, скитающегося на заработках по городам и селениям. Но жизнь Михайлы с женой, осевших опять на землю, и в крестьянстве показана писателем-реалистом без народнической идеализации - в тяжком труде и во всевозможных "недостачах", в "большом горе людей, живущих в маленькой избушке".
  

10. РАЗГОВОРЫ В ДОРОГЕ

  
   Рассказ был напечатан впервые в "Северном вестнике", 1886, XI. Сохранилось начало ранней, более краткой, редакции и полная наборная рукопись, от которой журнальный текст отличается, в основном, небольшими сокращениями и исправлениями стилистического характера. При перепечатке рассказа в Сочинениях Успенский не внес в него почти никаких изменений и только передвинул его с пятого места в цикле на десятое.
   Основная тема рассказа посвящена семье, взаимоотношениям между мужем и женой, положению, правам и обязанностям женщины. Эта тема очень занимала в те годы Успенского - в настоящем томе см. рассказ "Не быль, да и не сказка" и "Заметка" из цикла "Кой про что", а также рассказ "Ноль - целых!" из цикла "Живые цифры".
   В первой главе писатель рассказывает об оживлении за последние годы народной мысли и о повсеместных шумных и содержательных "разговорах в дороге" среди народа, в "третьем классе". Успенский противопоставляет им молчаливость "первого и второго классов", русской интеллигенции, ее общественный индифферентизм под угнетающим воздействием правительственной реакции середины 80-х годов и обусловленную этим эволюцию народнической интеллигенции в сторону либерализма; Успенский вспоминает при этом живые и полные глубокого общественного значения "разговоры в дороге" в шестидесятые годы. На эту тему Успенский пишет также не раз в своих очерках и рассказах 1884-1887 годов - в настоящем томе см., например, начало очерка "Пока что".
   Рассказ основан на воспоминаниях о путевых впечатлениях, полученных Успенским во время его поездки на юг в мае - июле 1886 года (см. первые четыре главы цикла "Письма с дороги" в настоящем томе).
  

11. НЕ БЫЛЬ, ДА И НЕ СКАЗКА

  
   Рассказ был напечатан впервые в "Северном вестнике", 1887, II. Рассказ, в котором в не свойственной Успенскому аллегорической форме передавались сложные морально-общественные вопросы, с трудом давался писателю - об этом свидетельствуют сохранившиеся в его архиве четыре наброска начала рассказа. Сперва Успенский думал написать "сказку": первый набросок назывался "Цветок. Сказка", второй - "Зерно и земля. Сказка"; оба наброска вошли потом в переработанном виде в рассказ цветочной былинки. В третьем и четвертом набросках, уже с окончательным заглавием, сказочность сюжета исчезает, повествование принимает форму путевых заметок, а воображаемый разговор автора с цветком объясняется усталым состоянием путешественника. В наборной рукописи и в гранках были строки, исключенные уже из журнального текста, в которых яснее была выражена основная мысль произведения - сравнение семьи буржуазного, "культурного" общества, в которой жизнь мужа и жены идет "врозь", с семьей в "народном строе" с его "однородностью труда" мужчины и женщины; при этом буржуазная семья олицетворялась образом цветка, в котором стебель с цветком (жена) тянется вверх, а корень (муж) глубоко уходит в землю, а крестьянская семья олицетворялась овощами, у которых и корень и плод (муж и жена) "всё увместях".
   В журнальной редакции цикла рассказ "Не быль, да и не сказка" следовал за очерком "Два строя жизни. - Монолог Пигасова" (в Сочинения не вошел), где Успенский устами Пигасова доказывал преимущества семейной жизни в народной среде по сравнению с буржуазной семьей; в последней Успенский подчеркивал нетрудовую, хищническую основу, отсутствие между мужем и женой общности духовных интересов, базирующихся на равном участии в общественной жизни, ненормальное, нетрудовое воспитание детей. См. на эту же тему рассказ "Ноль - целых!" в цикле "Живые цифры".
  
   Стр. 186. "Джон Ячменное Зерно" - баллада народного поэта Шотландии Роберта Бернса (1759-1796).
   Стр. 190. ...пишут в газетах... - Успенский использует здесь статью Н. С. "Гарантии мира. (Военные аэростаты и взрывчатые вещества)", напечатанную в "Русских ведомостях", 1887, No 34, 4 февраля. Автор статьи рассказывает о новых изобретениях и усовершенствованиях в военных аэростатах и взрывчатых веществах, которые, по мнению его, сыграют решающую роль в будущих войнах Западной Европы.
   - Пар муа (франц.) - ежемесячно.
   Стр. 190. Лежион д'онер (франц.) - Почетный легион; имеется в виду орден Почетного легиона.
   Стр. 191. Люксембург - Люксембургский сад, разбитый в XVII в. при Люксембургском дворце в Париже, - любимое место для прогулок парижан.
   Стр. 193. Расхищение башкирских земель - правительственные переделы (в 1832 и в 1869 гг.) земель, принадлежавших башкирам в Уфимской и Оренбургской губерниях, - предмет сильнейшей спекуляции со стороны правительства и частных лиц. См. об этом у Ленина (Сочинения, т. 3, стр. 218, примеч.) Успенский не раз с возмущением писал об этом - см. его циклы очерков: "Бог грехам терпит", "Письма с дороги", "От Оренбурга до Уфы" и др.
  

12. ЗАМЕТКА

  
   "Заметка" и в рукописных и в печатных текстах шла дополнением к рассказу "Не быль, да и не сказка". В наборной рукописи она называлась "Заметка "кстати". Очевидно, цензура не допустила к печати в журнальном тексте слова, имеющиеся в рукописи, о том, что досуг обеспеченных людей Персии был куплен "чужими трудами, чужим потом и кровью"; строки о том, что существующие отношения между мужчиной и женщиной в буржуазном обществе, "неизбежные при известном строе жизни", могут стать иными только при его "коренном изменении"; выброшен конец заметки, в котором говорилось, что капиталистический строй должен быть заменен "народным строем" (в Сочинениях вместо этих строк появилась более осторожная концовка: "Мы не беремся..." - см. стр. 202 настоящего издания).
   Так же, как и в рассказе "Не быль, да и не сказка", морально и социально разложившейся семье буржуазного общества Успенский противопоставляет трудовую семью "в среднем и особенно низших классах".
   Заметка Успенского основана на материале, который он почерпнул из статей: Д. К. "Персидский эндерун. Письма из Тегерана" и П. Д. Боборыкин "Дюма-сын в новом освещении". Обе статьи были напечатаны в "Вестнике Европы", 1886, октябрь.
  
   Стр. 198. Хуссейн (VII в.) - сын калифа Али, которого персияне считали единственным законным наследником Мухаммеда. Представление "тазие" заключалось в торжественном оплакивании судьбы Хуссейна и его потомков, погибших в битве, из-за чего персияне навсегда утратили главенство в мусульманстве.
   Стр. 198. Дюма-сын Александр (1824-1895) - известный французский драматург и романист, который в своих художественных произведениях и брошюрах ("Мужчина и женщина", "Убей ее!" - "Tue-la!" и др.) развивал тему о положении женщины в семье и обществе.
   - Де Рион - герой пьесы Дюма "Друг женщин" (1864).
   Стр. 199. Бурже Поль (1852-1935) - французский поэт, романист и критик-импрессионист. Статья П. Д. Боборыкина, которую цитирует Успенский, является изложением критического этюда (essai) Бурже "Александр Дюма-сын", напечатанного в одном из его сборников (в русском переводе в двух томах: "Очерки современной психологии". Пер. Э. Ватсона, СПБ., 1888).
   Стр. 200. Шопенгауэр Артур (1788-1860) - немецкий философ-идеалист. Слова Успенского: "нечто страшное-престрашное" относятся к фразе Шопенгауэра, цитируемой в статье Боборыкина: "Мужчины побуждаются, когда они любят, не безнравственной похотью, не божественным обаянием. Они работают для гения рода; не зная того, они в одно и то же время - его орудия, его маклера и жертвы его обмана" ("Вестник Европы", 1886, X, стр. 484).
   Стр. 202. ...во втором томе этого издания... - Успенский имеет в виду второй том второго издания своих Сочинений, где он поместил цикл очерков "Письма с дороги", в котором и пишет о "мечтаниях и мечтателях",- см. настоящий том, стр. 360-366.
  

13. "ВЗБРЕЛО В БАШКУ"

  
   Рассказ был напечатан впервые в "Русской мысли", 1888, VI, как самостоятельный рассказ тогда, когда весь цикл "Кой про что" был уже давно закончен. Однако это произведение тесно связано с рядом рассказов цикла - в нем говорится о событиях, происшедших "после урожая" осенью 1887 года в той же деревне Сябринцы, Новгородской губернии. В архиве Успенского сохранились два небольших отрывка рукописи и полная корректура ранней редакции рассказа с многочисленными поправками, рукописными вставками и вычеркнутым текстом, свидетельствующими о коренной переработке рассказа.
   Первая редакция рассказа - простое бесстрастное изложение одного из деревенских происшествий; в окончательной редакции Успенский показывает нам сложную психологическую драму, вызванную определенными социальными условиями и истолкованную писателем при помощи его теории "власти земли". Соответственно этому коренном переработке подвергся образ Ивана Алифанова - вместо рядового крестьянина первой редакция; выбитого из привычной колеи волей "слепого случая", во второй редакции мы встречаемся с умным, независимым, волевым человеком, благородным и совестливым. Сложнее даны и его переживания, связанные с воспоминаниями о его первой любви, освобожденные во второй редакции от всех элементов плотского, чувственного; многообразнее показаны и его взаимоотношения с женой. Муки, страдания и падение Ивана Алифанова во второй редакции объясняются отходом его от "трудовой тяготы" крестьянской жизни, появлением в деревне "не-деревенских" неожиданностей, "не-деревенских" переживаний, городских "сентиментальностей". В первой редакции рассказа Ивана Алифанова бог покарал за грешные мысли и поступки в отношении к Аннушке, во второй редакции грех стал гораздо более серьезным - грех по отношению к "земле-матушке". Мечтания Алифанова "о счастии труда в поле, в лесу, в доме" возбудили в нем жажду жизни и способствовали полному его духовному возрождению как крестьянина.
   Рассказ "Взбрело в башку" не раз печатался в "изданиях для народа". Еще при жизни писателя, в 1890 году, в изд. "Пчелка-Правда" В. И. Икскуль этот раесказ, совместно с рассказами "Четверть" лошади" и "Квитанция", вызвал отрицательный отзыв цензора С. И. Коссовича, который обращал внимание цензурного комитета на то, что все три рассказа "написаны на одну и ту же тему о безвыходном положении бедного класса". "В рассказе "Взбрело в башку", - писал цензор, - описываются похождения крестьянина Ивана Алифанова. Долго жил этот крестьянин обстоятельно, некогда было ему думать про "свою жизнь", за постоянною и усиленною работою. На его несчастье наступил урожайный год. Алифанову открылась возможность отдохнуть. Явился досуг, а за ним и думы. Припомнились мужику обиды, перенесенные им безвинно в течение долгой его жизни. Закручинился Алифанов, запил. Пил он без просыпу и чуть не замерз пьяный на улице. В больнице он опомнился и увидел ясно, что от всех бед одно только ему развлечение на земле - каторжный труд". Рассказы были допущены к печати только "в виде исключения для баронессы Икскуль".
   В издании для народного чтения рассказ читался в среде фабрично-заводских рабочих, и, судя по отзывам рабочих, это произведение было правильно понято ими: "Один рабочий понял было, что автор хочет сказать, что "все произошло из-за свободного времени". Другие слушатели ему возразили: "Не из-за свободного времени, а потому, что обстановка тяжела вообще, виною всего - "тягость положения", только по этой причине свободное время отзывается так тяжело".
   Сюжет рассказа основан на подлинном происшествии в деревне Сябрннцы. В. Г. Короленко в своих воспоминаниях "О Глебе Ивановиче Успенском" рассказывает о прототипе Ивана Алифанова: "Сюжет рассказа разыгрывался у него <Успенского> на глазах в Чудове, и на некоторое время всех нас, своих друзей, он втянул в эту печальную историю, все фазы которой он переживал, как мы переживаем разве опасную болезнь самых близких людей. В этот раз он уговорил меня ехать с ним в Чудово, желая показать этого человека:
   - Может, вы ему что-нибудь скажете... Вы не можете себе представить, что это за человек!.. Какая душа! Просто замечательная! И как его всего перевернуло... Вот вы увидите сами... вот увидите!
   Человек этот был местный крестьянин, занимавшийся извозом, и, приехав в Чудово, Глеб Иванович тотчас же кинулся к перилам деревянного вокзального перрона, выглядывая своего Герасима (имя я, впрочем, забыл) среди ожидавших на площади извозчиков...
   Герасима не оказалось, и вместо него нас повез другой извозчик, мужичонко неприятного вида, болтливый, с фальшивыми нотами в голосе. Глеб Иванович спросил у него о Герасиме, и затем, при разглагольствованиях нашего возницы, какие-то тени внутренней боли проходили по его лицу.
   - Вот... вот видите... - сказал он мне при какой-то особенно резнувшей ухо фразе извозчика... - Никогда Герасим не скажет такого. Ник-когда! Просто удивительно деликатный человек..." (В. Г. Короленко. Собр. соч., т. 8, Гослитиздат, М., 1955, стр. 41).
   О прототипе Олимпиады Петровны Успенский пишет в своих письмах к жене и к Гольцеву от 8.VI.1888 г.
  

14. "ВЫПРЯМИЛА"

  
   Очерк был напечатан впервые в "Русской мысли", 1885, V, в цикле "Через пень-колоду". Рукопись не сохранилась. Замысел очерка возник в 1884 году. В письме к M. M. Стасюлевичу от 22 декабря 1884 года Успенский обещает ему написать работу "в совершенно новом роде, без всякого народничества". "Я начал для "Вестника Европы" небольшой очерк "Венера Милосская", - пишет Успенский, - работа совершенно новая и, я уверен, для многих из моих читателей совершенно неожиданная по теме, хотя ни по содержанию, ни по форме не имеющая ни малейших претензий явиться в чужой шкуре или представиться знатоком художественных произведений. Нет, это просто рассказ, так сказать, о личном знакомстве человека улицы с такими неожиданными для него впечатлениями, которых он долго даже понять не может, но от которых и отделаться также не может, критикуя ими ту же самую уличную, низменную действительность, к которой он сам принадлежит. Этот рассказ мне хвалили почтенные люди, - но я решительно не могу взяться за него теперь, я просто утомлен".
   Замысел не получил в 1884 году полного осуществления, но в архиве Успенского сохранился черновой набросок первоначального конспекта этого очерка под заглавием "Венера Милосская (Очерк)" и с зачеркнутыми подзаголовками: сначала - "Из деревенского дневника", потом - "Воспоминания несчастливого человека". Конспект очерка остался незаконченным, но в нем уже были намечены все основные темы будущего очерка "Выпрямила".
   В "Русской мысли", в цикле "Через пень-колоду", очерк "Выпрямила" был напечатан между двумя очерками того же цикла - "IV. Недописанная глава" и "VI. Окончание недописанной главы". В этих очерках были поставлены те же вопросы, что и в очерке "Выпрямила", но политически более остро и резко. В картинах из деревенской жизни Успенский показывает тех же "скомканных в перчатку" условиями российской действительности бесправных крестьян, несправедливо и оскорбительно для человеческого достоинства подвергающихся различным наказаниям, а также и людей, защищающих законные интересы крестьян и за это преследуемых властями. Успенский в этих очерках декларирует и основные принципы передовой литературы. Выступая против эстетов и любителей "чистого искусства", Успенский характеризует лучшую русскую литературу, начиная с Пушкина, как литературу, выражающую интересы народа, вдохновляемую идеей "выпрямления человеческой души", то есть освобождения крестьян от рабства, и освобождения справедливого, с землей; он отстаивает право и необходимость современного ему демократического писателя "писать вообще о мужике", о его нуждах и добиваться улучшения его жизни. В окружении этих очерков произведение "Выпрямила" ближе связывалось с крестьянской тематикой и, с другой стороны, приобретало большее злободневно-политическое значение. В Сочинения очерки "Неоконченная глава" и "Окончание неоконченной главы" Успенский не включил.
   В очерке "Выпрямила" писатель показывает людей, "скомканных" как русской действительностью (крестьяне-новобранцы, народник Тяпушкин), так и западноевропейским капиталистическим строем, где царствует мнимая "правда", где "всё одно унижение, всё попрание в человеке человека". Но пафос "Выпрямила" - в мечте о лучшем будущем русского народа, о "выпрямленном" человеке, свободно трудящемся на своей земле, освобожденном от несправедливостей правительственных властей и "жестокостей" капитализма. В связи с этим Успенский рисует образы людей "выпрямленных", гармоничных. Писатель находит три таких гармонии: красоту труда в образе крестьянки, живущей полной трудовой жизнью; красоту революционного подвига в образе революционерки, самоотверженно борющейся за права народа; красоту искусства,- того искусства, которое тесно связано с жизнью, имеет непреходящее эстетическое и вместе с тем общественно-воспитательное значение.
   Таким образом, очерк "Выпрямила" является и замечательным трактатом демократической материалистической эстетики, и ярким политическим выступлением против представителей "чистого искусства", поднявших свой голос к середине 80-х годов. Сущность образа статуи Венеры Милосской, воспетой эстетами за красоту линий "божественного тела", была заново открыта русскому обществу 80-х годов с точки зрения писателя-демократа. Развивая в своем очерке основы материалистического учения Чернышевского о "прекрасном", Успенский понимает "прекрасное" в искусстве не только как начало высокоидейное, народное, тесно связанное с жизнью и общественно ценное, но утверждает и действенное начало искусства, которое, по его мнению, не только воспроизводит действительность в ее существенных чертах, но и помогает изменению жизни, вдохновляет на преобразование ее.
   В основу очерка "Выпрямила" легли воспоминания Успенского о поездке его за границу в 1872 году. В письме к жене из Парижа от 10 мая 1872 года он с восторгом пишет о Лувре, называя его "великим целителем", и далее: "Тут больше всего и святей всего Венера Милосская... с лицом, полным ума глубокого, скромная, мужественная, мать, словом, идеал женщины, который должен быть в жизни - вот бы защитникам женского вопроса смотреть на нее... это действительно такое лекарство, особенно лицо, от всего гадкого, что есть на душе..." А. И. Иванчин-Писарев рассказывает, с каким трепетным волнением Успенский показывал ему Венеру Мнлосскую во время своего второго пребывания в Париже в 1875 году. Он сообщает и слова писателя: "Очевидно художник хотел показать не прелести Венерки, а красоту человеческой души, способной проникнуться великим, слиться с ним. С такой душой в гармонии и внешность, выражение всей фигуры". И далее: "В ней, в этом существе,- только одно человеческое в высшем значении этого слова!"
   ("Заветы", 1914, No 5).
   С. М. Киров, прочитав этот очерк в тюрьме в 1912 году, писал оттуда М. Л. Маркус "о неотразимом впечатлении", которое произвел на него этот очерк ("Литературная газета", 1939, 1 декабря).
  
   Стр. 232. Тяпушкин - герой цикла очерков "Волей-неволей" (1884).
   - ...Кажется, в "Дыме" устами Потугина И. С. Тургенев сказал... - Имеются в виду слова из рассказа И. С. Тургенева "Довольно. (Записки умершего художника)": "Венера Милосская, пожалуй, несомненнее римского права или принципов 89 года".
   - Венера Милосская - древнегреческая статуя богини любви, найденная в 1820 году на острове Милосе.
   - "...принципов восемьдесят девятого года", - Имеется в виду "Декларация прав человека и гражданина", политический манифест французской буржуазной революции, выработанный Национальным собранием 4-27 августа 1789 года.
   Стр. 236....фигура девушки строгого, почти монашеского типа - собирательный оораз революционерки. Создавая этот образ, Успенский имел в виду, в основном, В. Н. Фигнер, приговоренную в 1884 году к смертной казни, которая была заменена двадцатилетним заключением. Это подтверждается упоминанием имени Фигнер в конспекте очерка "Венера Милосская", указанием на это А. И. Иванчина-Писарева в его воспоминаниях об Успенском ("Заветы", 1914, No 5) и словами самой Фигнер в письме ее к А. В. Успенской от 25 ноября 1904 года, уже после смерти писателя: "...в 1884 г., во время суда, Глеб Иванович просил мою сестру передать мне, что он мне завидует... Глеб Иванович видел во мне - в эти минуты - цельного, нераздвоенного человека, шедшего определенной дорогой, без колебаний, без оглядки... видел личность, у которой есть что-то заветное, ради чего отдает всё. Именно этой цельности, я думаю, он и завидовал" (В. Н. Фигнер, Собр. соч., т. VI, Письма, изд. политкаторжан, М., 1929).
   Стр. 237. Лувр - музей в Париже.
   Стр. 239. Только что кончились война и коммуна, и еще действовали... версальские суды... - Речь идет о франко-прусской войне 1870-1871 годов и о Парижской Коммуне, образовавшейся 18 марта 1871 года. Контрреволюционное правительство Тьера обосновалось в Версале (город в 17 км от Парижа), отсюда и название - версальские суды, совершавшие в течение нескольких лет кровавую расправу над коммунарами после разгрома Парижской Коммуны в мае 1871 года.
   Стр. 239. Вандомская колонна - была воздвигнута в честь побед Наполеона при Вандоме в 1805 году. Парижская Коммуна постановила снести колонну, как "символ грубой силы и ложной славы..."
   - Тюильри - дворец в Париже; до 1871 года был резиденцией французских лмператоров; в 1871 году, во время Коммуны, пожар уничтожил центральную часть дворца.
   - Саторийский лагерь - военный лагерь в местечке Сатори, в трех километрах от Версаля, где происходили расстрелы коммунаров.
   Стр. 241. "au nom du peuple franГais" - "во имя французского народа".
   - ...упекали его в Кайену, Нумею... - места ссылки и каторги. Кайена - город французской Гвианы; Нумея - столица Новой Каледонии, колонии Франции на Тихом океане.
   - Гамбетта Леон (1838-1882) - французский политический деятель, буржуазный республиканец; после падения Парижской Коммуны ознаменовал свою парламентскую деятельность рядом компромиссов с капиталистами и монархистами.
   Стр. 242. Ордевр (франц.) - закуска.
   - Бедекер - путеводители по всем странам и городам Европы, выпускавшиеся фирмой Карла Бедекера в Лейпциге на разных языках для туристов всех наций.
   Стр. 249. "Венера Милосская" - стихотворение А. А. Фета; под первоначальным заглавием "Милосская Киприда" было напечатано в "Современнике" в 1857 году.
  

15. ПРО СЧАСТЛИВЫХ ЛЮДЕЙ

  
   Рассказ был напечатан впервые в "Книжках недели", 1885, январь, как самостоятельное произведение, вне цикла "Кой про что". Рукопись рассказа не сохранилась; был включен в цикл "Кой про что" в Сочинениях с очень незначительными разночтениями.
   По свидетельству самого Успенского в его письме к В. М. Соболевскому от 3 января 1885 года, материалом для рассказа послужили "аварские сказки". Интерес к ним появился у Успенского, вероятно, во время его путешествия по Кавказу в феврале - марте 1883 года, а источником послужили записи сказок, напечатанные в "Сборнике сведений о кавказских горцах", вып. II, Тифлис, 1869. В этом собрании, записанном и переведенном на русский язык аварцем Айдемиром Чиркеевским, имеются все три сказки, вошедшие в рассказ Успенского в вольном пересказе. Обрамлением этих сказок служит разговор на злободневно-современные темы трех дорожных спутников - солдата, приказчика и лакея, акцентирующий в сказках те мотивы, которые необходимы писателю для освещения основной темы рассказа.
   Наиболее существенная разница между первой аварской сказкой - "Богатырь Назнай" - и рассказом Успенского заключается в концовке. Сказка кончается счастливым избранием на трон труса Назная. В рассказе Успенского Ахметку никто не выбирал, он сам "влез" на престол, как наследник умершего царя, и правил царством "без ума", делая всё "наоборот": достойных людей "перерубил", а негодяев и дураков "всячески изукрасил"; в результате народ снял Ахметку с престола и выгнал из царства. Счастье, основанное на удаче, оказалось непрочным. В этом рассказе современники могли прочесть политические намеки на Александра III, чего, видимо, боялся и Гайдебуров, редактор "Недели", говоря в письме к Успенскому о том, что рассказ пройдет хорошо, "если цензура не откопает в нем каких-нибудь недозволительных намеков" (Сб. "Глеб Успенский. Материалы и исследования", изд. АН СССР, 1938, стр. 261).
   Вторая сказка - "Букучихан" - также отличается от рассказа Успенского концовкой. В аварской сказке лисица, вняв мольбам Абдулки (в сказке - Букуча), прощает его и не выдает тайны; в рассказе лиса его разоблачает, и Абдулка прогоняется народом. Счастье, полученное чужим умом, - тоже не настоящее счастье.
   Основное расхождение рассказа Успенского с третьей аварской сказкой - "Охай" - наблюдается в том, что в сказке пастух хочет жениться на дочери хана потому, что ему "надоела бедность"; в рассказе Успенского герой его возмущается социальной несправедливостью в распределении благ земных между богатыми и бедными и отказывается служить богачам.
   Рассказ Успенского кончается апофеозом умному, смекалистому крестьянскому сыну, который, разрывая сословные преграды, путем науки и благодаря своей решительности, твердой воле и уму самостоятельно достигает счастия, богатства и власти. Эта концовка является заключением и всего цикла "Кой про что".
   Рассказ "Про счастливых людей" переиздавался неоднократно, начиная с 90-х годов, в серии книжек для народа. В 1891 году этот рассказ вышел в издании "Правды", не раз с большим успехом читался среди малограмотных и был правильно воспринят слушателями. Отзывы об этом имеются в книге "Что читать народу" (т. II и т. III, 1906), а также в статье Е. Волковой ("Образование", 1897, No 4).
  

Другие авторы
  • Эберс Георг
  • Аристов Николай Яковлевич
  • Корнилович Александр Осипович
  • Данилевский Григорий Петрович
  • Дмитриев Василий Васильевич
  • Страхов Николай Иванович
  • Милль Джон Стюарт
  • Леопарди Джакомо
  • Львовский Зиновий Давыдович
  • Салтыков-Щедрин Михаил Евграфович
  • Другие произведения
  • Жулев Гавриил Николаевич - Гражданский брак, или дух татарина
  • Богданов Александр Алексеевич - Н. Накоряков. Писатель-коммунист
  • Бестужев-Марлинский Александр Александрович - А. А. Бестужев-Марлинский: краткая справка
  • Апраксин Александр Дмитриевич - Апраксин А. Д.: Биографическая справка
  • Толстой Алексей Константинович - Дон Жуан
  • Пушкин Василий Львович - Письмо к Д. Н. Блудову
  • Дорошевич Влас Михайлович - Железнодорожная семья
  • Хирьяков Александр Модестович - Избранные стихи
  • Бухов Аркадий Сергеевич - Запутанный случай
  • Есенин Сергей Александрович - Небесный барабанщик
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (26.11.2012)
    Просмотров: 194 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа