Главная » Книги

Миклухо-Маклай Николай Николаевич - Путешествия 1874-1887 гг., Страница 3

Миклухо-Маклай Николай Николаевич - Путешествия 1874-1887 гг.



в Йохор вследствие неурядиц с Паханом.
   Сильный ветер, который выл всю ночь, продолжается и теперь. Я мог достать здесь некоторое подкрепление моим запасам сахару, чаю, кур, соли.
   Хаджи Лати рассказывал мне, что год тому назад был здесь англичанин, имя которого не знает, который после неудачной охоты на слона очень заболел, и он больного отвез в Йохор. Этот господин приехал из Бату-Пахат.
   Рума-пасон здесь очень небольшой, но довольно хорошо из досок построенный домик, состоящий из двух этажей; верхний состоит из большой проходной веранды, открывающейся на обе стороны, и двух небольших комнат.
   В 3 часа я отправился, пройдя очень короткою тропинкою прямо в Падан, и тем избежал более одночасового плавания.
   Этот раз пирога была гораздо больше - 6 гребцов, хотя мое последнее помещение не было удобнее; к тому пирога была очень валка, при малейшем неравновесии она быстро качалась. Около 5 часов вдали показались на минуту высокие горы или, вернее, холмы Индау. Я заехал в деревню Пландо - резиденцию палимы-кичиль74*, виновника всех раздоров. Как и вчера, жители вышли все вооруженные. Я, не обращая внимания на их недружелюбный вид, спросил саго и, пока его отмеривали и насыпали, я спокойно сел и разговаривал с толпой.
   Сам палима-кичиль не хотел или не смел показаться. По рассказам, этот человек, которого здесь все, иохорцы и паханцы, очень боятся, очень некрасив, даже урод, и хотя он не начальник, но, будучи человек энергический, он действует смело и решительно; он убил или по его поручению были убиты 2 йохорских начальника, и оран-утан большею частью привлечены на сторону Пахана и переселились туда; если кто не хотел слушаться его, были убиты; в Пахане, говорят, это очень в моде, радья рубит часто и многим головы.
   По странному стечению обстоятельств оба человека, которые сопровождали меня вчера и сегодня, без меня или, вернее, не сопровождая белого туана, не посмели бы показаться здесь без очень положительного риска <для> жизни. Вчера это был перебежчик, который прежде жил в Пахане, а теперь служит махарадье; сегодня - один йохорец, которого уже раз хотели убить, но он спасся. Но здесь уже не раз и даже недавно видали силы белых, и их боятся.

 []

   Саго, которого здесь много едят, было желто, но недорогое. Заплатив 10 центов, мы отправились. Был великолепный лунный свет, и, так как люди довольно лениво гребли, я, отчасти чтобы возбудить их переменить темп, отчасти чтобы переменить положение, взял весло в руки. Грести было легко: весло легкое и пирога не тяжела. Мы хотели провести ночь в Дусун-Тинги, в хижине малайца йохорского, но он встретил нас так неприязно, боясь палимы-кичиль, что мои люди предпочли переночевать в оставленной хижине, также подданного йохорского, который, опасаясь паханцев, переселился. Я остался спать в пироге.
   <17 января> Забрав несколько кокосов, мы отправились. Я позавтракал a la mode de la Cote Maclay75* бананами и водою кокосового ореха. Так как люди гребли лениво и приписывали это голодному желудку, я приказал искать места, где можно было бы сварить рису. Опять нашлась пустая хижина, покинутая йохорцем. Плантация была большая, и, говорят, земля отличная здесь. Пока я пил чай, люди завтракали. Ахмат, сохранивший свои папуасские привычки, отправился искать съедобное в лесу и вернулся с разными листьями, уверяя, что это хорошо есть с солью. Мое знание ботаники не позволило мне определить эти растения, но я их попробовал и нашел их действительно не хуже вкусом растений, употребляемых европейцами в пищу. Я часто на Новой Гвинее удивлялся количеству растений, листья и цветы которых едят люди.
   Проезжая мимо опять-таки покинутой рума-пасон, около холма Иора, я хотел нарисовать вид этого и соседнего холмов, но оказалось, что плантация, хотя только года три покинутая, так заросла частым кустарником, что, несмотря на мой нож и желание, я должен был отказаться от проекта прорубить тропинку, достаточно далекую, где можно было нарисовать бы вид, заграждаемый зеленью непроходимой. Отказавшись от этого, я приказал остановиться около тампат-крамат76* на Тандионг-Туан, который считается таким святым, что даже из Сингапура приходят сюда малайцы молиться, когда хотят предпринять что или когда их предприятие исполнилось успешно. На расчищенном месте около небольшого дерева были воткнуты в землю множество палок, на концах которых висели длинные тряпки, другие тряпки висели на дереве. На земле были видны следы частых посещений, и Дюбусу сказал мне, что приходящие едят здесь. На земле валялись кости козленка, кокосовые скорлупы. Я заметил также два камня. Дюбусу сказал мне, что это две могилы, но чьи,- <неизвестно;> даже самые старые люди говорят, что они от самых старых людей сами не слыхали, кто здесь погребен, но что издавна это место "крамат". Дюбусу также сделал "табе" этому "крамат", предпринимая эту прогулку в Йохор и прося счастливо вернуться назад. Он мне сказал, что в этом месте в реке водится много больших зверей (крокодилы?), но что они не причиняют вреда людям, что они как бы стерегут это место.
   Не ранее как около 3 часа показалась рума-пасон Квала-Сомброн, сегодня, по случаю моего прихода, с развевающимся красным флагом. Место выбранное очень удобное. Я решил остаться переночевать здесь, так как люди устали, надо было переменить яло, я хотел нарисовать вид окрестности и притом, не ев ничего с утра, исключая бананов, кокосов и чая, был голоден.
   Здесь я встретил очень образованного оран-утана, который сопровождал этого англичанина, охотника на слонов, из Бату-Пахат сюда. Я его спросил об языке; он сперва сказал, что у них другой, но не умел сказать мне ни одного слова, не малайского.
   <18 января> Спал очень хорошо и утром к чаю был встречен Ахматом, который вчера вечером, когда я спал, испек мне довольно вкусный пирог из саго и натертых кокосовых орехов. Не знал его кулинарных способностей. Нарисовал Касиема (оран-утан), о котором уже говорил, и виды обеих рек - Кахан и Индау. По берегу растет пояс панданусов102. Холм Тана-Хабанг изобилует свинцом, который уже один раз начинали разрабатывать.
   Странное здесь положение женщины, одной среди стольких мужчин. Я думаю, в Европе таковое невозможно, но ислам или старинные обычаи малайцев ограждают мужа от конкуренции.
   Мохамед-Али, Касием и другие еще желают сопровождать меня в Пахан. Вообще замечаю, что здесь европейцы пользуются большим уважением и об них более высокого мнения, чем в голландских колониях, может быть, вследствие разности голландского и английского характера, может быть, что европейцев здесь меньше знают.
   Вчера мои люди были чересчур веселы, хохотали, громко кричали, так что я сказал Дюбусу, малайцу, который меня сопровождает в качестве главы людей, что я подобного шума не желаю; вследствие чего, когда я сошел в яло, люди очень притихли.
   Хотя было шесть гребцов, мы подвигались вдвое медленнее, чем когда спускались по реке, имея только троих. Я решил остаться ночевать в пустой хижине, которую заметил на пути из Лундана в Индау. Мы достигли ее только при наступлении темноты, но лунный свет был совершенно достаточен, чтобы поужинать и устроить ночлег. Я остался в яло, завесив обе стороны от ночного ветра и сырости. Люди отправились спать в пустой сарай, который служил прежде людям, которые резали и сушили здесь ротанг.

 []

 []

   <19 января> Разбудив людей около 5 часов, я сказал им, что отправлюсь в 6 часов.
   Вследствие неосторожности или нарочно огонь костра, который ночью горел под навесом, сообщился крыше, которая вмиг запылала, и через минут 10 ее не осталось следа. Так как речка, по которой мы намеревались подняться, запружена во многих местах стволами, под которыми приходится проезжать, пришлось снять кадьян. Речка была значительно уже вчерашней. На стволах деревьев, которые свешиваются над нею во многих местах, я мог заметить следы высокой воды во время дождливого времени. На сучьях, которые отстоят от теперешнего еще высокого уровня речки на 5-6 м (смерил сам), висели прицепившиеся во время высокой воды сучья, ил и даже значительно большие стволы. В это время (в месяце зуркуеда104), продолжающееся недолго - около пяти дней, лес залит. Берег здесь довольно высок и песчаный. Верхний слой (хумус), скрепленный корнями растений и деревьев, висит лоскутами над обрывистым, подрытым водою берегом. По берегу нашлись несколько пондо малайцев, которые режут ротанг, и оран-утан, которые временно жили здесь; теперь по случаю беспокойного времени нет никого.
   Несколько раз мне указывали на места с вырубленными большими деревьями, покрытые мелким кустарником,- прежние селения оран-утан и малайцев. Одно таковое, представляющее большое пространство, называется Кубурдато - древнее большое поселение малайцев, которых жило здесь большое число, даже древняя резиденция махарадий йохорских. Мне сказали, что есть еще гробницы, но когда я их пожелал видеть, оказалось, что они совершенно заросли лесом и никто не знает дороги.
   Речка Кахан разделяется на два рукава - Кахан и Маде, и хотя кампонг, куда мы направлялись, лежал на р. Маде, мы продолжали путь по Кахан, которая стала еще уже, но которая предпочитается Маде, которая почти совершенно запружена стволами. Из Кахана мы выехали в ручьеобразный рукав Кахан-Кудон, который был не шире 4 м и в некоторых местах еще уже, при 3/4 м глубины. Наш довольно большой яло еле-еле мог пробраться через этот узкий пролив. Особенно несносны колючие хвосты Calami, но которые составляют значительное богатство этой страны, хотя незначительное с тем, которое может производить страна своим минеральным богатством. Здесь в торговле различают три рода ротанга. Ротан-тавар105 - очень гибкий, у которого длина доходит до 40 депа77*; ротан-смамбу106, из которого делаются палки, копья, крепкий и значительно толстый, и еще один, которого названия не помню107.
   Из Кахан-Кудон мы въехали, наконец, в р. Маде, которая так же широка, как и Кахан. Проехав оставленные три хижины оран-утан, которые сравнительно были довольно тщательно построены, мы встретили прау, нагруженное мужчинами и женщинами. Мне сказали мои люди, что хорошо, если бы я им приказал бы вернуться в кампонг, а то мне придется долго ждать людей. Я это сделал, и пирога вернулась, следуя за нашею, в кампонг. Батен недавно, боясь Палимы, перешел на сторону Пахана. Я нашел три хижины, довольно хорошо построенные, и, спросив денана (нового начальника), приказал ему, чтобы в непродолжительном времени были бы яло и человек 5-6 для дальнейшего пути. В этом селении живет китаец, который женился на женщине оран-утан. Я приказал позвать всех жителей хижин, которых оказалось немного. Несколько человек имели очень кудрявые волосы, все были малы ростом; жена китайца очень бела и довольно миловидна. Хотя ей было не более 17 или 18 лет, между волосами было много белых108.
   Отсюда, говорят, дороги пешеходной нет, надо отправиться опять вверх по речке в маленькой пироге. Говорят (но только говорят), пути - два дня по речке и два пешком.
   Вечером великолепный лунный свет.

 []

 []

 []

   <19-20 января> Маде. Голова болит, может быть, вследствие дыма, которым пришлось наполнить хижину, чтобы избавиться от комаров вчера вечером. Люди явились аккуратно утром, часам к шести. Пока я рисовал, почти все население обступило меня. Семья денана отличалась красивыми лицами ее членов, особенно женщин и детей. Между ними находились две девушки, в которых заметна была китайская примесь, как, например, в очень светлой жене китайца, о которой я уже говорил. Когда я отправлялся, все вышли провожать меня, прося - кто лекарства, кто сказать махарадье об их бедствиях от палимы-кичиль. Я был рад заменить говорливых и шумливых малайцев тихими, но деятельными оран-утан, которых ловкости я часто удивлялся.
   Довольно узкий, очень плоский <яло> поместил 9 человек, багаж и провизию, хотя тогда его борта посредине отстояли сантиметров на десять от уровня воды. Так как воды в речке было немного, то приходилось пихаться шестами, что исполняли с большим искусством двое оран. Надо78* было при этом не только соблюдать равновесие, но также обрубать часто нависшие ветви и колючие хвосты Calamus. Денан Нианта был особенно замечателен своей ловкостью. На груди, спине и лице у него виднелись шрамы от когтей тигра, с которым он встречался уже три раза. Последний напал на него утром в нескольких шагах от хижины. Он шел, сопровожденный своей маленькой дочерью, за дровами, когда тигр бросился на него и нанес ему много, но неглубоких ран. Нианта убил его парангом, но раны долго заставили его пролежать. Тигра съели его соплеменники. Я купил у него череп, который находится зарытым недалеко от хижины и который Дюбусу перешлет мне.
   Речка была мелка и очень запружена заборами - повалившимися деревьями, которые образовывали целые леса, которые приходилось прорубать, что очень замедляло плавание. Стволы, которые приходилось прорубать, были часто около одной четверти метра в диаметре. Для этой работы служил топор довольно странного для европейца образца, который, вероятно, сохранился, по преданию, от времен каменных топоров, которых существование еще помнят (Кратон), но которые совершенно вывелись из употребления. Он имеет гибкую рукоятку, что, вероятно, усиливает силу удара. Подобные топоры встречаются также на Яве, в лесных местностях109.
   По этому пути уже более года не проезжал ни один малаец, не говоря про европейцев, из которых здесь не был ни один. Поэтому нам приходилось прочищать дорогу. Я удивлялся работе двух оран-утан: весь день поочередно они работали то топором, то шестами.
   Так как ночь надо было провести в лесу, то я остановился в 4 часа, чтобы построить пондо. Вечером шел дождь, но я поместился под моим пондо. Хотя было очень узко, но зато сухо. Я пообедал внизу. Ночью же на вещах, хотя немного труся тигров, уместился на ящиках Ахмат и, несмотря на дождь, проспал великолепно.
   <21 января> Речка представляла еще более заборов. Тот, кто знаком с примитивным лесом, поймет, если я скажу, что для того, чтобы проехать по речке, мне приходилось прорубать дорогу для пироги, как в чаще леса; потому, сделав 6 часов пути, нам пришлось употребить более двух с половиной на рубку. По берегам и в лесу здесь растет громадное количество <ротана>79*. Туземцы отличают здесь до двадцати различных видов, из которых некоторые достигают длины около 40 сажен.
   Я наблюдал сегодня моих спутников, оран-утан, сравнивая их с Ахматом; для меня примесь папуасской крови несомненная. Эти физиономии с толстыми оттопыренными губами, плоским широким носом очень похожи были, особенно профилью, на Ахмата, даже цвет кожи был одинаков110.
   Устроил сегодня очень удобную хижину, даже в два этажа. Воздушный дворец этот был построен часа в полтора, очень крепко и просто. Ночью шел проливной дождь. Думал о Л. и о музыке.
   <22 января>. Нельзя было по случаю дождя отправиться далее до 8 часов, почему я занялся расспросами оран-утан, и вот что узнал. Здешние оран-утан, будучи в близких отношениях с малайцами, потеряли много своих старых обычаев, не употребляют сумпитан, совершенно забыли свой старый язык, строят хижины и живут почти совсем, как малайцы; некоторые даже приняли ислам. Малайцы, даже китайцы, часто женятся на девушках оран-утан, притом вследствие войны с Паханом много оран-утан выселились в разные места. Вероятно, скоро здесь это племя отчасти сольется, отчасти исчезнет.
   Как только дождь перестал немного, я отправился далее. Хотя мне сказали люди, что это место, откуда нам приходилось идти пешком, очень недалеко, но мы употребили более трех часов, чтобы добраться, беспрестанно задерживаемые дождем и заборами. Это место, называемое Быбан81*, было очень удобно, образуя песчаный мыс, окруженный с трех сторон изгибом речки.
   Выглянувшее солнце и ветер позволили высушить мокрую одежду и одеялы, хотя ненадолго, потому что ночью опять пошел дождь.
   <23 января> Три оран-утан и малаец были очень обременены ношением82* моих вещей, которые несли обыкновенно 6 человек, когда переставший дождь позволил нам двинуться в путь. Лес был очень болотист; между невысокими холмами в некоторых местах приходилось идти по колено в болоте. Прибавим к этому удовольствию многочисленные шипы Calamus и других колючих растений, проливной дождь, который по временам делал лес еще мокрее. Особенно трудно было людям с тяжелыми ношами, так что пришлось к 1 часу пополудни, приказав людям построить на ночь пондо и задержав двоих, послать других в деревню оран-утан, которая находится не слишком далеко, за людьми, самому же с вещами остаться до завтра здесь. Ноги очень распухли. и рана от шипа, который ранил меня в лесу Кратона, болит. Хины нет, и вряд ли сегодняшняя прогулка пройдет даром.
   Лег вчера с заходом солнца, и хотя вообще спал хорошо, но ночью чувствовал несколько раз, несмотря на фланелевую одежду и шерстяное одеяло, холод.
   Утром вместо риса позавтракал саго с чаем. Рис по неосмотрительности Дюбусу очень нехорош, так что люди вчера и сегодня перебирали его. Удивляюсь такому терпению, но для них еда - важнейшее дело.
   Людей ожидаю только к полудню, но решил отправиться в деревню: чувствую пароксизм и не желаю остаться больным здесь.

 []

   <24 января> Вчера люди не пришли. Я провел почти все послеполудня в ожидании их. Досадно было раскладывать уже совсем к походу готовые вещи, но, когда стало темнеть и людей не было еще, пришлось.
   Так как днем шел несколько раз дождь, в лесу было очень сыро, я же страдал лихорадкою, то я придумал себе очень удобный при этих обстоятельствах ночлег: зашнуровал по обеим сторонам каучуковые одеяла и проспал отлично и тепло в этом каучуковом футляре111. У людей вышел весь рис, хотя уже два дня, как я уступил им мою порцию. Я им приготовил сам (так как никто, кроме меня, не умел это сделать) род полужидкого студня из саго с солью и сахаром. Затем, сделав довольно удачный портрет оран-утан Лысо с очень типичною физиономией и записав размеры его головы и лица, я приказал всем отправиться в соседнее селение за провизиею. Теперь сижу один и наслаждаюсь тишиною и уединением. Я сказал - тишиною, но в лесу не тихо, но нет этого назойливого, мне часто противного житейского шума и говора людей.
   Пока я рисовал Лысо около получаса, он сидел замечательно неподвижно на корточках, с вывернутыми внутрь ступнями ног, и чем дольше продолжался сеанс, тем более оттопыривались его губы и глаза становились уже. Цвет его кожи почти совсем сходен с Ахматом.
   Люди здесь (оран-утан и малайцы) совершенно соглашаются со мною, когда я им говорю, что прежде у всех оран-утан волоса были, как у Ахмата, но что, смешиваясь с малайцами, они получили понемногу другие волосы. При этом они сами прибавляют, что там и там (всегда почти указывая на более дикие, отчужденные племена) в Пахан (около р. Текам), по левому берегу р. Индау и в горах есть люди с такими же волосами.
   Мое одиночество сегодня, даже недостаток съестных припасов напоминают мне Берег Маклая, и я нахожу, что я положительно чувствую себя отлично во всех отношениях при этом образе жизни. Чем долее я живу в тропических странах, тем более они мне нравятся. Лес, который меня окружает теперь, так хорош, что не только описать его не могу, но даже не могу подыскать для него подходящего прилагательного, поэтому употребляю самые обыкновенные. Несколько раз, несмотря на безветрие, я слышал сегодня падение больших деревьев в лесу, что я уже замечал в Гвинее: падают от старости, без особенных, как кажется, причин для такой катастрофы.
   Сегодня в первый раз видел в лесу очень большую змею, фунтов 12 или более длины, в нескольких шагах от меня, но она так неожиданно выползла и потом, грациозно изгибаясь, переплыла речку и скрылась в чаще, что я не успел разглядеть ее; знаю только, что она была значительно длинна и что движения изящны.
   Люди не вернулись к вечеру; шел проливной дождь, огонь погас. Я был голоден, но нечего было есть. Должен был, как только начало темнеть, ухитриться устроить себе помещение на ночь, чтобы не промокнуть. Было очень темно, когда я был разбужен шумом в кустах, затем всплесками воды речки у самого пондо. Какое-то животное пришло пить. Вспомнив виденную утром большую змею и вчера виденные свежие следы тигра, я машинально вынул револьвер из чехла и ощупью удостоверился, что он заряжен. Кроме порывов свежего сырого ветра и нескольких капель дождя, однако же, ночью других приключений не было. Досадно было, что не мог развести огня: спичек не было, хотя каю-лара было немало. Я еще не приобрел искусства добывать огонь a la orang-utan83*, хотя оно очень простое на вид.. Каю-лара - лиана112, которой тонкий ствол употребляют оранутан для добывания огня. Высушенную, немного заостренную палочку из каю-лара, держат вертикально, катая между ладонями, быстро вертят, как бы желая пробуравить лежащую внизу подобную же палку. В образованной верчением ямке опилки начинают тлеть и загораются. Их собирают и, положив на сухую шелуху кокосового ореха, раздувают огонь. Я видел эту лиану несколько раз на реке Маде. Она достигает также значительной толщины. Цветов ее не видал. Я видел оран-утан, который в несколько минут добыл таким образом огонь; другие добывают его бамбуком и огнивом.
   <25 января> 10 часов. Очень голоден. Нет ничего съедобного, кроме сырого сахара и чая, но огня нет, чтобы спечь или сварить что-нибудь.
   К 11 часам вернулись трое из восьми моих людей оран-утан с одним еще, но который едва тащился по случаю болезни, с новостью, что из трех людей из соседнего селения Теба двое вернулись с дороги вследствие лихорадки, третий - с больными ногами - едва мог следовать за ними. Хотя я был доволен их приходом, но еще более обрадовался принесенному ими рису, которого холодного и очень круто сваренного с немного солью и перцем, съел большую тарелку. Нианта отправился по речке вверх за пирогой, Дюбусу - в Иохор-Лама в рума-пасон. Мои люди Сайнан и Ахмат остались в селении.
   Нинчи, услужливый малаец, который всегда скоро и хорошо сооружал для меня пондо, уверял меня, что не мог спать, зная, что я один в лесу, и когда я ему рассказал о слышанном животном, он и другие объявили, что это животное был, конечно, тигр.
   Притащившийся больной, конечно, не мог нести вещей. Поэтому ноши, которые должны были нести трое, были очень тяжелы. Тропинка была очень порядочная, редко попадались болотистые места, и через ручьи были положены (старанием Ахмата, как мне сказали) стволы для переправы. Видно было, что здесь чаще люди ходят, много тропинок перекрещивались. Мы направлялись постоянно на S или SSO.
   Было около 3 часов, когда, придя к ручейку, на берегу которого стояло пондо, Нинчи предложил мне переночевать здесь, говоря, что до Теба еще очень далеко и что ноша тяжела. Другие были того же мнения; мне очень не хотелось оставаться здесь, сделав сегодня только <переход в> три с половиной часа, но я не нес, кроме ружья, никакой ноши, люди же маленькие, с мизерным телосложением, пройдя утром это же расстояние к р. Мемет, затем с этою ношею, которую я не думал, чтоб мог бы нести 3 часа, уверяли, что тяжело, с очень несчастным видом говоря, что еще очень далеко. Я, жалея их, согласился. Построили мне пондо, и я проспал, пролежал и передумал о многом, многих, прошедшем и будущем, от 6 вечера до почти 6 утра.
   <26 января> Я выпил немного чаю, так как сахар опять на исходе; мои люди поели рису и закусили испеченною пухлою лягушкой, и мы отправились на S. Перешли через многое множество ручьев и несколько раз через р. Теба и к 11 часам пришли в селение Теба, откуда по реке того же имени отправлюсь завтра <в> рума-пасон <на> р. Иохор. Здесь я мог высушить мокшее уже столько дней одеяло и белье. Рана от шипа сильно болит, увеличилась и не имеет хороший вид.
   Оран-утан здесь немного, все с вьющимися длинными волосами и, как вообще все, малы ростом. Одна женщина особенно поразила меня своею миниатюрностью: она имела при первом взгляде вид 13-летней девочки и рост ее не превышал 1,31 м, с очень жидкими членами. Она имела уже трех детей, и, раскрыв ее саронг, поверил тому при виде ее длинных дряблых грудей. Другая женщина, которую я нарисовал, также ни красотою, ни приятною физиономией <не отличалась>. Она была женой жирного, мясистого оран-утан, но с красивыми вьющимися черными волосами, которые падали на плечи спиральными локонами. Сайнан говорит, что и на Яве много таких волос, что, кажется, справедливо.
   Один из здешних жителей напомнил мне физиономию капитана Мавара113. Я уже много раз в разных частях света встречал физиономии, которые при первом взгляде напоминали мне друг друга. В Батавии, например, племянница Фиц-Фер-Плуг напомнила мне младшую Бётлинг114. Один мальчик в Пангут напомнил мне девочку в Амбоине, которая мне нравилась. Этот странный факт я не совсем понимаю.
   <27-28 января> Разбудил людей. Еще не было 4 часов, но все было готово только к пяти с половиной часам. Отправились. Опять встретились много преград, но гораздо менее, чем на р. Маде. Мелководье, однако же, затрудняло немного. Встретили на дороге яло и людей, которые были посланы за мною из рума-пасон. Сперва речка называется Ленью84*, потом Йохор. По мере того, как она становилась шире, стали попадаться признаки цивилизации: огромные стволы, разрубленные на части, сажени в 3 и 4, и приготовленные для сплавления. Они назначаются для пильной паровой фабрики махарадьи. Через десять часов плавания вниз по реке достиг я, наконец, рума-пасон и был очень вежливо и любезно встречен малайцами.
   <28-29 января> Отправился далее, переменив людей. Цивилизация все заметнее. Лес местами очень порублен, постоянно встречаются прау, здесь плантация гамбира115, там разрабатывают олово. Но везде китайцы, которые почти исключительно населяют здесь берега, и малайцев сравнительно очень немного. Узнав, что помулу Кота-Тинги находится в отсутствии и желая завтра отправиться на гору Панте, я заехал в деревню этого же имени сказать тамошнему начальнику, что мне надо будет завтра утром трех человек нести вещи и что я думаю вернуться из Кота-Тинги и ночевать у него, чтобы рано поутру отправиться на гору.
   К полудню достигли Кота-Тинги. Уже на берегу виднелись повешенные на ветвях небольшого дерева белые тряпки. Это были панди-панди116, обозначающие "крамат". Малаец по имени Касим заступал место помулу и сторожа старых гробниц, куда я отправился, позавтракав.
   Четырнадцать гробниц находились на небольшой возвышенной, обнесенной низкой оградой из камней террасе, имеющей форму прямоугольника. Гробницы состоят из продолговатого, обнесенного камнями места с двумя резными колонками. Одна (большая) - в головах, другая - в ногах, как нисан на гробницах оран-утан. Около одной из гробниц, которая также лучше сохранилась, были воткнуты много панди-панди; около 3 чашек, подноса с угольями лежали две старые пули. Касим сказал мне, что это гробница султана Махмуда117. Орнаменты на гробницах не отличались <ни> оригинальностью, ни красотою118. На всех почти находился орнамент, которого значение я узнаю, может быть, у махарадьи.
   Последний махарадья похоронен в Сингапуре, куда, как мне сказали, махарадья приказал перенести несколько старых, найденных в окрестностях <гробниц>. Вдали виднелись горы, но ближайшая окрестность не была особенно живописна. Часа в 3 я вернулся в деревню Панте.

 []

   <29 января> Поднялся часа в 3: не мог спать. Из пяти обещанных людей пришло только трое, и то мы были готовы в семь половиной часов. Через полчаса ходьбы мы пришли к участку леса, который разрабатывали китайцы, срубая большие деревья и пиля на доски. На большом пространстве по тропинке были положены подмостки - доски и немного на верхней стороне стесанные бревна. Около речки Панте, которую мы перешли, был магазин напиленных досок, которые сплавлялись по речке, затем по р. Йохор в Сингапур. Немного далее мы прошли около нескольких больших хижин, жилищ работающих, и когда остановились, были обступлены дюжиной любопытных китайцев, которым хотелось узнать, откуда я и куда направляюсь.
   Далее, все идя по подмосткам, мы прошли около многих китайцев, которые распиливали громадные стволы, разрубленные на куски сажени в две или три длиною. Стоя на высоких подмостках, они серьезно и прилежно работали, и даже (характерная отличительная черта от малайцев) мое появление редко развлекало их. Я положительно удивлялся их работе. Вряд ли сорок самых лучших белых работников в два года могут сделать, что сделали здесь желтые. Их отношение к белым совершенно иное, чем малайцев, и не совсем без основания, хотя оно меня вчера и сегодня очень раздосадовало. Вчера, желая отправить письмо, я думал послать его с одной из больших китайских прау, отправляющихся в Сингапур, и когда одна из них проходила, я сказал помуле позвать ее. Несмотря на его крики, даже мой зов, китайцы не подумали не только остановиться, но и ответить. Сегодня, чтобы узнать дорогу, я и мои спутники остановились около китайца, который шагах в десяти пилил доски. Нас разделяла полоса редкого леса. Я позвал его, чтобы спросить дорогу; он, не обращая внимания, продолжал пилить. Я еще раз спросил его - нет ответа. Это рассердило меня. Я сказал тогда, подняв ружье, что намерен подстрелить его, если сейчас он не придет сюда. Это, наконец, подействовало, и я не принужден был употребить крайности.
   Зашли к помулу Драсаб за людьми, знающими дорогу. Это замедлило наше странствие на полтора часа. Опять пришлось упражняться в гимнастике, шагать, карабкаться, балансировать через и на пнях. Китайцы срубили множество деревьев для плантации. В лесу тропинка была очень порядочная, и даже самые крутые места были довольно удобно достижимы. Шел дождь почти все время. У Ахмата был пароксизм лихорадки, но он не падал духом.
   Через четыре часа ходьбы от деревни Лепа поднялся я наверх, где анероид показал 1400 <м>, но затем надо было еще пройти по хребту на WSW к вырубленному месту. Но шел дождь, и кругом окружало нас белое море тумана. Было холодно и сыро.
   Месяца четыре тому назад здесь провели ночь четыре англичанина; после них остались полуразрушенные пондо. Одно было снабжено крышей, и я кое-как поместился под ней, очень стесняемый дождем, холодом, болью ноги. Я не взял тарелок с собою, что очень затруднило питье супа, который я принужден был пить из стакана. Иногда ветер прогонял на момент туман; тогда кое-где проглядывал далекий и интересный вид, но это были только моменты.

 []

   <30 января>. Ночь была холодна и сыра, напомнила мне Петербург осенью. Утром тот же туман. Отправился по хребту к другому вырубленному окну на NNW и увидал на минуту гору Мынтаха, потом опять все скрылось. С вершины можно видеть от северо-северо-запад - юго-восток. Прождав до 12 <часов> лучшей погоды, которой, однако же, не оказалось, отправился вниз {Эту ночь мне пришла фантазия купить для медового месяца скалы Двух влюбленных...}. В 1 час 30 <минут> был я уже внизу, у речки, в 2 с половиной часа - у китайцев, где узнал несколько интересных подробностей119 и выпил стакан горячего чаю. Отсюда один с Ахматом вернулся в деревню Панте, где был встречен чи85* Касимом, который объявил мне, что махарадья прислал за мною сампан. В доме помулы я нашел сержанта, присланного с сампаном. Он сказал, что махарадья вечером третьего дня, узнав, что я достиг р. Йохор, сейчас же послал его и что он ожидает приказания от меня. Хотя было только что 4 часа (я сошел с горы в 3 с половиной часа), я предпочел остаться ночевать в деревне Панте и завтра отправиться в Йохор.
   Чи Касим очень просил завтра заехать в Кота-Тинги, желая, чтобы я позавтракал бы у него, прибавляя, что есть гробницы, которых я не видел.

 []

   <31 января> Приехав часов в 8 в Кота-Тинги, отправились сейчас же к гробницам. Проходя мимо хижин, которых было немало, но стоящих довольно далеко друг от друга, Касим, шедший впереди, выкликал живущих в хижинах, говоря что-то так86* скоро, что я разобрал только "туан пути"87* и "кубур"88*, но следствием чего было, что за мною образовалась целая вереница свиты с копьями, крисами, мечами, которая в известном порядке, по чинам, следовала за мною. Тропинка почти потерялась в лесу, пришлось простому малайцу идти впереди прорубать путь.
   В глухом, заросшем месте я увидел, наконец, террасообразное возвышение - Кубур-Саид. Взойдя наверх, я начал рассматривать гробницы, причем мне сказали, что нельзя шагать через них.
   Кубур-Саид состоит из террасы 1,5 м высоты, 20 - длины и 8 - ширины; на ней находятся три женские и две мужские гробницы. Терраса имеет форму прямоугольника, и с одной стороны заметны развалины портика. Орнаменты не лишены вкуса. По внешнему виду можно сейчас же отличить женские, мужские и детские гробницы. Кубур-Саид находится совершенно в лесу, но теперешние жители предполагают, <что> "темпо дулу"89* здесь было большое селение.
   На пути к гробнице мынтахары120 мы прошли мимо нескольких холмиков, окруженных рвом, которые также были гробницы. Хотя мы проходили по болотистому мелкому лесу, где тропинку приходилось прорубать. Осмотрев их, нарисовав один из памятников, мы отправились к 3-й группе гробниц, также в лесу, к гробницам бендахар, которые значительно хорошо сохранились. Там был орнамент, очень схожий с теми на прежде осмотренных гробницах в Кота-Тинги и Кубур-Саид. На некоторых я нашел надписи, которые на других позднее заменены простыми чертами. Около гробниц малайцы искали усердно небольшие прозрачные зерна кварца121. Сопровождавший меня малаец жаловался, что около гробниц древних султанов теперь китайцы (нечистый народ) хоронят своих покойников.
   Осмотрел плантации перца и вернулся при проливном дожде в дом122 чи Касима, где готов был завтрак.
   Очень вероятно, что через десяток лет Йохор очень изменится, если теперешний махарадья останется жив, если нет, все еще может заглохнуть. Во всяком случае движение китайцев важно. Население Йохора очень робкое, но очень удобны речные сообщения, которые очень легко устроить: вероятно, минеральные богатства могут очень преобразить страну123.
  
   1* Я верен своему слову (исп.).
   2* Далее правильно: магометанство.
   3* Набедренная повязка (мал.)24.
   4* Восстановлено по: КЗК. No 2. Л. 8 об.
   5* Мое настроение (франц.).
   6* Становится все более человеконенавистническим (франц.).
   7* Обычные члены человеческого сброда (нем.).
   8* Далее было: и взятое. После этого в рукописи переплетающиеся инициалы Л. Л. и М. М.
   9* Далее в тексте правильнее: Линга. Так же в КЗК, No 4, л. 3.
   10* Далее было: очень неуд[ачно].
   11* Пропуск в рукописи.
   12* В записной книжке и далее в тексте более правильное написание: Палонг (ЗК. No 1. Л. 14-16, 17).
   13* Помулу, правильнее - пенгхулу (мал.) - начальник, вождь, староста.
   14* Яло, правильнее - ялиа (мал.) - пирога, лодка.
   15* Кадьян, правильнее - каджанг (мал.) - циновка либо сплетенный из листьев ниповой пальмы (а также других растений) навес для лодок или колясок.
   16* В рукописи ошибочно написано: января.
   17* Пирога, местная лодка любого типа (мал.).
   18* Далее: Бандон, Бадун (ЗК No 1. Л. 62 об.), Бадонг (КЗК No 1. Л. 19, 25).
   19* Господин (мал.),
   20* Кобон, правильно - кебун (мал.) - огород.
   21* Улал, правильно - улар (мал.) - змея.
   22* Мышь (мал.).
   23* Хижина, шалаш (мал.)47.
   24* В рукописи ошибочно написано: янв[аря].
   25* В рукописи в этом месте стоит дата: 25/XII-74.
   26* Не бойся (мал.).
   27* Возьми, пожалуйста, табак (мал.).
   28* Дикие люди (мал.).
   29* В рукописи ошибочно написано: января.
   30* Правильно: Абдуррахман (араб.).
   31* Далее было: вышла.
   32* Далее было: представили.
   33* Люди холмов (мал.).
   34* Описка. Должно быть: пинги.
   35* Описка. Должно быть: нипис (вид мелкого лимона). Правильное написание в КЗК No 3, л.39.
   36* Далее было: очень.
   37* Вставлено в СС, т. II.
   38* Квала, правильнее - куала (мал.) - устье реки. Входит как составная часть в географические названия.
   39* Восстановлено по: КЗК. No 3. Л. 39 об.
   40* В тексте пропуск.
   41* Даже в тексте имеется незаполненная таблица81.
   42* Было: или Бату Пахат.
   43* В рукописи пропуск. Предыдущие два слова написаны карандашом.
   44* Ранее более правильно: Дянлон.
   45* В рукописи: много было.
   46* Было: в лесу.
   47* Не бойся (мал.).
   48* Клейкий сок деревьев (см. прим. 58).
   49* Центов.
   50* Бояться, страх (мал.).
   51* Дикие люди! Ушли на поиски еды (разг. мал.).
   52* Далее правильнее: текам.
   53* В ЗК No 1, л. 38: "масит-масит".
   54* Ранее было: Баду.
   55* Священный камень (мал.).
   56* Приветствие у мусульман.
   57* В рукописи далее скобки, оставшиеся незаполненными. См. прим. 46.
   58* Здесь: атавизм (нем.)89.
   59* Далее: Лондан.
   60* Могильный камень, памятник (мал.).
   6l* Я верен своему слову (исп.).
   62* Приветствуем (мал.).
   63* Счастливого пути (мал.).
   64* Далее запись относится к 12 января (см.: ЗК. No 1. Л. 40, 42).
   65* Поселение, квартал, деревня (мал.).
   66* Лежанка, топчан (мал.).
   6?* Полицейский участок, тюрьма (мал.).
   68* Было: была прикреплена.
   69* Голова, начальник (мал.).
   70* Можно, будет исполнено, хорошо (мал.).
   71* Противомоскитная сетка (мал.).
   72* Вариант: Букит Тана Хабан (ЗК. No 1. Л. 46. 47 об.).
   73* Кинжал с обоюдоострым, чаще всего волнообразным клинком (мал.).
   74* Малый военачальник (мал.).
   75* По обычаю Берега Маклая (франц.).
   76* Священное место (мал.).
   77* Мера длины, соответствующая расстоянию между концами пальцев развернутых рук (мал.).
   78* В рукописи: Так как надо.
   79* Восстановлено по: ЗК No 1. Л. 48.
   80* Фраза приписана карандашом сбоку.
   81* Вариант: Бынбан (ЗК No 1. Л. 51, 52).
   82* В рукописи: ношами.
   83* По способу оран-утан (франц.).
   84* Вариант: Линью и Ленгьйо (ЗК No 1. Л. 52, 53).
   85* Чи (сокращ. от encik) - господин (мал.).
   86* В рукописи: очень.
   87* Белый господин (мал.).
   88* Могилы (мал.).
   89* Раньше, прежде, в прежние времена (мал.).
  

Сиам


Категория: Книги | Добавил: Armush (26.11.2012)
Просмотров: 230 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа