Главная » Книги

Вяземский Петр Андреевич - Старая записная книжка. Часть 2, Страница 11

Вяземский Петр Андреевич - Старая записная книжка. Часть 2


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18

бумаги, чтобы оправдать короля, козла отпущения этой
  эпохи. В одной книге говорится, что она хотела отравить брата и надеть
  императорский венец на мужа. Говорила о привязанности и благодарности к
  русским.
  
  
  Ноябрь 25. Выехали из Флоренции. У заставы задержали около двух
  часов. Нет нам удачи в дороге, все какая-нибудь закорючка.
  
  Из Флоренции до Рима дорога все вниз и вверх. Запрягали до восьми
  лошадей, то есть припрягали трех, а где и двух волов. Оливы и виноградники.
  Много сельских домов в виду по сторонам. В первый раз слышу громкие песни
  на улицах вечером. Вообще итальянский народ замолк. "Стал счастлив,
  замолчал". Сказывают, напротив.
  
  
  26-е. Ночевали в Buon Convento, завтракали в Сиене. Трактиры
  итальянские, голодные и холодные.
  
  
  27-е. Выехали около 6 часов утра, т.е. ночью. Предрассудок, что надобно
  рано выезжать и засветло останавливаться, как будто не все равно - тьма
  утренней ночи или вечерней.
  
  Завтракали в Riccorsi: селение, где один почтовый двор и гостиница.
  Приехали ночевать в Nobella. Трактир посредственный.
  
  На высотах Радикофани поднялся холодный и сильный ветер, а день был
  самый теплый, даже и не на солнце. Ужасная сторона и ужасная дорога. Все в
  гору и с горы и дорога извивается змеей. И это называется bella Italia. Мертвая
  природа - кладбище с нагими остовами гор. Можно ли сравнить берега Рейна?
  В Италии, т.е. в известной мне, есть несколько замечательных городов, с
  замечательными памятниками, но живописной природы нет. К тому же тормоз
  для меня палач всех красот природы. И в Тироле он в глазах моих все портил, а
  Апеннины только что раздражают нервы, а поэзии нет: Италия прекрасный
  музей, а не прекрасная земля.
  
  
  30-е. В 4 часа выехали в Рим.
  
  
  ***
  
  11 февраля 1835. Зажег сигарку огнем Везувия в 12 часов утра.
  
  
  Апрель 10. Выехал из Рима в 5 часов за полдень. Как мог я решиться
  ехать один; я, в котором нет ни твердости, ни бодрости, ни покорности.
  Переваливаю мысли свои как камни с одной на другую...
  
  
  11-е. Погода совершенно осенняя: холод, пасмурно. В сердце хуже осени.
  Судороги тоски. Что-то чинят в коляске.
  
  
  12-е. Приехал во Флоренцию в 9 часов утра. Отпевание Скарятина.
  Выезжаю в 9 часов вечера.
  
  
  13-е. Всю ночь проспал в коляске. Проспал кривую башню Пизы. Город,
  кажется, прекрасный.
  
  
  14-е. Приехал в Геную в полдень. Гейдекен, Закревская, Соболевские.
  Дом на высоте. Гулянье. Золотая гостиная. Собор. Таможня. Лавки. Зала дожей.
  
  
  15-е. Выехал из Генуи в 3 часа после завтрака. Всю ночь дождь
  проливной.
  
  
  16-е. Приехал в Турин в 11-м часу утра. Обедал у Обрескова. Дождь
  целый день.
  
  
  17-е. Познакомился с Сильвио Пеллико. Выехали из Турина в 10 часов
  вечера.
  
  
  18-е. Приехал в Милан в час перед обедом. Все дождь ночью и днем. В
  письме к жене описываю, что делал.
  
  
  19-е. Был у Манзони. Выехал из Милана в 5 часов после обеда.
  
  
  20-е. В 12 часов приехал в Верону. Еду очень тихо. Все дождь. Озеро
  Guardo.
  
  
  21-е. Ночью и днем ничего не видал. От дождя сидел закупоренный в
  коляске.
  
  
  22-е. Обедал в Клагенфурте. Край очень живописный. Дождь оставил
  меня на границе Италии, а солнце встретило в Германии.
  
  
  24-е. В 9-м часу утра приехал в Вену. Сдал депеши Горчакову и поехал в
  трактир Zum Romischen Kaiser. После обеда, в Пратере, в 5 часов, весь город в
  колясках и верхом, весь Эстеразитет и вся Лихтенштейшина. Общество,
  которое ежедневно собирается в один час и в одно место, должно быть пустое
  общество. Красавица Huniady, венгерка, - еще красавицы венгерки. Странный
  вид гулянья в траурных платьях и траурных ливреях.
  
  Разница между итальянскими почтарями и немецкими. Те, и не
  дожидаясь ваших замечаний, указывают вам с восторгом на красоты земли:
  bellissima cosa и пр. Сегодня, сидя на козлах, говорил я почтарю: Das ist ein
  schoenes Land (Красивые места). - Ja, es passirt (Ничего, сойдет), - отвечал он.
  
  
  25-е. Был на скачке с Киселевой. Дождь; почти никого не было. Обедал у
  Татищева. Его за столом не было. Болен. Скороходы за столом. Сказывают,
  первый дом в Вене. Опера L'elisir d'amour. Хороша.
  
  
  26-е. Был у Разумовской и Разумовского. Приятный старик. Прекрасный
  дом. Был на выставке цветов. Обедал у Татищева. Опера "Норма". Был в 7 часов
  с Килем в синагоге. Хорошая ротонда. Род протестантизма еврейского. Мало
  жидовских платьев и первобытных лиц. Прекрасно поют. Интересно слышать
  псалмы Давида, петые стройными голосами на природном их языке. Все в
  шляпах.
  
  
  27-е. Был в Шенбруне. Прекрасный сад. Зверинец опустел. Видел "одно
  из могуществ Вены", но не Меттерниха, а слониху. Обедал у Киселевой.
  Таскался с обеими сестрами по лавкам; пил чай у Ольги Нарышкиной. Выехал
  из Вены в 1-м часу.
  
  
  28-е. Выехал не в добрый час. Лошади стали на дороге. Все шоссе
  завалено каменьями, которые проезжающие должны разжевать.
  
  
  29-е. Приехали утром в 12-м часу в Czaslau. Коляску чинят уже во второй
  раз из Вены. Еду хуже прежнего, хотя беру третью лошадь.
  
  Здесь все пахнет Русью и корешками Шишкова. Я понимаю их язык, а
  они меня не понимают. Вообще русский слух смышленее прочих. Если
  мало-мальски не выговаривать, как иностранцы привыкли выговаривать свои
  слова, они уже вас не разумеют. А русский мужик поймет всегда
  исковерканный русский язык всякого шмерца.
  
  И природа здесь сбивается на русскую - плоская. Небо молочное, цвета
  снятого молока. Женский убор - платок, повязанный на голове, также русский.
  Одна почта не русская, а архинемецкая. Язык - смесь польского и русского.
  Читал в коляске переписку г-жи Кампан с Гортензией. Полюбил и ту и другую.
  
  
  30-е. Вчера обедал, или ужинал, в Праге около полночи. Следовательно,
  Праги не видел. Граф Андрей Кириллович Разумовский говорил мне в Вене, что
  она походит на Москву. Не догадываюсь чем. Дома высокие, улицы узкие, река
  широкая. Вот все, что я видел.
  
  Старался узнать что-нибудь о старых Бурбонах, но ничего не узнал,
  кроме того, что Карл X мало выходил из дома.
  
  
  Май 1. Утром в 4 часа дотащился до Дрездена. Коляска опять ломалась,
  какой-то винт все не держался. Обедал в Теплицах. Кульм, два памятника:
  прусский и австрийский. Последний - колоссальный и одному человеку,
  другой - всем падшим братьям и мелок. Природа, приближаясь к границе,
  несколько оживляется.
  
  
  2-е. Вчера провел деятельный день. В письме к жене (через Меркелова)
  описываю его. Выехал из Дрездена в 9-м часу утра. Прусская почта поспешная.
  Что-то военное русское во всем. И береза встречается. И, подъезжая к Берлину,
  вспоминаешь петергофскую дорогу.
  
  
  3-е. Приехал в Берлин в 9-м часу утра. И тут часа три лишних проехал.
  Потсдам не мог осмотреть. Ай, ай, месяц май тепел да холоден! И в этом
  союзная держава. Ночью продрог и, приехав в Берлин, велел тотчас затопить
  род русской печи. Hotel de St.-Petersbourg.
  
  
  Май 4. Вчера обедал у Рибопьера. Был на маленькой выставке картин.
  Картины Крюгера: император, два великих князя, Паскевич, Волконский,
  Бенкендорф, Чернышев. Был у Крюгера и в его студии. Все петербургские лица.
  Ездил по городу. Красив. Сбивается на Петербург. Магазин Гропиуса славится
  игрушками и китайскими вещами. В Итальянской опере Serai rarnide был король
  и жена его. После 1-го акта поехали они во французский спектакль. Пил чай у
  Озеровых и выехал из Берлина за полночь. Заезжал к Гумбольдту, но не застал.
  Кноринг. Долгорукие.
  
  
  5-е. Приехал в Любек в полдень. Парохода еще нет.
  
  
  6-е. Ожидаем пароход, но нет еще ни слуху, ни духу. Остановился в Hotel
  du Nord, тут же, где и прошлого года.
  
  Любек город недоступный, со всех сторон окруженный непроездностью
  датских дорог. От Бойценбурга до Любека 8 миль, около 12-ти часов езды. Все
  образцы русских дурных дорог проселочных. Князь Андрей Горчаков, Гурьевы
  едут со мной на пароходе.
  
  
  7-е, 8-е и 9-е. Ждем парохода.
  
  Две пилы: одна пилит медленно, но безостановочно. Другая зазубрилась.
  
  
  10-е. Пароход пришел.
  
  
  12-е. Отправляемся из Любека в 8 часов утра.
  
  
  Книжка 11. (1838-1860)
  
  Брайтон, 24/12 сентября 1838
  
  Сегодня купался в море в четырнадцатый раз. Начал я свои купания в
  понедельник 10-го. Одно купание прогулял поездкой в Портсмут. Черт
  любосмотрения дернул меня. Впрочем, меня на пароходе много рвало. Может
  быть, это тоже к здоровью.
  
  На другой день приезда моего, то есть 10-го, пошел я было купаться в
  море, но здесь купаются только до часа пополудни, а было уже около двух.
  Пошел я в крытое купание на берегу. Большой бассейн, род маленького пруда с
  проточной морской водой и фонтаном в середине.
  
  Волн здесь мало. Вчера море было бешеное, и не бешеная собака, а
  бешеный лев, рьяный, пена у пасти, кудрявая грива так и вьется, и дыбом стоит,
  хлещет в бока, что любо. Как наскочит, так и повалит. Я был на привязи.
  
  Вообще купания не очень хорошо устроены. В Диппе, сказывают, лучше,
  и более прилива волн. Кажется, купания мне по нутру. По крайней мере не
  зябну после.
  
  Выехали мы из Парижа с Тургеневым в среду 5-го в дилижансе, на
  другой день приехали утром в Boulogne-surmer. Море показалось мне что-то
  французское, т.е. грязное, но заведение для купальщиков хорошо. Наводнение
  англичан. Вечером были в театре, давали оперу "Le domino noir" ("Черное
  домино"). Порядочно. Торопыгин-Тургенев не дал досмотреть. Пароход
  отправился в полночь, а он уже в десятом взгомонился. Более часа ждали в
  трактире.
  
  Сели на пароход "Wagner". Поэтическое излияние, жертвоприношение
  морю: рвота. Из каюты бросился я на палубу, и пролежал там свиньей до утра.
  Морем идешь часа три или четыре, а там вплываешь в Темзу.
  
  В Лондоне пробыл я около двух суток и выехал сюда в дилижансе, в
  воскресенье 9-го, в 11 часов утра. К обеду, т.е. к шестому часу, был здесь.
  
  Ехав в Worthing, сидел я в карете со старичком, который, узнав, что я
  русский, спросил меня: правда ли, что ваша великая княжна выходит замуж за
  наследного принца Ганноверского. Я отвечал, что ничего об этом не слыхал.
  Разговорились мы тут несколько о принце, которого вообще хвалят.
  Англичанин напал на отца, и сказав, что если королева английская умрет
  бездетная, то он наследует престол, прибавил к тому спокойно с ребяческим и
  глуповатым голосом или напевом, которым обыкновенно англичане говорят
  по-французски: Oh! Alors ou lui cjupera tres joliment le cou (О, тогда ему очень
  мило отрубят голову); и тут же мой головорез заснул и продремал всю дорогу.
  Это характеристическая черта: подобный разговор при первой встрече с
  незнакомым!
  
  Старый доктор, которого я здесь встретил, сказывал мне, что Бульвер в
  романе своем Paul Clifford вывел ("Пол Клиффорд") короля и министров его, в
  лице какого-то дворянина, который держит притон разбойников.
  
  
  Сентябрь 25. 15-е купание. Море было довольно прозаическое и
  студеное. Вчера приехал Тургенев. Он отдумал ехать в Ирландию, убоясь моря
  и рвоты, а в Шотландию - потому, что некому писать оттуда. Брат лучше его
  знает все, что будет он ему описывать, а меня в России нет (historique - что
  достойно истории).
  
  На днях узнал я, что здесь леди Морган, и вчера отправился я к ней.
  Нашел старушку маленького роста, нарумяненную, род Зайончековой и
  Мохроновской без горба, но кривобокая. Она меня приняла очень приветливо и,
  кажется, довольна моим поклонением. Дивилась, что имя и сочинения ее
  известны в России, вопреки Священному Союзу.
  
  Речь о мнимой нашей завоевательной страсти и о видах наших на
  Восток. Спрашивала: есть ли надежда, что участь поляков будет облегчена? Вот
  два бельма, которые на глазах Европы, когда она смотрит на нас. Одно легко
  снять, другое труднее. Что тут отвечать?
  
  Много расспрашивала о русских женщинах и образованности их.
  Говорила, что все русские, которых она знала, очень утонченные. Извинилась,
  что, сама кочуя в Брайтоне, не может оказать мне гостеприимства, но тотчас
  предложила мне представить меня вечером Горацию Смиту (Horace Smith),
  автору романов (которого пригоженькую дочь заметил я в концерте Рубини), и
  после обеда получил я карточку Horace Smith с семейством и с надписью
  карандашом: at home, monday evening (y себя) - обыкновенное английское
  приглашение.
  
  Жозефина Кларк, племянница леди Морган, милая, с выразительными
  черными глазами, показала мне работы своей эскизы с портретами, на память
  писанными, гуляющих на пристани посетителей концерта, и я узнал многие
  лица, здесь мне встречавшиеся.
  
  Муж леди Морган - также писатель. Он обогащал учеными нотами
  сочинения жены своей.
  
  У Horace Smith вечером видел я первый образец английского салона.
  Ничего особенного не заметил. Он также принял меня очень приветливо. Жена
  и две дочери; старшая не хороша, но умное лицо и, сказывают, умна, к тому же
  певица, хотя и по-итальянски, но несколько на английский лад. Dandy a la jeune
  France (денди на манер молодой Франции), с усами и локонами, внешность
  приказчика из лавки, пел дуэты с дочерью весьма по-английски a la muttonchop,
  то есть бараньим голосом. Брат хозяина, довольно замечательное английское
  лицо, тоже певец, пел водевили своего сочинения и морил со смеху слушателей.
  
  Собрание синих чулков. Miss Porter, сочинительница романов, длинная,
  сухая, старая англичанка, с которой через переводчицу говорил я о племяннице
  ее, одета вся в черном с головы до ног. Другая леди тоже романистка, к которой
  еду сегодня вечером, но имени не знаю, а о романах не слыхал. Леди Морган
  заботливо меня всем представляла и ухаживала за мною. Как ни говори, а
  хорошее дело грамота. Это род франкмасонства.
  
  Досадно, что поздно узнал о пребывании в Брайтоне музы Ирландии, как
  можно назвать ее за сочинения об Италии и Франции, где она либеральничает
  во всю мочь. Вместо двух недель одиночества, в котором я был здесь погребен
  заживо, был бы я давно в каких-нибудь отношениях, хотя литературных. Miss
  Clarke пела: прелестный контральто, ученица Рубини и большая музыкантша.
  Леди Морган давно не пишет за слабостью глаз. Вечерний наряд ее был с
  большими претензиями: двойная порция румян, ток с перьями, платье с
  довольно длинным хвостом и маленькие китайцы с довольно большими
  морщинами предстали перед взорами почтенной публики. Леди Морган
  говорила мне, что она, т.е. ирландцы, очень довольна нынешним министерством
  и своим вице-королем.
  
  
  Сентябрь 22. Слышал я в первый раз Рубини. Он приезжал сюда давать
  концерт с певицей Persiani, бывшей Такинарди, и виолончелистом Emiliani,
  который, сказывают, побочный сын Наполеона. В голосе Рубини что-то теплое
  и мягкое, сладостно льется в душу. С большим чувством пропел он из "Don
  Giovanni" Моцарта и арию из "Пирата". Emiliani - смычок не наполеоновский,
  а, напротив, плачущий. Отменная чистота и выразительность. Голос Персиани
  хорош, но не ворочает душу.
  
  Подобно англичанам, плавающим по Рейну, уткнув нос в карту, многие
  англичанки слушали пение, уткнув нос в libretto, т.е. в английский перевод
  прозой арий. Но зала полна и концерт был надвое помножен, потому что все
  места Рубини были, по требованию публики, повторены. M-lle Ostergaard
  (ученица Rubini) - белобрысая, кажется, датчанка. Пение северное, но
  довольно чистое и свежее. Леди Морган говорит, что страсть к музыке
  переживет все другие страсти, и что она одно наслаждение, которое не
  отзывается после горечью. Вообще, англичане по крайней мере прикидываются
  большими меломанами, но гортани и уши их приготовлены ли на то природой,
  это дело другое.
  
  
  Сентябрь 26. 16-е купание. Тоже проза. Вчера гуляние и полковая
  музыка на пристани. Мало народа. Дождь.
  
  Вечер у сине-чулочной незнакомки lady Sterney. Имя узнал, но о романе
  еще ничуть. Важный водевилист опять пел свои забавные куплеты. Милая
  племянница. С теткой попал я в промах, спросил о Пюклер. В том томе,
  который у меня, в 3-м, он хорошо отзывается о ней, но в следующем, видно, не
  так, и не щадит даже племянницы, которая была тогда ребенок. Леди Морган
  говорила о неблагодарности его к ней и что ему невозможно, после книги его,
  возвратиться в Англию.
  
  Тут был какой-то отставной английский Тальма - кажется Yung; Квинт
  доктор гомеопат. В Лондоне называют тиграми молодых фрачных усачей.
  Племянница говорила мне, что львом последнего сезона был магнетизер.
  
  
  27-е. 17-е купание с маленьким дождем. Тургенев, не имея кому писать,
  поехал в Лондон за письмами, которые никто ему не пишет.
  
  Вот отличный сюжет для комедии. Вчера видел я леди Морган и,
  разумеется, племянницу в Royal Pavilion. Я имел билет от обер-камергера лорда
  Conyngham, присланный мне Бенкгаузеном. Этот дворец построен
  принцем-регентом, который особенно любил Брайтон и превратил в несколько
  лет рыбачье селение в великолепный уголок Лондона. Здание наружностью
  своей и куполами имеет что-то Василия Блаженного в Москве. Внутри он в
  китайском вкусе, или, лучше сказать, безвкусен, стоил несметные суммы и не
  отвечал ни итогу, ни ожиданию. Впрочем, дворец теперь в расстройстве.
  Многие комнаты снова переправляют, и мебель вынесена.
  
  Вечером, при свечах, вид должен быть довольно красив и оригинален, а
  днем он очень темен, потому что по большей части освещается сверху
  раскрашенными стеклами. Лучшая комната Music Room, обитая красными
  обоями с золотыми фигурами и узорами. В столовой стол на 90 человек,
  замечательный тем, что, вероятно, не раз принц-регент лежал под ним. Кухня
  великолепная, или кухни, потому что на каждый сервиз, на холодное, на
  горячее, на дичь, на пирожное и пр. особенное отделение. Батареи медной
  посуды свидетельствуют о победах. Погреба мы видеть не могли, хотя,
  вероятно, он не уступает кухне, и принц-регент выразился в нем с особенным
  могуществом и любовью. Вообще впечатление дворца то же, что цибика
  огромного размера. Из китайских художественных предметов примечательны:
  китайские суда из кости.
  
  Леди Морган рассказала мне, что кто-то вывез из Китая четыре картинки,
  которые валялись у него в небрежении. Понадобилось ему перекрасить свой
  дом, и маляр, призванный им, увидел эти китайские картинки, вызвался
  перекрасить дом, если их ему уступят. Хозяин с радостью на то согласился, но
  узнал после, к сожалению своему, что эти картинки проданы были в Royal
  Pavillon за тысячу фунтов стерлингов, если не более.
  
  Жилые покои, спальни, кабинеты тесны и низки. Нынешняя королева не
  любит Брайтона. Принц-регент не только создал Брайтон, но и развратил его, и
  разврат пережил его. Конюшня, циркулем построенная, очень хороша. Сад
  порядочный, особенно для Брайтона лысого, то есть бездревесного. "В центре
  стоит большой собор, напоминающий Московский Кремль", сказано в
  описании. И это довольно странная мысль сочетать кремлевский стиль с
  китайским стилем.
  
  German Spa. Заведение искусственных вод. Зала порядочная, но сад
  очень тесен. Англичане уморительны со своими иностранными
  наименованиями. У них все минеральные воды Спа, как у нашего провинциала
  все русские послы и посланники Поццо-ди-Борги...
  
  Леди Морган пишет теперь книгу "Женщина и ее господин".
  Философское сочинение с примесью юмора, сказала она, "так как женщина не
  должна быть педантичной в своих сочинениях". Она хочет показать
  несправедливость лишения всех прав гражданских, на которые осуждены
  женщины, особенно в Англии. Я обещал выслать записку о некоторых
  узаконениях русских касательно женского пола и известие о наших женских
  знаменитостях. Она говорит с большим уважением о Екатерине и предпочитает
  ее Петру, par trop barbare (слишком большому варвару), особенно к сыну. Я
  оправдывал Петра, разумеется, не унижая Екатерины, левой руки его, то есть
  необходимой союзницы и пополнения правой.
  
  
  28-е. 18-е купание. Вода холодна, но день красный. Меня иногда берет
  раздумье, хорошо ли купание для глаз?
  
  Вчера утром был у Mistress Perry слушать племянницу и у Miss Porter,
  которая обещала мне письмо к сестре лорда Байрона. Вечером у Mistress Perry.
  Живая малютка, свободно говорит по-французски. Муж ее адвокат. Хорошо,
  сказывают, живут в Лондоне. Тут был и издатель журнала Examiner, лучшее
  журнальное и полемико-политическое перо. Он за министерство, но впереди.
  
  С актером Young говорил о театре, о Тальме. По его мнению,
  французский театр падает, а английский упал. Декоратор - вот главный оратор.
  Он коротко знал Тальму и уважал в нем артиста и человека, скромность его.
  
  С Sir Charles Morgan говорили мы об О'Коннеле. Он признает его
  добросовестным, хоть и честолюбивым. Недавно отказался он от выгодного
  судейского места в Ирландии, а сам в деньгах всегда нуждается. Однажды на
  митинге старуха, заслушавшись красноречия его, воскликнула: вот бы тебе быть
  нашим королем! Президентом, хотела ты сказать, добрая старушка, прервал
  О'Коннель. Он искренно поддерживает министерство, но должен всегда быть
  впереди того, что в пользу Ирландии делается, чтобы пугать народом тори,
  сохранить свою власть ажитаторства и дать министерству остыть в деле
  ирландском. Меньшая дочь Horace Smith - прелесть, но всего лучше - пение
  племянницы.
  
  Сегодня первый мой урок английского языка. Хотя мой язык и без
  костей, но не переломать его на английский лад. Надобно уметь свистеть или
  петь. Сперва выучишься нанизывать бусы языком, а там уже английские слова.
  Да и вовремя начал я, за неделю до отъезда, а вот уже три недели, что я здесь
  праздно шатаюсь. Хорош мой титулярный советник, да и сам я по себе
  порядочный коллежский регистратор.
  
  Приятельница Miss Porter, Mistress Morgan (не родня леди), просила меня
  написать ей какие-нибудь русские стихи для альбома. Я написал ей куплет к
  морю, который годится для английского альбома.
  
  Доктор Jones звал меня: провести у него ночь с одной очень красивой
  особой, хорошо играющей на рояле... Здесь на вечер зовут обедать, а на ночь
  значит на вечер.
  
  
  30-е. Вчера и сегодня 19-е и 20-е купание. Вчера ездили мы с Леонтьевой
  в Arundel Castle, собственность дюка of Norfolk, милей 20 от Брайтона.
  Позавтракали очень хорошо на половине дороги в Worthing y моих приятельниц
  Parson (Parson's hotel), которые дали мне письмо в Arandel Castle к содержателю
  гостиницы, для доступа нас в замок. Это первый английский замок, который я
  вижу, и хорошо, что не лучший, хоть и он замечательный и древний, по крайней
  мере есть остатки древности, но вообще он заново переделан. Двор и фасад
  строения на дворе прекрасны. В стенах много каменной резьбы замечательной.
  
  Baronial Hall, обыкновенный театр многих сцен романов Вальтер Скотта,
  с расписанными стеклами (но современными), с большим камином, дал мне
  топографическое понятие о пиршествах старых баронов. Библиотека, или the
  library, по числу книг очень бедная, но шкафами своими очень великолепна из
  цельного магонского дерева (Пюклер Мюскау говорит, что из кедрового дерева)
  и вообще вся деревянная отделка резная. Колонны, начиная от потолка до пола,
  удивительной работы и красивости. В других покоях также много хорошей
  отделки деревом, но мебель довольно обыкновенная. Жилых покоев мы не
  видели, потому что в них живет теперь невестка герцога Норфолкского, жена
  единственного сына ее Surrey. Несколько замечательных семейных картин
  работы Lebrun, Angelica Kaufman, Holbein, Vandycke.
  
  Вид из некоторых окон обширный: море зелени, усеянное группами
  деревьев как островами. Башня с жильцами. Пюклер говорил о старейшине их,
  который лаял как собака, но мы его в живых уже не застали. С башни, как и
  всегда, уверяют, что во всякую погоду видишь за тридевять земель тридесятое
  царство... и собор of Chichester и остров Wight; но мы ничего этого не видали.
  Сад, оранжерея. Особенного ничего нет. Ежегодно созревают 500 ананасов, и по
  образцам, виденным нами, большой величины.
  
  Парк обширен, но мы не углублялись в него. Впрочем, Пюклер о нем
  мало говорит, а если было бы что описывать, то, несмотря на дождь, который
  так лил на него, он все не избавил бы читателей от прогулки. Да и указатели
  письменные и словесные, хотя англичане великие краснобаи и самохвалы, не
  соблазнили нас парком. Вероятно, не содержится он в требуемой
  щеголеватости. Есть башня, с которой можно обнять весь парк, но она была уже
  заперта, и ключник уже кончил свой день; а в Англии все на часы рассрочено, и
  не в известное время ничего не делается. Охотники проехали по парку и стадо
  оленей проскакало мимо нас по зеленому лугу и спустилось по склону горы в
  глубокий овраг.
  
  Новейшая часть замка, построенная отцом нынешнего дюка, стоила,
  сказывают, 800000 фунтов стерлингов. И как подумаешь, что это не из лучших
  замков, и что по всей Англии их может быть сколько? Несколько сотен, что ли?
  То изумляешься богатству этой земли. Да прибавьте еще к наличному итогу
  присутствие нескольких столетий, которые более или менее сохранились в
  камнях, деревьях, и эту вековую собственность, эту наследственную земельную
  собственность, которая не менее важна, чем наследственность династии; и
  нельзя не сказать, что Англия царственная земля и первая держава в Европе.
  Богатство, устройство германское имеет также свою цену, но все это
  мещанское, мещанская трагедия в сравнении с греческой царской трагедией.
  
  Возвратились мы к десяти часам. Сели обедать и выпили шампанского за
  здоровье присутствующей и отсутствующих племянниц. Мой морганический
  союз рушился. Леди Морган и племянница уехали третьего дня в Лондон.
  Племянница поет Вот мчится тройка удалая и очень порядочно выговаривает,
  только сгрустнулось затрудняет ее. Я обещал прислать ей музыку
  Вьельгорского на эти слова.
  
  Мне иногда хочется порядочно заняться английским языком, но потом,
  как обдумаешь, что говорят ли по-английски на том свете, да разочтешь, что я
  ближе к тому свету, нежели к здешнему, то печально откажешься от труда
  безнадежного...
  
  В самый тот день, когда Рубини давал свой концерт, радикал Feargus
  O'Connor давал здесь свой meeting для предложения всеобщего избирательного
  права, - и я, недостойный, пошел слушать Рубини. А есть еще люди, которые
  считают меня либералом.
  
  
  1-го октября. 21-е купание. Все спит, и ветры, и Нептун. Вчера ездили
  мы верхом милей за шесть Devil's Dykce (Дьявольская плотина). Возвышение, с
  которого видны в ясную погоду со стороны моря остров Wight, a с другой -
  Виндзор, но по причине Альбионского тумана мы ничего не видали. Под горой
  большая лощина. Земля, разбитая на четвероугольники, зеленеющиеся или
  чернеющиеся и обставленные живой оградой. В таком виде представляются
  почти все английские равнины. Солнце было как в дыму, род парной
  испаряющейся репы.
  
  Сегодня второе английское языколомание. Читал главу из Спектатора о
  шутках вигов и тори и о барыне Rosalinda, a famous whig partizan, которая
  имела, a very beautiful mole on the tory (правой стороне) part of her forehead, так
  что часто ошибались и полагали, что она изменила интересам вигов. Мой
  учитель, который знает, верно, наизусть своего Адиссона, не менее того смеялся
  сызнова этим шуткам.
  
  
  2-го. Как родятся Рафаэлями, Ньютонами, Паганини, особенно Паганини,
  так должно родиться со способностью произнести английский th и другие
  несовместимые буквы.
  
  
  3-го. Третьего дня вечер у Stephens, английский вечер: камин, чай,
  безразговорность и смотрение альбомов и карикатур

Другие авторы
  • Костомаров Николай Иванович
  • Федоров Николай Федорович
  • Пешков Зиновий Алексеевич
  • Стеллер Георг Вильгельм
  • Оськин Дмитрий Прокофьевич
  • Позняков Николай Иванович
  • Олимпов Константин
  • Гершензон Михаил Абрамович
  • Ферри Габриель
  • Беляев Тимофей Савельевич
  • Другие произведения
  • Максимов Сергей Васильевич - Максимов С. В.: биобиблиографическая справка
  • Семенов Сергей Терентьевич - Из жизни Макарки
  • Салтыков-Щедрин Михаил Евграфович - Напрасные опасения
  • Гримм Вильгельм Карл, Якоб - Радость и горе пополам
  • Дживелегов Алексей Карпович - Николо Макиавелли. О том, как надлежит поступать с восставшими жителями Вальдикьяны
  • Пушкин Александр Сергеевич - Дубровский
  • Толстой Лев Николаевич - Набег. Рассказ волонтера
  • Вяземский Петр Андреевич - Сочинения в прозе В. Жуковского
  • Шекспир Вильям - Король Генрих Iv
  • Куприн Александр Иванович - Свадьба
  • Категория: Книги | Добавил: Armush (26.11.2012)
    Просмотров: 395 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа