Главная » Книги

Гарин-Михайловский Николай Георгиевич - Дневник во время войны, Страница 6

Гарин-Михайловский Николай Георгиевич - Дневник во время войны


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20

о икрамъ. 50 такихъ ударовъ - и икры вспухаютъ, а человѣкъ недѣли двѣ не можетъ ходить. 100 ударовъ - мускулы превращаются въ тряпки, обнажаются кости, и хотя раны и заживаютъ, но ноги начинаютъ сохнуть, и человѣкъ навсогда калѣка. Я видѣлъ одного такого наказаннаго на костыляхъ.
   Праздниковъ у китайскихъ рабочихъ три въ году: Новый годъ, весенн³й и осенн³й праздники. Отдыхомъ является и пер³одъ дождей. Кто лучше, какъ рабоч³й: русск³й или китаецъ?
   Конкуренц³я съ китайцемъ невозможна. Китаецъ марится со всякой обстановкой, со всякой ѣдой, съ ничтожнымъ вознагражден³емъ за трудъ. Китаецъ очень способенъ: онъ быстро понимаетъ, чего отъ него требуютъ, и прекрасно выполняетъ, и по аккуратности исполнен³я русск³й остается далеко позади. Въ знакомой имъ спец³альности китайцы тоже выше русскихъ: напримѣръ, столяры они превосходные.
   Могутъ быть и недобросовѣстными, если не слѣдить. Мнѣ разсказывали строители Китайской дороги, напримѣръ, такой случай.
   - Работали у меня китайцы земляное полотно. Пр³ѣзжаю къ нимъ, вижу, что такое? Полотно готово, а земли изъ резервовъ взята горсть. Что жъ оказывается? Стоялъ ометъ съ соломой: они солому разостлали и присыпали ее сверху землей: готово!
   - Ну, что жъ китайцы, когда вы ихъ поймали?
   - Смѣются: говорятъ,- "мало-мало капитанъ машинка"... мошенникъ, значитъ. Я же и мошенникомъ вышелъ.
   Единственно чего не выносять китайцы - это грубаго обращен³я. За пощечину ("лицо потеряно" - говоритъ китаецъ) одному - вся артель бросаетъ работы.
   Постоять за себя артель умѣетъ. Мнѣ разсказывалъ инженеръ князь C. H. Хилковъ вотъ какой случай, бывш³й съ нимъ въ началѣ постройки Китайской дороги.
   - Это было въ Харбинѣ. Китайцевъ работало тысячъ шесть, нашихъ русскихъ человѣкъ полтораста: все народъ мастеровой, только-что пр³ѣхали, еще и на работы не успѣли стать. Вотъ двое изъ нихъ, главные, конечно, поймали рабочаго китайца гдѣ-то въ саду и заколотили его палками до смерти: всю голову разбили, лицо въ лепешку. На другой день ни одного китайца на работѣ нѣтъ. Въ чемъ дѣло? Такъ и такъ: убили китайца, работать не будедъ. Начинаемъ ихъ уговаривать. Ни за что! На трет³й день говорятъ: по нашамъ законамъ, если кто убилъ, тому голову рубитъ: отрубите вашимъ двумъ голову, тогда выйдемъ на работу. Объясняю я имъ, что по русскимъ законамъ я не имѣю права рубить головъ. Все, что я могъ сдѣлать - я сдѣлалъ,- отправилъ виновныхъ на судъ въ Харбинъ. Ничего слушать не хотятъ. А брожен³е растетъ,- шесть тысячъ ихъ. Пришелъ братъ убитаго, жена, маленьк³я дѣти, мать. Самъ убитый лежитъ въ саду: не хотятъ его хоронить. Спрашиваю, можно намъ его похоронить? Переводчикь не совѣтуеть, говортъ, что это можетъ нарушить равновес³е. Спрашиваю, можетъ-быть, родные согласятся деньги взять? Говоритъ, тоже и денегъ не возьмутъ.. А у меня семь казаковъ всего. Не поспалъ еще четвертую ночь. Гдѣ тутъ спать,- съ минуты на минуту можетъ все случигься. Что это - "все", мы и сами даже представить себѣ не можемъ, потому что совершенно не знаемъ психолог³и этого народа: какахъ-то шесть тысячъ иксовъ, что они предпримутъ съ нами - горстью пришельцевъ, сдѣлавшихъ несомнѣнный произвольный возмутительный поступокъ и не желающихъ имъ дать удовлетворен³я, законнаго съ ихъ точки зрѣн³я? И какое, въ сущности, имъ было дѣло до нашего закона? Вѣдь не они къ намъ, а мы въ ихъ монастырь сунулись. Наконецъ рѣшаюсь, потому что другого выхода не могъ придумать. Зову переводчика, зову семью. Такъ и такъ,- мертваго не воротишь, работникъ погибъ,- онъ кормилъ семью, теперь некому: я предлагаю деньги. "Деньги за это нельзя взять, ни за что". Черезъ два часа братъ спрашиваетъ: ,,а сколько денегъ?" Сказалъ, что пришло въ голову: "двѣ тысячи лянъ (три тысячи рублей)".- "Двѣ тысячи? Хорошо, подумаемъ". Черезъ часъ приходить:- "Двѣ тысяча и ваши похороны за 600 лянъ". Согласенъ. Заказали гробъ съ золотыми украшен³ями, бумажныхъ коней,- все какъ слѣдуетъ. Нa другой день опять вышли на работу.
   - Ну что жь? - говорю я.- Меня этотъ разсказъ убѣждаетъ, что съ китайцами можно отлично ладить, и что, въ сущности, люди они и терпѣливые и корректные.
   - И на меня производятъ такое же впечатлѣн³е. А вотъ еще случай со мной. Это уже передъ китайскимъ безпорядкомъ Китайцы уже были раздражены и говорили: "русска мала-мала машинка". Начали вѣрить самымъ нелѣпымъ слухамъ. Былъ медвѣжонокъ у одного инженера: подросъ и сталъ баловать. Инженеръ убилъ его, переднюю часть для чего-то оставилъ, а задн³я ступни выбросилъ. Попались эти ступни къ китайцамъ, и вотъ ихъ 800 человѣкъ въ одинъ прекрасный деаь осадили меня. Вотъ что узналъ черезъ переводчика. Что будто русск³е убиваютъ китайцезъ, что подсердечный жиръ убитаго катайца идетъ-де на пищу главнаго начальника, а желчью русск³е смазываютъ свои машины. И въ доказательство - вотъ свѣж³я кости ступни. Какъ ни убѣждалъ я китайцевъ - и слушать ничего не хотятъ. Къ счастью, былъ еще такой же медвѣжонокъ,- брать убитаго. Убили и того наихъ глазахъ и сравнили тутъ же. Ну, успокоились.
   - А то бы?
   - Бросили бы работы и ушли, а можетъ-быть, и хуже что-нибудь сдѣлали бы: возстан³е начиналось уже.
  

---

1-го ³юня.

   Я опять въ Харбинѣ. Нa вокзалѣ - весь дворянск³й отрядъ съ Михаиломъ Александровичемъ Стаховичемъ во главѣ. Къ нимъ пр³ѣхали первые гости, первые раненые. Всero девяносто человѣкъ.
   Нa лицахъ отряда оживлен³е, радость.
   - Слава Богу,- говоритъ Николай Степановичъ:- дождались дѣла.
   - А что дѣлали до сихъ поръ?
   - До сихъ поръ съ пяти часовъ утра распаковывались, разбирались, нѣсколько домовъ устроили и не кончили еще; но сегодня начинается настоящая уже работа.
   Николай Степановичъ совсѣмъ еще юноша, съ краснымъ околышемъ на шапкѣ, съ краснымъ крестомъ на рукѣ. Нa немъ рубаха въ штаны, поясь, онъ сильный, загорѣлый.
   - Николай Степановичъ,- говорю я,- это наша уже третья встрѣча.
   1-го апрѣля, когда я ѣздилъ по дѣламъ изъ Петербурга въ Москву, въ томъ же поѣздѣ ѣхалъ въ Москву къ своему отряду Николай Степановичъ. Мы ѣхали съ нимъ тогда въ одномъ купэ. Его провожали родные, мать. Въ послѣднее мгновен³е, когда поѣздъ уже тронулся, все сознан³е далекаго похода, вся горечь разлуки охватили его; онь быстро всшелъ въ купэ, растерянно оглянулъ свои вещи и опять бросился къ окну. Но уже только электрическ³е фонари мелькали да край пустой платформы. Онъ возвратился въ купэ, устало сѣлъ, опять вскочилъ, досталъ пакетъ, вынулъ изъ него яблоко и сталъ ѣсть его озабоченно, торопливо. Потомъ предложиль мнѣ. Мы быстро разговорились, и онъ сталъ разворачивать свой чемоданъ и показывать мнѣ и туфли, и шапки, и фляжки, обтянутыя сукномъ, чтобъ, поливая сукно, сохранять содержимое въ холодѣ. Показывалъ куртку, непромокаемое пальто, оруж³е, постель.
   Наша вторая встрѣча была на станц³и "Манчжур³я", гдѣ я догналъ ихъ поѣздъ.
   Теперь лицо его красное отъ загара, тотъ-же юношеск³й пылъ, но больше удовлетворен³я. Несутъ раненаго два щуплыхъ санитара.
   - Эхъ, не донесутъ, бѣдняжки,- говоритъ Николай Степановичъ,- надо помочь...
   Сильный, здоровый, онъ впрягается впередъ, а двое санитаровъ по очереди несутъ сзади. Такъ ему надо будеть пройти версты полторы. Жарко. Я кричу ему:
   - Идите тише: задохнетесь.
   - Ничего...
   Мы условливаемся съ Михаиломъ Александровачемь увидеться у него въ четыре часа, а пока - теперь одиннадцать - я съ однимъ аборигеномъ Харбина ѣду въ городъ.
  

XXIX.

1-го ³юня.

   Городъ Харбинъ - очень интересное, очень характерное явлен³е для выяснен³я, что такое мы, русск³е, представляемъ собою, какъ колонизаторы.
   Пять лѣтъ тому назадь Харбинъ состоялъ изъ нѣсколькихъ китайскихъ деревушекъ съ населен³емъ около тысячи человѣкъ. Теперь въ Харбинѣ насчитываютъ уже до ста тысячъ - 30 тысячъ русскихъ и 70 тысячъ китайцевъ. Въ Харбинѣ ежедневно обрабатываютъ 30 тысячъ пудовъ пшеницы. Первое предпр³ят³е въ этомъ родѣ болѣе чѣмъ въ десять разъ увеличило затраченный на него капиталъ, и это еще далеко не конецъ. Всѣ предпр³ят³я Харбина даютъ сказочный доходъ: пивоваренное дѣло, спиртное.
   Въ Харбинѣ - два балагана-театра, два цирка, нѣсколько такихъ же балагановъ-кафешантановъ, китайск³й театръ. И всѣ эти балаганы на затраченный капиталъ даютъ чуть не 1000%.
   Харбинъ - русское Эльдорадо, русск³й Чикаго, русская Америка.
   Теперь это - центръ всей сѣверной Манчжур³и, житница всего Востока, городъ, лежащ³й на судоходной громадной рѣкѣ Сунгари. И эту рѣку сдѣлали судоходной и этотъ городъ создали наши русск³е инженеры.
   Америкаиск³й рость города обусловался только чисто-американскимъ къ нему отношен³емъ.
   Инженеръ Юговичъ, главный строитель и полный хозяинъ уклада жизни, недаромъ провелъ свое время въ Англ³и. Онъ организовалъ дѣло, какъ организовано оно въ англ³йскихъ колон³яхъ. Извѣстно, что только англичане изъ всѣхъ европейцевъ въ своихъ колон³альныхъ дѣлахъ успѣли выбраться изъ тѣхъ рамокъ опеки, чиновничества и формализма, которые парализуютъ и до сихъ порѣ все колонизаторское дѣло Франц³и, Испан³и и даже Голланд³и.
   Только англичане и американцы въ своихъ колон³яхъ, не спрашивая о паспортахъ и о прошломъ, ставятъ людей прямо лицомъ къ дѣлу. И если отъ человѣка впечатлѣн³е дѣловитое, то къ его услугамъ все, не исключая и кредита. Опека, огражден³е чьихъ-то, можетъ-быть, и ложно понимаемыхъ интересовъ, отсутствуетъ вплоть до спаиванья оп³умомъ китайцевъ (кстати: въ Манчжур³и англичанъ нѣтъ, но оп³й курятъ всѣ). Безъ такой системы американцы и до сихъ поръ были бы такими же гостями у индѣйцевъ, какими мы чувствуемъ себя у текинцевъ, напримѣръ. Русск³й чиновникъ тамъ, опекая жизнь, позволить вамъ купить у туземца садъ, но не позволитъ купить воду, безъ которой садъ невозможенъ.
   Другой вопросъ - что симпатичнѣе. Я только объясняю причину успѣшности англ³йскихъ и американскихъ колон³й, выгодность этихъ колон³й для владѣльцевъ и удивительный рость жизни въ этихъ колон³яхъ, въ противоположность убыточности и застою въ колон³яхъ другихъ нац³й, объясняя этотъ убытокъ и застой хотя бы и въ пользу добрыхъ чувствъ этихъ нац³й. У англичанъ два девиза: не мѣшать и свобода борьбы. Желаешь мельницу строить - строй; винокуренный заводъ - тоже строй; кафе-шантанъ - строй; что-то торгуешь у китайца - покупай.
   Русск³й ты, еврей, полякъ - твое дѣло. Твой паспортъ, твой вчерашн³й день - здѣсь, гдѣ мы всѣ въ гостяхъ, гдѣ родина безпаспортныхъ, до меня не касается.
   Убьешь, уворуешь - судить не буду, но отправлю на родину для суда. Только двухъ и пришлось отправить.
   Нужны деньги - помогу, чѣмъ возможно.
   Никакихъ ранговь и чиновъ, никакой регламентац³и жизни.
   Харбинъ въ смыслѣ устройства, конечно, оставляетъ желать еще многаго.
   Въ то время, какъ инженеръ Юговичъ взялъ подъ свое покровительство Харбинъ, излюбленнымъ дѣтищемъ предсѣдателя дороги, инженера Кербедза, былъ Дальн³й. Дальн³й стоилъ съ портомъ 34 милл., а Харбинъ - 8. И изъ этихъ восьми два уже возвратились продажей участковъ. Нѣтъ накакого сомнѣн³я, что, при томъ же отношен³и къ дѣлу, возвратятся и остальные шесть милл³оновъ той же распродажей земли, стопмость которой съ трехъ рублей уже возросла до сорока рублей за квадратную сажень.
   При такой разницѣ въ затратахъ на Дальн³й и Харбинъ нѣтъ ничего и удивительнаго, что въ Харбинѣ нѣтъ набережной, нѣтъ мостовыхъ, водопровода, электричества, зоологическаго сада и проч.
   Въ Харбинѣ поэтому - пыль, грязь, а въ пер³одъ двухмѣсячныхъ дождей люди вязнутъ выше колѣнъ. Въ Харбинѣ вода отвратительная, изъ колодцевъ. Харбинъ - разсадникъ холеры и всякихъ повальныхъ болѣзней.
   Но въ тѣхъ трехъ милл³онахъ, которые нужны для приведен³я города въ благообразный видъ, отказано пр³емочной комисс³ей. Отказано даже въ томъ, что уже начато. Такъ это было съ мостомъ, соединяющимъ два города, который неизбѣжно необходимъ; съ постройкой на вокзалѣ, гдѣ она тоже неизбѣжно необходима, такъ какъ половниѣ пассажировъ приходится стоять за тѣснотой и неимѣн³емъ мѣста; съ мебелью для уже выстроенныхъ домовъ.
   И, какъ будто опытъ того и другого метода колонизац³и, выросли эти два города, Харбинъ и Дальн³й.
   Дома Харбина, по выражен³ю строителя,- ящики съ крышей, и эти ящики биткомъ набиты людьми.
   Дома Дальняго должны были быть такими красивыми, чтобы люди нашли возможнымъ жить въ нихъ даже поневолѣ.
   Дальн³й красивъ, но пустъ. Въ Дальнемъ долженъ быть театръ, труппа: въ пустомъ театрѣ играетъ труппа, и антрепренеръ приноситъ колоссальный счетъ администрац³и.
   А въ Харбинѣ семь громадныхъ балагановъ биткомъ набиты ежедневно, и во время постройки никому въ голову не приходило мѣшать публикѣ ходить въ балаганы.
   - Чортъ съ вами! - говоритъ Юговичъ: - вы живите, какъ хотите,- я вамъ, вы мнѣ мѣшать не будемъ.
   А въ Дальнемъ - обязательное посѣщен³е всего выстроеннаго; для этой цѣли устраиваются собран³я и все остальное въ томъ же родѣ.
   Въ Харбинѣ стригутъ въ балаганѣ, но стригущ³еся стоя ждутъ очереди.
   Въ Дальнемъ вывѣска: "Парикмахеръ", который стрижетъ разъ въ недѣлю, по пятницамъ, отъ 2-хъ до 4-хъ часовъ.
   Дальн³й долженъ сдѣлаться средоточ³емъ торговли. Харбинъ сдѣлался этимъ центромъ.
   Словомъ, лучшей иллюстрац³и регламентац³и жизни и полной экономической свободы и придумать нарочно нельзя.
   Притомъ одно и то же учрежден³е создало и англ³йскую и испанскую колон³и.
   Поистинѣ разнообразна, разностороння, широка русская натура!
   Само по себѣ разумѣется, что главная причина неуспѣха Дальняго въ томъ, что мѣсторасположен³е его вообще неудачно выбрано, и что строители города предполагали взять жизнь, какъ говорится, за рога и привести ее въ этотъ Дальн³й. Все это такъ, и все это очень дополняетъ характеристику испанскихъ колон³й; а регламентац³я жизни сдѣлала остальное, и домики должны быть настолько красивыми, чтобы въ нихъ "невольно хотѣлось бы жить".
   А хочется жить вольно. И испанск³й монахъ-аскетъ, дѣлающ³й попытку запретить посѣщен³е театровъ, и благодѣтель-чиновникъ, регламентирующ³й жизнь, и усердный искатель неблагонамѣренныхъ,- все это характерные признаки испанскихъ колон³й, усердныя старушки костра Гуса, вся забота которыхъ въ своемъ усерд³и быть plus royaliste que le roi même. Bce это гасители экономической жизни испанскихъ колон³й, но ничего подобнаго нѣтъ въ англ³йскихъ и американскихъ. Харбинъ и Дальн³й - представители того и другого типа, и какой изъ нихъ болѣе по душѣ - пусть рѣшаетъ читатель.
  

XXX.

1-го ³юня.

   Въ четыре часа дня я, согласно услов³ю, у M. А. Стаховича.
   Новое двухъ-этажное здан³е на углу среди строящихся, застроенныхъ и еще незастроенныхъ пустырей. На каждомъ шагу слѣды постройки - груды разбросанныхъ матер³аловъ, запахъ дерева, краски, свѣжей извести.
   На улицѣ передъ домомъ - столъ, на немъ самоваръ, нѣсколько сестеръ пьютъ чай. Чистая скатерть, блестящ³й самоваръ, домовитость - всѣ признаки присутств³я жещины, безъ которой все это скоро пр³обрѣтетъ тотъ невкусный и грязный отпечатокъ, который такъ умѣютъ придавать всему всѣ эти очень симпатичные, очень милые, но больш³е пачкуны и неряхи - денщики.
   Я поднимаюсь по деревянной лѣстницѣ во второй этажъ и вхожу въ большую комнату съ обѣденнымъ столомъ, за которымъ сидитъ очень много народа. Это англ³йск³й файвъ-о'клокъ - часъ чаепитья - и пьютъ его вмѣстѣ всѣ представители сосѣднихъ общинъ. Тутъ представители и "Краснаго Креста", и всеросс³йскаго дворянства, и земства, и городовъ.
   - Всѣ дворянства?
   - Нѣтъ,- угр³омо отвѣчаетъ какой-то мрачный на видъ господинъ и смотритъ въ упоръ напряженнымъ взглядомъ своихъ большихъ, красивыхъ глазъ.
   Онъ молчитъ нѣкоторое время и нехотя продолжаетъ:
   - Здѣсь вы можете наблюдать довольно странное явлен³е: всѣ такъ называемые либералы - всѣ какъ одинъ здѣсь на работѣ, а тѣ, которые кричатъ о сочувств³и, о святомъ дѣлѣ роднны, объ охранѣ устоевъ, благоразумно дома сидятъ. Пожертвован³я деньгами, личнымь трудомъ - все это... Они сочувствуютъ родинѣ, и это сочувств³е такъ цѣнно, что они еще не подобрали того сосуда, который достоиинъ, былъ бы... Тьфу!
   - Да бросьте вы...
   - Я ни бросилъ, не глотать же: муха, да еще дохлая, попала...
   - Сегодня наше собран³е не полное: доктора на работѣ; пора и намъ. Хотите посмотрѣть?
   Мы переходимъ изъ дома въ домъ. Вездѣ кипитъ работа, и снаружи и внутри. Радостныя, возбужденныя лица. Привѣтлиныя лица докторовъ, сестеръ. Бѣлыя стѣны, ряды желѣзныхъ кроватей подъ чистыми лѣтними одѣялами; на чистомъ бѣльѣ лежатъ раненые. Удовлетворен³е, покой, радость отъ этой человѣческой обстановки. Еще бы! Полтора мѣсяца не мылись въ банѣ. Теперь вымытые, съ перевязанными ранами.
   Въ свѣтлой комнатѣ, окруженный своимъ штатомъ, осматриваетъ, перевязываетъ больныхъ докторъ Постниковъ. Безъ всякихъ прерогативъ власти - добровольно признанная всѣми власть и сила. Эта сила, избытокъ силы, энерг³я, радость жизни и дѣла чувствуется во всемъ, лучами распространяется на все окружающее: свѣтлѣе комната, рельефнѣе это сильное, красивое, теперь обнаженное тѣло, насквозь въ грудь пробитое пулей.
   - Видите, только черныя точки съ входной и выходной стороны: черезъ недѣлю хочетъ уже шагать въ строй. Такъ?
   - Такъ точно, такъ что товарищи тамъ.
   - Ну, съ Богомъ... Слѣдующ³й!
   На чистой рубахѣ у многахъ раненыхъ новеньк³е георг³евск³е кресты.
   - А этотъ,- говоритъ докторъ,- бѣдняжка, не получилъ,- ему надо было пойти и записаться, а онъ не зналъ.
   - Это ваша палата?
   - Да. У каждаго изъ насъ по палатѣ, и мы хозяева у себя.
   Ищешь глазами солдатика, который хотѣлъ бы поговорить. Мног³е читаютъ, большинство загадочно смотритъ, и какъ угадать, что у него тамъ подъ черепомъ, когда такъ смотрять на васъ эти глаза на темномъ загорѣломъ лицѣ.
   - Больно было?
   - Нѣтъ, не больно: щелкнуло, упалъ и не помню ничего.
   - Гдѣ ранены?
   - Вафангоу, Саймадцы, Сюянь.
   - Японцы хорошо дерутся?
   - Ловко!.. Какъ изъ земли вырастаютъ.
   - Куда ни повернись - десять на одного всегда...
   - Побѣдимъ ихъ?
   - Что не побѣдить! Мало въ Росс³и солдатъ? Вотъ привезутъ, уравняемся.
   - А штыка не принимаютъ?
   - Не принимаютъ: палятъ и палятъ.
   Солдатъ этотъ раненъ навылетъ въ лицо около глазъ насквозь. Четыре сквозныхъ раны. Рана въ лопатку сквозная, съ выходомъ у бедра: какъ стрѣлялъ, наклонившись, такъ и пронзила его пуля.
   А это отдѣлен³е уже не раненыхъ - у этого ревматизмъ, у того легк³я, лихорадка. Ну, этихъ и спрашивать не о чемъ. Но такъ внимательно смотрятъ на меня маленьк³е голубые глазки тщедушнаго солдатика, скрюченнаго ревматизмомъ.
   - Обозный, изъ-подъ Вафангоу.
   - До боя?
   - Нѣтъ, послѣ ужъ.
   - Видѣлъ бой?
   - Нѣтъ, за горой стояли,- послѣ видѣли. 18 лошадей отобрали. Вмѣсто потника два одѣяла,- одно, значитъ, спать ляжетъ, разстелетъ, а другимъ укроется. Три перемѣны бѣлья, консервы, двѣ тарелочки свинченныя, между ними - рисъ вареный. Пальто длинное, теплое: имъ шутя воевать. Опять всѣ грамотные: у всѣхъ карты, записныя книжки. У нашихъ офицеровъ и половины нѣтъ противъ ихняго солдата: теперь вотъ только, которые запаслись изъ того, что подобрали послѣ нихъ. Кричатъ нашимъ казакамъ,- мног³е у нихъ по-русски говорятъ: "Вы что съ оглоблями, какъ при Ермакѣ,- у насъ и палачи уже бросили,- у насъ, видите, как³я пули?" Ну, точно - совѣстливыя пули. Которому непремѣнно умереть бы - живетъ. Только кому въ лобъ да въ сердце,- ну, сразу, безъ мучен³я.
   Мы молча слушаемъ, слушаетъ вся палата; солдатикъ разсказывающ³й вздыхаетъ и берется опять за свою книжку,- какой-то морской разсказъ Станюковича.
   - А тамъ вонъ заразный баракъ,- говоритъ Николай Сгепановичъ.
   - Есть кто-нибудь?
   - Нѣтъ никого. Приносили одного китайца - что-то въ родѣ солнечнаго удара - два дня полежалъ, потребовалъ за это по рублю въ день поденной платы и ушелъ.
   Всѣ сыѣются. Я смотрю на всѣ эти удовлетворенныя лица взявшихся за эту тяжелую, но благородную работу: Николай Степановичъ, Гучковъ, Стаховичъ, князь Долгорук³й, графъ Олсуфьевъ, Скадовск³й, всѣ эти милыя лица докторовъ, сестеръ.
   - Двадцать четыре рубля въ сутки стоила доставка раненаго до желѣзной дороги - на рукахъ.
   - Всѣхъ такъ?
   - Ну... Пѣшкомъ, на двуколкахъ: это самое слабое наше мѣсто... Это только еще и напоминаетъ турецкую кампан³ю.
   - А въ остальномъ?
   - Небо и земля: на пятьдесятъ тысячъ кроватей приготовлено здѣсь, а подъ Систовонъ нѣсколько тысячъ раненыхъ лежали на землѣ, въ грязи, подъ трехдневнымъ дождемъ. Я видѣлъ тогда самъ, какъ пр³ѣхалъ докторъ: походилъ, походилъ и расплакался. Въ турецкую кампан³ю солдать приходилъ на ногахъ, приходилъ изнуренный уже, кормили дорогой тоже плохо, а вы видите пр³ѣзжающихъ сюда солдатъ,- они подъѣзжаютъ къ самому мѣсту сражен³я. За мѣсяцъ дороги онъ отдыхалъ, ѣлъ прекрасно. Вы пробовали пищу на этапахъ?
   - Нѣтъ.
   - Прекрасная: щи, каша безъ выгреба и два фунта мяса въ день, и результаты налицо: въ турецкой кампан³и десятки тысячъ заразныхъ больныхъ черезъ мѣсяцъ послѣ войны, а здѣсь четыре мѣсяца уже - и заразныхъ нѣтъ.
  

XXXI.

2-го - 5-го ³юня.

   Я выѣзжаю изъ Харбина въ Манчжур³ю. Эти дни я провожу въ сбществѣ инженеровъ. Большинство изъ нихъ - строители этой лин³и, пережили китайск³е безпорядки и сообщаютъ много интересныхъ свѣдѣн³й.
   Такъ, между прочимъ, я узнаю, почему мѣста отъ Харбина и выше къ Манчжур³и пустынны, можно было приписать это солончаковатой почвѣ, слѣды которой, въ видѣ выжженныхъ бѣлесоватыхъ мѣстъ, кое-гдѣ мелькаютъ въ окнахъ вагона. Но оказывается причина другая. Большинство земель принадлежитъ здѣсь кочевымъ племенамъ монголовъ. До прихода русскихъ они слегка занимались еще хлѣбопашествомъ, сѣяли просо, гречиху, но съ приходомъ русскихъ бросили, такъ какъ затраты на хлѣбопашество не оправдались въ сравнен³и съ тѣмъ заработкомъ, который получили они отъ русскихъ. Такъ было во время постройки. Теперь же монголы совсѣмъ откочевали отъ лин³и желѣзной дороги и ушли въ таинственную глубь своихъ, совершенно еще не изслѣдованныхъ нѣдръ. Такъ закончилась начавшаяся было кратковременная дружба, и вся мѣстность отъ Харбина до ст. "Манчжур³я", за немногими исключен³ями, теперь пустыня. Теперь монголы одинаково не любятъ ни русскихъ ни китайцевъ, но менѣе враждебны все-таки къ китайцамъ.
   Стѣснила монголовъ и проведенная дорога. Она отрѣзала ихъ отъ водопоевъ. Такъ, напримѣръ, на 240 верстъ отрѣзана р. Аргунь. Эта Аргунь начинается со ст. "Чжалайноръ", слѣдующей отъ ст. "Манчжур³я". Если стоятъ лицомъ къ югу, то Аргунь протекаетъ по лѣвую сторону. Предан³е говоритъ, что прежде Аргунь брала начало изъ озера Чжалай-норъ, расположеннаго во правую сторону полотна дороги, въ 27-ми верстахъ отъ Чжалай-норъ. Громадное озеро, которое кормитъ своей рыбой монголовъ. И сейчасъ еще сохранился протокъ, который пазывается Мутный протокъ, соединяющ³й это озеро съ Аргунью. Но вода въ немъ бываетъ только весной, и тогда образуется и течен³е то изъ озера въ рѣку, то обратно. Такимъ образомъ прежде впадавшая въ этомъ мѣстѣ по лѣвую сторону полотна р. Хайларъ была только притокомъ Аргуня, вытекавшей изъ озера Чжалай-норъ, а теперь Хайларъ, являясь продолжен³емъ той же Аргуни, называется уже Аргунью. И Аргунь такимъ образомъ дѣлаетъ около этого мѣста крутой заворотъ и вмѣсто запада течетъ уже на сѣверо-востокъ. Безконечные песчаные желтые бугры, виднѣющ³еся изъ окна вагона, указываютъ слѣдъ Аргуня-Хайлара. Иногда она сама синѣетъ между ними. Туда къ сѣверу, гдѣ громоздятся горы, виднѣются уже нашъ берегъ Аргуни и первый русск³й поселокъ. Въ томъ углу, между Аргунью и Шилкой, такой же невѣдомый еще край, какъ и вглубь Монгол³и.
   Я жадно ищу слѣдовъ монголовъ. Никакихъ почти слѣдовъ. Ни одного прирученнаго монгола на всемъ пути не сохранилось. Одинъ богатый монголъ, очень вл³ятельный среди своихъ, сдѣлался-было подрядчикомъ, но съ приходомъ отряда генерала Орлова бѣжалъ, испугавшись. Все имущество его погибло. Когда миръ былъ возстановленъ, строители помогли въ степи разыскать его. Нашли и привели, нищаго, оборваннаго. Но такъ и не удалось его приручить - ушелъ въ свою Монгол³ю и больше не возвращался. Память оставилъ по себѣ прекрасную и былъ очень полезенъ при сношен³яхъ съ монголами.
   Имѣется только одинъ слѣдъ отъ монголовъ и очень трогательный. На протяжен³и до тридцати тысячъ десятинъ по самымъ песчанымъ мѣстамъ - рѣдко разсаженный сосновый лѣсъ. Этому лѣсу около шестидесяти лѣтъ. Цѣль посадки - укрѣплен³е почвы. Первое столкновен³е было изъ-за этого лѣса, изъ-за перваго срубленнаго дерева.
   Они долго волновались и не хотѣли пускать дальше изыскателей.
   - Это священный лѣсъ, мы своими руками садили его. Безъ него всю нашу степь засыпалъ бы песокъ, а вы пришли и рубите,- горько упрекали они:- уходите; мы не хотимъ васъ.
   Имъ предлагали деньги.
   - Намъ не нужны деньги; у насъ есть скотъ, есть юрта, есть хлѣбъ: зачѣмъ намъ деньги? Намъ этотъ лѣсъ нуженъ. Мы поклялись никогда его не рубить, а вы рубите.
   Когда у изыскателей вышла мука, они отказались продать, но дали взаймы съ тѣмъ, чтобы потомъ возвратили. За остановки и кормъ они не брали денегъ.
   Но время сдѣлало свое. Большинство монголовъ откочевало, отказавшись отъ земель и денегъ. Но родъ Солота продалъ свою землю за деньги, за шестьдесятъ тысячъ рублей, прелестную долину р. Яла, имѣющую протяжен³е 300 верстъ въ длину.
   Несмотря на заботы желѣзнодорожной администрац³и, понемногу исчезаетъ и священный лѣсъ.
   А между тѣмъ опасность отъ разрастан³я передвижныхъ песковъ большая, и всѣ эти песчаныя степи могли бы быть сплошь засажены сосновымъ лѣсомъ. Два дождливыхъ мѣсяца очень благопр³ятствовали бы посадкамъ, являясь даровой поливкой въ самое критическое для растен³я время.
   Монгольское племя разбито на отдѣльные роды. Во глазѣ каждаго рода стоитъ князь. Около десяти такихъ родовъ имѣютъ во главѣ объединяющаго ихъ князя. Совѣтъ изъ князей и представитель отъ богдыхана, китаецъ, управляютъ краемъ. Китайцы, по законамъ, селиться на монгольскихъ земляхъ не могугь.
   При новомъ хозяинѣ Манчжурской дороги, законъ этотъ не соблюдается, и дорога, ставъ наслѣдникомъ всѣхъ этихъ земель, разрешаетъ селиться при соблюден³и строго обусловленнаго аренднаго договора.
  

XXXII.

Между станц³ей "Манчжур³я" и Харбиномъ.

5-го ³юня.

   Чѣмъ больше я знакомлюсь съ этой громадной и сложной организац³ей Китайской дороги, тѣмъ больше поражаюсь ея размѣрами.
   Побѣдителей не судятъ, и надо признать, что все это устройство пригодилось полностью при теперешнихъ сложныхъ обстоятельствахъ. Почти трехсоттысячная арм³я вмѣстилась со всей своей сложной организац³ей въ здан³яхъ, складахъ и вагонахъ этого гиганта, заползла въ его щели и совершенно незамѣтно, при чемъ - никакого напряжен³я, непосильности, суеты, нервности.
   Помѣщен³я для пограничной стражи удовлетворили бы даже требовательности англ³йскаго солдата.
   Говорятъ, генералъ Надаровъ, командующ³й тыломъ арм³и, осматривая одно изъ такихъ помѣщен³й, спросилъ:
   - На сколько человѣкъ?
   - На тридцать семь.
   - Тридцать семь? Но при надобности здѣсь и тысяча помѣстится!
   Отвѣтъ одного пограничнаго солдата С. Ю. Витте также характеренъ:
   - Сверхъестественно хорошо, ваше высокопревосходительство.
   Если за норму "естественно" принять обычный типъ нашихъ солдатскихъ помѣщен³й въ Росс³и, то выражен³е солдата совершенно правильно.
   Надо видѣть эту картину, когда въ столовыхъ въ два свѣта обѣдаетъ эшелонъ человѣкъ въ девятьсотъ.
   Свѣтло, чисто, просторно, и, пришло бы еще столько людей, хватило бы мѣста.
   Въ сосѣднемъ помѣщен³и - рядъ котловъ, высокихъ, закрытыхъ, каждый съ самостоятельной топкой; въ нихъ - щи, каша.
   Въ помѣшен³и рядомъ печи для печен³я хлѣбовъ. Цѣлый рядъ печей, могущихъ выпекать въ сутки по двѣсти пудовъ хлѣба.
   Смотришь на весь этотъ широк³й размахъ и недоумѣваешь: что это? Только случайнай размахъ, или предвидѣлось то, что случилссь?
   Если острить, то вѣдь хватитъ помѣщен³и даже на двѣ арм³и: русскую и японскую въ Дальнемъ.
   Всѣ эти успѣхи я лично не случаю приписываю, а проницательности людей, ознакомившихся съ краемь и понявшихъ, къ чему клонится все это дѣло.
   Во всякомъ случаѣ, безъ всѣхъ этихъ широкихъ затѣй нашей арм³и пришлось бы считаться съ непредвидѣвными препятств³ями.
   Да и солдатъ былъ бы не тотъ, что теперь пр³ѣзжаеть. Отдохнувш³й, сытый, упитанный,- какъ говорятъ доктора.
   Не чета изнуренному уже за дорогу турецкой кампан³и. Но тамъ вѣдь, приходя, люди прямо и ложились въ тифозные бараки.
   А помѣщен³я для больныхъ?
   На 15.000 человѣкъ уже готово, а всего будетъ приготовлено на пятьдесятъ. Рядомъ со всѣми этими выстроенными строятся теперь еще цѣлые города. Это для зимы.
   Въ общемъ такое впечатлѣн³е: дорога - это гиганть, мощный и сильный. Двадцатифунтовый рельсъ лежитъ на прекрасномъ балластѣ съ галькой. По этому рельсу громадной силы паровозъ тянетъ сорокъ груженыхъ вагоновъ. Этихъ вагоновъ и паровозовъ множество.
   Забайкальск³я, сибирск³я дороги - дѣти, карлики въ сравнен³и съ этимъ гигантомъ. Случайно или нѣтъ, но, какъ видимъ, расчетъ оправдался, и будемъ справедливы: воздадимъ должное.
  

---

  
   Вчера, сегодня и завтра - китайск³й весенн³й праздникъ. На работахъ эти дни нѣтъ китайцевъ. Начинается, впрочемъ, время, когда и вообще мало будетъ рабочихъ изъ китайцевъ,- ихъ все больше будутъ отвлекать полевыя работы. Уже и теперь выгрузка съ вагона дошла до 5 руб. 60 коп. за вагонъ.
   Но въ праздникъ китаецъ ни за как³я деньги не работаеть. И всего-то три праздника у нихъ въ году. Въ своихъ праздничныхъ одеждахъ они ходятъ другъ къ другу въ гости, смотрятъ на проходящ³е поѣзда, играютъ въ карты и шахматы.
   Есть предположен³е, что всѣ игры пошли отъ китайцевъ. Знатоки китайской жизни разсказываютъ мнѣ, что всѣ наши игры существуютъ и у китайцевъ, но у китайцевъ замыселъ шире и интереснѣе. Шахматы у нихъ безъ королевы,- вмѣсто нея два пажа. Вмѣсто двухъ рядовъ фигуръ - три: пѣшки, конннца и фигуры. Посреди доски - рѣка. Однѣ фагуры могутъ переходить рѣку, друг³я нѣтъ. Пѣшка, перешедшая рѣку, нолучаетъ право ходить и вбокъ. Конница можетъ брать только черезъ препятств³е, а открытыхъ фигуръ брать не можетъ.
   Китаецъ очень любить игры и очень азартенъ. Онъ очень бережливъ, годами будетъ копитъ, недоѣдать, недосыпать, но подойдетъ случай - и въ азартѣ онъ сразу спустить все. Русск³е торговцы уже знаютъ эту слабую сторону китайцевъ, и аукц³оны, распродажи всегда привлекаютъ толпу.
   Нa одной станц³и я видѣлъ мальчика-китайца, въ парадномъ расшитомъ платьѣ, въ шляпѣ въ родѣ шлема, съ краснобурымъ хвостомъ и cъ стекляннымъ шарикомъ наверху. Это капитанъ: отецъ купилъ ему этотъ чинъ, стоящ³й 500 рублей. Отецъ бѣдно одѣтый китаецъ, въ голубомъ халатѣ, ведетъ за руку своего капитана лѣтъ семи. И какое счастье на лицѣ отца! Мальчикъ тупо смотрить на проходящ³й теперь мимо нашъ воѣздъ.
   На 441-й верстѣ было сегодня ночью покушен³е на пограничнаго солдата, караулившаго мостъ. Выстрѣломъ онъ раненъ въ руку. Виновный скрылся.
   - Какая цѣль?
   - Кто жъ это покушался? Китаецъ?
   - Нѣтъ. Китайцы теперь мирно настроены. Доказательство - нашь курсъ: ланъ - 1 рубль 40 копеекъ, а въ началѣ войны былъ 1 рубль 80 копеекъ.
   - А до войны?
   - До первой 1 рубль 12 копеекъ, а передъ этой войной 1 рубль 25 копеекъ.
   - Можетъ-быть, монголъ покушался?
   - Можетъ-быть. У монголовъ какое-то брожен³е идетъ, но противъ насъ или китайцевъ - еще не выяснено. Вотъ въ полѣ, верстахъ въ шестидесяти отъ Хайлара, будетъ ихъ ярмарка, тогда кое-что узнаемъ.
  

XXXIII.

Харбинъ, 6-го ³юня.

   Сегодня я опять въ Харбинѣ. Я узналъ рядъ непр³ятныхъ новостей съ юга. Послѣ удачнаго дѣла генералъ Штакельбергъ и его первый корпусъ отступаютъ все время къ сѣверу, все время съ боемъ, съ большими потерями.
   Въ "Харбинскомъ Вѣстникѣ" - увѣдомлен³е, что пять санитарныхъ поѣздовъ везутъ сюда раненыхъ. Вытребовано отсюда 60 офицеровъ для комплектован³я выбывшихъ изъ строя. Раненъ генералъ Гернгроссъ, и это печальное обстоятельство ввергло почитателей его въ большое унын³е. У генерала Гернгросса почитателей много, и ему предсказываютъ блестящую будущность.
   - Во всякомъ случаѣ,- утѣшаютъ себя его почитатели,- если и раненъ, то въ строю останется.
   Слухи разнорѣчивы: одни говорятъ - остался, друг³е,- что не могъ остаться.
   Какъ ни печальны на первый взглядъ дѣла на югѣ съ первымъ корпусомъ, но военные люди видятъ и хорошую сторону во всемъ этомъ: три дивиз³и какъ-никакъ отвлечены отъ Портъ-Артура. Теперь опасносль грозитъ первому корпусу со стороны арм³и Куроки съ востока. Если Далинск³й перевалъ, находящ³йся въ нашихъ рукахъ и представляющ³й собою ключъ въ Хайчену, будеть взять Куроки или обойденъ, то дорога на Хайченъ открыта, и тогда первый корпусъ будетъ отрѣзанъ. Но тогда и отрядъ японск³й очутится между двумя нашими: первымъ корпусомъ и правымъ корпусомъ арм³и геперала Куропаткина. Какъ все это произойдетъ въ дѣйствительности, покажеть близкое будущее, если, конечно, не помѣшаетъ пер³одъ дождей. Говорятъ, впрочемъ, что врядъ ли въ этомъ году дождливый пер³одъ будетъ опасенъ: дожди все время идуть понемногу, а это признакъ хорош³й, такъ какъ средняя норма выпадающей влаги здѣсь довольно постоянна.
   Сегодня я случайно встрѣтилъ въ Харбинѣ одного хоротаго знакомаго, котораго давно потерялъ изъ виду. Оказывается, онъ здѣсь уже семь лѣтъ и собралъ богатый матер³алъ по истор³и колонизац³и нами этого края. Уже судя по отрывочнынъ фразамъ, матер³алъ этотъ дѣйствительно представляетъ большую цѣнность, и я обѣщаю ему пр³ѣхать еще разъ въ Харбинъ и познакомиться съ его матер³аломъ, со многими интересными людьми этого города, со всей наконецъ широкой организац³ей дѣятельности желѣзгой дороги. Какихъ сторонъ жизни ни касается здѣсь дорога! Начальникъ дороги въ то же время и губернаторъ. Начальникъ ремонта - онъ же и предсѣдатель городского совѣта, который началъ съ того, что создалъ совершенно особый уставъ законовъ для города Харбина, примѣнимый къ мѣстнымъ услов³ямъ.
   Въ Харбинѣ существовалъ, между прочимъ, особый поселокъ - еврейск³й. Самый дисциплинированный поселокъ между прочими. Евреи очень зорко слѣдили за своими сочленами и неподходящихъ сама выдавали въ руки правосуд³я. Теперь, какъ извѣстно, евреямъ воспрещенъ пр³ѣздъ въ Манчжур³ю.
   Въ вѣдѣн³и дороги - и совмѣстный судъ съ китайцами. Но слѣдственная часть - въ рукахъ китайцевъ, и подсудимый является на судъ уже измученный пытками,- по законамъ Китая слѣдователь судья долженъ во что бы то ни стало открыть истину, и, пока пытки не вынудятъ несчастнаго принять на себя какую угодно вину, самолюб³е судьи не удовлетворится.
   Въ дѣятельности же дороги относится и сельскохозяйственная часть на полосѣ отчужден³я. Для этого имѣе³ся спец³альный, особый помощникъ.
   Кстати. Я писалъ о монгольскомъ племени Солота, которое владѣло долиною рѣки Ялъ (не Ялу, а Ялъ - къ сѣверу отъ Харбина), протяжен³емъ 300 верстъ. Оказывается, что всего отчуждено земли по этой долинѣ свыше шестисотъ тысячъ десятинъ и не за 60 тысячъ, а за 12, т.-е. по двѣ копейки за десятину.
   Въ вѣдѣн³и же дороги находятся и дипломатическ³я сношен³я съ китайцами и монголами.
   Завтра пр³ѣдетъ съ визитомъ одинъ крупный монгольск³й князь. Его земли - около станц³и "Монголъ" (сто верстъ сѣвернѣе Харбина). Онъ пр³ѣдетъ къ начальнику дороги съ визитомъ, благодарить за содѣйств³е. У этого князя вышли как³я-то недоразумѣн³я съ пограничной стражей. По просьбѣ начальника дороги, командующ³й пограничной стражей приказалъ сдѣлать разслѣдован³е, и князю возвратили отнятыя оруж³е и имущество. Завтра онъ пр³ѣзжаетъ, чтобы поблагодарить и командующаго пограничной стражи и начальника дороги.
   Это - первый визитъ со стороны монголовъ. Я буду присутствовать на немъ и завтра напишу.
   Завтра же я буду присутствовать при отвѣтномъ визитѣ новому китайскому дзянь-дзюню (губернаторъ).
   Только-что мнѣ сообщили, что въ Харбинъ пр³ѣхалъ офицеръ, пробивш³йся съ тремястами солдатъ изъ Портъ-Артура черезъ весь Квантунск³й полуостровъ, чрезъ всю японскую арм³ю. Говорятъ, онъ потерялъ при этомъ 80 солдатъ. Сегодня меня обѣщаютъ познакомить съ этимъ офицеромъ.
  

ХХXIV.

6-го ³юня.

   Чтобы достигнуть единства дѣйств³й, при сношен³яхъ по вопросамь отчужден³я и другимъ вопросамъ, было предложено дорогой назначить отдѣльнаго дзянь-дзюня для сношен³й. Для его житья было отведено мѣсто и даны деньги. На эти деньги и выстроился прежн³й дзянь-дзюнь. Теперь онъ переведенъ цицикарскимъ дзянь-дзюнемъ, и это считается большимъ повышен³емъ. Мы же дѣлали визитъ новому.
   Надо было пройти три двора. Передъ первыми воротами выстроенъ щитъ. Это противъ злыхъ духовъ. Злые духи летаютъ только по прямымъ на

Категория: Книги | Добавил: Armush (26.11.2012)
Просмотров: 302 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа