Главная » Книги

Шмелев Иван Сергеевич - Переписка И. С. Шмелева и О. А. Бредиус-Субботиной, Страница 10

Шмелев Иван Сергеевич - Переписка И. С. Шмелева и О. А. Бредиус-Субботиной



а_я_ жизнь введет тебя в "художественную атмосферу", - а это незаменимо. Хорошо об этом у Чехова, в его письмах. Моя душа все тебе откроет, все тайны творчества, добытые _т_о_л_ь_к_о_ моим опытом, огромным. Я у себя учился - писать. Теория искусства ни-чего мне не давала, она - лишь "примечания". Я учился у "великих", вдумчиво, и... слушал сердце, - оно писало. Это первое условие искусства: без сердца творить нельзя, - тогда подделка, только. Но надо и стража сердцу: - ум, строгость, чуткость к слову - форме, труд, о, мно-го труда! Знаешь, Оля... - часто, особенно в последние годы, - да и ра-ныне! - Оля - не с укором, а с грустью говорила, стыдливо: "ты меня совсем... забыл". И она старалась - и как нежно, чутко... _с_е_б_я_ напомнить! Приносила жертву. В страстной работе, в борьбе за _с_в_о_е, - как меня терзали, мелочами! - я забывал ее. После, - мучился _н_о_в_ы_м, вынашивая душой... и - забывал ее. Ведь "вся сила" уходила в творчество! В нем я был страстен, до галлюцинаций, "видений". Они брали остатки. Вот теперь... - я весь в тебе... - я не пишу, я - _ж_д_у. Какая му-ка! Я слышу твой крик, твой _з_о_в. И... - такая безнадежность, непреодолимость дали, пытка.
   Напиши _в_с_е, как ты любила, была жертвой. Мне не для "искусства" нужно, а для _т_е_б_я_ _ж_е. Для "искусства" - у меня _в_с_е_ есть. Надо будет - в себе найду, в "подвалах", - в воображении. Ты не знаешь, _к_а_к_ оно сильно у меня. Из _н_и_ч_е_г_о - _м_о_г_у! Будет живей живого. _В_с_е_ могу. _З_н_а_ю. Тебе это мой Тоник скажет, в "Истории любовной". Вчитайся - и поймешь, _ч_т_о_ я дал там. И. А. понял236. Понял и профессор-педагог немецкий237 - забыл имя, - писавший: этот роман надо не один, не два раза прочесть, а три, четыре... пять... - это открывает тайну "смуты юных". Сколько там у меня "любвей"-то! Посчитай - "линии любви", виды, истоки чистоты и - грязи. Все сплетено. Как только мог Тоничка выбраться на чистую дорогу, из таких "дебрей"! Писал я, чуть обжигаемый одной молодой женщиной... - отмахивался от нее. Ах, Оля... сколько характеров... русской женщины! Сколько их хотело _в_з_я_т_ь_ от меня... _о_г_н_я! Последний случай... - это только на словах могу, одной тебе... не на письме... - был со мной в Праге, в мае 37 г. Ставился вопрос о... жизни. Меня катала на своей машине жена одного инженера... русская, вся... и инженер русский... - мчала меня 130 км в час, и... в этом сумасшествии... прямо поставила вопрос... - я сумел ответить. Мне было безразлично, смерть - готов! Чутошный нажим руля - и гибель. Бог завершил все - двойной болезнью - моей - отравление? писал я - в июле, 29 - и - ее: она проглотила, случайно, кусочек тончайшей проволоки, от проволочной губки, посуду моют... в кушанье попала - ее спасли. А там - недосягаемость, события, все оборвалось. Она хотела от меня... - понимаешь? Она была бездетная. "Дама с собачкой", в буквальном смысле. Решительная была, лет 32, спортсменка, сильная, стройная, бледная, с внутренним огнем. Правда, тогда мой успех в Праге23.8, моя речь о Пушкине и "купели Православия"239 - потрясла всех, - "такого не запомнить", даже "Последние новости"240 должны были признать "большой успех". На женщин это сильно действует. Но что мне писала одна девчушка, 14 лет! Неужели я разорвал эти письма? Не знаю... все в хаосе. Это была "болезнь". Племянница одного казачьего генерала. Вот это - темперамент. Я сумел успокоить сердце милой девчурки, так чисто, чутко, - так отцовски. Плакала она. "Писательница" уже была, - дала мне слово "много учиться, думать". Где она и что с ней - не знаю.
   Твое письмо 13 сент. - болезненно-чудесное. Непередаваемо. Кратко: "если это - лучше не писать друг другу - для _м_о_е_г_о_ покоя, то нет, не лучше" - не писать. Просила не давать себя в "Пути". "Я _в_с_е_ вдруг понимаю", - и тут же, поперек: "ничего не понимаю". "9 июня "Рождение"? Рождение в му-ку? Кто же этого тогда хотел? Не может этого быть". "И "золотое" мое письмо проклясть мне"? Надо _в_с_е_ переписать, письмо - "полубезумное". Но - для меня - все счастье. Не стыдись чувства, все пиши, Оля. Мне для сердца надо, укрепление. Нет, не трону твоего "Свете тихий" - _т_о_л_ь_к_о - Тебе! Для других - хватит, дал все. Будь со мной "без лукавства". Лукавство - не для меня. Не снижай себя. Не требуй "знака", еще... - _в_с_е_ дано. Это - язычество уже, это недостойно _в_е_р_ы. Не называй меня по имени-отчеству - это уже _п_р_о_ш_л_о. Я могу для тебя быть только "ты", ну... твой... как хочешь. "Так - просто" (все, что с нами творится) не должно быть, это от нашей _в_о_л_и_ теперь зависит. Я свое сказал, буду действовать, что только в моих силах. Но ты не будь безвольной, - и - рабой. Во-имя _ч_е_г_о? Ты - груда самоцветов, в них попал луч солнца, замкнут и - стреляет, все горит искрами, все бьется, ищет, меркнет, чтобы вспыхнуть, играет самоцветной жизнью... и рядом - прости! - кусок угря__ холодного, сырого, тинного. Так я вижу... ошибаюсь? Мне странно: "некогда.... можешь одна ехать... "Что это? Любовь?.. Это уже - равнодушие, по меньшей мере. Делай вывод. Я до сих пор не знаю, чем занят Б[редиус]. И чем _б_ы_л_ занят, когда ты была одна: "я да птичка". Гнилая связь - не связь, а насилие, над духом, - и это - благословлено Богом? Будь перед собой искренна. Не могу больше. Ты сама поставь вопросы. Отвечу.
   Целую, твой наказанный безвинно. Твой Ваня - Ива - Ив. Шмелев
   [На полях:] Затребуй у Б[редиуса] мне - твое письмо! Никто - из Голландии - не был у меня. Не полагайся на _ч_у_ж_и_х_. Не верь "приятельницам".
  

60

И. С. Шмелев - О. А. Бредиус-Субботиной

  
   20.Х.1941
   5 ч. 40 мин. дня
  
   Оля, дорогая, сердечко мое, свет мой вечный, - как я тобою счастлив! А вот, слушай... Я искал в своем хаосе... - дрожит от волнения рука, а я ее целую, - не ее, а тебя, _т_в_о_е_ _с_т_и_л_о! - искал квитанцию на exprès recommandies, писанное тебе 30.IX. От руки, - очень важное, я там душу, всю, открывал тебе, ты его не получила?.. - сколько я искал, эта - _о_д_н_а_ - куда-то скрылась, а все другие целы... И вот - нашел!! Bureau de Poste, Paris, rue Claud Terrasse, 30.IX.1941 - 165. Наведи справки, на почте. И вот, через 2-3 мин., звонок! Приносит почтальон - я не понял, что, от кого... Paris, 7, Rue Vignon "Robert Holer" - Fournitures Dentaires en gros {Зубные принадлежности оптом (фр.).}. - ?? ... Ну, и сразу понял, по золотой наклейке! Утрехт!.. Ты..! О, счастье - ты! Оля, детка, милка! Ты это! Первый раз пишу - _и_м, _т_в_о_и_м-... Тебе! Свет мне светит. Как приятно, мягкое какое. Веришь? Ни-когда... ни-кто... мне не дарил стило, - сколько было даров, подношений... - ни-когда, стило! У писателя - _д_о_л_ж_н_о_ быть стило! Сам я покупал себе. И скоро ломал. Т_в_о_е_г_о_ не сломаю до смерти! О, как сердце болит, ликуя. Оля, не вижу, слезы... Обнимаю, целую глаза твои, губки, всю тебя, светлую, усталую, измученную... Нет, я _в_с_е_ сделаю, пока не ударюсь головой в стену, чтобы увидеть тебя и - все сказать, и все узнать - и _в_с_е_ решить. Все пальчики твои целую. Это перо, ты его держала, ты на него смотрела, ты его благословила всем сердцем, - _з_н_а_ю! Какое легкое, послушное! скользит, играет в моей руке. Это не перо, это - это твоя душа играет в нем, оно - _ж_и_в_о_е, от тебя. Ж_и_в_о_е, Оля! - Так _н_а_д_о_ было, чтобы _н_и_к_т_о... а Ты только, первая, единственная - дала его мне в руку - _п_и_ш_и_ же, милый! Вот, и пишу, - не прошло 3 минут - пишу, тебе, первой - единственной! Ми-лая! Отыскивая квитанцию, вдруг нашел в хаосе - открытое письмо - тебе. Почему не послал? от 31 авг. - 13 сент.?! Ты - как раз - 13-го IX писала мне сумбурное из писем! Как странно! Досылаю, опущу сейчас вместе с этим, вместе с утренним, - Боже, сохрани их в пути! Оля - веришь? _Т_а_к_ я еще _н_и-когда не любил. Вот _т_а_к_ - вот. Ту Олю я не беру в сравнение: _О_н_а_ _в_н_е_ _в_с_е_г_о - теперь, - она _б_е_с_страстна теперь, и я не могу ее брать ни-ка-к. Ты понимаешь, там - Святое, вне нас. Но так, как Тебя, я не любил, никого. Все крепче верю - от Бога, от Него, от нее, от святой моей - все это, - ты, ты, ты! Д_а_н_а, явлена. Оля, люблю тебя: будь сильна, не поддавайся ни тоске, ни скорби, ни болезни. Верь - будет! Или меня не будет. Я тебе еще напишу, _к_а_к_ берут свое счастье. Только что у-знал... про Ивика. Он мне не сказал: боялся, как посмотрит дядя-Ваня, такой "строгий" - в -? - моральном смысле? Я, для него, - о-чень в таком смысле непреложен. И вот... чудесная девчонка241, француженка, дочь фабриканта из Рубэ - северо-восток, - его _в_з_я_л_а! Да! Учится русскому языку, бросила школу, где учила (ей 21 год - 22, как Иву). Приехала в Париж, (что с родителями они [устроили]?) - сняла в отеле No, и - _в_з_я_л_а_ Ивку! Они уже 2-3 г. знакомы. Она без него не могла жить. Как он на моего Сережечку похож - две капли! Глаза-а..! - Ивку я не вижу, с именин. Он страшно осунулся, - атлет-то! Медовый месяц. Ду-рак! Боится дядю-Ваню. Если бы знал _в_с_е_-_т_о! Как дядя-Ваня завоевал свое счастье! - и она, чистая моя! - и _к_а_к_ - зачат - Сережечка!.. Все тебе говорю, моя далекая - во мне навеки! Когда свадьба - не знаю. Будет. Не побоялись ни бедности - возможной пока. Она будет учиться в художественной школе. Она рисует. Красива, сильна, спортсменка - из народа. Люблю я смелость! Целую. Твой всегда Ив. Ш.
   [На полях:] Всю тебя целую. Ольга, как ты мне дорога! Свет мой тихий.
   Я нашел на Стило серебряные знаки J. Ch. 26 - 9 - 41. Это - Ты! Свет мне!
   Чуть посыпал "Эмерад" {Здесь: сухие духи.}, томящий аромат - люблю.
   Спешу на почту.
  

61

И. С. Шмелев - О. А. Бредиус-Субботиной

  
   20.Х.41 9 час. 15 вечера
   Как хороша ты, Оля, как _с_в_е_т_л_а! Как мне тебя благодарить за этот _л_и_ч_н_ы_й_ дар?! Это - _Л_и_к_ мне светит. Я ждал его, - вот такой вот, - в себе носил. Это не красота, это - ее предел, это - запредел ее. Понимаешь, это лицо, - о нем надо, можно сказать одно: о, какое ми-лое лицо! В этом "ми-лое" столько есть, что можно только _с_е_р_д_ц_е_м... не словами, ни-чем - назвать. Эта светлость, это мягкость, это - ясность-лучезарность - это сильней всяких "красот", глубже, неуловимей, - _м_и_л_о_с_т_ь, умиление. "Красота..." - в ней не звучит _т_е_п_л_о, не слышно - "сердце", она не излучает "содержания". В _я_с_н_о_с_т_и_ твоего образа - огромное, его, это огромное, надо долго искать в душе своей, чутко вбирать его, творчески - сердцем наполнять. Это то, чего ждут, ищут все. _С_в_о_е, особенное, ни на что не похожее, не тип, а _ч_и_с_т_а_я_ _о_с_о_б_о_с_т_ь, чего нельзя уже ни у кого найти, - единственное, неповторимое, - чего нельзя утратить без потери _в_с_е_г_о. Понимаешь ли эти путанные пробы _н_а_й_т_и, что - _э_т_о?! Выразить? Но ведь это - в снимке - _о_д_и_н_ миг жизни _л_и_к_а! А их, мигов, - беспределье! - Вот, какое твое лицо. Я склоняюсь, как перед чудотворным ликом. Я благоговею, вбираю взглядом, - как прелестна! сколько _ж_и_з_н_и, за этими очами, - _с_в_е_т_о_м! Чудо мое чудесное! Благодарю, у меня нет слов сказать _в_с_е, что _е_с_т_ь... - только в душе сияет "Свете тихий" мой, _м_о_й... - одному мне _т_а_к_ говорящий, так поющий не-звуками, а чем-то, - еще - для человеческого слова - непонятным, каким-то ему еще не данным - чувством? Милая, как же ты светла, жива, ми-ла!.. Ах, Оля, это невозможно... это особенное, музыка души, - лицо _п_о_е_т! Вот - чудо неуловимого искусства. Этот портрет - только великий мастер его понял бы... и - сделал _с_л_а_в_о_й. Такие лица - редкость, ну... как Мона Лиза... - но там - другое. Так вот, я - прав. Вот - Анастасия, могла бы быть такой, если бы не родилась из... моего воображения. Ныне она явилась в жизни. Мне, ее Предтече-провозвестнику. Дар мне - _з_а_ _в_е_р_у, что Она _е_с_т_ь. Жизнь оправдала творчество души и сердца. Слава Господу, за все, за все! За муки, за все боли, за - эту Радость - все покрыто. Тобой, _Ж_и_в_о_й. Целую эти лучезарные глаза, - звезды. Милая, целую. Свет мой!
   Но, _к_а_к_ ты мне явилась..! _Ч_у_д_о_м. Слушай. Я уже писал, как получил _п_е_р_о. Узенький, тугой пакетик, по длине заклеенный. Я открыл концы и - выдавил картонный футлярчик - там перо. И... - оставил на столе обложку. Решил - спишу адрес магазина-отправителя, - поблагодарить за "Comission". Чтобы удобней прочитать, - разрезал ножницами... начал, было, - и увидел - какая-то бумажка _т_а_м, белая... осторожно, вынул... конверт, - бланк, отель, имя... два слова - m-me N.N. просила... и т.д. Конверт... и - моя Ты... единственная в мире... Ты! Такой свет - счастья..! Не мог словами... нельзя. Если бы я... - мог, мог! - выкинул обертку!.. Это было бы таким ударом, таким намеком... Бог вразумил, я знаю. Я не мог тебя утратить. И не утрачу. Вот - это - Знак. Тебя потерять - _н_е_л_ь_з_я. На-вечно данная, Д_а_р_о_в_а_н_н_а_я. Фото чуть смялось, чуть-чуть. Пресс все сгладит, без малейшей складки. Все _ц_е_л_о, все. Это - тоже - чудо. Ни цапинки, ни трещины, ни-чего. Завтра ты будешь в рамочке, - найду, что необходимо, что достойно. О, светлая, чистая моя. Как ты прекрасна, до - прославления! песнопения! Завтра пойду по адресу отеля, поблагодарить. И - там увижу. Я так взволнован, так все во мне дрожит, от Света счастья... - свет чую, счастья. И мне страшно, в сравнении с тобой... такому! А, что будет - будет. Я тебя _н_а_ш_е_л. И - не могу утратить. Тревожусь, не опоздаю ли, застану ли? Послано 18-го. Завтра - 21-ое. Пошлю "pneu" и попрошу позвонить, дам телефон друзей назначить час. У меня нет, я не выношу их, да и нужды нет особой. Кому надо - меня всегда найдут. Вот, когда ты будешь - другое дело. В Москве, бывало, изводили, _в_и_с_е_л_и. Правда, и я, порой, _в_и_с_е_л, но только для дела (по - нашему "Книгоиздательству писателей"242), а если что "личное" - просил Олю. Милая, благодарю.
   Закончу об Ивике. Явятся когда - я встречу их рукоплесканием. Молодец - девчонка! Нашлось-таки нечто посильней математики. Сразу сломала все! _в_з_я_л_а! А то бы... Ивик - "слепой"... его бы слопали, бабища какая, хищная... А тут - взаимно, уже два года встреч в Auberge de la Jeunnesse {Туристическая база для молодежи (фр.).}, - ее письма, ее пылкая влюбленность - взяла. Как она его искала, когда рухнул французский фронт243, и мальчик оказался в Пиренеях244, а она - в самом пекле, у Рубэ... Летом съехались у - дяди ее - торговца, где-то. Ну, заполыхало... безопасно. А там - явилась в Париж, дома все сломала, - _в_з_я_л_а_ - и - будет "русский" - пусть полурусский, как и она, почти. Отец - француз. То-то он принялся читать дядю-Ваню... Это - _о_н_а_ его, уверен. Какова энергия. Там Рубэ, нашла русского учителя, и, говорит, уже понимает разговор. Я рад за Ивку, только бы сдал тяжелый конкурс - самый тяжелый. Он выбрал - "чистую науку". Ecole Normale Supérieure245. Твой Ив. Шмелев. О, как целую всю.
   Крещу тебя. Боже, дай ей сил! Твой Ив. Шмелев
  

62

И. С. Шмелев - О. А. Бредиус-Субботиной

  
   21.Х.41 2 ч. 20 мин. дня
   кончил - ночью
  
   Милый друг, пишу Вам оказией, м. б. мне удастся это. Послал мужу Вашей приятельницы "пней" и жду ответа, чтобы лично поблагодарить его за великодушную миссию. Попробую послать для Вас французское издание "Солнца"246 и немецкое - "Любви"247. И - свое _с_е_р_д_ц_е, в глазах моих. Я в озарении, весь, как никогда. Ваша _и_к_о_н_а_ - неизъяснимо ослепляет. Я в бреду, священном. Знаете ли Вы, Дари..? - Вы - Дари. В Вас - непонятное, необлекаемое словом, ни-как... - узренная раз, Вы незабвенны. Нет сил забыться, - Вы, Вы, Вы... - так неотступно, так безвольно. Почему - "Вы"? Да, вот - "оказия"... - но тут - перед иконой-то - благоговение, и я - "в параде". Это тайна неповторимых ликов. Это неопределимо - "радостностью", "счастьем", "неземным", - эти слова в Вас ничто не выражают, ни-как не определяют. Это - _Б_о_ж_и_я_ тайна, ласка Божия, красота Божия. Это ведь свет поет Вашим светозарным устремлением, обетованием, неисповедимым в Вас чудесным чудом. Это тайна, - от нее не оторвешься, она влечет непобедимо. Какое счастье - всегда смотреть на Вас, _В_а_с_ _в_и_д_е_т_ь! Вас чувствовать, как благодатно ослепленный. Молиться, вот что можно, с Вами. Свете тихий... изумленная Святая! Слова не выражают Вас, лишь чувство _з_н_а_е_т, _к_т_о_ Вы. И не скажет, не может, так оно безмолвно. Сколько раз спрашивал себя - "к_т_о_ - Вы... ?!" Нет ответа сердцу, и не будет: ему не надо ни ответа, ни определений: _з_н_а_е_т_ без слов: слова роняют. В Вас Небо, Свет, - Вы - Божие дитя, никто его не видел. Безнадежно пытаться находить слова: Вы - _н_е_н_а_х_о_д_и_м_ы_ словом, - только чувством, тончайшим, возносящим, как в "Тебе поем". О, как бессилен я - дать Вам определение. Несу Вас в сердце, возношу молитвой. Свете мой тихий..! Олёк мой! Как хороша ты!
   Сегодня хлопотливый день. Разговор об авторских правах. Я _н_е_ даю. Знают, что им надо. Просят "хотя бы две-три книги, - для "всея России"". Из Кёнигсберга, кто-то... в проекте - "трест книгоиздательств". Что же намечают? "Богомолье"... "Лето Господне"... "Пути Небесные"..! Знают - пойдет м. б. в сотнях тысяч. Т_а_к_о_г_о_ не найдут ни у кого; все знают. Я _т_о_ж_е_ знаю. Если договоримся, обусловив, _к_а_к_ мне, _м_н_е_ (и - тебе, моя дружка, главное - тебе!) полезно, - "Путей" не дам. Они принадлежат кому-то... не только мне... _к_о_м_у_-т_о. _О_н_и_ _т_в_о_р_я_т_с_я. И - _с_-_т_в_о_р_я_т_с_я. В _н_и_х_ _ч_у_д_н_а_я_ _Д_а_р_и, _д_о_п_о_л_н_е_н_н_а_я, _н_о_в_а_я_ Дари, - звено от женщины - к все-женщине, к ангело-женщине, _н_е_т_л_е_н_н_о_й. Господи, дай силы! "Пути" пойдут своей дорогой, своим путем. "Пути" _в_о_з_ь_м_у_т_ Россию, будут Ей светить, - так сердце шепчет. "Пути" - священный _з_н_а_к, обетование, искание, надежда... осуществление надежды, воскресание!
   Ваше перо - никому ни слова не напишет, знайте! Вам только, только во-имя Ваше, для Вас и - через Вас. "Пути" непостижимо _В_а_ш_и. Двойные. Ее - Отшедшей, Ей писались, ЕЮ... и - ныне _с_у_щ_е_й, озаренной и озаряющей, - Вы знаете _е_е?! ... Она - необычайна, уверяю Вас. Да, да?
   Да, вот что... Простите... в одном из писем, - кажется, вчера? - я перед Вами очень виноват. Я не должен был касаться. Я удручен... прошу - простите! Вы поймете. Я сравнил... груда самоцветов, в них луч, плененный, бьется светом, в искрах, колет, льется, сверкает страстно, взрывно... - и - рядом... - темное, сырое... тинное. Я не должен был. Мог иначе: свет - тени, смутность, непонимание... предел различности. Это моя ошибка, - и как мне не по себе теперь! Простите, винюсь: бесславно это, нехорошо. Так не должен был. Не помрачите света Вашего, - так больно, так... сорвалось. Не вижу оправданий себе, - поверьте, мне перед Вами стыдно. Ну... браните, только помилуйте, - голову мою, повинную.
   М. б. уже уехал г. Т[олен]? Сейчас мне нашли-таки "Солнце Мертвых", библиотечный экземпляр, до дыр зачитанный, но цельный. Я его себе оставлю, очень он "испытан" читателем. Я пошлю Вам свой, "единственный", - _Е_д_и_н_с_т_в_е_н_н_о_й, - мне в радость это. Над ним я... плакал... редко-редко брал с полки, сердце трогал - спит или... все еще живо? Живо, всегда томится, _в_и_д_и_т. Не утомляйте сердца, слегка касайтесь... верю - найдете _б_о_л_ь_ш_е, чем когда-то, внятней, _в_с_е. Трудно его читать: ритм скрытый слышен... порой - болезненный. Найдете мое _с_е_р_д_ц_е, перебои уловите, тоску... о, Вам все будет внятно. Вы, ведь, - как - ни-кто. О, милая... мой свет, последний!
   ..."Пней" все нет, - м. б. уже уехал? Но тогда отель вернул бы мне. До завтра. Я хотел г. Т[олену] за его великодушие дать на память голландский экземпляр "Человека", - в отчаянном, должно быть перевоЗе! И Вам - русский "Солнце" и немецкий "Любовь в Крыму". Там недурно моя переводчица248 дала "сборную" статью об авторе, с выдержками из Бальмонта249, Амфитеатрова250 и др. Да, я знаю, _к_т_о_ первый у нас писатель... - много слышу, от кругов "литературы" - доносится. Сегодня от Мережковского251 ко мне "посол", зондируют, как я насчет продажи "авторских". Им _н_у_ж_н_о, очень, - _м_о_ю_ инициативу. Сказал: готовые деньги мне нетрудно брать, - сами придут. В России сейчас - все чувствуют - да так и есть! - духовное оголодание, нужен - Свет. Будет. От Церкви. От литературы _ч_и_с_т_о_й, ее так мало. "Советская" бесповоротно признана "похабством, окаянством", наконец-то! Я 15 лет боролся с "Возрождением" столько места уделявшем "помойке" - кормление Ходасевичам252. Посветит "Богомолье", "Лето Господне" - его будет две книги. "Пути Небесные" - тобой посветят, Оля, - но что мне делать? Поймешь ли... - что со мной? И счастье, до невыносимости... - и - ох, как трудно мне! Ты "пришла чудесно и укрыто", чуть не пропала, до того "укрыто". Я писал, как ты была затиснута, в обложку. Надо было учувствовать. Я учувствовал. Вчера пришла, и принесла перо, _п_е_р_в_о_е_ мне в жизни - в дар. Какое счастье! как Знак! Так и принял - ко благу! Ты спала ночку, первую, - в конвертике, как новорожденная детулька, - в томе Даля, - гладилась от скручки. Я нагрузил четыре тома. К утру ты была - гла-денькая, покорная, "пай-детка" (все - твои слова). Я поцеловал тебя, так нежно, не разбудить бы. Ты сейчас... вот ты! рядом, всего аршинчик, - о, как хорошо-прелестна! Как... сердцем смотришь - вся в полете, в свете!.. О-ля..! Нет сил быть без тебя, так до-лго-долго... Ты в стеклянном, живая... стекла не слышно, - ты - Царица, да! Знаешь, чуть есть... Царица наша, красавица... Мученица Александра253... - святая, Царица... Святой Руси? Да, была бы... если бы Святая Русь была... но темная она была, подспудная-святая... И Царица... подспудная, невзгодная, несрочная... Ты - чуть, намек неуловимый. В кокошнике боярышни... - вся, наша Русь. Ты - кровная. Ты - светозорька, ты - радостная королева-девочка, да, вот когда _н_а_ш_е_л-т_о! Ты сложная, Дари-Анастасия-Ольга-Воскресшая - и Победительница скорби. Что мне делать?! Ты вошла, Неупиваемая Радость. Я знаю - без тебя нет жизни, воли к работе, нет вольного дыхания. Ты должна быть... ты - _б_у_д_е_ш_ь! Или ничего не будет. Я все силы за тебя отдам, все испытаю, Господу _в_с_е_ предам, молю, - и буду делать, добиваться, умолять тебя, крепить... только бы ты была сильна, здорова, не теряла веры, не хладела. Все наше пронизано предназначе-нием! Этого нельзя придумать. Сейчас, так ярко _в_и_ж_у, что чувствовал, как получилось первое твое письмо, то, "день Рождения". Такой ласки не помню... так согрело, до восторга святого... никто так не писал, сердцем... так переполненным. Я так взял в сердце..! Проверь, когда ответил. Я не мог медлить... скоро? В ужас прихожу опять, - если бы затерялось, в редакции! Столько моего терялось! После узнавал: несколько раз издательства искали меня, иностранные - кто портил?! Мне писали с Аляски, из Австралии... - искал читатель... Сколько не достали меня..! - "терялось", залеживалось месяцами. Если бы твое пропало! Не получив ответа, - не написала бы еще? Так бы и... - Ужас, ужас. Господь _н_е_ допустил. Как _с_в_е_т, я принял. Проследи, как я тебя касался, тихо, тихо... душу твою хотел раскрыть, все больше, так бережно, так... любовно-нежно. И это - "я да птичка"... - так меня... коснулось, самого трепетного в сердце, так жалко тебя стало, - будто _в_с_е_ я понял. И - ты уже родная стала, я уже не мог молчать... я смущался только, не смел открыться, показаться навязчивым... - боялся, себя боялся, жалости твоей ко мне боялся... - целения боялся, милосердия боялся, - ну, один... и буду... везти возок. И - Свет!! какой же - Свет! И _э_т_о, это, Оля... не от Бога?! Тебя я недостоин. Говорить не буду, очень сложно и больно. Причина - и велика, и... так ничтожна! Разница наша... 27 лет. Правда, если внести _в_с_е_ сходства... и главное... горение, дар творчества, твое душевное богатство, твои дары неиспиваемы... да! да!! - даже и твои "изломы", - но это так острит желания! - так душу теребит - _в_е_д_е_т... - разница сжимается, - душа-то наша "не взрослеет", Оля! - мы оба слишком молоды ею. Да, у тебя "изломы". Но это - "пряность". Не лишне это. Но для меня - пожалуй лишне. Разжигать меня не надо, я не хладен, - во мне довольно пряностей, - ты же пока не знаешь. Да, я пылкий, иначе - не был бы - я. - Ты должна узнать меня, тогда... - решится. Да... вчера, когда пришла и подарила... день был особенный - 20 окт. - 7-ое, "Сергия и Вакха"254, день Ангела отца. Вспоминал я... день уходил. И вот... - "открытия", в траурный мой день. А, для меня все - "знаки". Сегодня - 8 окт. - день его кончины, 56 л. тому, в 85-м. День прошел, 8 с половиной уже. "Пней" все нет. До завтра? На тебя любуюсь... - пришла со-всем ты? Оля? да? Как ты славно смотришь - _в_и_д_и_ш_ь... что? Все забыто. Неделями ждут письма. Земмеринг, небось, не понимает... или - понимает. Я ей чуть коснусь, какая ты... - позволишь? Чуть-чуть. Она на книжке видела. Умная она. Знаешь, она достойна ласкового слова, твоего, верь, милая. Чувства ее так чисты, так неколебимо верны. И Милочка255. Конечно, им и в голову не приходило видеть во мне другое, что-то, - только любимого писателя, столь "много" им дававшего, - вот почему они такие - видят они во мне. Еще не купил "магнит" - духи! - а может быть оказия от них. Но напиши - какие ты любишь. Это - для меня. Для "чар" - обмана. Наши рабочие бывают в отпуске. Достану завтра. Теперь все у меня - "завтра". Только не ты, и не то, что _н_а_д_о_ делать, - жду адресов, ищу путей, - где эта Бауэр, писательница? Да вряд ли она тут - что-нибудь. Два письма послано. Так тянется... - надо "нерв" найти, кто мог бы разрешить мою поездку. Ведь знаю, _е_с_т_ь_ мои читатели... десять моих книг читают... и - _н_а_х_о_д_и_л_и, узнавали из книг моих с признательностью - что, бывало, казалось темным. Я писал тебе, как кто-то "всю русскую психологию" постиг из "Няни" - "Киндерфрау", - какое неудачное название. Я сколько раз писал - непременно "из Москвы"! Гов {Воспитательница (от фр. gouvernante).} - не звучит так - Фрау - Москау... Ну, Бог наведет. Племянница Олина256 - с этим их "романом" - да еще тут... ее "муж"257 спятил... мыкается она... вызову ее завтра - эта все дороги знает, упорная. Оля, бывало, все дивилась. Для "дяди-Вани" - все сделает. Ты ее, м. б. в радио слыхала... Кутырина... - фольклор... баю "баю" {Так в оригинале.}, петухом кричала, былины напевала... дарованье, да, есть... но... "ложное искусство" - под-искусство. Поздно взялась. Математичка, музыкантша - ученица Рахманинова258, по Москве. И - в голове сумбур. С мужем развелась259 - француз, ничтожество! - сплелась с... дубиной, самозванцем260, идиотом, - я ей _в_с_е_ нагадал! - и вот, спасает от желто-дома. Как еще жив... - ходит по Парижу и всех "кроет", знает по-французски одно слово - "m....." - ген. Камброна261. Чуть было его немцы не забрали, - а надо бы... - она случилась, выдрала: ее признал один из немцев - видел в "Солдатском очаге" - она там пела. Так вот, она - возьмется - может многое. Сейчас вызову ее (утро 22-го). Ивка не заявляется, "медует". - И - курсы, работа.
   Прошу... сделай для меня... - не надо ли тебе чего... ?! мне дорога твоя свобода, - м. б. ты стеснена в чем? у меня есть все... и будет еще больше. Только скажи, - все сделаю. Тебе может понадобиться. Ольга, изволь сказать, смотри, осерчаю! Задушу в поцелуях. Суют авансы - не беру, _св_о_е_й_ свободой дорожу. Терпеть не мог закабаляться, всегда - на воле. А в России... все бы поглядели вместе... всю прознали! и - _к_а_к! На своей машине, сильной. - Помню, как в Праге инженерша меня мотала..! - вот рассказ-то..! Я давал "машину", бег-гон... в - "Это было"... в - "Приключении"262... где еще? Отец любил верхом, Оля - тоже любила гон, и - машину... много изъездили. Военно-Грузинской дорогой в Грузию спускаться..! Или - Байдарские ворота, скучная дорога... - и - ух, вдруг простор! - все море... и какое!! Не найти нигде - вдруг, провалился камень... - мо-ре! в грудь, - небом! синим током - морем! волей!.. - Помню, давал я в "Винограде"263 - тут не знают, - на Чатырдагском Перевале... - море... великое "корыто с синькой" - Саше - горничная-девушка - вдруг мелькнуло... только корыто с синькой знала! - Тебе понравится мой "Виноград" - ты сама - му-скатный виноград мой. Ну, слушай, кончик III гл. - уловишь "колыханье", гул - дале-о-кий... моря? - вслушайся в ритм... Музыкант уловит, - плавность, на-кат... Вот, сейчас: (из "Винограда") ..."Винтами и петлями (пауза) - я буду для тебя двоеточие ставить, легче услыхать внутренний ритм, - побежала вниз белая дорога на синее море" :: - паузы, разного счета, - "а оно яснело - и вливалось в глаза. Влилось, - и никогда не уйдет теперь, хоть потеряй глаза, :: хоть уткнись в темный угол :: на весь век свой. Корыто ли с синькой увидит взгляд, к небу ли подымутся усталые глаза, - встанет оно, живое, и вольется в душу. Все целиком, огромное. Придет из-за тысяч верст и вольется. В снах придет теперь - и вольется". Ничего писалось? "Виноград" любили. Саша удалась - и - повар-старик. И - виноград. Дано _в_и_н_о_ в подвалах, как набирает силу. Му-зыка вина, песенка его дана. Тугоухие _н_е_ слышат. А я - _п_о_ю. Вот Рахманинов поймет - он говорил мне, - а я раньше его _з_н_а_л, что _п_о_ю. Как спел бы... Тебе, моя царевна! Ты - тут! красавица, светло мне, от тебя... о, как благодарю за... _Д_а_р_ твой, за тебя. За - _в_с_е. Господи, услышь, - я пел Тебя... я буду петь Тебя! Услышь!! Но надо и "нудить" цели... помоги, Господи! Светись, мой Свет!
   Ольга, я так крепко тебя целую, так ........ - что писк я слышу. Оля, за что обидела пустой открыткой? Я весь с тобой. Глупая, целую. Твой Глупый
   Утро 22-го - 10 ч. - а "пней" все нет. Буду звонить.
   Сегодня опять напишу. Не могу. Ты чем меня зачаровала? чем?! Ну, погоди... мы это разгадаем, вместе _у_з_н_а_е_м.
   "Погоди, тебя заставлю
   Я смириться ..........."264 - ?! -
   М. б. ты дашь адрес верный, - на Сережу? - Я тогда буду par exprès (5 дней доходят). Сделай это. Скажи - куда.
  

63

И. С. Шмелев - О. А. Бредиус-Субботиной

  
   24.Х.41 5 ч. вечера
   Оля, я не могу больше так жить, - это сплошное страдание. Если нет у тебя силы изменить свою жизнь, так и скажи. Нельзя жить двойной жизнью, обманывая себя. Что препятствует тебе связать свою жизнь с моей? Если это - неопределенность, тревога за твоих, я ее устраняю: и мама, и брат будут всегда с тобой. Другое чувство? Но тогда скажи открыто, и я не потревожу тебя ни словом, - ни словом не упрекну, постараюсь _в_с_е_ забыть. Удастся ли это - не знаю, но иного исхода не вижу. Необходимость увидеться? Для меня нет этой необходимости, я тебя _у_з_н_а_л. Для тебя? Тогда постарайся встретиться со мной там, где живут наши друзья - Наталья Яковлевна с Мариной. Они пригласят тебя, - неужели и тут - "нельзя и думать"? На что же ты обрекаешь себя? и меня? У тебя родилась потребность беседовать со мной в письмах. У меня - больше: жизнь с тобой. Письма меня только мучают, в данных условиях. Да ты вон и этого хочешь меня лишить (твоя открытка в 2 строчки, а я все время пишу тебе). Нужно кончить эту тяжелую "игру", - для меня хотя бы. У меня мало надежды приехать в Голландию, но я ее не оставляю. Ну, хорошо: свидимся. А - дальше? Все то же? Нет, на это я не могу согласиться. Я должен знать твой прямой, заключительный ответ. Хочешь связать свою жизнь с моей? Решай. Знаю: тебе куда сложней, - я свободен. Но нельзя закрывать глаза, нельзя тянуть эту неопределенность: она убивает меня, я не могу в ней писать, и у меня не остается воли жить. Или - жизнь с тобой, или - ни-чего. Это уже мое дело - как я выйду из этой пустоты. Если при любви ко мне, во что я безусловно верю, - нет _д_р_у_г_о_г_о, тогда единственное решение: выйти из тупика, не портить своей жизни и не убивать меня. Отсюда: необходимо смело все сказать _д_р_у_г_о_м_у_ - и начать новое, не склоняться перед неопределенностью, - ее не будет, будет все ясно: новая жизнь, со свободным сердцем. Повторяю: ни за себя, ни за своих не бойся. Все мое - твое. Будущее твое совершенно обеспечено. Для текущего средства у меня есть; для будущего - открываются. В ближайшие дни я подпишу договор, вполне ограждающий интересы _н_а_ш_и. Авторские мои права я никому не уступлю. Эти права будут - твоими. За покой твой (материальные удобства) - я отвечаю, можешь мне поверить. Да я знаю же, что для тебя главное не в этом. Но знай и ты: я не могу жить без тебя. Если твоя любовь - не только временное увлечение, - и ты не сможешь - без меня. Зачем тогда тянуть, ждать - _ч_е_г_о? Тебя пугает чувство _г_р_е_х_а? Его нет, и не будет, _г_р_е_х_а. А как назвать жизнь - через силу? сверх сил? когда утрачена связь, освященная Церковью? А это есть на самом деле. Только - сделкой с совестью и, в сущности, - медленным самоуничтожением, связанным с моею гибелью. Надо найти силы - и решить радикально. Я предлагаю попытку - свидеться у Марины, там, где она. Это - легче. Если же тебе и это недоступно, в таком случае я не вижу никакого смысла и в моей поездке в Голландию, - она, при таком безволии и покорности судьбе, не приведет к развязке. Будь искренней перед совестью, не прячь за дерево голову, как глупый страус. Счастье _б_е_р_е_т_с_я, - а не приходит на зов, при полном безволии зовущего, при его "страхах".
   В последний раз говорю: любишь - будем вместе; колеблешься, - скажи раз навсегда. И неопределенность кончится. Я говорю, как перед Богом: люблю тебя - и не могу без тебя. Жду тебя. Ни тебе, ни мне не надо "краденого счастья". Значит: узел надо разрубить, найти в себе сил и _н_и_ч_е_г_о_ не бояться. Людей бояться?! Значит: любви нет крепкой, и нечего себя обманывать. Я тебя высоко несу, крепко люблю, людей не боюсь, - слишком хорошо их знаю, - и перед всеми назову тебя моею законной женой, пусть и не вдруг освятится наша совместная жизнь Церковью. Двойная жизнь - обман, самообман, мне ее не надо.
   Решай же. Я буду ждать этого решения до Рождества. Буду тебе писать, буду добиваться возможности тебя увидеть. С Новым Годом мы должны кончить эту муку. Что будет со мной, если утрачу тебя, - не знаю. М. б. буду стремиться уехать на Родину. М. б. - все кончится для меня, как это ни тяжело, ни кощунственно в отношении тебя, моя голубка.
   У меня сейчас снова - боли. Это, я знаю, от "событий". Я сгораю на этом огне, - невольно, да, но это твой огонь.
   Люблю тебя. Целую. Благословляю за то малое счастье, что ты даешь мне в письмах. Господь да сохранит тебя.
   Твой Ив. Шмелев
  

64

И. С. Шмелев - О. А. Бредиус-Субботиной

  
   25.Х.41 1 ч. 40 дня
   Дорогая больнушка моя, весь с тобой, всегда! Ты больна, надо определить - чем. Твои сны - больные, слишком они красочны, блестят. Это всегда в болезни. Болезнь - следствие _в_с_е_г_о: и от чужого климата (ужасная Голландия!), и от сложившейся так горько жизни твоей, и от _р_а_з_л_у_к_и. Ты _н_а_ш_л_а_ меня - и нет меня. Не меня, а _с_е_р_д_ц_е, любовь мою. Заставь сделать общий анализ. Для твоего покоя - на все готов. Вчера послал письмо, - беру его назад. Я буду ждать тебя, не стану торопить, примирюсь с горькой долей, - только окрепни, моя святая, мое счастье, моя несбытка! Чтобы не огорчило тебя вчерашнее письмо, это посылаю par exprès, - не могу иначе, а то ты измучаешься. Меня сегодня взметнули твои строки (два письма expres). Бедняжка! Чего бы только не сделал для тебя! Что пользы, если стану укорять - жалеть, что ты с собой сделала, на что отдала жизнь, с _ч_е_м_ связала! Теперь - бесцельно. Не прощаю И. А., что он не воспрепятствовал, _в_с_е_ зная! Это ужас! Так замуровать себя, и во-имя че-го! Видишь, я угадал, сказав о голландцах, о высоком % психиков, о яде мешаной крови! "Драма в детстве"! У многих из них такая "драма", - кровь гиблая! За что - тебе-то?! Конечно, это повод для развода, очень веский, но... _э_т_о_ может длиться долго. Но больше всего мне больно - недуг твой. В _т_е_х_ условиях ты не оправишься. И ничего не могу придумать, чтобы спасти тебя. Живи, прикованная... - я с тобой скован, я буду пытаться _у_й_т_и_ в работу, пока... - знаю, что мой роман "Пути Небесные" - не будут светлы, - слишком я придавлен. Нет, я не враг твой: мне больно только, очень больно, все. Буду добывать разрешение на поездку. Но ведь ты не будешь в силах приехать, где я буду! Ну, допустим, - ну, приеду в Arnhem... не в Schalkwijk265 же Ваш, эту уездную щель, чтобы на тебя указывали пальцами! М. б. в Берлин? - писал я Квартировым, чтобы тебя позвали. Но ведь, пожалуй, и в Arnhem ты не приедешь. С больным человеком ты ничего не уладишь, а его névrose только тебя погубит. Его ты не исцелишь, жертва твоя бесплодна. Теперь понятно мне: дать жизнь будущему у-ро-ду! - это кошмар. За мои "нервы" не беспокойся: испытаны, _н_е_л_ь_з_я_ больше их пытать, - не отзываются. Писал вчера - снова боли... Это - те же нервы, не от язвы, а - отражательные, от "вздутий", - не могу режим держать, такие условия (хлеб), но все есть у меня, с избытком, - могу делиться - и рад. Мое меню - даже роскошь. Русская "няня", 65 л., новгородка, - прекрасно готовит. На днях я угощал моего друга-доктора: салат, суп из потрохов, жареная курица, хорошее бордо (я не пью), блинчики с творогом, виноград, кофе. И это - случайно [вышло], к такому часу забежал доктор. Мясо - 4-5 раз в неделю (жиго, ветчина, бифштекс). Очень она меня жалеет, эта "няня", что _о_д_и_н_ я на свете. Она ходила за дочкой ген. Слащова266, убитого в Москве большевиками. Как я _ж_и_в_у_ тобой, Олёк мой! Все смотрю, смотрю: _н_о_в_а_я..! - пишу твоим стило! Ты еще не знаешь, а я уже _н_а_п_и_с_а_л_ тебе (21.X). Чтобы ты знала, как я живу тобой, вот письма: после 25.IX, где я просил тебя связать церковно свою жизнь с моей, - я писал: 30.X - expres, 7 и 8 - expres (вернулись), 9 - expres, 10 - открытое, 11-го - закрытое (по твоему приказу я не посылаю ни заказных, ни срочных, только это письмо - как исключение, во имя твоего покоя). Дальше 15.X - закрытое, 16.Х - издательство послало, пока, 2 моих книги. Завтра (нет, в понедельник 27-го) - другие. "Старый Валаам" должен прийти из монастыря на Карпатской Руси. 17.Х - два, утром и вечером (Я почувствовал, как тебе нужно мое-твое сердце!), 20-го X - 2 закрытых и 3 открытых, из них одна старая, забившаяся в моем писательском хаосе. Бывало, Оля его улаживала, а я сердился, что мешает мне. Мой "хаос" особый, - для - "чтобы под рукой все было!" 21.Х - два закрытых утром и вечером, 23-го закрытое, 24 - два закрытых письма. Ви-дишь, Ольгушка?! - как я не пишу тебе! Я - исписываюсь - для тебя. Моя святая, Царица! Для всего света у меня уже ни-чего не остается. Все - лежит, ты все закрыла. Так... - я никогда, ни-кого не любил. Оля - особо, - она - детская любовь, перелившаяся в _н_е_о_б_х_о_д_и_м_о_с_т_ь_ _л_ю_б_в_и_ - очень тонкой. А к тебе - _в_с_е_ - и эта, "очень тонкая", и - _с_и_л_ь_н_а_я, требовательная, бурная, жгучая, и - _у_м_н_а_я, - от общего нам "искусства" - "к светлой дружке". Сердце должно подсказать тебе, когда и как - уйти от тяжкой атмосферы Шалквейка, - это _н_у_ж_н_о, спасай себя, во-имя большего, чем ты, я, наше чувство... - во-имя бу-дущего! и - того ценного в духе, что в обоих нас. Но - будь осторожна: психоз _с_в_о_б_о_д_е_н, безотчетно. Я теперь буду об этом ду-мать... - а, это моя судьба - думать, выдумывать, надумывать, - не открещусь. Но сидеть сложа руки - не буду, буду _и_с_к_а_т_ь, тебя.
   - Сказать в письме о "Путях" - романе - невозможно: о "хаосе" - нельзя. Все еще _х_а_о_с. Кратко: в Дари все тонут. В 1-ой половине 2-ой части Дима - призрак, _ж_и_в_о_й, (видится Дари, встречи в поле, в парке, до...(!!)). Циник-доктор (не твой кавказец, а давно, до тебя, наметил) - атеист. Борьба Дари - и выход ее "на проповедь", духовный рост. Все слито с природой, (гимны), с бытом поместий, типы людские русские (от низов дО верха). Болезнь Виктора Алексеевича и первое "чудо" (стучится Оптина Пустынь). Первое посещение обители (старец Амвросий267). Появление _ж_и_в_о_г_о_ Димы. Грехопадение (июльский полдень, гроза). Крестный ход, в полях (будет раньше о "зачатии" - и тревоги Дари). Явление матушки Агнии (это начало смешения "неба" и "земли"). Не понятно тебе? Трудно - на словах, надо говорить - глаза в глаза, тогда услышишь сердцем. Отъезд Димы на фронт (он был ранен, а _н_е_ _у_б_и_т, был в отпуске - и уезжает.) Его гибель _т_а_м... Дари узнает, что она беременна. Ее переживания, - это самое важное в этой части, много света - и - ужаса. Эта часть романа кончается смертью мальчика, (на 2-м году). Должно дать любовь матери - тончайшую и - животную (ряд сцен!) - к ребенку, и - вой Дари. Это ряд сцен, меня страшащих, - одолею ли? Два-три посещения Оптиной. "О русском счастье". ("Дворянское гнездо", Татьяна... - В[иктор] Ал[ексеевич] хотел бы вести Дари, - бессилен.) Тайна - чей ребенок - неизвестно ни ей, ни В[иктору] Ал[ексеевичу]... но читателю, [пожалуй], будет ясно. Тут очень трудно дать "намеки". Будто нет греха... для Дари... - явь в ней слилась с галлюцинациями, но сердце ее - _з_н_а_е_т, от кого. Тут интересное место - самоубийство юноши, в нее влюбленного, - художника, бывшего владельца "Уютовки". Ах, Оля, какая ночь у меня - в наброске: первая ночь Дари, (и игра звезд в зеркале), под Ивана Купала (приезд)! Там-то твое... гениальное! - "звезды глубоко тонут и в прудочке"!!! Новая фигура: няня, бывшая крепостная Варвары Тургеневой268, матери писателя. Много "знамений". Эта "няня" - символ русской женской души, очень здоровой, она очень влияет на Дари. Потеряв ребенка, пережив гибель "небесного супруга", Дари видит "оставленный "возок"". Надо его до-везти. 3-я часть романа - духовное обновление В[иктора] А[лексеевича] - Дари - попытка обновиться - атеиста-доктора, полупокоренного Дари, его покушение на Дари (страшная сцена, как бы "явление Ада - Дьяволу"). Гибель доктора. Но столько фигур, это нельзя в письме. Провал в 20 лет. (Это трудно для структуры романа.) - новое место. Новая Дари. Ее смерть (это по трудности - выполнимо ли?). Действие в Средней Азии, на туркестанской дороге, на р. Аму-Дарье. Сбылось пророчество старца Иосифа269. "А светлый конец найдешь, земной, на своей реке!" (Аму Дарья) Это такой должен быть _а_п_о_ф_е_о_з_ Святости, ее победы, чистоты, любви к людям (всенародное покаяние Дари!) Видишь мой "хаос"? Он уложится в форму в процессе работы. (Да, явление тигра в орловском поле!) Все - правда. Читатель должен _в_и_д_е_т_ь, как н_е_б_о_ слито с землей. Ну, милка моя... не могу больше, чувствую как в твоем сердце - и радость, и недоумение. Но твой Ваня-мальчик, (зови так, не Иван Сергеевич!) _з_н_а_е_т, _в_и_д_и_т_ вышивку на канве романа, и _д_о_л_ж_е_н_ одолеть - по-бе-дить! И с тобой - только с тобой, - победа бу-дет! Работы - на меньше года бы. Да, _з_н_а_ю. "Няню из Москвы" - я написал - в 3 месяца. Пусть попробуют такой рекорд поставить! Для "Путей" - мне надо любить, о-чень, безумно... - тогда роман будет насыщен тихой "страстью". 1-ая часть была в любви Олиной, но... мешала ей боль за нашего мальчика. Я ее заменил Дари, и Дари меня _б_у_д_и_л_а. Ах, Оля... это трудно объяснить. Я знаю, что в работе над II частью я буду грезить, гореть, м. б. _в_и_д_е_т_ь. Она будет связана тобой, про-ни-зана. Беря от меня силы, ты мне будешь возвращать их - удесятеренно. Да! Я буду о-чень тебя любить..! Но... будет ли все это?! "Пути" не могут быть оскопленными. К концу только - повеет _б_е_с_п_л_о_т_н_о_с_т_ь_ю. Кульминационный пункт - _з_а_ч_а_т_и_е. (Поляна, малина спеет. О, какой бунт красного, запахов.... - пожар крови!) Дари в этот один момент _в_с_я_ истает, отдаст все, что было в ней земного. Как бы - за этим - наступит ее "Преображение". Да, картина падающих звезд (28 [июля] Прохора-Никанора270). Ну, не кажется тебе, что я - полусумасшедший? Нет, это я все сведу в страстную симфонию.
   О семье, о матери - в следующем письме. И на все отвечу. На твои чуткие слова - о музыке, живописи. Губки дай, поцелую. Ты - новая у меня под стеклом, - необычайна. Все уже дано в письмах, они в дороге. Все. Ты - Царица, так напомнишь, в миг какой-то, - Императрицу! Оля, все, все для тебя, всему покорен, - только _ж_и_в_и! победи болезнь! ничем не тревожься, деточка, кровка моя родная, - все для тебя, скую себя твоею цепью, сломаю боль свою, - будь же здорова, я пошлю "селюкрин" - очень важно. Можно? Напиши. Антигриппал прими. Я принял, и болел бронхитом только два-три дня. Много дал тебе письмами, увидишь. Ка-ак я тебя _в_и_ж_у! Божий дар Ты мне. Как жду..! как .... - не скажу. Целую, всю. Уже ничего не помню. Отвечу. Не пишу больше, чтобы не вернули. Благодарю за ласку! Ив. Шмелев
   [На полях:] Если бы захватил m-r Т[олена] - послал бы тебе мое колечко, черной эмали, бриллиант.
   Совсем не тревожусь за Россию! Освятится!
   Не надо ли тебе денег? Я пошлю на Сережу, если разрешат, или на Марину.
   Целую ручку у мамы.
   Как я восхищен тобою - _н_о_в_о_й!
   Не захватил голландца!
   Как я хочу тебя, видеть, слышать тебя, баюкать! Ах, Оля... - а дни уходят.
   Получила - меня от Мариночки? опять торгуют мои авторские права!
  

65

О. А. Бредиус-Субботина - И. С. Шмелеву

  &nbs

Категория: Книги | Добавил: Armush (26.11.2012)
Просмотров: 288 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа