Главная » Книги

Забелин Иван Егорович - История города Москвы, Страница 11

Забелин Иван Егорович - История города Москвы



ск. Духовную Консистор³ю прошен³е, въ которомъ объяснялъ, что на подворьѣ каменная теплая церковь во имя Кирилла Бѣлозерскаго пристроена къ алтарю Аѳанасьевской церкви, отчего въ Кирилловской совершенная тьма; въ алтарѣ и въ церкви только по одному небольшому окну; отъ Аѳанасьевской къ Кирилловской церкви каменные крытые переходы также не пропускаютъ свѣта въ церковь". Согласно этому заявлен³ю было разрѣшено перенести Кирилловскую церковь въ находивш³яся возлѣ Аѳанасьевской церкви съ сѣверной стороны каменныя три полаты, составлявш³я собственно боковую паперть храма, изъ которыхъ въ одной назначено быть алтарю, въ другой - церкви, въ третьей-трапезѣ. Однако, прежняя церковь не была разобрана, потому что находилась при настоящей (Аѳанасьевской) церкви съ папертьми въ однѣхъ стѣнахъ.
   Это показываетъ, что Кирилловская церковь была построена въ одно время съ Аѳанасьевскою, быть можетъ еще Бобынинымъ въ 1514 г. или же, что вѣроятнѣе, при Иванѣ Грозномъ въ 1571 г.
   По штатамъ 1764 г. Кирилловское подворье изъ монастырскаго вѣдѣн³я поступило въ вѣдомство Коллег³и Эконом³и, которая въ 1765 г. продавала его съ аукц³она, а потомъ оно было разобрано въ 1776 г., когда Баженовъ чертилъ свой новый планъ Кремля для постройки воображаемаго громаднѣйшаго Дворца.
   Составъ монастырской на подворьѣ брат³и въ течен³и XVII ст. былъ слѣдующ³й: строитель, 3 попа, д³аконъ, понамарь и 6 человѣкъ старцевъ. Съ 1625 г. они каждогодно получали государева жалованья и за понахиды, малые столы, и по царицѣ Аннѣ, по князѣ Димитр³и Ивановичѣ и по царевнѣ Аннѣ на ихъ памяти и на преставлен³е 18 р. 17 алт. 3 денги.
   Такъ, вѣроятно, было и въ XVI ст., на что указываютъ имена поминовен³й. Царица Анна, вѣроятно, четвертая жена Грознаго Анна Колтовская, въ иночествѣ Дарья, 1626 г. Царевна Анна, дочь Ивана Грознаго, 1550 г., на поминъ по ней царь пожаловалъ 150 р. Князь Дмитр³й Ивановичъ Углицк³й (Жилка)- сынъ вел. князя Ивана III, скончался въ 1521 г.
   Въ 1576 - 1583 гг. на подворьѣ былъ строителемъ старецъ Александръ, прославивш³йся потомъ въ Кирилловскомъ монастырѣ своевольными непорядочными поступками, въ числѣ которыхъ ему вмѣнялось и то, что онъ, бывши строителемъ на подворьѣ полсема года, т.-е. шесть съ половиною лѣтъ, и отчету въ монастырской казнѣ не далъ.
   Въ ХV²² ст. подъ Аѳанасьевскою церковью находился казенный монастырск³й погребъ, служивш³й крѣпкою кладовою для сохранен³я богатаго имущества частныхъ лицъ, какъ это водилось и во многихъ другихъ каменныхъ церквахъ на случаи безпрестанныхъ пожаровъ. За сохранен³е монастырь, конечно, получалъ свои прибытки. Въ 1688 г. въ этомъ погребѣ случилась покража: у стольника Андрея Квашнина-Самарина разломали его сундукъ и покрали 1500 р. денегъ, ожерелье цѣною 300 р., шапку цѣною 150 р. Онъ жаловался патр³арху, объясняя, что въ погребѣ стояли мног³е нашей брат³и сундуки и тѣ всѣ цѣлы, разграбленъ только его сундукъ. Онъ обвинялъ въ покражѣ монастырскихъ служебниковъ, именно сушильнаго старца Корнил³я, который по рѣшен³ю патр³арха и былъ отдавъ истцу въ заживъ головою (Врем. ХV, 32). Дѣло тянулось полтора года и съ Корнил³я было снято черное платье, т.-е. онъ выбылъ изъ монаховъ.
   Изъ случайныхъ событ³й, происходившихъ на Кирилловскомъ подворьѣ, извѣстно одно, когда въ 1563 г. на немъ была пострижена въ инокини вдова Старицкаго князя Андрея Ивановича, Евфросин³я Андреевна.
   Княгиня съ ея сыномъ Владим³ромъ Андреевичемъ по какимъ-то замысламъ очень были подозрительны для Грознаго царя. Возвращаясь въ Москву побѣдителемъ въ Литовской войнѣ, взявши Полоцкъ, царь въ половинѣ марта заѣзжалъ къ княгинѣ въ Старицу и пировалъ у ней, но тутъ же, вѣроятно, и порѣшилъ убрать ее съ дороги своего ненасытнаго властительства. Спустя три мѣсяца въ ³юнѣ онъ уже положилъ гнѣвъ свой на княгиню и на ея сына, потому что на нихъ донесъ ихъ же дьякъ, что они чинятъ мног³я неправды къ самодержцу. Начались розыски и ихъ неправды были доказаны, какъ и слѣдовало ожидать. Царь передъ митрополитомъ и передъ священнымъ соборомъ духовенства обличилъ ихъ, но для духовнаго же собора простилъ ихъ. Княгинѣ ничего не оставалось, какъ просить о пострижен³и, на что и послѣдовало заранѣе уже обдуманное и опредѣленное соглас³е царя. Ее постригли на Кирилловскомъ подворьѣ, такъ какъ духовникомъ ея былъ Кирилловск³й игуменъ Васс³анъ, который и постригалъ ее. Она отправилась на житье въ Бѣлозерск³й Воскресенскiй Горицк³й дѣвич³й монастырь. Царь устроилъ ей княжеск³й обиходъ по ея желан³ю. У ея сына все осталось попрежнему относительно вотчинъ, но всѣ ближн³е его люди были удалены отъ него и взамѣнъ ихъ приставлены друг³е по назначен³ю царя, такъ что онъ оставался съ этого времени въ самомъ крѣпкомъ надзорѣ и все-таки впослѣдств³и окончилъ свои дни очень несчастливо.
   Далек³й Кирилло-Бѣлозерск³й монастырь въ лицѣ своего игумена Трифона въ 1447 году во время Шемякиной смуты сослужилъ великую службу на укрѣплен³е Московскаго единодержав³я, когда со всею брат³ею монастыря онъ благословилъ вел. князя Васил³я Темнаго идти на свою вотчину въ Москву и быть по-прежнему государемъ: "а тотъ грѣхъ (что вел. князь цѣловалъ Шемякѣ крестъ не искать государства) на мнѣ", говорилъ игуменъ, "и на головахъ моей брат³и, мы за тебя, государя, Бога молимъ и благословляемъ".
   Благословен³е въ дѣйствительности произвело рѣшительный поворотъ смутныхъ дѣлъ въ пользу вел. князя, и потому потомки Темнаго свято чтили эту заслугу далекаго и славнаго съ тѣхъ поръ монастыря.
   Въ царскомъ быту въ XVII ст., а такъ несомнѣнно было и въ ХV² ст., установился обычай на богомольныхъ выходахъ, особенно на Святой недѣлѣ, посѣщать монастыри и христосоваться съ монастырскою брат³ею. Въ эти дни цари обыкновенно ходили въ монастыри Чудовъ, Вознесенск³й и на подворья Троицкое и Кирилловское, въ Аѳанасьовск³й монастырь. Подворья въ этихъ случаяхъ служили какъ бы живыми представителями своихъ знаменитыхъ святочтимыхъ монастырей. Эти выходы мало-по-малу стали прекращаться со времени преобразователя Петра, который едва ли не въ послѣдн³й разъ совершилъ такой выходъ въ 1692 г., когда въ субботу на Святой по упомянутымъ монастырямъ и подворьямъ ходилъ царь Иванъ Алексѣев., а на другой день, въ воскресенье, и самъ царь Петръ Алексѣевичъ.
   Въ этотъ день въ Успенскомъ соборѣ происходило поставлен³е въ Сибирь въ Тобольскъ въ митрополиты Новоспасскаго архимандрита Игнат³я. У дѣйства присутствовали оба государя въ государскихъ порфирахъ и д³адимахъ и въ Мономаховыхъ шапкахъ, а бояре, окольнич³е и думные и ближн³е люди были въ золотныхъ кафтанахъ. Послѣ поставлен³я изъ собора царь Иванъ удалился переходами въ свои хоромы, а царь Петръ шествовалъ въ Вознесенск³й монастырь, на Кирилловское подворье, въ Чудовъ монастырь и на Троицкое подворье, а потомъ къ себѣ въ хоромы. Не упомянуто, ходилъ ли онъ во всемъ описанномъ царскомъ нарядѣ или перемѣнилъ одежду.
   Кромѣ такихъ обычныхъ установленныхъ выходовъ, бывали выходы и по особымъ богомольнымъ случаямъ, при чемъ монастырск³е старцы всегда получали царск³й кормъ. Объ этомъ разсказываетъ одно письмо Аѳанасьевскихъ старцевъ къ боярину Вас. Ив. Стрѣшневу въ 1634 году.
   "Государю Васил³ю Ивановичу Кириллова монастыря съ Кирилловскаго подворья старцы 14 человѣкъ Бога молимъ и челомъ бьемъ",писали старцы. "Умилостивися государь Васил³й Ивановичъ, была государыня благовѣрная Царица и Вел. княгиня Евдок³я Лукьяновна на Кирилловскомъ подворьѣ, молилася Богуи Пречистой Богородицѣ и преподобному Кириллу Чудотворцу и пожаловала кормъ на брат³ю, а дьяки говорятъ, дворцовые, приказу де намъ не бывало. Пожалуй государь Васил³й Ивановичъ, доложи государыни о томъ и прикажи намъ дати милостыню, или кормъ пожаловати. Пожалуй государь Васил³й Ивановичъ!"
   Въ 1674 г. окт. 24, когда царь Алексѣй Мих. переселялся со всѣмъ семействомъ на временное житье въ село Преображенское, царица Наталья Кирилловна, вслѣдъ за царемъ, также ходила Богу молиться въ Вознесенск³й и Чудовъ монастыри и на Троицкое и Кирилловское подворья со всѣми дѣтьми, въ сопровожден³и ближнихъ бояръ, мамъ и верховыхъ боярынь.
   Въ 1690 г. по какому-то случаю царь Петръ Алексѣевичъ мая 4 за 5 часовъ до вечера ходилъ въ Вознесенск³й монастырь и на Кирилловское подворье, а также и въ Алексѣевск³й дѣвич³й монастырь.
   Подворье съ самаго начала было основано для пр³ѣзда и пребыван³я въ Москвѣ монастырскихъ властей, обязательно пр³ѣзжавшихъ къ государю съ святою праздничною Кирилловскою водою и на Святой съ обычными дарами монастырскихъ издѣл³й, какъ равно и по собственнымъ нуждамъ монастыря.
   Достаточно удаленное отъ государева дворца, находившееся у самыхъ воротъ Кремля, Кирилловское подворье служило много разъ мѣстомъ пребыван³я заѣзжихъ высокихъ иноземныхъ православныхъ духовныхъ властей.
   Въ 1649 г. на немъ останавливался ²ерусалимск³й и всея Велик³я Палестины патр³архъ Паис³й, 4 февраля торжественно принятый царемъ Алексѣемъ Мих. въ Золотой полатѣ и 7 мая въ той же полатѣ также торжественно отпущенъ домой. Слишкомъ три мѣсяца онъ прожилъ на подворьѣ и передъ отъѣздомъ, 5 мая. написалъ здѣсь же грамоту погречески о поставлен³и Новоспасскаго архимандрита Никона, будущаго патр³арха, въ митрополиты Великаго Новгорода.
   Очень вѣроятно, что и прежде пр³ѣзжавш³е въ Москву ²ерусалимск³е же патр³архи, ²ерем³я въ 1589 г. при поставлен³и перваго Моск. патр³арха ²ова и Ѳеофанъ въ 1619 г. при поставлен³и патр³арха Филарета, также пребывали на Кирилловскомъ подворьѣ.
   Въ 1655 г. февраля 2 прибылъ въ Москву на подворье Макар³й, патр³архъ Ант³ох³йск³й и всего Востока, съ своимъ сыномъ, архид³акономъ Павломъ Алеппскимъ, оставившимъ намъ превосходнѣйшее описан³е этого пребыван³я и всѣхъ порядковъ тогдашней Московской жизни, рѣдчайшее и несравнимое по живости наблюден³й и по наивной искренности разсказа, подаренное Русской Наукѣ въ прекрасномъ переводѣ, почтеннымъ Г. Муркосомъ.
   Въ это время царя Алексѣя Мих. не было въ Москвѣ: онъ возвращался побѣдителемъ изъ славнаго Литовскаго похода и уже приближался къ Москвѣ.
   Свой пр³ѣздъ архид³аконъ Павелъ описываетъ слѣдующимъ образомъ:
   "Въ день Срѣтен³я (2 февраля 1655 г.) мы въѣхали въ городъ Москву. Сначала мы вступпли чрезъ земляной валъ и большой ровъ, окружающ³е городъ; потомъ въѣхали во вторую, каменную стѣну, которую соорудилъ дѣдъ теперяшняго царя, Ѳедоръ, коимъ насыпанъ также и земляной валъ. Окружность вала 30 верстъ; онъ снабженъ кругомъ деревянными башнями и воротами. Вторая же, каменная стѣна имѣетъ въ окружности семь верстъ. Затѣмъ мы вступили въ третью окружную стѣну, также изъ камня и кирпича, а потомъ въ четвертую, называемую крѣпостью. Она совсѣмъ неприступна, съ весьма глубокимъ рвомъ, по краямъ котораго идуть двѣ стѣны и за которыми еще двѣ стѣны съ башнями и многочисленными бойницами. Эта крѣпость, составляющая дворецъ царя, имѣетъ по окружности пять воротъ; въ каждыхъ воротахъ нѣсколько дверей изъ чистаго желѣза, а посрединѣ рѣшетчатая желѣзная дверь, которую поднимаютъ и опускаютъ посредствомъ машинъ. Всѣ бойницы въ стѣнахъ этого города имѣютъ наклонъ къ землѣ, такъ чтобы можно было стрѣлять въ землю, и потому никакъ нельзя ни скрыться подъ стѣной, ни приблизиться къ ней, ибо бойницы весьма многочисленны.
   "По въѣздѣ нашемъ (въ Кремль) чрезъ царск³я ворота насъ помѣстили въ каменномъ монастырѣ, что близь нихъ, въ мѣстѣ остановки патр³арховъ; онъ во имя свв. Аѳанас³я и Кирилла Александр³йскихъ и другого Кирилла, извѣстнаго подъ именемъ Бѣлозерскаго, изъ ихъ новыхъ святыхъ.
   "Когда мы въѣхали въ городъ, наши сердца разрывались и мы много плакали при видѣ большинства домовъ, лишенныхъ обятателей, и улицъ, наводящихъ страхъ своимъ безлюд³емъ-дѣйств³е бывшей тогда сильной моровой язвы. Нашъ владыка патр³архъ благословлялъ людей направо и налѣво, я же, архид³аконъ, вмѣстѣ съ архимандритомъ сидѣли, по обычаю, сзади у угловъ саней. Пр³ѣхавъ на мѣсто, мы пали ницъ и возблагодарили со многимъ славослов³емъ Всевышняго Бога, который даровалъ намъ милость и благоволилъ намъ увидѣть этотъ велик³й градъ, столицу, новый Римъ, городъ церквей и монастырей, славный во всемъ мiрѣ, о коемъ мы разскажемъ, описывая его красоты, въ своемъ мѣстѣ. Съ нашей души спала великая забота и мы много радовались; да и какъ могло быть иначе, когда мы, стремясь сюда, цѣлые три года безъ десяти дней странствуемъ среди опасности, страховъ и трудовъ неописуемыхъ? Теперь же благодаримъ Бога вторично и молимъ Его, чтобы Онь, какъ привелъ насъ сюда цѣлыми и невредимыми, такъ же облегчилъ намъ и возвращен³е въ свою страну обогащенными и далъ намъ увидѣть свои родныя мѣста.
   "Переводчики учили насъ всѣмъ принятымъ порядкамъ, и кромѣ нихъ рѣшительно никто къ намъ не являлся, ибо существуетъ обычай, что до тѣхъ поръ, пока арх³ерей или архимандритъ не представится царю и не будетъ допущенъ къ рукѣ, ни самъ онъ не выходитъ изъ дому, ни къ нему никто не приходитъ, такъ что и мы совсѣмъ не могли выходить изъ дому. Таковъ обычай. Нашъ владыка патр³архъ никогда не снималъ съ себя мант³и и панаг³и, и никто даже изъ переводчиковъ не входилъ къ нему иначе, какъ послѣ доклада привратника, чтобы предупредить; тогда мы надѣвали на владыку мант³ю-посохъ же висѣлъ подлѣ него-и тотъ человѣкъ входилъ. Таковъ уставъ не только у арх³ереевъ, но и у настоятелей монастырей, ибо и они никогда не снимаютъ съ себя мант³и и клобука, даже за столомъ, и м³рянинъ отнюдь не можетъ видѣть ихъ безъ лант³и.
   "Тутъ-то мы вступили на путь усил³й для перенесен³я трудовъ, стоян³й и бдѣн³й, на путь самообуздан³я, совершенства и благонрав³я, почтительнаго страха и молчан³я. Что касается шутокъ и смѣха, то мы стали имъ совершенно чужды, ибо коварные Московиты подсматривали и наблюдали за нами и обо всемъ, что замѣчали у насъ хорошаго и дурнаго, доносили царю и патр³арху. Поэтому мы строго слѣдили за собой, не по доброй волѣ, а по нуждѣ, и противъ желан³я вели себя по образу жизни святыхъ. Богь да избавитъ и освободитъ насъ отъ нихъ!..
   "Въ субботу, 3 февраля, на другой день нашего пр³ѣзда, прибылъ въ свои полаты киръ Никонъ, патр³архъ Московск³й, послѣ того какъ онъ съ августа мѣсяца находился въ отсутств³и въ степяхъ и лѣсахъ, изъ боязни чумы. Онъ поѣхалъ потомъ съ царицей къ царю въ Вязьму, куда тотъ возвратился изъ страны Ляховъ и гдѣ остался, проведя здѣсь праздники Рождества и Крещен³я. Долгое его пребыван³е тамъ имѣло ту цѣль, чтобы совершенно исчезли слѣды моровой язвы въ столицѣ, гдѣ она продолжалась до Рождества. Мы очень обрадовались пр³ѣзду патр³арха: это была первая пр³ятная вѣсть и радость послѣ заботъ и большой тоски. Стали приходить одно за другимъ извѣст³я о скоромъ прибыт³и царя. Въ пятницу вечеромъ, 9-го февраля, возвратилась въ свой дворецъ царица.
   "Въ субботу утромъ, 10 февраля, бояре и войска, по ихъ чинамъ, приготовились для встрѣчи царя, такъ какъ онъ провелъ эту ночь въ одномъ изъ своихъ дворцовъ, въ 5 верстахъ отъ города. Въ этотъ день, рано поутру, царь, вставши, прибылъ въ монастырь во имя св. Андрея Стратилата, что близь города, гдѣ слушалъ молебств³е. По выходѣ его оттуда, загремѣли всѣ колокола, ибо то мѣсто близко къ городу. Тогда вышелъ патр³архъ въ облачен³и и митрѣ, поддерживаемый и окруженный, по ихъ обычаю, д³аконами; передъ нимъ священники въ облаченiяхъ несли хоругви, кресты и многочисленныя иконы; позади него шли арх³епископъ Рязанск³й и четыре архимандрита въ облачен³яхъ и митрахъ; тутъ были всѣ городск³е священники; одинъ изъ д³аконовъ несъ подлѣ него крестъ на блюдѣ. Всѣ двинулись и встрѣтили царя у Землянаго вала. Нашъ владыка патр³архъ желалъ видѣть въѣздъ царя, но это было невозможно, пока онъ не послалъ испросить разрѣшен³я у министра. Мы сѣли въ одной изъ кел³й монастыря, гдѣ проживали, и смотрѣли тайно на торжественное шеств³е и толпу изъ оконъ, выходящихъ на царскую (главную) улицу. Городск³е торговцы, купцы и ремесленники вышли для встрѣчи царя съ подарками: съ хлѣбомъ, по ихъ обычаю, съ посеребренными и позолоченными иконами, съ сороками соболей и позолоченными чашами. Показались въ шеств³и государственные чины и войско. Вотъ описан³е ихъ процесс³и. Сначала несли знамя и подлѣ него два барабана, въ которые били; за нимъ шло войско въ три ровныхъ ряда, въ ознаменован³е св. Троицы. Если знамя было бѣлое, то всѣ ратники, за нимъ слѣдовавш³е, были въ бѣломъ; если синее, то и ратники за нимъ въ синемъ, и точно также, если оно было красное, зеленое, розовое и всякихъ другихъ цвѣтовъ. Порядокъ былъ удивительный: всѣ, какъ пѣш³е, такъ и конные, двигались въ три ряда, въ честь св. Троицы. Всѣ знамена были новыя, сдѣланныя царемъ предъ отправлен³емъ въ походъ. Эти чудесныя, огромныя знамена приводятъ въ удивлен³е зрителя своею красотою, исполнен³емъ изображен³й на нихъ и позолотой. Первое знамя имѣетъ изображен³е Успен³я Владычицы, ибо великая церковь этого города, она же патр³аршая, освящена во имя Успен³я Богородицы; изображен³е сдѣлано съ двухъ сторонъ. Это хоругвь той церкви, и за ней слѣдовали ея ратники. Второе знамя съ изображен³емъ Нерукотвореннаго образа, въ честь хитона Господа Христа, который находится у нихъ. На прочихъ знаменахъ - на однихъ былъ написанъ образъ св. Георг³я и св. Димитр³я и прочихъ храбрыхъ витязей-мучениковъ, на другихъ-образъ св. Михаила Архангела или херувимъ съ пламеннымъ копьемъ, или изображен³е печати царя-двуглавый орелъ, или военные кони, земные и морск³е, для украшен³я, больш³е и малые кресты и пр. Болѣе всего поражали насъ одежда и стройный порядокъ ратниковъ, которые ровными рядами шли вслѣдъ за своимъ знаменемъ. Всѣ они, какъ только увидятъ икону надъ дверями церкви или монастыря или кресть, снимали свои колпаки, оборачивались къ ней и молились, несмотря на ужасный холодъ, какой былъ въ тотъ день. Сотники, т.-е. юзбаши, съ сѣкирами въ рукахъ, также шли подлѣ знамени. Такимъ образомъ они продолжали двигаться почти до вечера. При приближен³и царя всѣ они встали въ рядъ съ двухъ сторонъ отъ дворца до Землянаго вала города, при этомъ всѣ колокола въ городѣ гремѣли, такъ что земля сотрясалась. Но вотъ вступили (въ Кремль) государственные сановники, затѣмъ показались царск³я заводныя лошади, числомъ 24, на поводу, съ сѣдлами, украшенными золотомъ и драгоцѣнными каменьями, царск³я сани, обитыя алымъ сукномъ, съ покрывалами, расшитыми золотомъ, а также кареты со стеклянными дверцами, украшенныя серебромъ и золотомъ. Появились толпами стрѣльцы съ метлами, выметавш³е снѣгъ передъ царемъ. Тогда вступилъ (въ Кремль) благополучный царь, одѣтый въ царское одѣян³е изъ алаго бархата, обложенное по подолу, воротнику и обшлагамъ золотомъ и драгоцѣнными ка-леньями, со шнураыи на груди, какъ обычно бываетъ на ихъ платьяхъ. Онъ шелъ пѣшкомъ съ непокрытою головой; рядомъ патр³архъ, бесѣдуя съ нимъ. Впереди и позади него несли иконы и хоругви; не было ни музыки, ни барабановъ, ни флейтъ, ни забавъ, ни иного подобнаго, какъ въ обычаѣ у господарей Молдав³и и Валах³и, но пѣли пѣвч³е. Всего замѣчательнѣе было вотъ что: подойдя къ нашему монастырю, царь обернулся къ обители монахинь, что въ честь Божественнаго Вознесен³я, гдѣ находятся гробницы всѣхъ княгинь; игуменья со всѣми монахинями въ это время стояла въ ожидан³и; царь на снѣгу положилъ три земныхъ поклона предъ иконами, что надъ монастырскими вратами, и сдѣлалъ поклонъ головой монахинямъ, кои отвѣчали ему тѣмъ же и поднесли икону Вознесен³я и большой черный хлѣбъ, который несли двое; онъ его поцѣловалъ и пошелъ съ патр³архомъ въ великую церковь, гдѣ отслушалъ вечерню, послѣ чего поднялся въ свой дворецъ" (Г. Муркоса: Путеш. Ант³ох. патр³арха Макар³я, III).
   2 ноября 1666 г. прибыли въ Москву Паис³й папа и патр³архъ Александр³йск³й и Макар³й Ант³охи³ск³й и послѣ церемон³альныхъ встрѣчъ "поѣхали на подворье, гдѣ имъ уготовано стояти, въ Аѳанасьевск³й монастырь, что подворье Кириллова монастыря".
   4 ноября послѣдовалъ царск³й пр³емъ ихъ въ Грановитой Полатѣ, гдѣ потомъ происходило и обычное торжественное столованье.
   "Съ подворья патр³архи ѣхали съ саняхъ оба вмѣстѣ, передъ ними шли старцы ихъ да государевы пѣвч³е дьяки, пѣли передъ ними".
   Надо замѣтить, что въ это время патр³архи пр³ѣхали судить нашего патр³арха Никона, по какому поводу происходили соборныя и частныя засѣдан³я и непрерывныя сношен³я патр³арховъ съ нашими духовными властями, такъ что Кирилловское подворье по тѣснотѣ помѣщен³я оказывалось уже очень неудобнымъ для такихъ сношен³й, а потому черезъ три недѣли 25 ноября патр³архамъ было отведено помѣщен³е въ полатахъ, что у Чудова монастыря, куда они въ тотъ день и переѣхали. Тамъ для собран³й духовенства находилась и Крестовая полата, съ выходомъ прямо въ церковь Благовѣщен³я, гдѣ совершилось и низведен³е Никона съ патр³аршества.
   Когда съ преобразован³ями Петра весь обиходъ и богомольный обычай царскаго двора сталъ мало-по-малу угасать, подвергнувпшсь прилежному и очень внимательному разсмотрѣн³ю и разбору неутомимаго Преобразователя, Кирилловское старое подворье вселенскихъ патр³арховъ, какъ и друг³я подворья стали служить уже новымъ цѣлямъ, на нихъ водворялись разнаго рода новыя коллег³и или разныя лица новой службы государству.
   Еще при Петрѣ здѣсь находимъ полату главнаго наблюдателя надъ иконописнымъ художествомъ Заруднаго. Затѣмъ въ 1722- 1726 гг. здѣсь же помѣстилась контора подушной переписи всѣхъ церковниковъ, а потомъ Комерцъ-контора въ полатахъ надъ воротами подворья со стороны Большой улицы, при чемъ подъ тѣми полатами, въ нижней полатѣ производилась отъ той конторы мелочная продажа гербовой бумаги. Въ 1733 г., когда на подворьѣ пребывала уже эта Комерцъ-контора, изъ Петербурга отъ самой Комерцъ-коллег³и послѣдовало требован³е, чтобы контора нашла у себя мѣсто для пр³ѣзжавшей въ то время въ Москву Коллег³и. Контора отвѣчала, что на подворьѣ за тѣснотою и ветхост³ю полатъ мѣста для Коллег³и нѣтъ, что и сама контора находится въ большой опасности, "дабы отъ худобы полатъ оныя не обвалились и не учинилось бы отъ того людямъ убивства". Полаты, конечно, были починены. Въ 1743 г. Кирилловск³й архимандритъ Вавила, получивъ мѣсто асессора въ Московской Синодальной конторѣ, просилъ для собственнаго помѣщен³я на подворьѣ вывесть оттуда эту Комерцъ-контору съ ея архивомъ и колодниками. Отвѣть послѣдовалъ, что конторѣ оставаться на своемъ мѣстѣ попрежнему, перевесть ее некуда.
   Въ другихъ семи полатахъ подворья хранились (съ 1749 г.) отъ Комиссар³ата амуничныя вещи; въ этихъ уже ветхихъ полатахъ въ 1756-1757 гг. было намѣрен³е помѣстить Статсъ-контору. Но на подворьѣ порозжихъ семь полатъ оказались настолько ветхими, что въ трехъ и потолковъ не было.
   Между тѣмъ на подворьѣ въ особыхъ полатахъ всетаки проживали: строитель, стряпч³й и друг³е монастырск³е служители.
   Наконецъ въ томъ же 1765 г. Кирилловское подворье вмѣстѣ съ нѣкоторыми другими продавалось по объявлен³ю въ Московскихъ Вѣдомостяхъ No 15 отъ Коллег³и-Эконом³и съ аукц³оннаго торга. Было ли оно кѣмъ куплено, объ этомъ свѣдѣн³й не имѣемъ, но при выселен³и въ 1770 г. духовнаго чина съ его старыхъ мѣстъ у церкви Константина и Елены на Крутицкое подворье, о Кирилловскомъ по этому случаю уже не упоминается. Однако оба эти подворья и Черкасск³й домъ (князя Черкасскаго) были совсѣмъ разобраны въ 1776 г., при чемъ при разборкѣ одного желѣза вынуто 196 пудовъ.
  

Крутицкое подворье.

  
   Теперь перейдемъ прямо по Спасской улицѣ къ Крутицкому подворью, которое по межамъ отстояло отъ Кирилловскаго невступно саженъ на двадцать. Въ этомъ промежуткѣ между подворьями находился боярск³й дворъ, о которомъ будемъ говорить послѣ.
   Истор³я Крутицкаго подворья мало извѣстна, потому что это былъ собственный дворъ Крутицкаго митрополита, почему и именовался "Крутицкимъ митрополичьимъ дворомъ".
   Какъ частная собственность, этотъ дворъ не поминается даже и въ ХV²² ст. ни въ какихъ случаяхъ тогдашней церковной и царской обрядовой жизни. Крутицкое подворье, по всему вѣроят³ю, основалось въ то время, когда епископъ Сарайск³й Васс³анъ (1454-1466) навсегда поселился въ Москвѣ, именно на Крутицахъ, какъ назывался тотъ крутой и овражистый берегъ Москвы-рѣки. Есть свѣдѣн³е, что еще въ концѣ XIII ст. Московск³й князь Дан³илъ Александровичъ повелѣлъ первому епископу, собственно Крутицкому, Варлааму, изъ Грековъ, освятить церковь на горахъ у Москвы-рѣки и что "вѣроятно съ тѣхъ поръ мѣсто с³е было подворьемъ для пр³ѣзда въ Москву Сарайскихъ арх³ереевъ".
   Такъ свидѣтельствуетъ Истор³я Росс. ²ерарх³и, I, 234. Повидимому, источникомъ этого свѣдѣн³я послужила небольшая статья о первоначал³и и созидан³и Москвы А. Сумарокова въ "Трудолюбивой Пчелѣ" на 1759 г., стр. 48-58.
   Статейка вмѣстѣ съ достовѣрными свидѣтельствами наполнена, особенно вначалѣ, гдѣ говорится о древнихъ временахъ Москвы, прямымъ баснослов³емъ и произвольными домышлен³ями, къ которымъ относится и показан³е автора о первомъ Крутицкомъ епископѣ Варлаамѣ, взятое вѣроятно изъ сказан³й, сочиненныхъ на Крутицахъ въ концѣ XVII ст., о пустынникахъ Подонѣ, Сарѣ, объяснявшихъ титулъ Крутицкихъ ²ерарховъ, Сарайск³й и Подонскiй {Однако это непровѣренное свидѣтельство заняло свое мѣсто въ Истор³и Русской Церкви Макар³я, V, 303, Филарета, II, 54, по авторитетному указан³ю Исторiи Росс. ²ерархiи, I, 234 (см. Чтен³я Общ. И. и Др. 1894 г., кн. 3, стр. 9, 20-22). Данiилъ княжилъ 33 г., скончался 1303 г., а церковь освящалъ Варлаамъ въ 29 лѣто его княжен³я, слѣд. въ 1299 г.}, о чемъ говорено выше.
   Подворье было расположено правильнымъ продолговатымъ четыреугольникомъ отъ востока къ западу длиною въ 25 саж., шириною 13 саж., въ которомъ жилыя и служебныя строен³я занимали мѣсто въ видѣ ограды шириною въ 3 1/2 саж., такъ что посрединѣ этой ограды существовалъ обширный дворъ, съ воротами на Спасскую улицу. Жилое митрополичье здан³е было въ три яруса и заключало въ себѣ Крестовую длиною 12 арш., шириною 9 арш.; Столовую длиною и шириною въ 9 арш. и друг³е жилые покои, которыхъ всѣхъ въ 1770 г. числилось 12. Въ связи съ Крестовою стояла и митрополичья церковь во имя Благовѣщен³я Богородицы, вѣроятно въ юго-восточномъ углу здан³я, гдѣ при разборкѣ строен³й подъ ними были открыты каменныя росписныя полаты, засыпанныя потомъ для уравнен³я площади (Гастевъ планъ Кремля, No 37).
   По свидѣтельству одной записки, относящейся къ 1610 г., Московская служба Крутицкаго владыки заключалась въ томъ, что онъ обязанъ былъ каждое воскресенье пр³ѣзжать съ Крутицъ въ Москву и служить съ патр³архомъ церковныя службы въ Успенскомъ соборѣ. Такъ было во времена патр³аршества, но еще въ 1551 году по правиламъ святительскаго суда Крутицкому владыкѣ предоставлялось, если митрополиту не поможется, занимать его мѣсто и совершать его судъ (А. И., I, 273; II, 422). Поэтому нельзя сомнѣваться, что Кремлевское Крутицкое подворье уже существовало и въ то время, какъ необходимое помѣщен³е для пр³ѣзда и пребыван³я Крутицкихъ владыкъ.
   Во время смутныхъ дѣлъ Бориса Годунова арх³епископъ Крутицк³й Варлаамъ и митрополитъ Д³онис³й навлекли на себя опалу Годунова за то, что обличали передъ царемъ Ѳедоромъ его злодѣйства противъ ненавистныхъ ему бояръ, князей Шуйскихъ и ихъ единомышленниковъ, и потому вскорѣ же, въ 1586 г., были удалены съ своихъ престоловъ въ заточенье, митрополитъ въ Хутынск³й, а Крутицк³й въ Антон³евъ Новгородск³е монастыри.
   Послѣ того съ учрежден³емъ патр³аршества Крутицк³е епископы съ 1589 г. получили санъ митрополитовъ и несомнѣнно стали чаще пребывать на своемъ Кремлевскомъ подворьѣ. Одинъ изъ нихъ, Варсоноф³й, въ 1688 г. даже скончался на подворьѣ и былъ похороненъ на Крутицахъ (Вивл., XI, 334). Въ отмѣткѣ о подворьѣ 1765 г. обозначено, что въ немъ жительство имѣетъ самъ Крутицк³й преосвященный.
   Оба подворья, и Кирилловское и Крутицкое, были упразднены, а потомъ и совсѣмъ разобраны по случаю предположеннаго къ сооружен³ю воображаемаго Баженовскаго дворца. Когда стали очищать Кремль отъ мѣшавшихъ плану этого дворца здан³й, то коснулись и многихъ дворовъ, принадлежавшихъ соборному духовенству, жившему подъ Кремлевскою горою возлѣ церкви Константина и Елены. Пока шла переписка объ отводѣ ему новаго помѣщен³я, весь причтъ перевели временно на Крутицкое и Кирилловское подворья. Это было въ 1770 г., а послѣ того въ въ 1776 г. подворья были разобраны и на ихъ мѣстѣ образовалась обширная площадь.
   Между подворьями, какъ упомянуто, находился боярск³й дворъ, который очерченъ и на Годуновскомъ планѣ Кремля, гдѣ показано посрединѣ двора большое здан³е, а въ сѣверо-восточномъ углу двора достаточно обширный садъ, занимавш³й почти четвертую долю двора и примыкавш³й къ оградѣ на Спасскую улицу, а другой стороной къ Кирилловскому подворью. Ворота со двора также выходили на Спасскую улицу. На планѣ не обозначено, кому принадлежалъ этотъ дворъ. Въ Годуновское время, конечно, онъ принадлежалъ кому-либо изъ родственниковъ или близкихъ сторонниковъ царя Бориса. Въ XVII ст. этотъ дворъ принадлежалъ родственникамъ царя Михаила Ѳедоровича, князьямъ Черкасскимъ. Первымъ владѣльцемъ двора въ это время былъ двоюродный братъ царя Михаила, князь Иванъ Борисовичъ Черкасск³й, сынъ родной тетки царя, Марѳы Никитичны, бывшей въ замужествѣ за княземъ Борисомъ Камбулатовичемъ Черкасскимъ, умершимъ въ 1601 г. Можетъ быть, дворъ и въ прежнее время принадлежалъ ему же, Борису Камбулатовичу, и при Годуновѣ оставался опальнымъ, почему и не обозначенъ на планѣ кому-либо принадлежащимъ. Извѣстно, что Годуновская опала распространилась на весь родъ Романовыхъ и съ ихъ родственниками и разсѣяла ихъ по далекимъ глухимъ мѣстамъ, гдѣ они не малое время томились въ заключен³и и преждевременно помирали голодною смертью.
   Когда Бож³имъ промысломъ времена перемѣнились и новоизбранный царь, шествуя къ Москвѣ, на свой царск³й престолъ, остановился 21 марта 1613 г. до просухи въ городѣ Ярославлѣ, къ нему вскорѣ прибылъ туда первымъ Иванъ Борисовичъ Черкасск³й, получивш³й потомъ въ самый день царскаго вѣнчан³я 11 ³юня первымъ же изъ стольниковъ прямо чинъ боярина. "А идучи въ соборную церковь (къ коронован³ю), былъ государь въ Золотой въ подписной полатѣ и сѣлъ на своемъ царскомъ мѣстѣ и пожаловалъ государь въ бояре стольника князя Ивана Борисовича Черкасскаго".
   По всему вѣроят³ю, въ это время былъ пожалованъ ему и упомянутый дворъ, навѣрное опустошенный Поляками во время ихъ сидѣнья въ Кремлѣ. Впрочемъ, есть свѣдѣн³е, что бояринъ справлялъ новоселье 3 апрѣля 1621 г., когда государь пожаловалъ ему на новоселье хлѣбецъ да солонку соли да сорокъ соболей въ 50 рублей. Иванъ Борисовичъ пользовался большимъ расположен³емъ царя Михаила Ѳед. На царской свадьбѣ въ 1624 г. онъ занималъ мѣсто тысяцкаго, главное мѣсто въ свадебномъ распорядкѣ, какъ и въ столовыхъ разрядахъ за царскими столами всегда занималъ первенствующее мѣсто въ средѣ приглашаемыхъ бояръ. На службѣ государству онъ управлялъ Приказомъ Большой Казны съ 1628 и до своей кончины въ 1642 г. апр. 4. По тому времени этотъ Приказъ равнялся министерству финансовъ. Въ тѣ же годы онъ управлялъ и Иноземскимъ Приказомъ, а также Казеннымъ Дворомъ, Стрѣлецкимъ Приказомъ.
   О мѣстоположен³и его двора свидѣтельствуетъ описан³е Кремлевскаго пожара, случившагося въ августѣ 1633 г., когда сначала загорѣлся дворъ князя Алексѣя Никитича Трубецкаго, близь Никольскихъ воротъ, потомъ погорѣли Новоспасское подворье, за нимъ Чудовъ ж Вознесенск³й монастыри и Кирилловское подворье и на Фроловской башнѣ орелъ сгорѣлъ, а князь Ивана Борисовича дворъ изъ огня отняли (Лѣтоп. о мятежахъ, М., 1788 г., стр. 344).
   Его сестра Ирина Борисовна была въ замужествѣ за бояриномъ Ѳед. Ив. Шереметевымъ.
   Послѣ Ивана Борисовича не осталось наслѣдниковъ мужского колѣна и потому его дворъ поступилъ во владѣнiе къ его родственнику, князю Якову Куденетовичу Черкасскому (1666), женатому на княжнѣ Прозоровской. Онъ ли выстроилъ на этомъ дворѣ высок³я хоромы или онѣ достались ему, что вѣроятнѣе, отъ Ивана Борисовича, но ихъ хорошо замѣтилъ посолъ Австр³йскаго императора баронъ Мейербергъ, изобразивш³й ихъ на картинѣ всего Кремля, какъ выдающееся высокое здан³е, видимое и изъ-за стѣнъ города. Яковъ Куденетовичъ славился на бранномъ полѣ какъ отличный воевода.
   Послѣ Якова Куденетовича дворъ перешелъ къ его сыну Михаилу Яковлевичу (1712). На чертежѣ этой мѣстности, относящемся къ 70 годамъ XVII ст., показана даже и церковь на этомъ дворѣ. Въ 1625 г. она обозначена во имя Димитр³я Солунскаго, что на дворѣ боярина кн. Ивана Борисовича Черкасскаго (Доп. А. И., IX, 318). Въ 1699 г. обозначена того же воимя, что на дворѣ боярина кн. Михаила Яковлевича Черкасскаго, а въ 1722-1726 гг. во имя Владим³рской Богородицы, что на дворѣ ближняго стольника и Сибирскаго губернатора кн. Алексѣя Мих. Черкасскаго, каменная. Нѣтъ сомнѣн³я, что этотъ храмъ построенъ арх³епископомъ Елассонскимъ Арсен³емъ на своемъ дворѣ, какъ свидѣтельствуеть его жит³е, еще въ то время, когда онъ проживалъ въ Москвѣ въ качествѣ арх³епископа Архангельскаго собора съ 1597 г. {А. Дмитр³евскiй. Арсен³й, арх³еп. Елассонск³й. К³евъ, 1899 г., стр. 30, 207.}.
   Михаилъ Яковлевичъ, бывши стольникомъ, въ 1671 г. въ обрядѣ бракосочетан³я царя Алексѣя Мих. на Натальѣ Кирилловнѣ Нарышкиной, сидѣлъ на государевомъ мѣстѣ, а черезъ 10 слишкомъ лѣтъ, въ 1682 г., получилъ чинъ боярина, именуясь ближнимъ бояриномъ, потому что былъ комнатнымъ стольникомъ. Въ 1697 г. дек. 1 назначенъ въ Сибирь воеводою-губернаторомъ. Тамъ въ 1698 г. померла его супруга, княгиня Марѳа Яковлевна, о чемъ не мало опечалился и царь Петръ Алексѣевичъ, пославш³й ему милостивое слово и милостивую грамоту (Дв. Разряды, IV, 211, 1066, 1083).
   Михаилъ Яковлевичъ скончался въ 1712 г., оставивъ владѣльцемъ двора своего второго сына Алексѣя Михайловича. Старш³й сынъ Петръ Мих. померъ въ 1701 г. Оба были въ 1692 г. комнатными стольниками.
   Алексѣй Михайловичъ по слѣдамъ отца при Петрѣ былъ тоже губернаторомъ Сибири, сенаторомъ при Екатеринѣ I и Петрѣ II и кабинетъ-министромъ при импер. Аннѣ, получивъ потомъ должности государственнаго канцлера и президента Коллег³и Иностранныхъ дѣлъ {Родосл. кн. Долгорукова, II, 42; П. П. Петрова: Истор³я родовъ Русскаго Дворянства, I. 222.}. Онъ былъ женатъ первымъ бракомъ на Аграфенѣ Львовнѣ Нарышкиной, а вторымъ - на княжнѣ Марьѣ Юрьевнѣ Трубецкой, отъ которой имѣлъ единственную дочь, княжну Варвару Алексѣевну, вышедшую замужъ за камергера графа Петра Борисовича Шереметева, во владѣнье къ которому и поступиль старый дворъ князей Черкасскихъ, разобранный въ 1776 г., по случаю постройки Баженовскаго дворца. Дворъ въ это время хотя и принадлежалъ Шереметеву, но прозывался всетаки "Черкасской домъ".
   Въ 1725 году штатсъ-тайный совѣтникъ кн. Алексѣй Михайловичъ жилъ въ Москвѣ и 24 марта подалъ въ Московскую Духовную Дикастер³ю доношен³е, въ которомъ писалъ: "При домѣ моемъ имѣется церковь во имя Владим³рск³я Богородицы, которая въ прошломъ 1723 г. изъ Духовной Дикастер³и запечатана, а нынѣ я пребываю въ болѣзни и за болѣзн³ю моею многое время не сподобился слышать св. литург³и. Въ домѣ же моемъ живетъ тетка моя, княжна Домна Яковлевна Одоевская, весьма престарѣлая и пребываетъ въ болѣзни же, и по отъѣздѣ моемъ въ С.-Пбурхъ всегда бываетъ въ Москвѣ въ домѣ моемъ; и оной моей теткѣ за старост³ю и за болѣзнею къ приходской церкви приходить не можно; и дабы повелѣно было указомъ оную церковь для болѣзни моей и для престарѣлой моей тетки разпечатать, при которой священника буду содержать по указу". Запечатыван³е домовыхъ церквей происходило по указу Петра отъ 12 апрѣля 1722 года, которымъ повелѣвалось "Обрѣтающ³яся въ Москвѣ у знатныхъ персонъ въ домѣхъ церкви весма упразднить, дабы ходили господа (какъ Духовнымъ регламентомъ опредѣлено) къ церквамъ приходскимъ. А ежели которые престарѣлые персоны до церкви ходить не могутъ, а литург³и слушать требуютъ, тѣмъ имѣть съ благословен³я Синодальнаго въ собственныхъ полатахъ (подвижные) антиминсы съ потребнымъ къ священнослужен³ю убранствомъ, токмо бъ верхи тѣхъ полатъ никакой отъ прочихъ отмѣны не имѣли" (т.-е. не ставили бы на кровляхъ церковныхъ главъ и крестовъ).
   Церковь князя была распечатана съ наказомъ служащему священнику, чтобы держалъ церковь за своимъ замкомъ и печатью, дабы не были допущены къ службѣ посторонн³е и вотчинные или пр³ѣзж³е попы съ причетниками (Матер³алы для истор³и Москвы, II, 494, 561, 797).
   При князѣ Алексѣѣ Мих. дворъ князей Черкасскихъ, какъ упомянуто, выходилъ и на Спасскую улицу своею передовою част³ю въ 20 саж. шириною между подворьями. Но онъ былъ столько обширенъ, что занималъ почти всю мѣстность позади подвор³й, мѣрою въ поперечникѣ отъ переднихъ воротъ (въ XVII ст. выходившихъ къ сторонѣ Гостунскаго собора) слишкомъ на 47 саж., вдоль по направлен³ю Спасской улицы за подворьямл 45 саж., по направлен³ю Кремлевской стѣны направо внизъ подъ гору до переулка безъ малаго 47 саж. и въ нижнемъ концѣ слишкомъ 38 саж. Это былъ квадратъ въ 44 сажени (Переписныя Книги, 1742 г., I, 15).
   Древнѣйшую истор³ю этой мѣстности мы изложимъ впослѣдств³и, а теперь докончимъ описан³е дворовыхъ мѣстъ по направлен³ю Спасской улицы, гдѣ была показана мѣстность Крутицкаго подворья.
   Дальше, по улицѣ, за подворьемъ, не болѣе какъ въ трехъ саженяхъ отъ него стоялъ древн³й храмъ Николы Гостунскаго. Здѣсь улица оканчивалась. Отъ него дальше простиралась чистая площадь до соборныхъ колоколенъ, т.-е. до Ивана Великаго, почему и площадь впослѣдств³и стала именоваться Ивановскою. Храмъ стоялъ прямо противъ угла Николаевскаго дворца, въ разстоян³и отъ него по направлен³ю на югъ безъ малаго въ 20 саженяхъ.
  

Никола Гостунск³й.

  
   Въ ³юнѣ 21 числа 1506 г. повелѣн³емъ вел. князя заложиша церковь кирпичну святаго и великаго чуд. Николы, гдѣ стояла древяная старая церковь Никола Лняной, такъ изначала именуемая. Въ то же лѣто ее и совершили въ девять недѣль. Но освятили ее 1 октября 1506 г. Вел. князь поставилъ въ ней чудотворную икону Николу Гостунскаго, принесенную изъ села Гостуни подъ Лихвиномъ, украсивъ ее златомъ и каменьемъ драгимъ и бисеромъ, отъ нея же много изцѣлен³я быша и бываютъ и донынѣ приходящимъ съ вѣрою, свидѣтельствуетъ лѣтопись. Вѣроятно, въ это время церковь была учреждена соборомъ, т.-е. соборнымъ причтомъ съ протопопомъ во главѣ.
   Въ 1554 г. октября 7 ее опять освящали. Можетъ быть, она обгорѣла въ пожаръ 1547 г. и къ этому времени была возобновлена: "подписаша ее и украсиша всякими потребами церковными" Освящалъ митроп. Макар³й въ присутств³и даря Ивана и его брата Юрья съ боярами при множествѣ народа.
   Утвердилось мнѣн³е, что на этомъ мѣстѣ нѣкогда находилось Татарское подворье, о которомъ Герберштейнъ разсказываетъ слѣдующее:
   "Въ Московскомъ Кремлѣ былъ домъ, въ которомъ жили Татары для того, чтобы знать все, происходившее въ Москвѣ". Супруга Ивана III, Софья-грекиня, не могла стерпѣть такого позорнаго надзора за вел. княземъ и потому отправила къ Татарской царицѣ посольство съ богатыми дарами и почтительнымъ челобитьемъ просила уступить ей этотъ домъ для того, чтобы на этомъ мѣстѣ построить Бож³й храмъ по Божественному указан³ю, какое ей было внушено особымъ видѣн³емъ, предлагая вмѣстѣ съ тѣмъ, что взамѣнъ этого Татарскаго подворья она отведетъ Татарамъ другое помѣщен³е. "Домъ былъ разрушенъ и на его мѣстѣ построенъ храмъ".
   Предстоитъ вопросъ, какой же храмъ былъ построенъ на томъ мѣстѣ. Карамзинъ утвердительно отмѣчаетъ, что это храмъ Николы Гостунскаго (VI, 58. Сочинен³я. М., 1820, т. VIII, 284), что на мѣстѣ подворья выстроили деревянную церковь Николая Льняного, а потомъ каменную Николы Гостунскаго. Неизвѣстно, изъ какого источника почерпнуто это свѣдѣн³е. Кромѣ того, авторъ "Путеводителя къ святынѣ и свящ. достопамятностямъ Москвы" (1876 г., 89), А. ²осифъ, разсказываетъ, что "Софья видѣла сонъ, въ которомъ получила повелѣн³е отъ святителя Николая соорудить во имя его храмъ на томъ мѣстѣ, гдѣ находилось Ордынское подворье". Намъ кажется, что самое наименован³е старой деревянной церкви Никола Льняной должно противорѣчить этому свидѣтельству, указывая на болѣе древнее существован³е этого храма, чѣмъ его постройка на Татарскомъ подворьѣ, которую Карамзинъ относитъ къ 1477 году. Притомъ лѣтописцы едва ли пропустили бы такое событ³е, не обозначивши его свидѣтельствомъ именно о постройкѣ такого храма. Къ тому же такое благочестивое дѣян³е вел. княгини было бы неотмѣнно занесено и въ Степенную Книгу, въ которой однако нѣтъ никакой записи по поводу этой истор³и.
   Припомнимъ, что св. Алексѣй митрополитъ также по откровен³ю Божьему основалъ Чудовъ монастырь на мѣстѣ, гдѣ былъ Царевъ дворъ Посольск³й, отданный царемъ митрополиту для постройки церкви и монастыря. Припомнимъ, что у заднихъ воротъ монастыря въ 1504 г. по слову вел. князя Ивана Вас. была построена церковь Козмы и Дамьяна вмѣсто разобранной старой, которая не заняла ли то мѣсто, гдѣ стоялъ отданный вел. княгинѣ Софьѣ Татарск³й домъ, какъ остававшаяся часть царева Посольскаго двора, именно конюшенная его часть, отдѣленная для Татарскаго подворья при самомъ основан³и монастыря. Это тѣмъ болѣе вѣроятно, что здѣсь за межою монастыря существовали и монастырск³я конюшни, обширный конюшенный дворъ, поступивш³й во владѣн³е монастыря, какъ вѣроятно, послѣ выхода Татаръ совсѣмъ изъ Кремля. Постройка новой Козмодемьяновской церкви послѣдовала на другой же годъ по кончинѣ вел. княгини Софьи, по слову вел. князя, какъ отмѣчаетъ лѣтописецъ. Быть можетъ, вел. князь пожелалъ въ новомь видѣ, болѣе прочномъ и достойномъ, сохранить зтотъ памятникъ добрыхъ заботъ вел. княгини о полнѣйшей независимости отъ Татарскаго владычества, отъ Татарской тѣсноты даже и въ своемъ городѣ. Все это по нашему мнѣн³ю вѣроятнѣе, чѣмъ сказанiе о Николѣ Льняномъ.
   Соборъ Николы Гостунскаго въ ХV²² ст. пользовался такимъ же богомольнымъ почетомъ, какъ и друг³е Кремлевск³е соборы, и потому въ праздники Николы, 9 мая и 6 декабря, патр³архи самолично отправляли въ немъ церковныя службы и наканунѣ, и въ день праздника, при чемъ протопопу съ брат³ею они давали на молебенъ полтину. Такъ по всему вѣроят³ю бывало и въ XVI ст. при митрополитахъ. Само собою разумѣется, что выходы патр³арховъ всегда сопрово

Категория: Книги | Добавил: Armush (26.11.2012)
Просмотров: 323 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа